Тейлор: Поднятие уровня

      

«— Почему эта четвёрка нацистов так сильно напоминает мне стереотипные образы?! — Бета.

— Не имею ни малейшего понятия, — кается Автор. Над его головой сияет ореол… а нет, это просто настольная лампа.»

             14 января, пятница       Вернувшись домой, первым делом отправилась в ванную. Горячий душ был необходим не столько телу, которое не знало усталости, сколько разуму — смыть ощущение липкой грязи после общения с имперцами. Стоя под струями воды, я прикрыла глаза, позволяя «Разуму Игрока» избавить меня от лишних эмоцией и окончательно разложить мне события дня по полочкам.       Выйдя из ванной, замерла посреди комнаты, раздумывая, как распорядиться остатком времени. Впереди было ещё несколько часов до прихода отца, и вариантов, по сути, оставалось всего два. Первый — нырнуть в Подземелье, выплеснуть скопившееся раздражение на монстрах и, поднять уровень. Второй — зарыться в присланные куратором учебные руководства и методично готовиться к предстоящему экзамену по биологии.       Немного поразмыслив и тщательно взвесив все за и против, я пришла к выводу, что сейчас побеждает учёба.       Рисковать походом в рейд сейчас было бы опрометчиво. Я не знала точно, сколько времени может занять зачистка Подземелья третьего уровня — час, три или всю ночь? Связь там не ловила по вполне очевидным причинам, и предупредить отца о своей задержке не смогла бы. А оставлять записку о внезапной «пропаже» казалось идеей ещё более сомнительной, чем исчезнуть без предупреждения вовсе. Лишняя тревога отца мне была ни к чему, особенно теперь, когда мы только-только начали находить общий язык.       — Лучше скажу ему обо всём лично, когда он придёт, — пробормотала, усаживаясь за стол и открывая первый файл из учебного пакета.       Надеюсь, он не будет сильно против моей отлучки на «Полигон» — как я называю для него Подземелья. Это слово звучало достаточно официально и безопасно, вызывая ассоциации с тренировками и тиром, а не с кровавой баней в иных измерениях. В конце концов, в этом месте можно стать сильнее. И это значит очень многое в этом мире.       Вечер наступил незаметно. Учебники, которые раньше казались нагромождением сухих фактов, под воздействием «Разума» раскрывались передо мной как логичные и стройные структуры. Закрыв последнюю вкладку на компьютере, бросила взгляд на часы в углу экрана. Пора.       Отец должен был скоро вернуться, и оставлять его без горячего ужина после тяжёлого дня не хотелось. Спустившись на кухню, принялась за дело с расчётливостью, которой позавидовал бы шеф-повар. Выбор пал на простое, и сытное блюдо: обжаренный картофель с луком и беконом. Методично нарезая остатки бекона из холодильника. Пальцы двигались с филигранной точностью; нож мелькал над доской так быстро, что со стороны это могло показаться профессиональным трюком повара. Поставив на плиту старый пузатый чайник, оставила его закипать.       Отец вернулся немного позже обычного, и по тяжести его шагов было понятно — день в мэрии выдался непростым и хороших новостей для докеров не услышал. Вышла с кухни, когда он как раз снимал пальто.       — Привет, пап. Как всё прошло?       — Терпимо, Совёнок. Бюрократия — это болото, в котором тонешь медленно, но верно, — он устало улыбнулся и прошёл к столу. — А у тебя как день? Не выходила никуда?       — Занималась учёбой, — обтекаемо ответила я, решив отложить рассказ о знакомстве с нацистами на неопределённое когда-нибудь потом.       Разлив заварку по кружкам, я подала отцу чай без сахара, как он любил. Себе же добавила половину ложки — может, настоящий чай и стоило пить без подсластителей, но эту «траву» иначе употреблять было невозможно. Поставив перед ним тарелку с горячим ужином, себе положила совсем немного, чисто за компанию. Растягивая свою порцию, дождалась, пока отец закончит есть и сделает первый глоток чая. Только тогда пришло время начать разговор.       — На самом деле, я хотела поговорить о своих… тренировках по развитию парасил. Ты же помнишь, что мои способности могут развиваться и прогрессировать?       Отец замер, внимательно глядя на меня поверх чашки. В его глазах промелькнула тень тревоги, которую он так старательно пытался скрыть за усталостью.       — Помню. Кажется, ты называла это полигонами? Но что именно ты задумала на этот раз? — он поставил кружку на стол, и звук получился неожиданно тяжёлым. — В прошлый раз ты оставила на дверной ручке мазутные следы с резким металлическим запахом. И, смею предположить, судя по тому, как быстро ты сбежала в душ, стараясь не попадаться мне на глаза, этой жижей ты была покрыта целиком и полностью. Это не вызывает у меня восторга, Тейлор. Если, по твоим же словам, сравнивать происходящее с игрой на приставке, то скольких врагов тебе пришлось одолеть ради такого «результата»?       Отец мог быть крайне проницательным, и сейчас эта его черта работала против меня.       — На самом деле, эта проблема напрямую связана с ближним боем. У меня есть подходящее оружие, — призвала из «Инвентаря» системный лом на глазах у отца и впервые использовала навык трансформации, превратив его в изящный полуторный меч, чёрная материя клинка поглощала свет. — Это исключительно для наглядности, пап. Дистанционных атак у меня пока нет, и именно ради них я хочу отправиться на новый полигон. Мои силы растут не только в плане грубой физической силы; регенерация делает меня невероятно живучей. В теории я смогу встать на один уровень с Александрией или очень близко к ней.       Намеренно сделала акцент на имени самой неуязвимой героини из Триумвирата. Если убедить отца в моей защищённости, ему будет проще принять реальность, в которой его дочь это не фарфоровая ваза.       Папа тяжело вздохнул, потирая переносицу.       — Не могу сказать, что мне это нравится. Совсем не нравится, — он перевёл взгляд, смотря на тёмную ночную улицу за окном. — Хорошо. Я принял твоё решение тогда, принимаю его и сейчас. Верю в твою ответственность и в то, что ты не станешь намеренно рисковать здоровьем.       — Обещаю, — ответила я, чувствуя, как внутри разливается облегчение. — Ближайший выход на полигон планирую совершить уже этой ночью, — решила «обрадовать» его этой информацией.       — А как же сон? — в его голосе прорезался искренней интерес.       — Он мне больше не нужен. Я попросту не могу заснуть — остаётся только лежать и смотреть в потолок. А тратить время впустую не хочу, уж лучше учебники почитать.       — Значит, прошлой ночью ты не спала. И, подозреваю, до этого тоже.       — Ты знал? — даже не пыталась отпираться. И для кого, спрашивается, разыгрывался спектакль с подготовкой ко сну?       — Твой компьютер очень громкий, Совёнок. Шум кулера слышно даже сквозь стену.       В этот момент нестерпимо захотелось приложиться лбом об стол. Если для меня звук старого системника казался рёвом взлетающего «Боинга», то с какой стати я решила, что для отца он останется бесшумным шелестом вентилятора? «Разум Игрока» отказался действовать и явно не воспринимал такие бытовые мелочи.       После того как за папой закрылась дверь его спальни, в доме воцарилась тишина, нарушаемая лишь привычным гулом «частного самолёта» под столом в моей комнате. Нужно будет его выключить. Предстояло проверить, всё ли готово к рейду. Теперь поход в Подземелье был официально санкционирован: отец не поднимет тревогу, не обнаружив меня в кровати среди ночи. Это развязывало руки и делало ситуацию во многом проще.       В «Инвентаре» сиротливо лежали два малых зелья восстановления «Жизненной энергии» — моя единственная страховка на случай её потери. Заглянув в «Магазин», лишь раздосадованно вздохнула: после недавних трат на экипировку «Энергетических Кристаллов» почти не осталось. О закупке дополнительных эликсиров или иных полезных предметов не шло и речи. Придётся полагаться на те крохи, что есть, и на собственную возросшую «Выносливость».       Мой тревожный рюкзачок, таскаемый в «Инвентаре», не претерпел особых изменений: бинты, пара батончиков, бутылка воды. Верёвка и фонарик без батареек. К счастью, места в «Инвентаре» хватало, так что не видела причин избавляться от этого скарба, хотя теперь он казался почти бесполезным. Брать что-то ещё не имело смысла. Зачем мне сотовый там, где нет связи с реальностью? Бессмысленно. Пускай лежит на тумбочке.       Затем пришла очередь экипировки. Мысленная команда — и ещё непривычная масса доспеха вместе с удобной чёрной подкладкой сжала тело. Белый матовый нагрудник, наручи, поножи. Шлем завершал мой нынешний образ. Алая маска шлема в отражении погасшего монитора выглядела зловещей, но именно она дарила чувство защищённости. Больше я не была как раньше школьницей-изгоем. Сейчас я — кейп, готовый к спуску в Подземелье, чтобы стать ещё сильнее. Не прошло и месяца с момента моего триггера, а событий скопилось больше, чем за всю прошлую жизнь.       Достала из воздуха ключ к Подземелью третьего уровня — небольшую пирамидку с римской цифрой три. Теперь я чувствовала исходившую от неё едва заметную вибрацию, резонирующую с моим «Источником».       — Ну, поехали, — прошептала, сжимая ключ.       Пространство комнаты подёрнулось рябью и поплыло, как поверхность воды от брошенного камня. Синие искры начали сплетаться вокруг меня, жадно втягивая в себя воздух. Одно мгновение — и реальность уютной спальни сменилась чем-то совершенно иным.       Вместо привычных тесных коридоров оказалась в исполинском холодном цеху. С высокого, теряющегося во тьме потолка мерно капала вода, гулким эхом разбиваясь о бетонный пол. Запах... он был невыносим. Тяжёлый, сладковато-металлический дух старой крови и хлорки. Это место напоминало заброшенный мясокомбинат или огромную скотобойню: повсюду виднелись пустые ржавые крюки, свисающие на цепях, и длинные желоба для стока нечистот.       «Разум Игрока» мгновенно отсёк подступившую тошноту, превращая окружающую обстановку в холодный массив данных. «Восприятие» работало на максимум, разгоняя тьму и выстраивая для меня лишённый красок серый мир. Чёрными фигурами из укрытий, за рядами пустых разделочных столов, скользили четверо невиданных ранее монстров. Они походили на оборотней с волчьими головами, но изуродованных, гротескных. Огромная верхняя часть туловища с гипертрофированными плечами и мощными передними лапами опиралась на жилистые, короткие ноги.       Не просто слышала их — чувствовала само движение воздуха от их тел и тяжёлое, зловонное дыхание задолго до того, как они решили прыгнуть. Их «засада» превратилась в смертельную ловушку для них самих. Когда из теней вынырнул первый изуродованный, гротескный силуэт, я уже была в идеальной стойке.       Издав хриплый рык, первый монстр рванул вперёд. Он не собирался кусать — оказавшись рядом, вместо этого замахнулся лапой с когтями-крюками, способными вспороть тонкий металл. Не став дожидаться удара смещаюсь с траектории его удара. В руке привычно лежал иссиня-чёрный лом. «Пожиратель надежды» привычно проигнорировал законы физики и на пару с моей «Силой», под сорок единиц, врезался в грудную клетку твари, проламывая её и превращая кости в крошево осколков. Раздался сухой хруст ломаемых рёбер. Из раны брызнула густая чёрная жижа, начавшая постепенно испаряться в холодном воздухе цеха.       Второй и третий прыгнули одновременно, пытаясь зажать меня в клещи. «Восприятие» работало на пределе: я буквально видела траектории их когтей. Они думали, что поймали меня, однако у меня были свои идеи на этот счёт. Воображение плюс «Власть над теневой материей», и лом, напитавшийся «Магической эссенцией», удлинился. Трансформация произошла мгновенно: в моих руках оказался длинный посох с острыми наконечниками на обоих концах.       Оба монстра насадились на них, словно бабочки, пришпиленные булавками. Ещё одна мысленная команда, короткий импульс «Магической эссенции», и наконечники внутри тел превратились в шипастые сферы. Резкое движение — и перемалываю их кости изнутри, превращая плоть в фарш.       Последний монстр, ослеплённый яростью, жаждал лишь моей смерти. Словно его гнев мог дать ему хоть какой-то шанс. Сменила форму оружия, превращая его в тяжёлую палицу с длинной рукоятью. Удар пришёлся точно в висок: череп монстра лопнул, аки сочная виноградина, забрызгав пол чёрной мозговой жидкостью вперемешку с костяной крошкой.       Тут случилось действительно неожиданное. Первый оборотень, у которого проломленная грудная клетка, оказался живучее, чем я рассчитывала. Вместо того чтобы издохнуть, он ударил меня, оставив на нагруднике заметные борозды от когтей. До тела они не достали, зато доспех пострадал. Рана, если так можно назвать смятую внутрь грудную клетку, выглядела ужасно, источая чёрную жижу, частично испаряющуюся.       Разозлённая собственной оплошностью и поцарапанным доспехом, воплотила секиру с массивным лезвием. Может фехтовать я не умею, зато могу ударить посильнее! Развить успех тварь не смогла: точным ударом ноги ломаю ему колено, а затем, словно палач, обрушила лезвие сверху, перерубая урода пополам. Шкура, мышцы и кости поддались, будто мокрая бумага. На всякий случай решила раздавить ботинком головы тех двоих, они ещё дёргались. Не хватало только, чтобы они встали у меня за спиной.       В тишине цеха перед глазами поплыли системные уведомления:              

[Повержен враг — «Проклятый Ликантропией» (4)]

      

[Награда №1: +300 Опыта Игрока]

      

[Награда №2: +300 Энергетических Кристаллов]

             Недовольство из-за повреждённого доспеха быстро сменилось сухой досадой. Глупая ошибка, которая могла обойтись мне значительно дороже. Не стала убиваться из-за случившегося, просто сделала пометку: требуется больше концентрации для повышения эффективности. Тем более броня уже восстановилась, истратив мизерное количество «Магической эссенции».       Только сейчас заметила деталь, на которой раньше не акцентировала внимание: поверх жёсткого меха на монстрах висели лоскуты ткани. Когда-то это было одеждой. Значит, эти твари раньше были людьми? Системное название «Проклятый Ликантропией» обрело новый, зловещий смысл. Едва заметно тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Не нужно искать логику в этом месте, созданном Системой исключительно для моего развития.       — Хоть где-то пригодится мой титул «Убийца волков», — недовольно буркнула в никуда.       Двинулась вглубь цеха. Декорации становились всё мрачнее: ржавые крючья, свисающие с потолка на длинных цепях, подрагивали от невидимых сквозняков, а кафельные стены были сплошь покрыты бурыми и чёрными пятнами. Из разбитых труб под потолком вырывался густой сизый пар, тяжёлым туманом оседая на полу и скрывая сточные желоба.       Вокруг было слишком много объектов и укрытий, идеальных для засады. Приходилось полагаться на «Восприятие», выискивая в серой дымке силуэты врагов или вибрации шагов, чтобы не допустить новой оплошности. Ориентироваться на обоняние, как в кобольдовых пещерах, здесь было невозможно: отвратные запахи забивали все чувства. Впрочем, резонанс моего «Источника» на пару с «Восприятием» позволял делать уверенные предположения о местонахождении источников чужеродной энергии. Хотя в этом новом ощущении я пока до конца не разобралась.       — Что за мясокомбинат? — прошептала, и мой голос утонул в холодном паре. — Декорации становятся всё страннее и страннее.       Туман впереди колыхнулся. Сразу четыре смазанных тени одновременно рванулись ко мне с разных сторон. Они не рычали, их поступь по бетонному полу была мягкой, чтобы не выдать себя. Их попытки действовать из засад были тщетными — я ощущала их энергетические силуэты сквозь пелену пара совершенно иным, шестым чувством.       Встретила их в движении, рванув вперёд не позволяя им навалиться сразу вчетвером. «Пожиратель надежды» в моих руках вновь начал менять форму. Не давая первой паре сблизиться, активировала «Власть над теневой материей», и лом мгновенно вытянулся в широкую, тяжёлую алебарду. Размашистый горизонтальный удар — и острое лезвие с сочным хрустом перерубило шейные позвонки двум ближайшим ликантропам. Чёрная жижа брызнула на кафель, подрагивая и испаряясь.       Оставшиеся двое прыгнули сверху, рассчитывая массой вжать меня в пол. Плохая тактика против того, чья «Сила» достигла четвёртого десятка. Обращаю алебарду в иную форму, создавая парные клинки приличных размеров, и вскинула руки навстречу падающим тушам. Оружие вошло в подбрюшье монстров по самые рукояти. Используя их же инерцию, дёрнула клинки в разные стороны, перерубая их туши и ломая ключицы.       Твари даже не успели взвыть. Ещё один контрольный удар по головам для каждого сформированными молотами — и всё было кончено. Отступила на шаг, обходя мёртвые тела и разливающуюся чёрную субстанцию. Перед глазами вновь замелькали строки наград, едва скользнула по ним взглядом.       Это Подземелье насылало на меня монстров с самого момента появления. Если не считать Разлом, такое происходило со мной впервые. Но почему группы врагов так ограничены? Навались они на меня сразу сотней — никакие характеристики и бомбы из «Магазина» не спасли бы. Во всех предыдущих походах я не встречала патрулей численностью более десятка особей.       В памяти всплыла стоянка кобольдов. В их лагере были десятки существ, но они просто находились внутри своего поселения. Вероятно, не используй я тогда бомбы, они бы действительно задавили меня толпой.       — Система, почему это происходит именно так? — говорить было не обязательно, но мне захотелось задать вопрос вслух, прекрасно понимая: она слышит мои мысли и понимает контекст.              

[Пространства Подземелий создаются для развития Игрока. Установка заранее невыполнимых условий не является эффективным способом прогрессии Игрока.]

             Вот значит как? Любое Подземелье, несмотря на его сложность, в таком случае можно пройти?              

[Неверная оценка своих возможностей со стороны Игрока является наиболее вероятной причиной его гибели. Переоценка своих или недооценка вражеских сил приводит к смерти Игрока вне зависимости от изначальных условий, созданных в Подземелье.]

             Огромный цех закончился почти внезапно. Массивные, изъеденные коррозией гермодвери замерли в полупозиции, открывая путь в узкий технический зев. Недолго Подземелье баловало меня открытыми пространствами.       Коридоры встретили меня всё тем же оббитым, потрескавшимся кафелем. Плитка под ногами была мокрой от осевшего конденсата, а местами — от подозрительных тёмных пятен. Под потолком тянулись бесконечные пучки труб, словно кишки огромного металлического зверя. Из их свистящих стыков вырывались струи серого пара, заполняя пространство колышущейся мутью. Видимость упала до десятка футов (трёх метров), и в такой какофонии из звуков, запахов и плохого обзора, моё «Восприятие» буксовало в этой влажной взвеси, превращая каждый угол в потенциальную угрозу. Приходилось полагать больше на новое ощущение энергий, благо ему ничего не мешало кроме моей неопытности его применения.       В такой тесноте память невольно подсунула часы, проведённые за изучением «Медицинского атласа: Основ анатомии и болевых точек». Честно говоря, его освоение не сильно изменило мою тактику или представление о ближнем бое здесь в Подземелье. Разумеется, сейчас я смогла бы куда аккуратнее и эффективнее обезвредить обычного бандита или уличного воришку, но в Подземелье это почти не имело смысла — тут действовали иные правила. Я и без атласа знала, что уязвимые места — это глаза, суставы или шея. Никакого «озарения» свыше не случилось, и не то чтобы это меня сильно удивляло.       Всё-таки я изучала его ради аккуратного задержания людей. И всё же чувство сухой досады от того, что в данный момент эта информация была бесполезной и неэффективной, вызывало глухое недовольство. «Разум Игрока» привычно купировал раздражение.       Покрепче перехватила «Пожиратель надежды». В коридорах эхо от капающей воды и гудящих труб стало громче, и где-то впереди к нему примешался новый звук — ритмичный металлический лязг, словно кто-то волочил тяжёлый шкаф по кафелю.       Лязг стал оглушительным. Из пара вынырнули они — шестеро ликантропов, идущих плотной группой. Двое позади тащили на плечах массивные железные звенья, которые с противным скрежетом волочились по кафелю. Тяжёлые корабельные цепи уходили куда-то вглубь тумана; монстрам явно не хватало сил держать их натянутыми. Словно они что-то тащили или сами были всего лишь сторожевыми псами на привязи у чего-то более крупного.       Мозг мгновенно выстроил схему боя. Дистанция — критическая. Узкий коридор диктовал свои условия. Шесть с половиной футов (два метра) ширины — здесь не размахнёшься алебардой или секирой на длинном древке, не разгуляешься в манёврах. Это пространство для прямолинейной, концентрированной силы, превращающейся в жестокость и перетекающей в бойню.       У меня появилась идея, как сократить их число и открыть счёт в этом соревновании на выживание. Система говорит: «не переоценивать свои возможности». Что же, надеюсь, правильно оцениваю свою нынешнюю «Силу». Не пытаясь разорвать дистанцию или вернуться обратно в цех, я, напротив, совершила резкий рывок вперёд.       Лом в руке превратился в длинную чёрную пику. В таких узких пространствах численное превосходство — это проблема, а не преимущество. Пика пронзила первого оборотня насквозь и, не сбавляя давления, я продавила её дальше, насадив ещё двоих монстров, стоявших следом. Ещё один мысленный приказ — и из древка вылезли отдельные шипы, пробивая черепушки врагов. Для гарантии наконечник сформировались в «шипастого ежа», превращая головы монстров в склизкую костяную труху.       Такое преобразование в сумме ощутимо ударило по моему резерву «Магической эссенции», истратив сразу пятьдесят единиц. Но результат того стоил. Первые три есть. Мысленный приказ — и пика перетекает обратно в руки.       Максимально сократила дистанцию. Ещё одна команда, очередная просадка «Магической эссенции», и «Пожиратель надежды» потёк по моей левой руке. Он принял форму тяжёлой чёрной перчатки с четырьмя прямыми восьмидюймовыми (двадцатисантиметровыми) лезвиями-когтями на концах пальцев; большой палец остался свободным, плотно прижатым к ладони.       Первый оборотень попытался вскинуть лапу, но в узком проходе ему помешал сородич. Моя «Сила» в сорок единиц превратила обычный выпад в удар бампером машины на полной скорости. Закованный в матовый металл правый кулак врезался в морду твари, в один миг дробя челюсть и вбивая осколки черепа в мозг. Одновременно с этим когти на левой руке по самую рукоять вошли в шею второго ликантропа. Массивная цепь на плечах лишила его маневренности, не позволив уйти от удара. Почти полностью отделив его голову от туловища.       Чёрная жижа брызнула на кафель и мою броню, шипя и стремясь испариться. Рванула вперёд, сокращая дистанцию до последнего выжившего. Перехватив правой рукой летящую в меня лапу, сделала резкий росчерк левой — лезвия перерубили другую его конечность в районе плеча, не заметив сопротивления костей. Игнорируя вой боли, сжала правую ладонь, ломая лучевую и локтевую кости врага. Быстрым движением когти пробили его череп на уровне глаз, лишая оных. Рывок назад — и в воздух расплылось облако испаряющейся черноты.       Узкое пространство, которое могло стать моей ловушкой, превратилось в преимущество: монстры просто блокировали друг другу путь, становясь в очередь на убой. Я посмотрела на свои руки и тяжело выдохнула. Белый металл доспеха был залит чёрными разводами, которые медленно исчезали, превращаясь в едкий дым. Цепи, которые тащили ликантропы, всё ещё подрагивали.       С той стороны железных звеньев донёсся гулкий, низкий звук, но «Восприятие» упрямо молчало. Ни вибраций шагов, ни дыхания, ни энергетического следа. Пустота. Первая осечка моего нового чувства. До этого момента энергетику монстров она помогала замечать. Может, это вовсе не монстр? В таком случае ситуация настораживала сильнее, чем любая засада.