Resurrection

Два года магистратуры в Англии подошли к концу и отличник учёбы Перт Танапон сидел в кресле самолёта, только что приземлившегося в аэропорту Суварнабхуми. Мягкие черты давно оставили его лицо и теперь глубокие тёмные глаза обрамляли острые скулы и точёная линия челюсти. Выйдя из самолёта лицо обожгло горячим и густым Бангкоксим воздухом. Лёгкий ветерок не делал ситуацию лучше, поэтому Перт снял пиджак и перекинул через левую руку. У выхода уже ждал автомобиль с личным водителем. – Кхун Танапон, отец ждёт Вас в офисе к шести. Можем сначала отвезти Ваши вещи в квартиру. – Сразу в офис. – скомандовал Перт и откинувшись на сиденье выудил телефон из кармана брюк. Полдень, дороги на удивление свободные, так что до офиса в самом центре города они добрались всего за сорок минут. Молодой человек отправил водителя на подземный паркинг, а сам направился к центральному входу. Миновав пост охраны и линию ресепшн он вышел к лифтам, где уже стояло несколько человек. Две девушки и юноша, стоявший к нему спиной, не заметили как подошёл Перт и спокойно вели диалог. – Я слышала что сегодня возвращается сын директора компании. – сообщила одна из девушек – Да, – вторая подхватила кивая головой – я слышала что он невероятно красивый, но при этом очень отстранённый, прямо Ледяной Принц! Разговор троицы прервал внезапный звонок телефона. Перт достал мобильный и не глядя в экран снял трубку. – Мне доложили что ты в офисе, ещё не поднялся? – Нет – Подожди меня внизу, пообедаем вместе – Да, пап Беседующие у лифта сотрудницы уставились на говорившего по телефону, складывая два плюс два. Одна из них наклонилась к коллегам и шепнула: – Вот он, Танапон Сукумпантанасан, тот самый Ледяной Принц компании. Санта, смотри! Юноша, к которому обратилась коллега, неохотно оглянулся, но успел увидеть лишь удаляющуюся фигуру высокого парня. Белая облегающая рубашка выгодно подчеркивала его широкую спину и крепкие руки, в которых чувствовалась скрытая сила и напряжение. Сам же Перт, не оборачиваясь, стремительно покинул здание, стремясь поскорее сменить душную офисную атмосферу на прохладу кондиционеров в ресторане напротив. Это место ничуть не изменилось за последние два года. Любимое заведение его отца по-прежнему служило декорацией для всего: от светских вечеров до коротких обеденных перерывов. Расположившись в знакомой VIP-комнате, Паначай Сукумпантанасан привычно скомандовал официанту принести «как обычно», а Перт, едва взглянув в меню, выбрал то, что помогало хоть немного взбодриться — обжигающий Том-Ям и порцию риса с острыми креветками. – Том-Ям в Европе отвратительный – констатировал юноша – Ничего, у тебя достаточно времени, чтобы наесться им вдоволь, сынок. – Ты продал квартиру? – Да, как и просил. Я купил тебе новую, недалеко от офиса. – отец машинально махнул рукой, показывая направление в котором находится новое кондо сына. – Спасибо. Завтра хочу выйти на работу. – сухо заявил Перт. – Мне нравится твоё рвение, но не хочешь ли ты отдохнуть? Учёба только закончилась, погуляй, встреться с друзьями. – Нет, я не для этого два года упахивался как проклятый. – Как скажешь, – Паначай нахмурил брови и несколько раз постучал палочками по столу – работы много. Расскажу подробнее в офисе. Пока входишь в основной курс дел, будешь руководить проектом строительства нового отеля. Сейчас во главе команды перспективный специалист, Понгсапак Удомпоч, но у него мало опыта в подобных проектах. Я хочу чтобы ты занялся не только проектом, но и курировал этого мальчика. Перт хотел отказаться от роли наставника, но вместо этого несколько раз кивнул отцу. После обеда отец проводил Перта в его новый кабинет и передал несколько папок с документами для изучения. Погрузившись в работу юноша не заметил как на улице стемнело. Вспомнив про сидящего в машине водителя он быстро собрался, прихватил с собой последнюю не разобранную папку и вышел из кабинета. Офис опен-спейс встретил его тишиной, нарушаемой лишь гудением электроприборов и тусклым свечением вечерних ламп. Проходя между рядов рабочих мест он заметил горящий экран монитора в правом углу помещения. – Ну что за отношение? Неужели так трудно выключить монитор? – пробурчал себе под нос Перт и направился к источнику собственной раздражения. Подойдя к столу он увидел сначала бейджик, прикрепленные к задней поверхности монитора, резюмирующий что за этим столом работает «Понгсапак Удомпоч», а затем, заглянув за светящийся прямоугольник увидел спящего молодого человека. Он лбом упирался в сложенные на столе руки и тихо сопел. Перт застыл, не понимая что с этим делать. Разбудить задремавшего работника или оставить так, пусть сам разбирается. Постояв ещё немного Перт снова направился в кабинет, забрал с дивана небольшой плед с вышитыми золотой нитью собственными инициалами — подарок матери. Вернувшись обратно к столу сотрудника Перт расправил плед и осторожно накрыл плечи спящего мужчины. Щелкнув кнопкой выключения монитора он ещё раз бросил взгляд на темноволосую фигуру, а затем покинул офис, оставив за собой лишь едва уловимый шлейф дорогого парфюма и тяжелую тишину пустого здания. Золотая нить на брошенном поверх плеч пледе мягко мерцала в полумраке всю ночь, охраняя чужой сон до первых лучей солнца. Когда же город окончательно проснулся, утро встретило Санту духотой двадцать восьмого этажа и привычной ломотой в затёкшем теле. Он уже не впервые засыпал за столом, но сегодня пробуждение было странным. Сквозь дымку сна он почувствовал тяжесть и уют, исходящие от ткани на его плечах. Аккуратно стянув с себя плед, он разложил его на столе, замечая вышитые буквы. Санта аккуратно провел пальцами по золотой нити, а затем бережно сложил плед и сдвинул на край стола. До начала рабочего дня оставалось чуть больше двух часов и сегодня его ждало знакомство с новым боссом. Он наслушался всякого ещё вчера, от коллег-девчонок, но старался не рисовать образа из рассказов дабы не портить себе первое впечатление. Санта достал из нижнего ящика стола небольшую сумочку с принадлежностями для утренних процедур и направился к душевым в спортзале кампании. На пятнадцатом этаже всегда было не многолюдно, а в семь утра четверга так тем более. Приняв душ и почистив зубы Санта вернулся к рабочему месту и достал из того же ящика свежий лонгслив кремового оттенка, переоделся и окончательно привёл себя в порядок. После утренних процедур осталось полчаса до прихода коллег. Желудок издал жалобное урчание и Санта решил спуститься в кофейню на первый этаж. Проходя мимо ресепшен он перекинулся парочкой будничных фраз с сидящей за стойкой девушкой и направился в сторону кофейни. Выбрав на завтрак сендвич с тунцом и стакан капучино он разместился в дальнем углу, возле большого панорамного окна, достал из кармана телефон и принялся читать рабочие чаты. Кто-то из коллег обсуждал, что уходя самым последним из офиса всё ещё видел, как горел свет в кабинете нового начальника. Кто-то сообщил, что случайно столкнулся с ним вчера и его суровый взгляд пробирает до костей. Кто-то скинул пост почти трёхлетней давности, о том, как молодой наследник строительной компании «Вега» выгрызает лучшие контракты на строительство, что за три месяца выводит компанию на лидирующие позиции рынка. – «Красивый» – мелькнуло в голове Санты, разглядывающего фотографию, прикрепленную к посту. Он мало знал про Танапона, в основном только то, что он — сын владельца компании, который улетел учиться за границу сразу после какого-то происшествия. Пока он пил кофе, атриум постепенно заполнили люди, до начала рабочего дня осталось десять минут. Санта встал, махнул рукой бариста и поспешил вернуться на своё рабочее место. В 9:15 назначено совещание отдела касательно проекта, который ведёт Санта ну и ради знакомства с новым руководителем конечно. У лифтов было многолюдно: сотрудники, словно кильки, набивались в жестяную коробку. На одном из этажей одна толпа сменилась другой, проталкивая Санту всё глубже в кабину, пока тот случайно не наступил кому-то на ногу, упершись в незнакомца спиной. Ощущая жуткую неловкость, Санта начал рассыпаться в извинениях, медленно разворачиваясь, чтобы попросить прощения глаза в глаза. Слова застряли у него в горле. Прямо перед ним стоял мужчина, чьё присутствие, казалось, вытеснило из тесной кабины весь кислород. Он выглядел воплощением строгой, властной элегантности: безупречно сидящий классический чёрный костюм идеально подчёркивал его статную фигуру и широкие плечи. Под пиджаком угадывалась чёрная рубашка, верхние пуговицы которой были небрежно расстёгнуты. Этот открытый воротник лишал образ излишней официальности, обнажая аккуратную линию ключиц и придавая его облику оттенок порочного благородства. Тёмные, слегка растрёпанные волосы спадали на лоб тонкими прядями, почти касаясь бровей, что в сочетании с формальным костюмом создавало образ опасный и притягательный одновременно. Санта невольно засмотрелся на него, чувствуя, как сердце предательски ускоряет ритм. Незнакомец был чертовски красив той самой тяжёлой, магнетической красотой, от которой хочется бежать и к которой тянет одновременно. Лицо его казалось высеченным из камня: резкие скулы, прямой нос и губы, застывшие в надменном изгибе. Однако, когда их взгляды встретились, извинения Санты окончательно сошли на нет. Мужчина не просто смотрел на него — он смотрел сквозь него. Его тёмные глаза, ледяные и отстранённые, вдруг расширились от нескрываемого ужаса. Вся его властная осанка на мгновение дрогнула. Перт мертвенно побледнел, а пальцы судорожно сжались, будто он пытался ухватиться за ускользающую реальность. В эту секунду в шумном лифте для них двоих повисла оглушительная тишина. Перт смотрел на Санту с таким выражением невыносимой боли и шока, будто увидел перед собой призрака, восставшего из могилы. Для Санты это был лишь прекрасный и пугающий незнакомец, но для Танапона мир в этот миг рухнул во второй раз: перед Пертом стоял Он. Живой. Настоящий. С тем же самым взглядом, который преследовал его в кошмарах последние несколько лет. Рука сама непроизвольно потянулась и замерла в миллиметрах от щеки мальчишки. – Крис… – в глазах мелькнула надежда и тут же растворилась в замешательстве. – Извините, я Санта – слегка отпрянул вышедший из ступора юноша. Мужчина одёрнул руку, проморгался несколько раз и как только лифт звякнул на нужном этаже, пулей вылетел из кабины. Санта вышел следом, видимо им на один этаж. Последнее что он заметил — фигуру из лифта, скрывшуюся за дверью кабинета руководителя отдела. Мими, одна из коллег, в ту же секунду секунду оказалась рядом с Сантой и спросила: – Ты с ним познакомился? – С кем? – всё ещё в недоумении от встречи в лифте Санта даже не обратил внимание на говорящую с ним девушку . – Ну с новым начальником нашего отдела. Вы вместе вышли из лифта, думала, удалось перекинуться парой фраз… Да уж, удалось, не то слово. Танапон явно принял его за кого-то другого. Санта вернулся к своему столу, ещё раз перепроверил документы и отправился в переговорную чтобы подготовиться к совещанию. В 9:12 все коллеги уже сидели на своих местах, готовые к знакомству с новым режимом работы. В 9:15 открылась дверь и молодой начальник замер в проходе, встречаясь взглядом со стоящим у пластиковой доски Сантой. Шумно вдохнув Перт сел на свободное место и представился: – Я — ваш новый начальник, Танапон Сукумпантанасан. Можете обращаться ко мне Кхун Танапон. Особого отношения в свою сторону я не терплю, поэтому советую каждому забыть что я сын владельца компании. Теперь я хочу видеть отчёт и полное представление по активному проекту. – Перт пододвинул к себе открытую папку с документами и пробежался глазами по первой странице. – Конечно, меня зовут Понгсапак Удомпоч, я веду этот проект с момента подписания контракта на строительство. – Санта положил перед новым руководителем ещё одну папку с документами – Это полная финансовая справка, Вам необходимо с ней ознакомиться в первую очередь, Кхун Танапон. Перт вздрогнул. Собственное имя раскатилось по телу толпой мурашек. Дыхание сбилось так же, как двадцать минут назад в маленькой камере лифта. Санта был так похож, чертовски похож на того, кто уже два года как оставил его. Так не бывает. Не бывает чтобы у разных людей одни глаза, одна улыбка, даже голос один на двоих. Перед ним будто снова стоял Крис, только звал он себя почему-то другим именем и в глазах не светилась любовь. День прошёл как в тумане. Перт тщательно изучил все представленные ему документы и составил небольшой бриф для Санты. Уходя из офиса позже всех он оставил бумагу с вопросами на столе своего сотрудника и поспешил вернуться в квартиру. Дом встретил Перта удушающим холодом и звенящей, почти осязаемой тишиной. К этой мертвенной пустоте было невозможно привыкнуть, даже спустя годы. До той роковой ночи четыре года жизни казались ослепительным калейдоскопом красок, звуков искреннего смеха и тепла дома, где его всегда ждали. Теперь же уют сменился склепом. Дрожащими пальцами вытащив из стеклянного бара бутылку виски, Перт плеснул янтарную жидкость в стакан, бросил одинокий кубик льда и тяжело опустился на диван в гостиной. Но алкоголь не давал забвения. Сознание, словно зацикленная пленка, раз за разом возвращало его в ту тесную кабину лифта. Туда, где среди толпы, самое родное лицо в мире в одно мгновение обернулось чужой маской. Тело, которое раньше само льнуло к нему, ища защиты, в лифте испуганно отшатнулось от случайного касания. Голос, интонации которого Перт помнил лучше собственного дыхания, вдруг зазвучал иначе, представляясь чужим, холодным именем — Санта. А эти тёмные, бездонные оленьи глаза... в них больше не было любви. Они смотрели на Перта как на абсолютного незнакомца. Мерзкий ком тошноты подступил к горлу, а выпитая наполовину бутылка лишь придавила плечи свинцовой тяжестью. В отчаянной попытке выжечь из памяти образ мальчишки, так пугающе похожего на Криса, Перт допил остатки виски залпом прямо из бутылки. Горло обожгло, но наваждение не исчезло. Кое-как добравшись до спальни, он рухнул на кровать, даже не снимая рубашки, и провалился в вязкий, тяжёлый алкогольный сон. Сон, ставший его персональным адом на протяжении каждой ночи. Перед глазами вновь расплывалось багровое пятно на ослепительно белой ткани, он видел виноватые, полные боли глаза любимого и слышал истошный, раздирающий душу крик женщины, которая снова и снова обвиняла его в смерти своего сына.