Глава 8 – Трудности работы под прикрытием
20 июня 2026 г., 10:20
«— Издеваешься?! — Бета.
— Простое совпадение. Не знал, куда вставить эти интерлюдии, не руша динамику, — Автор загадочно улыбается и скрещивает пальцы за спиной.»
Я бежала по вонючему коллектору, на ходу выстраивая в уме карту тоннелей и сверяя её с заученной наизусть схемой. Благодаря Системе мои когнитивные способности были лучше, чем раньше, в частности память не давала никаких сбоев. Но беспокоило меня сейчас иное. Как Оружейник мог так поступить?! От глухой ярости хотелось крушить и ломать. В груди клокотало желание развернуться и вбить его высокомерие прямо в этот сверкающий доспех. Я помогла им! Закрыла Разлом, до которого их хвалёная организация даже не дотянулась. И какова была награда? Ультиматум и попытка задержания, словно я — обычный уличный грабитель, а не та, кто только что спасла их задницы от кошмара из Подземелья. «Разум Игрока» отозвался, обдавая сознание волной ледяного спокойствия. Хотя его об этом никто не просил, до сих пор не могла управлять этим процессом сама. Ярость не исчезла — она просто кристаллизовалась, превратившись в холодный, сухой расчёт. Эмоции стали казаться чем-то далёким, чужим, лишним шумом в голове. Перед глазами на мгновение мигнуло единственное полупрозрачное уведомление о нераспределённых очках характеристик за поднятый уровень, смахнула его прочь. Не сейчас. Мои ноги в ботинках комплекта «Бродяги» почти не издавали шума, когда я перепрыгивала через потоки нечистот. «Восприятие» работало на пределе: в этом лабиринте бетонных туннелей я чувствовала все исходящие запахи и слышала гул ближайшего насоса. Электроника и датчики Оружейника сейчас безбожно сбоили, ещё не восстановившись после излучения Разлома, что превращало его попытки преследования в мешанину из помех. Но это ненадолго. Как только системы наладят работу, меня засекут. Резко свернула в боковой технический лаз. Нужно было выбираться на поверхность до того, как округу заполонят дроны Дракон и поисковые группы СКП. Оружейник явно недооценил мою скорость, но он точно не забудет этот инцидент. Теперь я в их списках. И, судя по всему, далеко не в разделе «герои». Пробиралась к дому, используя всё, что успела зазубрить из «Наставления по выживанию в городской среде». Двигаться по теням, избегать открытых пространств, пересекать освещённые участки только рывком и под углом, чтобы не дать камерам зафиксировать чёткий силуэт. Система давала мне силы, но именно знания из книг позволяли оставаться невидимой. Я делала крюк в три мили (четыре целых восемь десятых километров), путая следы и проверяя «хвосты», прежде чем решилась войти в родной квартал. В свою комнату проскользнула через окно уже под утро. Тринадцатого января. Символичная дата для дебюта в качестве «героя» — или кем там меня посчитали СКП и Оружейник в частности. Даже добравшись до ванной комнаты, не смогла полностью остыть. Эмоции накатывали волнами, и, как ни странно, мне приходилось стимулировать их самой, сознательно подпитывая своё возмущение. Я боялась, что иначе «Разум Игрока» окончательно превратит это событие в сухую строчку информации, и я слишком быстро отойду от него. Если перестану злиться на такую несправедливость, долго ли останется во мне хоть что-то человеческое? Тело, подстёгнутое «Выносливостью» под тридцать пунктов, не дрожало от усталости, но разум требовал паузы. Это был мой первый настоящий полевой выход. В целом — успех. Разлом закрыт, монстры уничтожены. Состоялся контакт и даже кратковременное взаимодействие с лучшими героями «Протектората». И, в конце концов, лично вытащила двух солдат СКП из Подземелья. Или кем они там были? Агентами? Оперативниками? Раньше я не интересовалась иерархией их ведомства, зато теперь, кажется, придётся изучить и это. Как же хорошо, что на снаряжении, созданном Системой, не остаётся не только грязи, но и запахов после переноса в «Инвентарь». Стоило мне мысленно отдать команду, и комплект «Бродяги» вместе с «Пожирателем надежды» просто растворился в пространстве, оставив меня в домашней одежде посреди комнаты. И слава богу. Иначе от меня сейчас несло бы всеми «ароматами» городской канализации вперемешку с озоном Разлома. Впрочем, моим волосам и коже это не помогало — душ был не просто желателен, он был жизненно необходим. Смывая с себя грязь и вонь, я чувствовала, как горячая вода постепенно уносит напряжение последних часов. Приятные водные процедуры вернули мне подобие человеческого облика, и только после этого решилась заняться делами Системы. Перед глазами всплыло окно распределения пяти свободных очков характеристик. Немного подумав, решила просто довести цифры до круглых значений. Два очка — в «Силу», и оставшиеся три — в «Источник». Я прекрасно понимала, что это не самое логичное и эффективное решение. Рациональнее было бы поднять «Восприятие» или вложиться в «Выносливость» для лучшей выживаемости. Но в этот момент мне хотелось именно этого — простых круглых чисел. Не хочу всегда и везде руководствоваться только сухой логикой и максимальной эффективностью. Мне и так хватает этого в бесконечных попытках выжить и стать сильнее. Пусть это будет моим маленьким капризом, доказательством того, что я всё ещё принимаю решения сама, а не просто следую оптимальному алгоритму, словно прописанному кем-то другим. У меня скопилась неплохая сумма «Энергетических Кристаллов» — самое время заглянуть в «Магазин» за элементами комплекта «Покрова». Цены кусались:[Предмет: «Нагрудник Покрова»]
[Ранг: D. Тип: Экипировка.]
[Особые свойства: +1 к «Выносливости».]
[Внимание! Является частью комплекта «Покров». Соберите полный комплект для увеличения положительных эффектов от снаряжения. Сейчас 1/6]
[Предмет: «Поножи Покрова»]
[Ранг: D. Тип: Экипировка.]
[Особые свойства: +1 к «Силе».]
[Внимание! Является частью комплекта «Покров». Соберите полный комплект для увеличения положительных эффектов от снаряжения. Сейчас 1/6]
[Предмет: «Сабатоны Покрова»]
[Ранг: D. Тип: Экипировка.]
[Особые свойства: +1 к «Источник».]
[Внимание! Является частью комплекта «Покров». Соберите полный комплект для увеличения положительных эффектов от снаряжения. Сейчас 1/6]
[Предмет: «Наручи-перчатки Покрова»]
[Ранг: D. Тип: Экипировка.]
[Особые свойства: +1 к «Восприятие».]
[Внимание! Является частью комплекта «Покров». Соберите полный комплект для увеличения положительных эффектов от снаряжения. Сейчас 1/6]
[Предмет: «Наплечники Покрова»]
[Ранг: D. Тип: Экипировка.]
[Особые свойства: Отсутствуют.]
[Внимание! Является частью комплекта «Покров». Соберите полный комплект для увеличения положительных эффектов от снаряжения. Сейчас 1/6]
— И ещё три тысячи за наплечники — финальный штрих для получения бонуса за полный комплект и удар по моему бюджету, — недовольно пробурчала. На всё сразу кристаллов не хватало. В «кошельке» было всего четырнадцать тысяч, а мне нужно было оставить запас на малые зелья восстановления и, возможно, слиток золота для экстренного обмена на доллары. Нагрудник взяла однозначно в первую очередь. Лишний балл к «Выносливости» лишним не бывает, да и чистая физическая защита корпуса — приоритет. Латный доспех из белого матового металла закрывал грудь, пресс и спину. Вниз уходила сегментированная «юбка», защищающая бедра лишь сбоку. Выглядело странно — не логичнее ли было отнести это к поножам? Ну, что я понимаю в классификации Системы… По бокам нагрудник переходил в плотную чёрную ткань, напоминающую подложку бронежилета. Не будет ли это очевидной уязвимостью в доспехе? — пронеслась тревожная мысль.[Защитные свойства системного снаряжения не зависят от его внешнего вида. Значение имеет только «Ранг» элемента снаряжения.]
Пришёл лаконичный ответ от Системы. Что же, тем лучше. Это даже в какой-то степени обманка для врагов: пусть целятся в «незащищённую» ткань, их ждёт сюрприз. Следующими в списке приоритетов стали поножи — ради защиты ног и дополнительного балла к «Силе». Белого металла здесь было не меньше: он закрывал голени, икры и колени. Внутренняя часть бёдер оставалась прикрыта лишь плотной чёрной материей, как и в случае с нагрудником. Поскольку хоть какая-то обувь у меня уже была от комплекта «Бродяги», последними выкупила наручи-перчатки. Металл плотно облегал предплечья, внешняя сторона ладони была защищена белой пластиной, а фаланги пальцев прикрывали изящные малые пластинки. Сама же ладонь и внутренняя часть пальцев оставались в чёрной мягкой ткани для сохранения чувствительности и удобства хвата. Немного подумав и в очередной раз мысленно посетовав на просевший бюджет, решила продать в «Магазин» ставшие ненужными вещи из стартового набора. Кожаная куртка и штаны из комплекта «Бродяги» отправились в окно утилизации. Система была безжалостна: она оценила возврат всего в четыре сотни «Энергетических Кристаллов» суммарно. Это было значительно дешевле того, что я когда-то за них отдала, но выбирать сейчас не приходилось. Глядя на то, как материальные вещи распадаются на чистую энергию и оседают в виде цифр на моём счету, невольно вздохнула. В мире Системы инфляция и комиссии работали не хуже, чем в банках Броктон-Бей. Четыре сотни Кристаллов — это пара малых зелий или крохотный шаг к покупке недостающих наплечников «Покрова». Центы, правда, в моём положении даже они были на счету. ___________________________________ Статус Игрока: Игрок: Тейлор Аннет Эберт Уровень: 10 [3 900 / 8 000] Специализация: Отсутствует (доступно с 25 уровня) Титулы: Хозяйка Боли, Убийца Волков Жизненная энергия: [600 / 600] Магическая эссенция: [400 / 400] Характеристики [0]: Сила: [40 + 1] Выносливость: [30 + 1] Восприятие: [30 + 1] Разум: [25 + 1] Источник: [20] Навыки: Тело Игрока [2]: (Сопротивление физ. воздействию [2]; Сопротивление эффектам отравления [2]); Разум Игрока [2]; Инвентарь; Снаряжение; Магазин [780]; Пустое место; Око Монарха. Активные навыки: Полное восстановление [1]; Пелена Ярости; Взгляд Монарха; Власть над теневой материей. Основная Экипировка: Голова: [Шлем Покрова D] Туловище: [Нагрудник Покрова D] Ноги: [Поножи Покрова D] Сапоги: [Кожаные сапоги Бродяги F] Кисти: [Наручи-перчатки Покрова D] Правая рука: [Пожиратель надежды D] Дополнительная Экипировка: Браслет на правой руке: [Браслет Искажения D] Инвентарь: Ключ от Подземелья 3-го уровня; Рюкзак; Пистолет; Малые зелья восстановления Жизненной энергии [2]. ___________________________________ Отдав мысленную команду, облачилась в обновки и замерла перед зеркалом в ванной. Белая броня поверх плотной чёрной ткани на фоне алебастрового шлема с алой лицевой маской выглядела очень эффектно. Честно говоря, мне это даже нравилось. Силуэт стал чётким, хищным, а металл подчёркивал новую осанку, подаренную Системой. Даже коричневые сапоги «Бродяги» не слишком портили общую картину. Вот только… — Твою же... я похожа на проклятого Алебастра из «Империи Восемьдесят Восемь»! — прошипела, вовремя прикусив язык. Кто же виноват, что в этом городе белый цвет в сочетании с латами железно ассоциируется с нацистами Кайзера? Алебастр — Бугай-регенератор, чья кожа и одежда белее мела. Настоящий таракан в плане живучести. Мой доспех не сиял, он был матовым и функциональным, но для обывателя или, что хуже, для Оружейника и Мисс Ополчение, я теперь выглядела как свежее пополнение в рядах расистов. Оставалось надеяться, что алая маска и отсутствие свастик на броне всё же сделают своё дело. Время готовить завтрак, пока отец не проснулся. Привычно достала из холодильника упаковку дешёвого бекона, пару яиц и тостовый хлеб — классический завтрак работяги, когда бюджет трещит по швам. Шипение жира на сковороде немного успокаивало, а запах поджаренного хлеба вытеснял из памяти вонь коллекторов. Когда папа спустился, сонный и потиравший затёкшую шею, я уже накрывала на стол. Мы ели в тишине под негромкий гул телевизора. Хоть мы и стали лучше ладить после того, как я обрела силы, утром общаться было особо не о чем — отец, скорее всего, уже полностью погрузился в мысли о предстоящей работе в профсоюзе. «…успешная операция сил СКП и «Протектората» в Доках», — зазвучал бодрый голос диктора. На экране замелькали кадры: оцепление, броневики и Оружейник, дающий краткое интервью. — «Благодаря решительным действиям героев, аномалия, вызванная системной ошибкой в экспериментальном оборудовании неизвестного Технаря, была полностью ликвидирована. Обошлось без жертв среди гражданского населения…» Обо мне — ни слова. Ни как о девчонке, которая прыгнула в Разлом. Ни о том, кто на самом деле закрыл Разлом и спас двух их оперативников. От такой несправедливости у меня заскрежетали зубы. Пальцы сами собой напряглись, и я едва не согнула вилку пополам. Вовремя спохватилась и разжала ладонь. Не хватало ещё имущество портить, отец точно не пропустит мимо ушей жалобный стон деформированного металла. Не то чтобы мне была нужна слава или признание на первых полосах «Броктон-Бей Газетт» — я знала, на что шла, выбирая маску. Но было по-человечески обидно! Они просто вычеркнули меня, присвоив все заслуги себе и выставив ситуацию как «технический сбой». С другой стороны… — сделала глоток остывающего чая, — они могут и вправду не знать реальную причину появления Разлома. И уж точно мне не хотелось бы, чтобы в этом инциденте обвинили меня, если правда о природе моей силы когда-нибудь всплывёт. Быть «героем без признания» обидно, но быть «виновницей пространственной катастрофы» в глазах СКП — куда хуже. После завтрака отец отправился в мэрию по делам профсоюза. Не уверена, зачем он так подробно уведомил меня о своём маршруте — обычно он этого не делал, — но я приняла информацию к сведению, коротко кивнув. Не желая больше слушать новости и зря тревожиться, переключила канал на первую попавшуюся документалку. Мне всегда нравились такие передачи: от рассказов об обитателях океанских глубин до колоний южноамериканских огненных муравьёв. Вот и сейчас диктор уверенно рассуждал об эмоциях и гормонах как о главной причине их появления. — Эмоции — это вопрос желёз, — авторитетно заявил приглашённый специалист, врач «чего-то-там-наук». — Эмоции — это вопрос желёз... — повторила вслух с долей горького любопытства. А есть ли они у меня? И за счёт чего я вообще должна их испытывать, если вместо крови во мне течёт непонятный субстрат, а пульс отсутствует как факт? Эй, Система, я к тебе обращаюсь! Ответь! И… тишина. Ощущение было такое, словно Система попросту игнорирует запросы, выходящие за рамки её интерфейса. Стыдно признавать, но, получив эту силу, даже не пыталась глубоко в ней разобраться. Мне слишком не хотелось рушить то хрупкое чувство значимости и смысла, которое она мне подарила. Теперь, кажется, время удобных иллюзий закончилось. Пора задавать правильные вопросы. — Что ты такое? — спросила я, затаив дыхание.[Осколок Системы, успешно интегрированный в душу Игрока. Задача Системы — помощь в развитии Игрока.]
— Как ты связана с другими кейп-силами?[Никак.]
Одно единственное слово. Раньше Система никогда не отвечала так лаконично и отстранённо. От этого ответа по спине словно пронёсся иллюзорный товарный состав мурашек. Тело, если бы оно всё ещё было способно на это, покрылось бы холодным потом. Проглотив воображаемый ком в горле, задала следующий вопрос: — Что это значит? Почему ты не связана с другими силами паралюдей?[Недостаточно данных для анализа. Необходимо увеличить характеристики «Восприятие» и «Источник» для получения полного ответа. На данный момент анализ органических объектов со способностями указывает на наличие у них модуля внешнего подключения как источника их сил. В отличие от Системы, установленной непосредственно в душу Игрока.]
Перечитав ответ несколько раз, чтобы до конца вникнуть в суть, я пришла к трём выводам. Во-первых, мне жизненно необходимо поднять «Источник» хотя бы до тридцати единиц — Система буквально выставила мне ценник на информацию. Во-вторых, моя сила намекает, что способна раскрыть тайну появления всех кейпов в мире. И в-третьих… у Системы явно завышенное эго, судя по тому, как она противопоставляет себя «внешним модулям». Либо мне просто кажется, и я ищу подвох и человеческие черты там, где их нет и быть не может. Но это «модуль внешнего подключения»… Звучит так, будто все герои и злодеи города — просто марионетки на поводке, в то время как я — нечто иное. Откровений и пищи для размышлений на сегодня оказалось предостаточно. Голова уже гудела от попыток осознать разницу между «душой» и «внешним модулем». Лучшим выходом сейчас было отвлечься на что-то приземлённое. Подошла к своему старому компьютеру, который отозвался на включение надрывным гулом кулера. Нужно было проверить почту: возможно, пришли сообщения из новой школы, где я теперь числилась на дистанционном обучении. Все необходимые вступительные тесты вроде бы сдала успешно, но официального подтверждения ещё не было. Экран мигнул, загружая входящие. На самом верху висело свежее письмо от куратора. Я пробежала глазами по строчкам и почувствовала, как к горлу подступает знакомый ком обиды, быстро сменившийся холодным торжеством. В письме выражали «крайнюю степень приятного удивления». Куратор писала, что мои результаты тестов феноменальны, и, честно говоря, в администрации ожидали «совершенно иного уровня подготовки», исходя из характеристик и оценок, присланных из Уинслоу. — Директор Блэквулл даже здесь умудрилась подгадить! — прошипела, сжимая мышку чуть сильнее, чем следовало. — Кто бы в ней сомневался... В Уинслоу мои баллы не просто занижали — систему планомерно использовали против меня. Я помнила свой проект по биологии, над которым корпела три недели, только чтобы обнаружить его в мусорном баке, залитым колой. Вспомнила эссе по истории, которое внезапно «всплыло» у Мэдисон, получившей за него высший балл, пока я стояла перед учителем, пытаясь доказать, что не прогуливала сдачу. Трио работало слаженно: София запугивала, Эмма отвлекала и давила словесно, а Мэдисон подчищала следы или присваивала результаты. А учителя… они просто отводили глаза, предпочитая верить в версию о «проблемном подростке», который постоянно теряет тетради и сочиняет небылицы про воровство. Блэквулл и её банда методично лепили из меня безнадёжную посредственность. Им было удобнее выставить меня ленивой и неуравновешенной, чтобы издевательства «золотых девочек» школы выглядели естественной реакцией на моё присутствие. Это письмо было не просто справкой об оценках. Оно стало доказательством того, что я не бездарна. Что всё это время действительно была способной, просто мне не давали этого показать. Я знала об этом и раньше, но отчаянно нуждалась в независимом подтверждении. Теперь, когда между мной и их ложью стояли голые цифры сторонних тестов, махинации Уинслоу выглядели откровенно жалко. Характеристики, которые дала мне Система, лишь помогали быстрее запоминать и эффективнее обрабатывать информацию. «Разум» не делал меня всезнающей, а Система не решала задачи за меня — она лишь превратила мой мозг в идеально отлаженный инструмент, лишив его прежней заторможенности и страха перед ошибкой. Приятно, чёрт возьми! Глядя на экран, почувствовала, как внутри разливается забытое тепло — предвестник настоящей, заслуженной победы. Нужно было ковать железо, пока горячо. Быстро набросала ответное письмо. Пальцы летали по клавишам — разогнанный «Разум» помогал выстраивать фразы чётко и веско, без лишних эмоций и оправданий за провальное прошлое в Уинслоу. «Благодарю за высокую оценку моих результатов, — строка за строкой ложилась на цифровой бланк. — Признаться, я и сама рада, что независимое тестирование позволило объективно взглянуть на мой уровень знаний. К сожалению, академическая среда в моём предыдущем учебном заведении не способствовала адекватному оцениванию способностей учащихся, что и отразилось в присланных вам ранее документах». Сделала паузу, подбирая формулировку для главного. Нужно было закрепить успех. «В связи с этим я бы хотела уточнить: существует ли в вашей школе возможность досрочной сдачи части предметов экстерном? Я настроена максимально эффективно использовать учебное время и готова подтвердить свои текущие баллы на любых дополнительных экзаменах, чтобы доказать — это не случайность, а мой реальный уровень подготовки». Прочитала ещё раз. Никакого нытья, никаких жалоб на Трио — только голые факты и амбиции доказать свои знания. — Посмотрим, насколько вы на самом деле гибки, — пробормотала, нажимая кнопку «Отправить». Если они согласятся, то я смогу освободить уйму времени. Школьная программа больше не была для меня вызовом — она была препятствием, которое нужно было преодолеть как можно быстрее, чтобы сосредоточиться на Системе. Впереди у меня был практически весь день. Если не считать ежедневное задание «Стать сильнее», я была свободна. Прикинув варианты, пришла к неутешительному выводу: единственное, чем стоит заняться — это изучением книг, доступных в «Магазине». Идти в Подземелье третьего уровня не хотелось. Я ещё не до конца отошла от морального давления и того испытания, которому подверглась моя психика в прошлый раз. Да, теперь «Разум Игрока» достиг второго уровня, и эффективность защиты от ментальных атак должна была повыситься, но иррациональное желание оттянуть момент визита в Подземелье это не отменяло. Подожду пару дней, подтяну характеристики за счёт ежедневных заданий и только тогда отправлюсь на зачистку. Решила закрыть ежедневное задание прямо сейчас. Сотня отжиманий, приседаний и упражнений на пресс уже не вызывали тех проблем, что в первый день. А вот ради десятикилометровой пробежки выходить на улицу не хотелось — слишком свежа была в памяти недавняя стычка с четвёркой подростков из Уинслоу, подговорённых Софией. Пока эта бешеная сука ходит по улицам и прячется в тенях, мне не будет покоя. Идти на открытую вражду и обострять конфликт со Стражем по прозвищу Сталкер — как выяснилось, полноправным членом «Протектората» — совсем не хотелось. СКП и «Протекторат» просто перемелют меня своей бюрократической машиной, если я трону их «героиню». Поэтому решила просто побегать по лестнице между этажами — Система вполне честно засчитывала такую дистанцию в общий счётчик. Между предложенными Системой наградами за завершение ежедневного задания, после раздумий, выбрала дополнительные пять очков характеристик. У меня уже было в запасе одно «Полное восстановление» на крайний случай. Что же касается «Случайного полезного предмета» — он сам по себе не внушал доверия. В самый первый раз, выполнив ежедневное задание, получила ключ к первому Подземелью, все последующие ключи выпадали уже по завершении зачисток. Что Система могла подсунуть мне теперь? Что она вообще считает «полезным» в моих нынешних условиях? Любопытство жгло, подталкивая нажать на заманчивую иконку и проверить удачу. Однако подавляемая эмоциональность от «Разума Игрока» и рациональная часть сознания, усиленная высоким параметром «Разума», настойчиво советовала выбрать характеристики. Это была гарантированная сила, мой единственный реальный залог выживания в этом безумном мире. Поколебавшись ещё мгновение, закрыла окно выбора, подтверждая получение свободных характеристик. Все пять единиц тут же были вложены в «Источник», доведя его значение до двадцати пяти. Я чувствовала, как внутри разливается странное тепло, невидимый резервуар энергии становится чуть глубже. До заветной цели в тридцать пунктов оставалось всего ничего. Ещё пара дней рутины — и Система ответит на мои вопросы. Пришло время снова заглянуть в «Магазин» и поискать новые книги. Те, что я уже изучила — «Наставление по выживанию в городской среде», «Методы работы полевых агентов внешней разведки» и «Полицейская методичка: работа под прикрытием» — оказались чертовски полезными в поле, но сейчас мне требовалось нечто иное. Мне нужно было научиться простому человеческому общению и искусству выстраивания диалогов. «Актёрское мастерство: метод Станиславского для профи» дало мне базу — я попрактиковалась перед зеркалом и проверила результат на отце, пытаясь изобразить естественную заинтересованность во время завтрака. Это помогало имитировать эмоции, но… понимания того, как правильно говорить с людьми, у меня как не было, так и нет. Если быть честной с самой собой — никогда и не было. Поэтому мой выбор пал на «Ораторское искусство: как держать внимание аудитории». В описании делался упор не только на красноречие, но и на язык тела — жесты и мимику для контроля внимания зрителей. То, что нужно, чтобы перестать выглядеть как забитая школьница в любой непонятной ситуации. Правда, чтобы не теряться в личных беседах, добавила к ней пособие «Психология убеждения: искусство диалога с собеседником». Мне нужно было научиться не просто говорить, а направлять разговор в нужное русло, чувствуя настроение того, кто стоит напротив. Следом в список покупок отправились учебники среднего уровня: «Немецкий. Уровень B1» и «Французский. Уровень B1». Мой недавний опыт с японским уровня N5 уже неплохо расширил кругозор. Если я всерьёз рассматриваю вариант внедрения в ряды «Империи», знание европейских корней становилось логичным шагом. Учебники уровня B1 охватывали примерно две тысячи наиболее употребительных слов и сложных грамматических конструкций. Этого всё ещё было недостаточно, чтобы наслаждаться Гёте или Гюго в оригинале, но вполне хватало, чтобы уверенно понимать развернутые диалоги и даже улавливать оттенки интонаций. Теперь, если кто-то решит посекретничать на родном языке в паре шагов от меня, он сильно удивится результату. Я не строила иллюзий и не рассчитывала в ближайшее время оказаться в штабе Кайзера, попивая чай под его носом, но в Броктон-Бей слишком многие считали, что иностранный язык — это идеальный шифр. Тот же Виктор или другие офицеры Империи часто использовали немецкий как маркер «свой-чужой». Если я столкнусь с кем-то, кто пользуется этим «шифрованием», будет нелишним понимать, о чём именно шепчутся за моей спиной: обсуждают ли они погоду или детали того, куда именно мне собираются воткнуть нож. — Посмотрим, за сколько часов я освою этот «шифр» на сей раз… — пробормотала, подтверждая покупку. Всего сорок кристаллов за четыре книги, включая дополнительные справочники по идиомам. Как и прежде, Система мгновенно подтвердила транзакцию. Уже закончив с покупками, обратила внимание на странную деталь, которой в прошлое посещение «Магазина» точно не было. В интерфейсе появилась возможность покупать базовые основы в прикладных областях — вроде владения холодным оружием или чем-то подобным. С моими текущими параметрами «Разума» я и так училась чертовски быстро. Другое дело — получить что-то по-настоящему уникальное. А здесь… Зачем мне, к примеру, «Владение мечами: База»? У меня и меча-то нет, да и самостоятельно развить этот навык дальше основ вряд ли получится без нормального учителя или продвинутых руководств. Да и цена кусалась — тысяча Кристаллов за одни лишь азы. Были бы это полноценные автоматические навыки, тогда бы ещё стоило задуматься. Я замерла, и по спине пробежал холодок. А не просила ли в прошлый раз у Системы способ для более быстрой учёбы? Она что — следит за ходом моих мыслей и воплощает желания в ассортименте магазина? Или это просто совпадение, и я раньше недостаточно уделяла внимания «Источнику»? Система ведь сама заявляла, что этот параметр необходим для её корректной и стабильной работы. Закрыла интерфейс, чувствуя нарастающее беспокойство. Если каждый мой мимолётный каприз будет менять реальность вокруг, то кто здесь на самом деле Игрок, а кто — лишь инструмент для исполнения чужой воли? Однако паранойя была быстро подавлена рациональным подходом и «Разумом Игрока». Это простое совпадение. Очевидно, что чем выше плотность «Магической эссенции» от моего «Источника», тем больше у «Магазина» возможностей и шире ассортимент. Быстрая проверка подтвердила догадку: теперь мне стало доступно повышение ранга снаряжения до «C». Успокоив себя логичным объяснением, приступила к изучению книг. Как и в прошлый раз, это были полноценные бумажные издания, только явно посвежее. Ещё одно подтверждение того, что поднятие параметра «Источника» влияет на «Магазин» Системы. Открыла книгу и вчитывалась в текст страницу за страницей, мой обострённый «Разум» жадно впитывал информацию, структурируя её в памяти. Я открыла первый учебник «Психология убеждения» и углубилась в чтение. Стоило глазам пробежать по вводному параграфу, как «Разум» бесстрастно включился в работу. «Внимательно следите за микродвижениями зрачков и углов губ собеседника. Если при вашем утверждении человек совершает едва заметное движение назад — вы заступили в его личную зону комфорта, и уровень доверия падает на подсознательном уровне...» «Используйте технику «трёх да»: задайте собеседнику три вопроса, на которые он гарантированно ответит утвердительно, чтобы снизить его критический порог. Помните: люди склонны доверять тем, кто отражает их манеру речи и темп дыхания. Если вы хотите перехватить инициативу, начните говорить чуть медленнее и тише — это заставит оппонента вслушиваться и подсознательно признать ваш авторитет...» Я сделала паузу. Значит, когда София нависала надо мной и чеканила слова, она не просто злилась — она инстинктивно подавляла мою волю ритмом? Теперь мне была видна механика процесса. Сомневаюсь, что она делала это по учебнику, скорее инстинктивно. Диалог — это не просто обмен словами, это борьба за пространство и доминирование, где пауза в нужном месте весит больше, чем целый монолог. Дальше переключилась на «Ораторское искусство». «Ваше тело — это резонатор. Чтобы удерживать внимание толпы, ваш голос должен исходить из диафрагмы, а не из горла. Широкий жест ладонями вверх сигнализирует о честности, в то время как скрещённые на груди руки мгновенно возводят стену между вами и аудиторией...» «Внимание аудитории — это ресурс. Чтобы захватить его, используйте «правило треугольника»: переводите взгляд с одного сектора толпы на другой, фиксируя внимание на ключевых лицах. Ваши жесты должны опережать слова на долю секунды — это создаёт иллюзию абсолютной уверенности. Никогда не оправдывайтесь; если вы допустили заминку, сделайте её частью своего образа, театральной паузой...» Встала и попробовала выпрямить спину, расправив плечи так, как советовал автор. Не сутулиться, не прятать подбородок. Хотя первое уже не было проблемой. Удивительно, как сильно простая смена положения плеч и разворот ладоней меняют внутреннее самоощущение. Я больше не выглядела как мишень, особенно в своём костюме. С учебниками по европейским языкам ситуация лишь чуть отличалась. Фотографическая память буквально вгрызалась в массивы текста, а разогнанный интеллект мгновенно архивировал данные, формируя в сознании готовый языковой каркас. Две тысячи слов на каждый язык — четыре тысячи новых единиц информации за одну ночь. Обычному человеку на это потребовался бы год изнурительных занятий, для меня это была лишь очередная тактическая тренировка. Изучение материалов уровня B1 шло на удивление гладко, хоть и требовало предельной концентрации. Параметр «Разум» превращала сухие страницы в интерактивную карту смыслов, по которой я продвигалась с феноменальной скоростью. Методично просеивала уроки, полностью игнорируя вежливые клише о погоде или покупках. Вместо этого я концентрировалась на том, что составляло костяк живой уличной речи, бандитского жаргона и идеологических догм «Империи». Я невольно припомнила, сколько сил у меня ушло на освоение основ японского. Тот первый опыт с Системой казался кошмаром из-за иероглифики и абсолютно чуждой логики восточного языка. Эти же европейские наречия по сравнению с ним ощущались прогулкой по детскому саду. Скорость, с которой грамматические конструкции и массивы лексики впечатывались в память, поражала, хотя я уже должна была воспринимать это как должное — как работу эффективного инструмента. Такого же надёжного, как мой лом. Немецкий учебник раскладывал язык на понятные, почти математические формулы. Система окончаний и жёсткий порядок слов выстраивались в голове в безупречный алгоритм. — Arier, Reinheit, Verrat... — шёпотом повторяла я, пробуя слова на вкус. — Ариец, чистота, предательство... Немецкий казался мне конструктором из тяжёлых стальных балок — массивным, но предельно логичным в своей структуре. Французский же, напротив, походил на холодный шёлк, который скользил, поначалу не давая сознанию зацепиться за границы слов из-за мягких окончаний и слитных звуков. Зато стоило «Разуму» вычленить паттерны, как и этот шёлк поддался, превращаясь в понятный поток информации. Две тысячи самых ходовых выражений в каждом языке — уровень B1 уже позволял выходить далеко за рамки простых приказов. Этого было достаточно, чтобы понимать не только направление удара, но и скрытую иронию или завуалированную угрозу. В шуме уличной потасовки или в тени подворотни я теперь могла считывать чужие намерения ещё на вздохе. Я закрыла книги, чувствуя, как новые знания оседают в голове плотными, упорядоченными блоками данных. Теперь я знала: если из толпы выкрикнут «Halt ihn fest!», это не просто шум, а команда «Держи его!». А короткое, резкое «Tire sur lui!» на французском — не случайный возглас, а чёткий приказ стрелять. Теперь в Броктон-Бей для меня стало на два «секретных шифра» меньше.
