Из боли и крови моей...

      — Кажется, получилось!..       Восторженный голос Коры заставил Виктора оторваться от работы над его личным проектом — генератором гравитационных полей. Выходные он решил посвятить собственным планам, не связанным с Академией и желаниями Совета, точно зная, что Джейс не будет ему мешать, занятый своей жизнью. В полупустом здании думалось лучше и спокойнее. По дороге к лаборатории он встретил только Скай, работавшую над своей научной статьей в дальнем кабинете в конце коридора. Они перекинулись парой слов, пожелав друг другу удачи, и разошлись, каждый занявшись своим. Так что день должен был пройти относительно спокойно и продуктивно.       Разумеется, Кора немедленно выразила желание пойти с ним, и Виктор не нашел ни одной причины, чтобы убедить ее остаться дома. Она была полезна в его задачах, подсказывая со своей стороны, как лучше направлять энергии, она собиралась заняться их общим проектом, и она… при всей боли, что Виктор испытывал рядом, была ему нужна.       За окном уже спустились сумерки, когда Кора смогла нащупать и закрепить тонкую нить, связующую кристаллы хекстека между собой, которую так долго и упорно пыталась найти.       — Получилось? — повторил Виктор, поднимаясь и делая к ней шаг.       — Почти уверена! Я почувствовала, что они слышат друг друга! Давай проверим?! — глаза Коры горели исследовательским азартом, столь понятным и близким Виктору.       — Давай!.. — с улыбкой отозвался он.       Подключив приемник сообщения к одному кристаллу и генератор сигналов — к другому, оба с замиранием сердца вздохнули и отступили от стола, переглянувшись.       — Готов?       — Готова? — одновременно произнесли они.       — Задаю сообщение… — для проверки Виктор набрал единственный символ, отразившийся в резонаторе, и нажал на отправку.       Резонатор, подключенный ко второму кристаллу, служивший приемником, среагировал, повторив тот же знак.       — Работает!.. — Кора, засмеявшись, подпрыгнула, хлопнула в ладоши и подбежала ближе, чтобы все рассмотреть. — Давай я отправлю что-нибудь тебе?!.       Свет кристаллов тем временем понемногу усиливался, нарастая с едва заметными вспышками.       — Попробуй! — радостно отозвался Виктор. Вся напряженность и мрачность его вмиг развеялись, глаза блестели восторгом, в каждом движении читалась энергия и страсть к своему делу. — Нужно будет еще проверить дальность и прохождение сигнала сквозь препятствия… Вообще-то влиять не должно, но стоит убедиться!..       — Странно… — пробормотала растерянно Кора. — Он… не хочет ничего отправлять. Второе устройство точно работает?       — Должно было, если не сломалось… — Виктор подошел к ней, склонился над панелью ввода и сам попробовал набрать и отправить знак. — Кора… — он поднял глаза на разгорающийся с каждой секундой кристалл, потом в беспокойстве перевел взгляд на другой, с которым происходило то же самое. — Ты создала положительную петлю!.. Нужно разорвать соединение, пока система не ушла вразнос!       Он попробовал сделать это, нарушить связь с помощью заранее заготовленной команды, но кристалл не послушался, продолжая пылать ярче.       — Не отвечает…       Виктор бросился к первому, надеясь отключить его. Вдруг все-таки система ввода действительно была сломана, и потому не посылала нужных сигналов?       — Я попробую сама!.. — сказала ему Кора, вытянув руку к ближайшему из кристаллов.       — Лучше отойди! — Виктор несколько раз нажал на кнопку сброса, а после с силой вбил ее в наборную панель, но никакой реакции не последовало. — Кора!..       — Мне их жалко, они же разрушатся!.. — отозвалась она.       Вены ее сияли синим, впитывая энергию. Свечение кристаллов перестало нарастать, и на мгновение Виктору показалось, что у нее получится. Кто, как не Ядро, может справиться с вышедшим из-под контроля хекстеком? Куда ему, смертному, с его ограниченным восприятием, лезть с советами к этому существу, созданному из самой магии?       Однако воздух становился плотным, вибрирующим, словно натянутая до предела струна. Свет кристаллов снова начал становиться ярче, низкое гудение хекстека перерастало в пронзительный звон, а тело Коры, переполненное энергией, засияло целиком, пронизанное магией насквозь… Она пыталась удержать разваливающуюся систему, поглощая избыточный заряд в себя, параллельно ища способ остановить процесс бесконечного нарастания… И она не выдерживала.       Виктор успел осознать всё за долю секунды — холодная, расчетливая часть его разума, вопила о неминуемой катастрофе. Он не думал, не анализировал вероятность успеха, не взвешивал риски… Просто рванулся вперед, сбивая Кору с ног своим весом, накрывая её собой за мгновение до того, как пространство вспыхнуло ослепляющим, белым огнем, и кристаллы разорвались.       Выброс чистой энергии прошелся над ними волной, что-то острое и будто раскаленное добела, сотнями игл вонзилось ему в плечо, прошивая одежду и кожу… Хлопок, удивительно тихий и глухой для такой силы… удар об пол коленями и выброшенным вперед локтем, костяшками ладони, инстинктивно придерживающей затылок Коры, чтобы смягчить падение…       Тишина, наступившая после взрыва, была абсолютной, словно Виктор полностью оглох. Короткий миг темноты в глазах сменился размазанными цветными пятнами, собравшимися в бледное, светящееся голубовато-белым лицо…       — Кора! — Виктор в панике схватил ее за плечи дрожащими пальцами. — Кора!..       Он бросился лихорадочно ощупывать ее лицо, шею, плечи, ребра, проверяя, цела ли она, а когда убедился… припал губами к ее лбу, задыхаясь от сдерживаемых рыданий.       Если бы она умерла, для него все бы здесь и закончилось. Закончился бы воздух вместе со смыслом дышать. Никуда не делись бы ни цели, ни планы, ни надежды успеть сделать мир лучше… не пропали бы знания и их неутолимая жажда… А смысл во всем этом бы исчез.       Даже несмотря на то, как он сейчас захлебывался ужасом и счастьем, Виктор ясно смог осознать страшную мысль, рушащую всю его жизнь, окончательно пробившуюся на свет, долгие дни прорастая во тьме его бесконечного подавления и избегания: между собой и Корой он выберет ее. Лучше ему умереть, чем лишить мир ее дыхания.       «Я люблю тебя, — признался, наконец, Виктор. — Всем своим существом… До последней клетки, до атома… Я ничего не хочу без тебя, Кора!..»       Мир сузился до размеров их тел, время застыло, обрывая связь с прошлым и не прокладывая дороги в будущее. Задыхаясь, Виктор прижал ее к себе, уткнулся лицом в плечо, вплел пальцы в растрепавшиеся серебряные волосы, стараясь ощутить как можно сильнее — она жива, она с ним, дышит, он не потерял ее!..       Кора медленно подняла ослабевшие руки и попыталась обнять. Адреналин отступал, и силы покидали его, в том числе на то, чтобы сдерживаться… И все накопленное за многие дни и за этот краткий миг напряжение, наконец, прорвалось наружу. Слезы наполнили глаза, тут же срываясь каплями на пол.       — Виктор… — прошептала Кора, бережно гладя его по волосам и спине, той ее части, что не была повреждена. — Ты ранен… Позволь мне помочь…       Кровь пропитывала разодранную рубашку и текла по рукаву. Виктор чувствовал жгучую боль в левой лопатке и плече, изрезанных осколками и обожженных взрывом, гулко ныл и наливался синяком локоть, подставленный для того, чтобы первым принять удар, погасив часть разрушительной энергии, и защитить от нее Кору. Но разве это все вообще хоть сколько-нибудь важно, когда он погиб внутри, когда сегодня в нем умер тот, прежний Виктор, который жил только ради идей и чистой науки?       Этот взрыв убил его. Все трещины, что он склеивал в собственном фундаменте личности, окончательно разошлись, и казавшаяся ему монолитной, стальной, его суть с грохотом обрушилась…       Посильнее зажмурившись, чтобы сморгнуть слезы и оставить меньше влаги на ресницах, Виктор осторожно поднялся и сел. Ушибленный сустав отказывался разгибаться до конца, распухнув.       — Ты цела?.. — спросил Виктор, словно только что не ощупывал ее, не целовал, не всматривался обезумевшим взглядом в глаза.       — Да, благодаря тебе… — Кора коснулась его мокрой щеки, обняла ее ладонью. Ещё светящиеся от впитанной энергии глаза ее тоже полны были слез, но слез восхищения и любви, божества, увидевшего равного в самом хрупком из смертных. — Спасибо. Знаешь, ты… самый чистый свет, что я встречала… и самый яркий. Позволь мне позаботиться о нем, чтобы он не угас...       Виктор не смог и не видел причин спорить. Ни к чему сейчас была его глупая гордость. Он снял жилет, пока Кора, не спрашивая разрешения, развязывала его галстук. Начав расстегивать рубашку, Виктор замер на последних пуговицах, вспоминая, что еще не показывал ей ни своего металлического корсета под одеждой, ни истощенного уродства тела. Заунская привычка прятать уязвимые места от чужих глаз и собственная неприязнь к пусть и очевидной слабости заставляла его переодеваться в ванной с самого момента появления Коры в его жизни. Теперь, когда Виктор дал имя своему чувству к ней, еще сильнее не хотелось, чтобы Кора испытывала к нему брезгливое сострадание, которое он так ненавидел. Виктор вздохнул и, распахнув рубашку, стащил ее с поврежденного плеча, оставляя половину груди прикрытой.       Кора лишь мельком скользнула глазами по его телу, без всякого отвращения или жалости, и тут же принялась изучать раны. Металл корсета и кожа лямки на плече отчасти защитили его от осколков, но все вокруг них было усеяно светящимися точками вонзившегося в плоть раздробленного хекстека. А самое пугающим и странным было то, что они уже начали заживлять раны, врастая в кожу…       — Хекстек… запустил регенерацию, — проговорила Кора изумленно, касаясь самого края поврежденной кожи, чтобы как можно меньше мучить его. — Если я начну доставать их, будет больно. Они начали срастаться с тобой.       — Регенерацию? — повторил Виктор задумчиво. — Но ведь так не должно быть, я… тестировал.       — Если я могу лечить, передавая энергию, они тоже могут. Хоть я и не понимаю, как, без настройки… Нужно вытащить их скорее, пока раны не затянулись до конца!.. — Кора хотела встать, но Виктор удержал ее за руку и остановил.       — Подожди. Почувствуй, пожалуйста, есть ли от них… какой-нибудь вред?       — Ты хочешь?..       Виктор кивнул с решимостью обреченного. Положив ладонь на его острое плечо, а вторую подняв над ним с другой стороны, Кора сосредоточилась на потоках магии, вплетавшейся все глубже в его плоть. Там, где чуждая энергия касалась клеток, они обретали силу, исцеляясь… хекстек не пытался разорвать, подчинить, выжечь — став частью тела Виктора, он начал поддерживать его…       — Он тебя лечит… — прошептала Кора, сама не понимая, как это возможно. Как слепая, лишенная воли и разума сила, какой когда-то была она сама, выбрала для себя такую задачу, нашла приложение своей энергии без настройки и чьей-либо помощи… Или же другая воля смогла направить ее, даже не осознавая?..       — Тогда оставь их там. В конце концов, начнет мешать или вредить — вытащу.       — Уверен?       — Да.       Кора придвинулась ближе и нежно прижала его к себе, соприкасаясь грудью с его и обнимая его бедра своими.       — Мне так удобнее… — объяснила она. — Чем ты ближе, тем лучше я чувствую и точнее могу воздействовать…       Но Виктор не требовал объяснений. Он хотел, чтобы Кора не отстранялась, под любым предлогом… Сам склонился головой к ее плечу, вдыхая запах собственной крови с разбитой ладони и слез, впитавшихся ей в волосы, смешанных с ее электрическим и при этом совершенно человеческим, телесным ароматом.       Ее энергия влилась в него, и Виктор полностью расслабился, зная, что так Коре легче с ним работать. На недолгий миг они стали одной системой, и эта мысль пьянила его. Разум, почти отключаясь, погрузился в туман, чтобы спастись от невыносимой, изменившейся до неузнаваемости реальности… Слишком много случилось, слишком больно и слишком хорошо было ему, чтобы не сойти с ума…       Дверь тихо приоткрылась ровно в тот момент, когда Кора почти закончила лечение. Она испуганно вскинула пылающий магией взгляд и встретилась с потрясенной, замершей на пороге Скай.       Кора знала — то, что она увидела сейчас, полностью разоблачало ее, как человека. Ее вены и глаза светились, энергия под кожей Виктора слабо мерцала, ярче вспыхивая в точках, где остался под кожей хекстек… Это нельзя было объяснить никаким экспериментом, никакой технологией. Если Скай расскажет кому-нибудь… их жизнь в Пилтовере закончится. И ужас, переходящий в панику в ее глазах не оставлял надежды.       Но Кора не понимала, что Скай видела и то, как заживает ожог на плече Виктора под действием ее магии, как бережно она обнимает его, и как сам Виктор ищет покоя в ее руках… В руках нечеловеческой, но любящей его силы.       Губы Скай задрожали. Она глядела в умоляющие глаза Коры, будто парализованная всеми осознаниями, обрушившимися на нее. А потом кивнула ей, принося самую тяжелую в своей жизни клятву молчания. И неслышно прикрыла за собой дверь.       Прижавшись к стене в коридоре затылком, Скай понимала — это существо, которое сейчас было с Виктором, справится с тем, чтобы ему помочь. Справится так, как не мог никто из людей, даже самый любящий. Потому она никогда и никому не скажет о том, что увидела.       Закрыв лицо руками, Скай подавила желание разрыдаться прямо здесь, у двери в чужой, навсегда закрытый для нее мир. На дрожащих ногах она двинулась обратно к кабинету в конце коридора, где работала сегодня.       — Мисс Янг!.. — голос охранника заставил ее обернуться. — Нам показалось, где-то в этом крыле был подозрительный шум. Вряд ли взрыв, но нам нужно убедиться, что все в порядке…       — Виктор проводит эксперименты, все под контролем, — Скай лишь чуть повернула голову к нему, но не обернулась. — Я только что оттуда. Он настоятельно просил не беспокоить его, иначе взрыв действительно может произойти, — подумав мгновение, она добавила: — Советник Талис дал разрешения на его работу.       — Благодарю за разъяснения. Но если понадобится помощь, мы будем поблизости…       Скай кивнула и двинулась дальше, надеясь, что ноги дрожат не насколько сильно, чтобы это можно было уловить взглядом. Добравшись до кабинета, она заперлась на замок и сползла по двери на пол, сбрасывая очки и утыкаясь в колени лицом.