DARK EROS: TILL I DIE

На следующий день Сакура уже могла более-менее сносно передвигаться по коридорам Дарк Эроса. Всю ночь, после того как она прочла в летописи подлинную историю Безликой, на душе было невыносимо, удушающе тоскливо. Бедная, забытая всем миром маленькая девочка ждала свою маму до самого последнего вздоха. И даже после него. В принципе, как и она сама когда-то ждала ответов, которые так и не получила от живых. Именно в эту ночь, глядя в темный потолок больничной палаты, Сакура осознала пугающую, необратимую вещь. Готова ли она вернуться обратно в дождливый Портленд после всего, что увидела и пережила здесь? — Нет, — хрипло, в пустоту прошептала она. Она больше не была к этому готова. Потому что прежней Сакуры Харуно — жесткого полевого штурмовика, хладнокровного профайлера ФБР, чьи руки привыкли к тяжести помпового «Ремингтона», и рационального психиатра, которую когда-то перевели к Карин и Ино — больше не существовало. Этот остров сломал ее и собрал заново. За последние две недели вся ее тщательно выстроенная, логичная картина мира перевернулась с ног на голову и разбилась вдребезги. Она видела призраков, она спала с монстром, она выжила после проклятия пустоты. Обычный мир людей теперь казался пресным, плоским и абсолютно чужим. Несмотря на собачий холод, тянущий сквозняком по полу, Сакура спустила босые ноги на бетон. Одетая лишь в безразмерную черную шелковую рубашку Учихи, она упрямо двинулась к выходу из медблока. Ей нужно было в свою комнату. Но стоило ей сделать несколько шагов по коридору, как путь ей преградила изящная фигура. — И куда это мы собрались? — с идеальной, холодной вежливостью поинтересовалась Хината, скептически окинув доктора Учиху взглядом с головы до босых ног. — Я больше не могу лежать в этом пропахшем спиртом медицинском блоке. Хочу вернуться к себе, — твердо ответила Сакура, слегка морщась от пульсации в обожженной лодыжке. — Пошли. Я отведу тебя, — Хината мягко, но непреклонно взяла Сакуру под руку, не оставляя пространства для споров. Они двинулись по темным коридорам, но на первой же развилке леди Хьюго уверенно свернула совершенно в другую сторону. — Куда мы идем? Моя комната в другом крыле, — нахмурилась Сакура. — Так как ты уже всё знаешь, нам больше нет смысла скрывать от тебя свою истинную природу и быт, — спокойно, как о погоде, начала демонесса. — Теперь ты будешь жить на личном этаже администрации. Там, где тебе и полагается быть по статусу. — Что? — Сакура опешила так резко, что даже забыла о том, как ледяной бетон неприятно обжигает ступни. — Вы и на этот счет мне всё время врали? — Дорогая моя, — снисходительно улыбнулась Хината, не сбавляя шага. — Мы делали вид, что живем в том сером, унылом крыле для персонала. Но реальность такова, что демоны не нуждаются во сне. Мы активны круглосуточно. Если бы ты с самого начала жила рядом с нами, твой человеческий рассудок треснул бы в два раза быстрее от нашего ритма и энергетики. Это были элементарные меры предосторожности ради твоего же блага. — О мой… — Сакура вовремя осеклась. Она чуть было по привычке не помянула Бога, но вовремя вспомнила, кто именно сейчас идет с ней под руку. — Да-да. Мы всё понимаем, — иронично констатировала Хината. И тут пространство вокруг них начало неуловимо меняться. Унылые бетонные стены и казенная краска исчезли, уступая место совершенно иной реальности. Коридоры стали напоминать этаж роскошного, дорогого пятизвездочного отеля. Под босыми ногами Сакуры оказался густой, мягкий ковровый ворс, приглушающий шаги. На стенах появились изысканные обои из темного шелка, а мягкий, теплый свет лился от элегантных настенных бра. — Твоя комната, — Хината остановилась и толкнула тяжелую, массивную дверь. На этот раз — из настоящего, цельного дуба с искусно вырезанным орнаментом. Сакура невольно ахнула, переступая порог. Это была не комната. Это были настоящие покои. Всю дальнюю стену занимало колоссальное панорамное окно с выходом на широкий балкон, за которым открывался потрясающий, бушующий вид на Атлантический океан. В центре комнаты возвышалась кровать. Огромная, мягкая кровать королевского размера. Никаких больше казенных узких коек — только настоящий, порочный предмет роскоши. Весь интерьер был выдержан в глубоких черно-красных тонах. Этого стоило ожидать, учитывая, что она находилась на личном этаже Архонта Наказания. Над кроватью нависал тяжелый темный балдахин, а окна закрывали плотные, бархатные черные шторы. — Мамочки… — в абсолютном, искреннем восторге прошептала Сакура, осматривая изысканную мебель и пространство. — Наверное, для смертной здесь слишком мрачно, — задумчиво произнесла Хината, проследив за ее взглядом. — Но других тонов во всей этой тюрьме просто не существует. Впрочем… я где-то в хранилищах видела тяжелые шторы темно-изумрудного цвета. Мы можем заменить ими эти красные акценты, если человеческому глазу так будет спокойнее и уютнее. — Пожалуй, да, — честно, с благодарностью ответила Сакура. Черный цвет в сочетании с глубоким изумрудным будет смотреться не так агрессивно и превосходно подчеркнет ее собственные глаза. — Отлично. Располагайся и отдыхай, — Хината изящно развернулась к выходу. — Через час у нас общее собрание. А завтра — очень важное событие. — Какое еще событие? — Сакура резко обернулась, забыв про восторг. — На собрании узнаешь, — загадочно, с легкой полуулыбкой ответила леди Хьюго и бесшумно закрыла за собой дубовую дверь. Оставшись в звенящей тишине роскошной спальни, Сакура начала осматриваться, чтобы обжиться, и вдруг замерла. Она увидела свои вещи. Вся ее одежда, документы, зубная щетка и расческа — всё уже было аккуратно разложено и расставлено по местам. Никто даже не удосужился спросить ее разрешения на переезд. Холодок пробежал по позвоночнику. А если бы она отказалась переезжать? Ответ был очевиден: ее мнение здесь больше ничего не значило. Иллюзия свободы рухнула окончательно. Золотая клетка захлопнулась, и ключи от нее лежали в кармане у Высшего Архонта. Сакура вошла в столовую — огромное, выдержанное в темных тонах помещение, которое служило администрации универсальным местом: здесь и пили утренний кофе, и выносили смертные приговоры. — Всем доброго утра. Наверное, — спокойно, без тени прежней дрожи в голосе произнесла Сакура. Все взгляды мгновенно обратились к ней. От той потерянной, напуганной девушки, утопающей в безразмерных, пропитанных кровью мужских рубашках, не осталось и следа. В столовую Дарк Эроса вошла доктор Учиха. На ней был строгий, безупречно скроенный черный брючный костюм, под пиджаком которого виднелось изящное черное кружево. Густые розовые волосы водопадом ниспадали на плечи, а шею украшала тонкая темная цепочка с подвеской. Ее взгляд был холодным, цепким и собранным. Сакура на секунду встретилась взглядом с Саске. Он сидел во главе стола, как всегда идеально спокойный и отстраненный. Он не приходил к ней с той самой ночи, когда хитростью и чистым инфернальным ужасом довел Хидана до глубокого обморока. Она не отвела глаз, лишь слегка вздернула подбородок, и плавно опустилась на свободный стул. — Итак, — нарушил тишину Наруто, хлопнув ладонями по столу. — Завтра Ночь Желания. Нам нужно подготовиться. Остров должен быть изолирован строже обычного. — Он снова припрется? — скривилась Мэй, брезгливо помешивая свой кофе. — Конечно, куда же такое веселье и без него, — закатила глаза Цунаде, откидываясь на спинку кресла. Сакура нахмурила брови. Мозг аналитика машинально сопоставил факты. Она бросила короткий взгляд на свои наручные часы. Тринадцатое февраля. Завтра четырнадцатое. Шестеренки со щелчком встали на место. — Подождите, — она скептически вскинула бровь. — Вы что, называете День всех влюбленных «Ночью Желания»? — Это у вас, смертных, это День всех влюбленных с розовыми соплями и валентинками, — хмыкнула Цунаде. — В Аду такого праздника нет. Для нас это один из опаснейших и самых непредсказуемых дней в году. — Ну да, конечно. После всего, что я тут увидела, я уже даже не удивлюсь, если сейчас откроется дверь, войдет Купидон в подгузнике и начнет стрелять из лука, — саркастично съязвила Сакура, скрестив руки на груди. — Купидона не существует, — терпеливо, как ребенку, объяснила Хината. — Но существует Архонт Желания. — Кто? — переспросила Сакура. Она машинально потянулась к карману пиджака и достала пачку сигарет, на которой золотым тиснением было выбито то же самое слово — ARCHON. — Он? — А пачка-то чья, дорогуша? — с хищной ухмылкой прищурилась Цунаде, узнав знакомый бренд, который на острове курил только один демон. — Ну, его, — Сакура небрежно кивнула в сторону Саске. Директор даже бровью не повел, продолжая смотреть в окно на бушующий океан. — А он, по-твоему, кто? — ехидно подалась вперед Мэй, ожидая, что смертная сейчас опозорится. — Крутая шишка среди вас. Это всё, что я знаю, — совершенно невозмутимо, с каменным лицом агента под прикрытием ответила Сакура. В столовой повисла звенящая тишина. Демоны замерли, переваривая услышанное. — Ты ей до сих пор не сказал? — возмущенно выдохнула Сенджу, переведя ошарашенный взгляд на Саске. — Нет, — коротко отрезал Архонт. — Он Архонт, дурочка! — всплеснула руками Мэй. — А я Мария Кюри. И что тогда? Я не понимаю ваших пафосных словечек и титулов, — холодно парировала Сакура, глядя на суккуба как на пустое место. Все снова осеклись. Смертная только что отчитала демона похоти так, словно та была нерадивой студенткой на семинаре. — Иногда незнание — это сила, — низким, спокойным голосом произнес Саске, не глядя на свою свиту. — В Бездне существует строгая иерархия, дорогая, — примирительно начала Хината, решив, что смертной всё же пора понимать, с кем она делит крышу. — Сначала идет Император. Вы, люди, называете его Люцифером. — Окей. Допустим, — кивнула Сакура, подавшись вперед и опершись локтями о стол. Это уже напоминало брифинг в ФБР. — Затем идут семь Высших Архонтов. Владыки Бездны, — Хината начала изящно загибать бледные пальцы. — Наказание, Правосудие, Желание, Война, Память, Бездна и Души. Глаза Сакуры сузились. В голове мгновенно вспыхнуло воспоминание из коридора, раскаленные руны и фраза, выжженная в пространстве: «Poena est Veritas». Наказание есть Истина. — Значит, ты у нас… — Сакура медленно повернула голову к Саске, встречаясь с его непроницаемым взглядом. — Наказание. Верно? Саске молча, едва заметно ухмыльнулся уголком губ. «Какой напыщенный», — пронеслось в ее мыслях. Но пазл складывался идеально. — А Итачи тогда был Правосудием? — так же буднично продолжила допрос Сакура. — У него на груди были набиты Чаши Правосудия, точно так же, как у тебя тот огромный меч с Уроборосом. Она произнесла это совершенно ровно. Для неё, как для профессионального профайлера, это были просто сухие факты, особые приметы, которые она успела зафиксировать и классифицировать. А вот демоны вокруг стола мгновенно оцепенели. Куренай застыла с кофейником в руке. Наруто поперхнулся воздухом. Мэй побледнела так, словно увидела привидение. Она знала про татуировку в виде меча. Чтобы знать, как выглядит Печать Архонта Наказания на его груди, нужно было видеть Владыку абсолютно без рубашки. И судя по тому, что смертная сидела здесь живая и невредимая… это произошло не под пытками. Пиздец. — Дальше что? Почему их именно семь? Они как-то связаны со смертными грехами? — с профессиональной дотошностью следователя засыпала вопросами Сакура. Отпив черный кофе, она уже мысленно рисовала в голове схему новой преступной организации. — Нет, смертные грехи — это совершенно отдельная каста и структура, — терпеливо, как лектор нерадивому студенту, пояснила Хината. — То есть, чтобы ты понимала: на самом верху абсолютной власти находится Император, а ступенью ниже — Высшие Архонты. — Ага. Значит, сначала идет президент, а под ним парламент. Усекла, — деловито кивнула Сакура, проводя понятные для себя параллели. — И работа у вас такая: эта великолепная семерка делает всю грязную работу и управляет государством вместо Императора, а ему только доклады и отчеты на стол кладет? — Грубо говоря, почти да, — согласился Наруто, удивленный тем, как легко человеческий мозг адаптировал структуру Ада. — А у вас есть выборы? — совершенно спокойно спросила Сакура, сложив руки в замок перед собой и глядя на администрацию. В столовой повисла секундная пауза. — Это еще что такое? — искренне не поняла Куренай, нахмурив безупречные брови. — Ну как же. Выборы. Это когда люди добровольно, путем тайного или открытого голосования, выбирают того, кого хотят видеть своим лидером. В вашем случае — на троне, — на полном серьезе объяснила Сакура. Демоны взорвались смехом. Даже обычно сдержанная Куренай издала смешок. — Ты слышала? Добровольно выбирают! — всплеснула руками Мэй, утирая невидимую слезу. Сакура тяжело вздохнула и закатила глаза. — Ясно. Демократией тут и не пахнет. Значит, всё решается исключительно через насилие, интриги и кровопролитие? — Не совсем, смотри, — Хината продолжила свой экскурс, пока остальные с интересом наблюдали за пикировкой. — Ниже Архонтов идет Высшая Аристократия Бездны — Двенадцать Домов. Среди них, например, мой Дом Хьюго, Дом моего мужа — Узумаки, Дом Учиха, Дом Сенджу и некоторые другие древние родословные. — Погоди, — Сакура нахмурила лоб, сводя брови к переносице. — Если Учиха — это просто Аристократия, как тогда он стал Архонтом? — она снова кивнула в сторону невозмутимого Саске. — Потому что Архонтов выбирают исключительно из представителей этих Двенадцати Домов, — спокойно объяснила Хината. — И по каким критериям? — не унималась бывший агент ФБР. — Вы что, проходите какой-то спецотбор? Сдаете тесты на профпригодность? Полиграф? Спортивные нормативы? Тут уже даже Саске не выдержал. В его груди зародился тихий, гортанный смех, который густым бархатом прокатился по столовой. Смертная пыталась натянуть бюрократию людского мира на древние законы Преисподней. — Нет, доктор, — отсмеявшись, произнес Саске. Его черные глаза смотрели на нее с нескрываемым интересом. — Предшественник сам называет имя своего преемника, передавая ему Печать и Силу. — А сам он куда после этого пропадает? Выходит на пенсию? — фыркнула Сакура. — Это уже сугубо его личные дела. — Хорошо. Тогда кто занял место вместо Итачи? — вдруг, без всякого перехода, выстрелила вопросом Сакура, глядя Директору прямо в глаза. В комнате стало тихо, как в склепе. Веселье сдуло сквозняком. Воздух мгновенно потяжелел, а на лицах демонов отразилось напряжение. — Он не передал свои полномочия, — ледяным, отрезающим тоном произнес Саске. — Значит… сейчас это кресло по факту вакантно? В Аду нет Правосудия? — Нет, — жестко обрубил Саске, и его глаза на секунду полыхнули багровым. — Не лезь в это, Сакура. Сакура недовольно фыркнула, но отступила. Инстинкт самосохранения подсказывал, что эту тему лучше пока закрыть. — Ладно, окей, поняла. Секретные материалы. Значит, Аристократия — это понятно. У нас в мире людей она тоже есть, «Олд Мани» называется — старые деньги, связи, влияние, вот это всё. Что идет дальше по списку? — Дальше идет обыкновенная Знать, — продолжила Хината, мягко сглаживая острые углы. — Хорошо. А под ними? — Легионы. Командиры, солдаты и обычные, рядовые демоны. — А суккубы тогда в какой прослойке? — Сакура перевела взгляд на Мэй. — Знать. — С чего это вдруг? — Сакура скептически выгнула бровь. — Эй! — Мэй угрожающе подалась вперед, и ее ногти начали опасно удлиняться. — Тебе жить надоело? — Пардон, но мне просто чисто академически интересно, с каких это пор элитные шлюхи приравниваются к аристократии и знати? — невозмутимо парировала доктор Учиха. Хината деликатно прикрыла рот ладонью, едва сдерживая смешок. Наруто отвернулся к окну, подозрительно тряся плечами. — Они не… шлюхи, Сакура, — попыталась сохранить серьезность леди Хьюго. — Это особый вид демонов. Они питаются колоссальным выбросом чистой энергии, который происходит в момент соития и наивысшего наслаждения. Это делает их очень сильными и влиятельными в нашем мире. — Вот как… И откуда же именно они эту энергию… сосут? Последнее слово Сакура буквально пропищала. Ее нервная система, истощенная болью, недосыпом и постоянным стрессом, внезапно дала сбой, выдав парадоксальную реакцию. Ее пробило на абсолютно истеричный смех. Она представила себе эту картину со своей, чисто человеческой, испорченной полицейским юмором колокольни, и картинка получилась настолько вульгарной и комичной, что сдерживаться стало невозможно. Сакура схватила со стола картонную папку с документами, закрыла ею лицо от присутствующих и уронила голову на стол. Из-за папки доносились глухие, истеричные всхлипы и сдавленный смех. Бывший хладнокровный профайлер ФБР тряслась от хохота, представляя, как «элитная знать» Ада буквально высасывает свою власть из смертных через одно конкретное место, пока взбешенная Мэй сидела напротив с лицом, не предвещающим ничего хорошего. Но в следующий миг Сакура буквально взорвалась. Она запрокинула голову назад и расхохоталась — громко, искренне, до слез, так, как когда-то смеялась только в курилке ФБР после тяжелых, выматывающих рейдов. — Ой, блять… — задыхаясь от приступа смеха, выдавила она, держась за живот. — Сосут энергию… Бог ты мой, я сейчас просто умру. Она кое-как поднялась из-за стола и с громким выдохом отошла к буфетной стойке, чтобы налить себе стакан воды. Но стоило ей поднести стекло к губам, как воспаленный разум профайлера снова подкинул ту самую пошлую визуализацию, и она прыснула прямо в стакан, расплескав воду. — Сасори бы точно заценил, — произнесла Сакура, пытаясь отдышаться, но получалось откровенно плохо. — Все бы наши ребята в отделе оценили, черт возьми… Наруто, мгновенно уловив суть грязной человеческой шутки, уже тоже трясся от беззвучного смеха, отвернувшись к окну. Хината, сохраняя аристократическое достоинство, деликатно прикрыла нижнюю половину лица той самой картонной папкой, но ее плечи подозрительно подрагивали. Цунаде, откровенно наслаждаясь развернувшимся шоу, одобрительно вскинула бровь. Мэй и Куренай непонимающе переглянулись. — Что не так? — нахмурилась Мэй, а затем шестеренки в голове суккуба наконец сошлись. Идеальное лицо демонессы вытянулось от возмущения. — Эй! Это ты на что сейчас намекаешь?! Сакура, окончательно отхохотав, бессильно осела, держась рукой за край тяжелой дубовой столешницы. Саске, всё это время внимательно наблюдавший за ее реакцией из-за стола, лишь едва заметно приподнял уголок губ. Смертная продолжала ломать устои его администрации. — Ой, мамочки, — взмолилась Сакура, утирая выступившие слезы тыльной стороной ладони. — Всё, соберись, тряпка. Она сделала глубокий, шумный выдох, возвращая себе самообладание. — Так, всё. Я вроде готова слушать дальше. Сакура вернулась на свое место за столом, слегка покрасневшая от смеха, и привычным жестом поправила густые розовые волосы. Сцепила руки в замок, хотя на ее губах всё еще играла шальная улыбка. В ее голове снова возник образ Сасори. Командир штурмовой группы точно сказал бы сейчас что-то в духе: «Давай я побуду твоим демоном, малышка». Сакура тихо застонала и закрыла лицо обеими руками. — Знаете, в чем главная ирония? — произнесла она сквозь пальцы. — В пубертатном периоде мой старший брат просто с ума сходил по этим вашим суккубам. Столько комиксов и картинок под кроватью прятал… — ее плечи снова мелко затряслись. — Он бы, наверное, полжизни отдал, чтобы увидеть такую экзотику в своей постели. — Оу… — многозначительно протянул Наруто. — Твой брат красивый? — тут же оживилась Мэй, хищно облизнув губы. Сакура резко отняла руки от лица. Веселье в ее зеленых глазах мгновенно сменилось холодной, предупреждающей сталью. — Расслабь булки, демонесса. Ты его не достойна, — жестко отчеканила доктор Учиха. — Я хоть и младшая сестра, но за него спокойно и без лишних сожалений вырву тебе глаза. — У тебя есть старший брат? — мягко перевела тему Хината. — Да, — кивнула Сакура. — У меня тоже, — демонесса Хьюго слегка, почти ностальгически улыбнулась. — Мы с ним постоянно деремся, — Сакура откинулась на спинку стула. — Итачи был в курсе. В самый первый вечер, когда мы с ним только познакомились, я и Сасори подрались прямо после официального приема президента . Я тогда еще работала полевым штурмовиком. Я сделала брату жесткий удушающий захват, но он не был бы командиром штурмовой группы, если бы не умел выпутываться. И он выпутался. Взял меня на болевой прием, сукин сын. А я еще тогда была в вечернем платье. Картина маслом, просто. Но такие уж у нас отношения. — Болевой? — непонимающе переспросила Хината. — Удушающий? — в унисон спросила Куренай, нахмурив брови. Сакура обвела взглядом администрацию Дарк Эроса и хлопнула себя ладонью по лбу. — Точно. Вы же магические сверхсущества. Вы почти не пользуетесь чистой физической силой и биомеханикой, всё решают ваши печати и ауры. А в человеческом мире нет магии. Наша сила — это мышечный каркас, выверенные до грамма белковые порции для построения волокон и годы тренировок на матах, чтобы тело работало как стальная пружина. Это тактические приемы. Хотите увидеть, как это работает? — Мне было бы весьма интересно, — вдруг подала голос Цунаде, отставляя чашку. Остальные демоны синхронно кивнули. — Ну, выбирайте, кого из вас я буду мучить, — кровожадно ухмыльнулась Сакура, разминая шею. — Давай я, — спокойно произнес Яхико. Демон как раз вошел в столовую — он тоже прибыл на утреннее собрание и успел услышать конец разговора. — Изи, — хмыкнула Сакура. В ней мгновенно проснулся бывший полевик ФБР. Она встала из-за стола и слегка закатала рукава своего безупречного черного пиджака. — Конечно, такие вещи не делаются в официальных костюмах и на каблуках, но да ладно. Итак, покажу три базовых приема. Первый — удушающий. Сакура спокойно, почти вальяжно подошла к Яхико со спины. Даже на высоких каблуках она была ниже демона на целую голову. Яхико стоял расслабленно, снисходительно ухмыляясь: что эта хрупкая смертная может ему сделать без грамма магии? Но в следующую долю секунды Сакура совершила молниеносное, слившееся в одно пятно движение. Она обвила рукой его горло, намертво фиксируя артерии в треугольнике предплечья, а второй рукой заперла замок на затылке. Демон поперхнулся и захрипел, инстинктивно пытаясь оторвать ее руки. — Откуда… столько… силы… — прохрипел Яхико, чувствуя, как кислород перестает поступать в мозг. Конечно, она не убьет бессмертного, но давление было колоссальным. — Дальше — болевой, — абсолютно спокойным, лекторским тоном произнесла Сакура. Она резко расцепила удушающий захват, перехватила руку дезориентированного Яхико за запястье, сделала резкий шаг в сторону и с пугающим хрустом провернула его сустав. Демон не успел даже моргнуть, как оказался впечатан лицом в жесткий пол столовой. Сакура заломила его руку между лопаток, натянув связки до предела, и жестко прижала его позвоночник своим коленом. Все члены администрации синхронно приподнялись со своих мест, с интересом заглядывая через стол. — И последний, — Сакура отпустила руку Яхико и легко поднялась на ноги, отступая на шаг. — Яхико, встаньте позади меня. И теперь попытайтесь схватить меня за плечи, словно хотите задушить. Демон медленно поднялся, потирая плечо. Его глаза азартно блеснули. Уж тут-то эта смертная девчонка ничего не сделает — разница в весовой категории была катастрофической. Он шагнул вперед и жестко, всей массой схватил Сакуру за плечи. Но вместо того чтобы сопротивляться, Сакура мгновенно подалась назад, подсаживаясь под его центр тяжести. Она мертвой хваткой вцепилась в лацканы его пиджака, использовала его же инерцию, провернулась на каблуках и с идеальной биомеханической точностью перекинула огромного демона через свое правое бедро. Раздался оглушительный БУХ. Яхико плашмя рухнул на спину, сотрясая пол столовой. Из его легких со свистом выбило весь воздух. Сакура выпрямилась, невозмутимо одернула полы своего черного пиджака и изящным жестом поправила растрепавшиеся розовые локоны. — Вот и всё. Урок окончен. Яхико почти сразу поднялся на ноги. То ли гордость не позволила ему долго валяться на полу, то ли его бессмертное тело действительно не чувствовало боли от такого удара. Он отряхнул брюки и невозмутимо поправил лацканы пиджака. — Будь ты килограмм на двадцать легче, ты бы этого в жизни не сделала, — констатировал Яхико, оценивающе глядя на нее. — Именно поэтому люди работают штурмовыми тактическими группами. И с огнестрельным оружием, — хладнокровно, одергивая рукава пиджака, произнесла Сакура. — Весьма интересно, — задумчиво протянул Наруто, подпирая подбородок рукой. — Вы, смертные, используете совершенно другие знания. Там, где у нас магия, у вас — биомеханика. — Ты используешь знание чужой анатомии, — глубоким голосом произнес Саске, не сводя с нее проницательного взгляда. — Конечно. Я же профайлер. Мое главное дело — наблюдение, расчет и анализ уязвимостей, — пожала плечами Сакура. — Забавно, — хмыкнул Директор. — Значит, у вас это называется Наказанием и Печатями, а у нас — тактическими приемами, — подытожила доктор Учиха, возвращаясь на свое место. — И каким же оружием владела ты? — с неподдельным интересом спросила Хината, подавшись вперед. — Снайперская винтовка «Ремингтон 700», табельный «Глок 19» и армейский тактический нож, — сухо, как на допросе, перечислила Сакура. — О-о, — уважительно протянул Яхико, садясь за стол. — Красивый арсенал. Особенно для девушки. — А что это за слова? — непонимающе нахмурилась Хината. Остальные демонессы тоже остались в неведении — человеческое огнестрельное оружие и современная баллистика были им абсолютно чужды. Саске лишь скептически вскинул бровь, а Наруто ухмыльнулся, прекрасно зная, на что способны эти металлические «игрушки». — Снайпер? — уточнил Яхико. — Да, — кивнула Сакура. — Тогда откуда у тебя эти шрамы? — вдруг совершенно спокойно, словно между делом, спросил Саске. Он-то их видел. Там, в палате, когда его руки скользили по ее телу под тонким шелком рубашки. В столовой снова повисла мертвая тишина. Все демоны синхронно замерли. Взгляды метнулись от Саске к Сакуре и обратно. Он знает, какие у нее шрамы? — У снайпера тоже есть слепые зоны. В нас тоже всегда кто-то целится и норовит прибить, — как ни в чем не бывало ответила Сакура, проигнорировав повисшее напряжение. — Меня пытались убить трижды. По меньшей мере, из того, что дошло до реанимации. Пуля навылет в левое плечо, затем пуля в левое бедро, и нож под ребра. — Звучит просто ужасно, — с содроганием констатировала Хината. — А сами увечья еще хуже, — как истинный медик отозвалась Куренай, профессионально оценивая описанные травмы. — От таких ран хрупкий человеческий организм может просто умереть от кровопотери или болевого шока. Как ты вообще выжила после ножа под ребра? — Сломала руку нападавшему и прямо с его ножом в ребрах поехала в больницу, — будничным тоном ответила Сакура. — Легкое было задето? — с профессиональным интересом уточнила Куренай. — Нет. Ублюдок оказался криворуким, а я была в жилете. Лезвие соскользнуло и прошло ровно между защитных пластин, не достав до жизненно важных органов. — Жилет? — переспросила Цунаде. — Доспехи, что ли? — Да. Кевларовый бронежилет. — А это еще что за чертовщина? — даже Мэй, забыв про недавнюю обиду, подалась вперед. Смертная, которая пережила столько ранений, начинала вызывать у нее странное, извращенное уважение. — Это такой специальный синтетический материал, нити которого не пробьет пуля мелкого или среднего калибра, — начала объяснять Сакура, почувствовав себя в своей стихии. — Жилет гасит кинетическую энергию удара. Но вот «Магнум», думаю, прошил бы его насквозь… — она задумчиво уперла руку в бок, анализируя баллистику. — Значит, ты настоящий боец, — с легким поклоном головы произнесла Хината. — Была, — поправила ее Сакура. — После того пулевого ранения в бедро Итачи категорически настоял, чтобы я ушла из полевиков в судебные психиатры. Это моя вторая специализация. — Почему он настоял? — прищурилась Цунаде. — Ну, потому что он напугался, что я однажды просто умру на задании, — констатировала Сакура так, словно это была самая очевидная вещь в мире. — Что-что? — поперхнулся Яхико, его глаза округлились. — Напугался? То есть… испытал страх? — Да. Мы с ним на тот момент встречались уже год. И с каждым моим выездом на штурм он переживал всё больше и больше. А выезды у нас были почти каждый день, иногда — по нескольку раз в неделю. — Переживал? — в абсолютном шоке переспросила Цунаде. В концепции демонов Высший Архонт Правосудия, древнее и безжалостное существо, не мог испытывать таких жалких, низменных человеческих эмоций, как страх за чью-то жизнь. — Ну да, переживал, — Сакура непонимающе посмотрела на их вытянутые лица, а затем нашла идеальное сравнение. — Я же видела ваши реакции. Вы делаете точно так же, когда он входит в помещение, — она прямо указала пальцем на невозмутимого Саске. — Вы все напрягаетесь и замираете. У Итачи было точно такое же чувство. Только он боялся не за себя, а за меня. Демоны потрясенно переглянулись. Смертная только что приравняла первобытный ужас низших перед Высшим Архонтом Наказания к человеческой любви и заботе Итачи Учихи о своей жене. И самое пугающее заключалось в том, что в ее словах была абсолютная, железная логика. В огромной столовой Дарк Эроса повисла настолько плотная тишина, что было слышно, как за толстыми стеклами панорамных окон бушует ледяной океан. И вдруг эту тишину разрезал ровный, лишенный эмоций голос Саске: — Он действительно боялся. Все взгляды мгновенно скрестились на Директоре. Демоны уставились на него в абсолютном шоке, ожидая продолжения, но Саске больше не проронил ни слова. Он лишь неотрывно смотрел на Сакуру, подтверждая ее правду. Для Владыки Наказания признать страх другого Высшего Архонта было равносильно признанию его человечности. — И каким же был Архонт Правосудия… при жизни? — мягко, с искренним любопытством нарушила молчание Хината. — Итачи? — Сакура на секунду опустила взгляд, чувствуя, как внутри снова заныла тупая, фантомная боль потери. Но затем на ее губах появилась слабая, теплая улыбка. — Я бы описала его так: он был дьявольски умен, абсолютно справедлив и умел подкалывать меня так тонко, как никто. На работе он никогда не бросал слов на ветер. А еще он играл в покер как… Она запнулась на полуслове, вспомнив, где находится. — Как… ах, да, вы же терпеть не можете это слово, — пробормотала она себе под нос. — В общем, он играл безупречно. Читать блеф было его суперсилой. — Покер? — непонимающе нахмурился Наруто. — Это карточная игра смертных? Он в нее играл? — Ну да. И меня научил, — усмехнулась Сакура. — Правда, в процессе обучения я проиграла аналитикам из его отдела две свои месячные зарплаты. А потом он отвел меня в сторону и сказал: «Харуно, перестань смотреть в свои карты. Смотри на людей. Включи, наконец, свою наблюдательность профайлера». К слову, стрелял он тоже отлично. Конечно, попасть белке в глаз с пятисот ярдов я могла лучше него, но он старался не отставать. Хотя полевая работа вообще была не его нишей. Он служил в киберотделе. Там работают исключительно мозгами, а не мускулами. — А как вы познакомились? — спросила Куренай, подперев подбородок рукой. История человеческой жизни их погибшего коллеги интриговала всё сильнее. — Ох, это долгая история. Но если вкратце… На одном официальном приеме в мэрии я споткнулась и чуть не вылила бокал ледяной минералки прямо за шиворот президенту. Итачи поймал меня в полете, спас от грандиозного позора. А чуть позже тем же вечером помог улизнуть от одного настырного, скользкого политика, который почему-то решил, что меня можно купить и затащить в постель. — Так чего ты просто не пошла и не перерезала ему глотку? — искренне удивилась Мэй. — У людей так не принято, — Сакура закатила глаза. — По крайней мере, в цивилизованном обществе и при свидетелях. Я уже сжала кулак и собиралась сломать этому ублюдку нос, но тут из ниоткуда появился Итачи и всё разрулил парой фраз. Оказалось, он знал этого напыщенного индюка. Вот, собственно, и всё. — И вы сразу начали отношения? Ведь у смертных всё происходит быстро? — спросила Хината. — Ха-ха, нет, — отмахнулась Сакура, покачав головой. — Мы начали встречаться, наверное, только спустя месяца два. Всё решил корпоратив отдела. — Ого. Зачем так тянуть? — Цунаде скептически вскинула бровь. — У вас, людей, и так катастрофически мало времени. Ваша жизнь — это вспышка. А вы еще и затягиваете. — У людей психология сложнее устроена. Доверие нужно заслужить, вам этого не понять, — спокойно парировала Сакура. — Но давайте оставим эти сопли, мне всё еще слишком тяжело об этом говорить. Вы лучше расскажите мне про этого вашего Архонта Желания. Почему вы так напряглись из-за его визита? Вы его боитесь? — Мы не боимся, — покачал головой Наруто. — Но мы прекрасно знаем, на что он способен. — И на что же? — Он, скажем так, лучший профайлер в мире демонов, — неожиданно подал голос Саске, вплетая человеческую терминологию в реалии Бездны. — Начинаю понимать, — Сакура прищурилась, ее аналитический мозг снова включился в работу. — Если он — Желание, значит, он читает истинные, скрытые мотивы демонов? Верно? — Почти так, — кивнул Директор. — И что в этом такого страшного? Я тоже умею читать людей. — Он лезет в самое нутро, смертная, — глухо произнесла Цунаде, и в ее глазах мелькнула тень тревоги. — Он вытаскивает на свет то, в чем ты боишься признаться даже самой себе. И использует это как оружие. — Поняла. Темная лошадка, — Сакура тяжело вздохнула и провела рукой по волосам. — Ладно. Чем я могу помочь при подготовке к завтрашнему дню? Охрана периметра? Проверка систем безопасности? — Мы со всем разберемся сами. У тебя есть платье? — внезапно спросила Хината, разрушая тактический настрой доктора. — Прости? Платье? — Сакура опешила, моргнув. — Откуда? Я взяла с собой на остров только строгие деловые костюмы. — Значит, сегодня нам нужно срочно заняться твоим внешним видом, — категорично заявила леди Хьюго, поднимаясь из-за стола. — Звучит как завуалированное оскорбление, — констатировала Сакура, оглядывая свой безупречный черный пиджак. — Правда? Нет-нет, ты не поняла. Нам нужно сшить тебе платье. Я помогу. У меня в хранилищах есть потрясающая ткань, тебе идеально подойдет цвет. — Я хотя бы могу сама выбрать цвет? — с надеждой спросила Сакура. — Нет, — отрезала Хината. — Таковы правила Ночи Желания. Никто не должен знать заранее, в каком наряде ты придешь. Суть в анонимности. Тебя не должны узнать. Ну, по крайней мере, в первые минуты бала. — Окей, — обреченно выдохнула Сакура, понимая, что спорить с демонессой бесполезно. — Идем тогда шить это чертово платье. А каблуки… каблуки обязательно надевать? У меня всё еще ожог на ноге! Хината молча, но очень энергично закивала с легкой улыбкой. Сакура запрокинула голову и снова тяжело, страдальчески вздохнула. Кажется, выжить на балу демонов будет сложнее, чем на перестрелке с наркокартелем. Этот день пронесся в суматошной, почти электрической спешке. Вся администрация была поглощена подготовкой костюмов, в то время как Саске в буквальном смысле слова создавал зал для предстоящего бала. Он спустился на самые глубокие, подземные уровни Дарк Эроса. Директор стоял посреди огромного, пустого бетонного пространства, вальяжно сунув руки в карманы брюк. В полумраке его глаза медленно налились густым, светящимся багровым цветом. Вокруг него пространство начало с оглушительным, утробным грохотом искажаться и меняться. Потолки взмыли ввысь, уходя почти в бесконечность, грубый серый бетон плавился, превращаясь в полированный черный обсидиан и прожилковатый мрамор. Тусклые казенные лампочки рассыпались искрами, оборачиваясь изысканными хрустальными люстрами и массивными золотыми канделябрами, в которых вспыхнул живой огонь. Через несколько мгновений грандиозный бальный зал был готов. Настал черед остальных. Весь следующий день обитатели тюрьмы провели в своих покоях. Узники были наглухо заперты в камерах, протоколы безопасности выкручены на максимум. Администрация же наводила марафет, готовясь к одному из самых опасных вечеров в году. Хината с привычной аристократичной заботой поправляла воротник костюма Наруто. Цунаде вносила последние, дерзкие штрихи в свой образ перед зеркалом. Мэй, словно предчувствуя напряжение, сегодня даже сменила свой удушающий аромат жженой патоки на другие, более тонкие духи. Куренай педантично разглаживала складки на подоле. Саске неподвижно стоял у себя в комнате, прикрыв глаза и просчитывая в уме варианты развития событий, надеясь, что эта ночь пройдет без критических инцидентов. А Сакура стояла перед огромным зеркалом в полный рост и, затаив дыхание, оценивала свой внешний вид. Хината постаралась на славу. Дарк Эрос. 8 часов вечера. На этот закрытый вечер стекались не только те демоны, которые несли службу в Дарк Эросе, но и высокопоставленная знать из других кругов Бездны. Сакура шла по пустым, погруженным в полумрак коридорам. Она старалась держать спину идеально ровно, чеканя шаг. Но ее аналитический мозг отчетливо, до холодной дрожи понимал: она — единственная живая, уязвимая человеческая душа среди сотен древних хищников. Это одновременно будоражило кровь и до одури пугало. Но за последние дни она более-менее изучила их повадки. Если держаться так же надменно и уверенно, как они, есть шанс, что в толпе ее примут за свою. Впереди уже слышались приглушенные звуки музыки — тяжелые, торжественные аккорды, словно пришедшие из мрачного Средневековья. Она подошла к высоченным, украшенным резьбой дверям и только подняла руку, чтобы толкнуть их, как створки плавно и бесшумно распахнулись сами собой. Сакура замерла. Зал выглядел просто превосходно. Он утопал в торжественных черно-золотых тонах с редкими, как капли крови, красными акцентами. Десятки демонов в ослепительных, экстравагантных нарядах кружились по мраморному полу, сверкая драгоценностями и дорогими тканями. Первым в толпе Сакуру заметил Саске. Копну розовых волос, даже красиво уложенную, было невозможно спутать ни с чем, и его взгляд задержался на ней дольше положенного, скользнув сверху вниз. Сакура выглядела как истинная королева полночи. На ней было роскошное, многослойное платье глубокого темно-синего, почти черного цвета, усыпанное мерцающей пылью, словно звездное небо. Корсет украшала сложная, переплетающаяся золотая вышивка, напоминающая корни древнего древа, спускающаяся к талии. Пышная юбка из фатина спадала каскадом объемных рюшей, а экстремально высокий разрез бескомпромиссно обнажал стройную ногу. На руках красовались длинные полупрозрачные перчатки из темного кружева. Верхнюю половину лица скрывала изящная, витиеватая золотая маска, подчеркивающая пронзительность ее изумрудных глаз, а длинные розовые волосы тяжелыми влажными волнами струились по обнаженным плечам. Он видел, как она, глубоко вздохнув, старалась держаться непринужденно, шагнув в этот змеиный клубок. Саске плавно двинулся ей навстречу — как-никак, она была на подобном мероприятии впервые. По дороге он ловко подцепил с подноса проходящего мимо официанта бокал с шампанским. — Должен признать, этот цвет тебе к лицу, — раздался низкий, бархатный голос прямо за спиной Сакуры. Она резко обернулась и замерла, слегка приоткрыв губы. Учиха был воплощением инфернальной, первобытной аристократии. На нем был безукоризненный тотально-черный костюм с замысловатым темным тиснением на ткани, поверх которого небрежно, но величественно спадал тяжелый черный плащ. На лацканах и жилете холодно поблескивали изящные серебряные цепи и броши в виде темных звезд. Его шею украшала сложная вязь черных татуировок, а лицо скрывала хищная кружевная маска, сквозь прорези которой сейчас гипнотически и опасно горели багровые глаза. Пока она судорожно подбирала слова, сраженная его видом, Учиха плавно протянул ей хрустальный бокал с шампанским: — Будет чем занять руки. — Спасибо, — выдохнула она, принимая бокал и точно так же, нарушая негласные правила, задержав на нем восхищенный взгляд дольше положенного. Но в следующую секунду мозг профайлера сработал быстрее эмоций. Ее цепкий взгляд уловил микроскопические изменения в его идеальной осанке. Плечи Саске едва заметно напряглись, а челюсти сжались. Сакура медленно обернулась, проследив за его потяжелевшим взглядом. — Это он? — одними губами прошептала она. Инстинктивно, сама того не осознавая, Сакура сделала шаг назад, ища защиты, и тем самым почти вплотную прижалась спиной к груди Саске. Воздух вокруг них мгновенно изменился. Привычный, успокаивающий запах темной ванили и озона, исходивший от Директора, внезапно был безжалостно вытеснен. В зале густо, до тошноты сладко запахло цветущим жасмином. — Рад приветствовать, Учиха, — маслянисто, тягуче протянул подошедший мужчина. Незнакомец перевел взгляд на девушку, и Сакура почувствовала, как по спине пробежал ледяной сквозняк. — Какая красивая… и необычная спутница, — он плавно протянул руку в безупречно белой перчатке. Его лиловые, проникающие прямо в душу глаза встретились с настороженными изумрудными глазами Сакуры. — Рад знакомству, Сакура…