Doom

Лин Мэй стояла в поклоне, пока евнух со двора неторопливо зачитывал указ. Слова его звучали громко и чётко. – …И вместе с вручением статуса император любезно выделил наложнице Лин Дворец Алых Лепестков. Когда-то там жила та, чьё имя при дворе произносили с глубоким уважением, а теперь же ворота открывали перед Лин Мэй. Евнух замолчал, свернул свиток и лишь тогда позволил себе короткий взгляд в её сторону. – Прошу, следуйте за мной. Во внутреннем дворе их уже ждали десять фигур, выстроившихся в две ровные линии. Они стояли, опустив взор. Их одежды шелестели на ветру, который развевал воздушные листья скумпии розоватого оттенка. В центре стояла девушка с аккуратно сложенными перед собой руками. – Это Нин Нин, ваша личная служанка. Она уже служила при прошлой императрице, делу обучена, – представил её евнух. Та опустилась в мягком поклоне. Когда выпрямилась, в её лице мелькнуло что-то тёплое и слишком живое для этого момента. Это мгновение не проскользнуло мимо евнуха Ги, но он ничего не сказал. Вместо этого он коротко раздал распоряжения, и строй потихоньку рассыпался в бесшумном движении. – Госпожа, я провожу вас, – раздался голос Нин Нин. В это же время евнух попятился в поклоне, развернулся и пошёл прочь. Император не любил опоздания. В комнату проникали тусклые лучи света, освещая маленький стол в углу комнаты, словно подсказывая, куда идти дальше. Столик украшали различные яства, но взгляд Лин Мэй зацепила всего одна тарелка. Лица коснулась довольная ухмылка. Вкусив очищенный персик, она отдала свой первый приказ: – Пошли Вань Чаня в тронный зал. Нин Нин коротко поклонилась и оставила новую госпожу одну.

***

Мужчина проскользнул в зал и тихонько занял место у стены. – И куда же он мог пропасть средь бела дня? – Ещё два дня назад мы пересеклись в библиотеке. – В последние дни он вёл себя странно, будто что-то его пугало, – гудели чиновники рядом. Осматривая шумное помещение, Вань Чань поймал на себе взгляд старого хозяина. Он приветственно кивнул господину Лину. Брови пожилого мужчины съехались на переносице, и он неодобрительно покачал головой. Оживлённое обсуждение прервал евнух Ги. – Император прибыл! – его громкий и звучный голос прошёлся по тронному залу эхом. Вслед за его словами в помещение вошёл сам молодой император. Люди опустились в приветственном поклоне, и взгляды упали в пол. – Да здравствует император! – голоса чиновников слились в один. Он величественно и грозно шагал к своему трону, не обращая внимание на людей вокруг. Вань Чань слился с толпой, держа поклон, но глаза его непослушно следили за каждым движением императора. Госпожа ждала от него информацию, потому он обязан был запомнить всё до мельчайших деталей. Дойдя до трона, император развернулся лицом к залу, окинул всех грозным, изучающим взглядом, и медленно опустился на трон. Вальяжно облокотившись на правый подлокотник, он закинул ногу на ногу. – Чиновник Вань не явился? – ответить ему осмелился только бывший советник Лин. – Он пропал два дня назад. В поместье Вань забили тревогу в тот же вечер. Говорят, он ушёл из дома в спешке, ничего с собой не брал, кроме одной-единственной книги, и постоянно бормотал что-то про слежку. – Что за книгу он взял? – Неизвестно. Слуги говорят, что раньше её не видели. Господин Вань нашёл её под подушкой утром, с того момента весь день он провёл на нервах, а вечером уже исчез из дома. Ноздри императора вздулись, ладонь сжала подлокотник. – Возмутительно! – более молодые чиновники вздрогнули. – Уже два дня прошло, а вы всё ещё не нашли императорского чиновника! Чем занято ваше надзорное ведомство, господин Лин? Думаете, человек, который целыми днями только пил и ел, так просто скроется от целого войска?! Где ваш хвалёный ум? – яростный крик императора сотрясал золотые стены. Чиновник Лин молчал. По этому делу были найдены подозрительные детали, но разглашать их он не торопился. Ярость императора утихнет, а последствия уже будет не остановить.

***

От тёплого солнечного дня не осталось и намёка. Холодный вечер обещал Лин Мэй непростого гостя. Она сидела у окна, горячая жидкость в чашке грела замёрзшие пальцы рук. Дорогие красные одежды переливались в лунном свете. Нин Нин уговорила её принарядиться, ведь сегодня её посетит император. Лин Мэй знала, что ночь сегодня будет громкой, но точно не страстной. В подтверждение её мыслям разъярённый император ворвался в её покои. Он быстрым шагом пересёк комнату и остановился перед девушкой. Та, игнорируя все приличия, даже не встала с места, чтобы встретить супруга. – Пропал! Вань Се пропал вместе с книгой отчётов! Девушка медленно отпила из чашки, закрыла глаза в наслаждении, а только потом подняла умиротворённый взгляд на императора. – Вы расстроены? – Ты помнишь наш уговор? Ты обещала доказательства против Ваня! Я дал тебе статус, дворец, ты пьёшь горячий чай, заваренный моими людьми! – на этих словах девушка усмехнулась. Не выдержав её наглости, император силой опрокинул столик с чаем и закусками, чашка с треском разбилась о деревянный пол. Он схватил её за руку и потянул вверх, поднимая с подушки. – Смеёшься надо мной?! – Он сбежал в страхе и унёс с собой книгу. Вам осталось его найти и наказать. Что ещё вы от меня хотите? – Я хочу, чтобы ты из-под земли его достала. Живым или мёртвым — неважно, но чтобы завтра он лежал передо мной! Он резким движением оттолкнул руку Лин Мэй. Больше не говоря ни слова, удалился из дворца. Как только дверь за ним захлопнулась, Лин Мэй опустила свой острый внимательный взгляд. Она перешагнула лужу чая и скинула с себя верхний халат. В тишине послышалось шуршание платья служанки. Нин Нин появилась подле своей госпожи, словно по приказу. Лин Мэй в ту ночь не сказала ни слова, но недовольный жест рукой хозяйки был понят. Так же тихо служанка выскользнула из комнаты через другой вход, накинула верхнюю одежду и быстрым шагом помчалась к дворцовым воротам.

***

Очередной летний день во дворце начался спокойно. Слуги крутились у беседки, что выглядывала из-за деревьев. Евнухи и пара девушек носили сладости, заменяя пустые тарелки новыми, переполненными. Радостный смех наложницы Мо и ещё трёх девушек, входивших в круг её личных служанок, разносился по саду. – А вы слышали, о чём шепчутся слуги из дворца? – спросила одна из девушек. Лин Мэй вдохнула аромат чужеземного цветка, что рос в императорском саду. Она аккуратно положила его в корзину к другим цветам, которую держала Нин Нин. – Ты о вчерашней ночи? – задалась вопросом вторая. – Ага, говорят, император со скандалом выбежал из покоев наложницы Лин. – их ядовитый смех разнёсся тёплым ветром. Но тут разговор прервала наложница Мо. – Прекратите, как смеете сплетничать об императоре? – пригрозила она, затыкая рот своим служанкам. – Разве вы не видите, что наложнице Се неприятны ваши разговоры? Послышался неловкий смех Се Чжао. Но не успела девушка расслабиться, как слова наложницы Мо снова заставили её напрячься. – Всё же он изначально был против принимать её во дворце. Интересно, что же такого она сделала, что мой милый и обходительный император так разозлился? Занавеска, украшавшая беседку, незаметно дёрнулась. Служанки Золотого дворца подхватили размышления своей госпожи. – Да, после встречи с вами император часто уходит в приподнятом настроении. Вы умеете усмирять его взрывной характер, госпожа. – наложница Мо расплылась в довольной ухмылке. Её совершенно не смущало то, как об их отношениях с императором болтает её же служанка. – Теперь этот позор ляжет на репутацию наложницы Лин. – Я всё же думаю, что нам не стоит обсуждать такие личные вещи… – решилась прервать разговор наложница Се. В тот же момент её взгляд поймал подозрительное движение за спиной собеседницы. – Я всего лишь выразила своё недоумение, сестрица Се. Я не пытаюсь судить о том, плохо ли это или хорошо, мне просто жаль нашу новую сестрицу Лин. – она обиженно надула губки. – И тем не менее ваши слова прозвучали как насмешка, – чужой голос заставил девушек вздрогнуть. Служанки вскрикнули от неожиданности, а наложница Мо резко выпрямилась. Вань Чань подвинул стул для госпожи. Лин Мэй изящно опустилась и приняла кружку чая, протянутую Нин Нин. Сделав глоток, она осмотрела стол с закусками, но притрагиваться к ним не стала. Се Чжао поймала на себе её взгляд и неловко улыбнулась, брови её мягко поднялись. Лин Мэй приветственно кивнула ей, а после окинула взглядом других девушек. – Вы обсуждали меня, – произнесла она как утверждение. – Мы лишь делились впечатлениями. – Мо улыбнулась. – О моих покоях? – О вчерашней ночи, – уточнила Мо. – Впечатления, как я понимаю, остались неоднозначными. – Лин Мэй отпила глоток чая. Издалека доносилось мелодичное пение птиц. Тяжёлое молчание затянулось. – Император очень загружен нескончаемыми проблемами, иногда ему просто хочется расслабиться, тишины. – попыталась спасти разговор наложница Се. – Тогда нам остаётся надеяться, что он найдёт место, где ему будет спокойно. – заключила Мо Фань. Се Чжао покивала, соглашаясь с её словами. Взгляд Лин Мэй снова скользнул по столу, по лицам и остановился чуть в стороне от неё. Наложница Мо сидела, гордо вздёрнув подбородок. – Странно, как быстро в некоторых покоях воцаряется тишина. – добавила гостья будто между прочим. Лицо наложницы Мо на секунду исказилось, но она быстро взяла над собой контроль, только руки сжали ткань платья. Лин Мэй уже отвернулась, словно ничего не заметила. – Благодарю за чай. – она встала с места и направилась к выходу. У занавеси остановилась и добавила, не поворачиваясь: – В следующий раз выбирайте слова осторожнее. Девушка покинула беседку, и только тогда кто-то тихо выдохнул.

***

– Попроси императорского повара сделать освежающие напитки. – Конечно, госпожа. – Нин Нин не успела развернуться, как Лин Мэй остановила её жестом. Девушка смотрела вдаль из окна своих покоев. – Принеси чашки на двоих. Служанка проследила за взглядом госпожи. В сторону их дворца размеренной походкой шёл пожилой мужчина. Быстро поклонившись, Нин Нин удалилась. Через некоторое время о появлении гостя сообщил Вань Чань. Получив разрешение от хозяйки, он впустил мужчину. – Здравствуй, отец. – Лин Мэй уже сидела за столиком у окна. Она рукой указала на противоположное место за столом, приглашая отца сесть. Лин Мин молча опустился напротив дочери. Он расспрашивал её о жизни во дворце, пока их не прервала Нин Нин. Она вернулась с двумя чашками, наполненными сладкими напитками. Накрыв на стол, она встала недалеко от хозяйки, рядом с кувшином с оставшимся напитком, который за ней донёс Вань Чань. Сам он встал у входа, спиной к людям в комнате. – Этот нахальный мальчишка Вань ещё в детстве бегал за тобой хвостиком. – насмешливо заметил господин Лин. Парень у дверей слегка напрягся. Он переступил с ноги на ногу и поменял положение. – Даже в армию ушёл вслед за тобой вместо того, чтобы отговорить тебя от этих глупостей. – Ты пришёл, чтобы снова поднять этот разговор? – резко прервала его Лин Мэй. – Только мне удалось огородить тебя от одной сомнительной истории, как ты снова ввязалась в новую! Что за спектакль с предсмертным письмом? – Разве не ты так отчаянно пытался запереть меня во дворце? – она незаметно сжала кулаки под столом. Отец и дочь бросались друг в друга обвинениями. Вань Чань совсем скрылся за дверью, а Нин Нин упорно делала вид, что не слышит происходящего. Служанка провела пальцем по книжной полке рядом, глянула на него, отметила, насколько та грязная, и качнула головой, что-то для себя решив. – Я пытался усмирить твой кровожадный характер, а в итоге ты только сильнее начала оскаливать зубы. Для чего ты подбросила книгу отчётов чиновнику Ваню? Хотела подкупить этим императора? – Теперь мне и хорошей женой быть нельзя? – она угрожающе оскалилась на отца. – Хватит воспитывать меня. – Не спорь с отцом! – старик ударил кулаком по столу, чашки на нём подскочили. Лин Мэй дрогнула. Совсем незаметно. Она опустила взгляд в пол, брови её съехались на переносице. Лин Мин схватил чашку с напитком и залпом опустошил её. Со звоном стукнул ею о стол. Он глубоко вдохнул и выдохнул, лицо его расслабилось. – На этот раз помогу тебе замести следы Вань Се, придумаю, чем успокоить остальных чиновников, а с императором разбирайся сама. Но больше не лезь в дворцовые дела. – наказал Лин Мин дочери. Не дожидаясь её ответа, он встал с места и вышел из комнаты. Лин Мэй не сводила взгляда с места, где только что сидел отец. За дверью послышалось, как Вань Чань предложил проводить старика. – Помогу… – шёпотом повторила она слова отца. – Нин Нин, распусти слуг. Всех. И подготовь мою одежду.

***

Евнух Ги помог Цинь Вэню натянуть спальную рубаху, после чего проверил постель императора. Убедившись, что поясной кинжал на месте, он поклонился императору и покинул покои. Цинь Вэнь сел за письменный стол. Там он открыл свою записную книжку. Взяв кисть, макнул её в чернила, подготовленные евнухом заранее, и вывел несколько строк, после чего перечитал написанное. Он позволил себе короткий смешок, прежде чем закрыть книгу. Поднявшись, император задул свечи и направился к своей постели. Оконная рама резко хлопнула. По комнате раздался царапающий звук лезвия о деревянную черепицу. Император схватился за кинжал, резким движением обернулся на звук, вытянул руку с оружием перед собой и принял оборонительную позу. Топ! Что-то тяжёлое упало на пол с хлюпающим звуком. Взгляд зацепил странный предмет. Он зашагал к нему. По мере приближения предмет стал прорисовываться в темноте. Глаза Цинь Вэня расширились, губы дрогнули. Не зная, как реагировать на увиденное, он застыл на месте. Перед ним лежала отрубленная голова чиновника Ваня. Выражение лица застыло в ужасе, а пол под ним полностью залило лужей крови. Император медленно проследил за алой дорожкой взглядом и наткнулся на окровавленный подол белоснежных одежд. В тот же момент по комнате прошёлся безумный хохот. Фигура шагнула ближе к императору, и лунный свет осветил лицо Лин Мэй. Она улыбалась ему самой широкой и счастливой улыбкой. – Что ты… – Цинь Вэнь не договорил. Девушка, словно в трансе, поднесла лезвие ко рту и слизнула с него окровавленные разводы. Её расфокусированный взгляд смотрел сквозь императора. Она провела языком по алым губам с наслаждением, словно вкусила самый сладкий фрукт. – Что ты наделала? – молодой мужчина медленно попятился назад. – Что? – выражение лица девушки быстро сменилось. Лицо стало серьёзным, и теперь она сосредоточилась на императоре. – Вы разве не приказали принести вам чиновника Ваня? – Я не просил его голову. – Нести его труп целиком было рискованно. – Она в недоумении наклонила голову набок, словно он говорил глупые вещи. Император не стал углубляться в этот вопрос. Он хотел отступить назад ещё немного, но упёрся в кровать и, споткнувшись, сел. Лин Мэй медленно сократила расстояние и встала перед ним вплотную. – Теперь вы довольны? Я буду для вас полезна? – тон её голоса снова сменился на радостный. Цинь Вэнь не отвечал. Он погрузился в раздумья. Девушка стояла перед ним полностью испачканная в крови. Она то уходила в свои мысли, то снова безумно хохотала. Мысли императора крутились вихрем. – Я всё ещё не знаю о твоих целях. – Вам и не нужно, они вас не касаются. От вас мне нужна только власть. Помогите мне стать императрицей, и я, как обещала, принесу вам головы всех, кто вам не угодил. – на лице её отразилась нежность. Девушка коснулась грязной рукой его щеки. Большой палец аккуратно поглаживал кожу лица. Император непроизвольно сжал постель, нервы натянулись до предела. Он, практически не моргая, смотрел в её застеленные пеленой глаза. Клинок со звонким стуком выскользнул из рук. На секунду показалось, что на звук сбегутся слуги, охранявшие вход, но никто не появился. В другой раз император бы приказал выпороть их, но сейчас ситуация была неоднозначной. Он слегка качнул головой, безмолвно соглашаясь с её предложением уже во второй раз. Девушка наклонилась, её шёпот обжёг ухо Цинь Вэня. – Моя служанка уберёт здесь позже. Сладких снов. Он почувствовал, как на его мочке сомкнулись зубы, слегка её оттянув. Девушка выпрямилась и медленно исчезла в тени. Хлопок оконной рамы заставил его дёрнуться. Просидев в одной позе несколько минут, он оттянул ткань на шее. Одежда душила. Взор его снова упал на отрубленную голову чиновника. Кадык Цинь Вэня дёрнулся. Ненавистный ему, нечестный Вань Се. Грязная собака, что обкрадывала казну, набивала свой ненасытный карман, сейчас лежала перед ним. Злость императора к нему была сильной, но свою смерть он встретил от человека, который пытался лишь добиться чужого одобрения ради неизвестных никому целей. Пушечное мясо. Инструмент. Цинь Вэнь тихо усмехнулся. Мысль, мелькнувшая на секунду в голове, застала его врасплох. Утром в комнате уже царил полный порядок. От ночного кошмара не осталось и следа.