Ни шагу назад

Огромные «Самсоны» разлетались над всей Пандорой, прочёсывая бескрайние леса в поисках двух самых важных рекомбинантов — полковника Майлза Куоритча и командира корпуса LOI-98 Аранды Спарент. Тяжёлые винты разрезали влажный воздух, вспугивая стаи горных банши, а экипажи не отрывали глаз от сканеров и тепловизоров. Поиски шли уже вторые сутки. В «Самсоне» с бортовым номером 234/1G жизнь кипела особенно активно. В центре грузового отсека, превращённого в импровизированный командный пункт, стоял капрал Лайл Уэйнфлит, вцепившись в поручень над головой. Перед ним, на голографическом экране дальней связи, мерцало изображение генерала Ардмор — женщина в своём моночеловеке-аватаре выглядела уставшей, но собранной. — Не затягивайте с поиском, капрал, — произнесла она. — В скором времени вы должны прибыть на базу для дальнейшего выполнения указаний. И вам решать — с полковником или без. Лайл быстро, чётко кивнул и отдал честь: — Слушаюсь, генерал. Экран погас. Капрал развернулся, намереваясь пройти в кабину пилота и передать тому уточнённую геолокацию сектора поиска, как вдруг перед ним, словно из ниоткуда, возникла Бернет Скаво. Её глаза метали молнии. — Как ты можешь так поступать?! — крикнула она на весь «Самсон». В отсеке мгновенно воцарилась мёртвая тишина. Военные, сидевшие вдоль бортов, замерли, глупо переглядываясь и ошарашенно наблюдая за разворачивающейся сценой. Лайл удивлённо взглянул на неё: — Что ты имеешь в виду? Бернет гневно толкнула его в спину — сильно, от души. — Как ты можешь говорить генералу, что если мы не найдём их, то улетим?! Ты готов их бросить?! Полковника и Аранду?! Лайл закатил глаза и, резко развернувшись, рявкнул в ответ: — Не смей так со мной разговаривать! Я не шучу, Бернет! Но Бернет и не думала молчать. Она шагнула к нему вплотную, почти касаясь грудью его груди, и прошипела — громко, яростно, чеканя каждое слово: — Мы не бросим их! Мы найдём! Я буду искать, даже если ты бросишь их! Тебе понятно?! Лайл схватил её за руку — не грубо, но крепко, стальной хваткой, заставляя замереть на месте. Его лицо оказалось в считанных сантиметрах от её. Голос прозвучал низко, с угрозой: — Будет так, как я скажу. Бернет потупила взгляд, чувствуя, как гнев сменяется горечью и бессилием. Она смолкла. А потом спросила — уже тихо, почти жалобно: — Как ты можешь их бросить... Как ты можешь бросить его... Лайл на секунду отвёл взгляд. Всего на секунду. Но этого хватило, чтобы Бернет увидела: ему тоже не всё равно. Ему тоже больно. Но он — капрал. Он обязан принимать решения. Он вернул взгляд к ней и сказал — тише, спокойнее, но всё так же твёрдо: — Я не собираюсь их бросать. Но если поиски затянутся, мы будем обязаны вернуться на базу без них. Хочешь ты этого или нет. Прими это и иди работай. Сейчас же. Бернет бросила на него последний, презрительный взгляд и, резко развернувшись, направилась к огромной визуальной карте, развёрнутой на тактическом столе. Она принялась расчерчивать маршруты, сверяться с данными, но всё это время бросала на Лайла злые, колючие взгляды. А потом — глубоко вздохнула, взяла себя в руки и тихо, одними губами прошептала: — Всё хорошо... Она жива... Им с командой безумно повезло. Они все вместе — Бернет, Зира, Ланда, Джина и остальные девушки, — рухнули в густые лианы и запутались в них, как в спасительной паутине. Лианы спружинили, смягчили падение, и они отделались только синяками и ссадинами. Их почти сразу подобрал один из «Самсонов». Им повезло. Безумно повезло. А вот Аранда и Куоритч... Бернет не знала, что с ними приключилось. Может, им не так сильно повезло. Может, у них нет ни рабочих раций, ни коммуникаторов, ни маячков. Если их не спас «Самсон» с поляны, то кто спасёт их теперь? Кто спасёт её Аранду? Её командира? Нет. Они живы. Они найдут их. Они обязаны найти их. --- Прошло двое суток. Поиски не приносили результатов. Генерал Ардмор, осознавая всю серьёзность ситуации, смогла мобилизовать все доступные службы безопасности и службы чрезвычайных ситуаций. В воздух были подняты дополнительные «Самсоны», развёрнуты мобильные поисковые группы, задействованы спутниковые карты и сканеры рельефа. Лайл как мог — искренне, отчаянно — оттягивал момент вынужденного возвращения на базу. Но время шло. Генерал связывалась с ним всё чаще. И с каждым сеансом связи Лайлу всё труднее было докладывать об отсутствии результатов. В последний вечер — когда Ардмор неохотно, сквозь зубы позволила организовать финальные, контрольные поиски, — Лайл сидел в тесном помещении связи, сгорбившись над приборами. Перед ним на столе были разложены рации, коммуникаторы, портативные сканеры. Маячки, закреплённые на форме Куоритча и Аранды, не работали — видимо, разбились при падении. Но сама связь, чисто теоретически, могла работать. И Лайл судорожно, в сотый раз за вечер, пытался до кого-нибудь достучаться. Он потёр переносицу, глубоко, устало вздохнул. Взял последнюю, самую мощную рацию. Закрыл глаза. И прошептал сам себе: — Ну же... давай... Нажал кнопку вызова. — Приём! Вызывает база RDA! Приём! Полковник Майлз Куоритч! ПРИЁМ! Тишина. Шипение помех. Секунда. Две. Пять. Десять. Лайл уже почти опустил руку, собираясь отключить рацию, как вдруг из динамика послышались обрывки знакомого, низкого голоса — искажённые, прерывающиеся, но узнаваемые: — Лай...о? Т... я... Приём... я... на... связ... Лайл подскочил на стуле и, не веря своим ушам, заорал в прибор что было мочи: — Полковник!! Сейчас же выйдите из леса на открытую территорию!! Там расположены радары! Там будет связь! Слышите меня?! На открытую местность!! Из динамика донеслось — всё ещё обрывисто, но уже чуть чётче: — Хор... Приём... Жду... твоего... сигнал... Лайл ринулся со стула, едва не опрокинув стол с аппаратурой, и бросился к кабине пилота. В груди грохотало. Они нашлись. Они живы. Надо срочно сообщить всем. Надо успеть. Надо...