Глава 10.3
9 июля 2026 г., 20:20
«— Тейлор всё дальше удаляется от Сына, Золотого человека нашего и посланника божьего, и уже к нацистам в друзья набивается! — Бета... культист-шпион?»
[Пассивный навык «Пустое место»]
[Описание: Существование Игрока защищено от прямого и косвенного предсказания, ясновидения или логического вывода на основе сверхъестественных способностей сторонних существ. Любая попытка «увидеть» будущее Игрока или считать его личные данные с помощью сторонних сил выдаёт ошибку или пустой результат.]
Значит, она не использовала силы. Она просто… смотрела? Мой мозг отказывался принимать, что обычный человек может быть настолько проницательным. Тут было что-то ещё. — Кажется, родители в детстве говорили мне не садиться в машину к незнакомцам, — неопределённо отшутилась, выдав кривую ухмылку. — И правильно говорили! Но мы с тобой не незнакомцы. Мы вполне успешно познакомились, осталось только узнать друг друга получше. Пока едем до бутика — в самый раз скоротаем время. — Твой логика... безупречна, — я показательно горестно вздохнула. Настырность Элисс не столько пугала, сколько начинала раздражать. Ровно до того момента, как подействовал «Разум Игрока», сгладивший острые углы эмоций. Прелестно... Теперь осталась только холодная подозрительность к её природе. Несмотря на опасения, всё же села в машину. Было подозрение, что иначе она запихает меня туда силой. Бояться, впрочем, было нечего: на мне невидимый комплект снаряжения, а сила и живучесть значительно превышают человеческие нормы. Проблемы возникнут, только если Лисс окажется замаскированным Эйдолоном в юбке, вернее в джинсах, но не суть. — Давай продолжим разговор, который должен был случиться в «берлоге» наших гордых «егерей»? — Лисс дружелюбно улыбнулась и коротко рассмеялась. — Значит, ты и есть та девушка, которую спасли эти деятели? — Не знаю, как они пересказывали эту историю, но да, они действительно оказали мне услугу, вовремя вмешавшись. — Эх! Девушка в беде, которую спасают рыцари! — она мечтательно прикрыла глаза на мгновение. — Какая замечательная в своей романтичности история, не находишь? — Не уверена, где здесь романтика, — честно ответила. — Хотя они были достаточно любезны, чтобы проводить меня до моего района. Только я об этом не просила, и это вылилось в кучу проблем для отца! Вслух добавила: — И я благодарна Маркусу за наставничество. Быть «Дамой в Беде» мне совершенно не прельщает. Я подбирала максимально нейтральные определения, стараясь интонацией выразить «признательность» за их «поддержку». — Ну, в чём-то ты права, но какой сценарий! «Благородный герой в белых доспехах спасает принцессу из лап грозного чёрного дракона!». — Попасть в лапы Лунга не хотела бы ни одна девушка, — передёрнула плечами, подчёркивая, насколько это незавидная участь. — Кто знает, может, и у этого придурка есть любящая девушка, о которой никто не догадывается? — У Лунга? И почему — придурка? Второй вопрос интересовал меня куда больше. Мало кто в этом городе может назвать его так и остаться в живых. Мизерно мало. — А кем ещё он может быть? — Элисс на секунду повернулась ко мне, перестав смотреть на дорогу. — С его силой и способностями он сидит в нашем городишке, контролируя пару кварталов, даже не целый город. И это тот самый Лунг, «Выживший с Кюсю». Тебе не кажется это слишком мелочным для кого-то его уровня? — Это... интересный вопрос для размышления, — чистая правда. — Может, он и не хотел большего, довольствуясь нынешним положением? В конце концов, попытайся он взять власть над всем городом или штатом, его бы повязал и запихнул в Клетку «Протекторат» или сам Триумвират. — Возможно. И почему же его тогда терпят сейчас? — Хм... — я и сама хотела бы знать ответ. — Может быть, его устранение будет слишком трудозатратной операцией? Пока что дешевле его терпеть. Так же, как и вас. — Думаешь, от него избавятся? — с любопытством спросила Лисс, уже вернув взгляд на дорогу. К счастью — аварий мне сегодня хотелось бы избежать. — Это случится рано или поздно, — уверенно кивнула я. И тут же спохватилась, понимая, что мои слова могут двусмысленно указывать на СКП. — Уверена, у Империи хватит сил его одолеть. Проклятье, чуть не забыла, что она из Империи! Как она смогла добиться такого расположения к себе? Неужели не только Умник, но и Властелин? — Конечно хватит! — она уверенно кивнула. — В конце концов, у нас кейпов уже больше, чем у местного отделения «Протектората». Интересно, она имеет в виду только старших героев или считает вместе со Стражами? Или у них пополнение в рядах? Об этом стоило бы узнать поподробнее. Может ли моя шуточная мысль про «Эйдолона в юбке» быть лишь частично шуткой? Хотя Система должна защищать меня от контроля Властелинов, она не всесильна и от самых высоких рангов не спасёт. Или я себя накручиваю и пытаюсь увидеть то, чего нет? Чтобы перехватить хоть какую-то инициативу в разговоре, решаю задать свой вопрос — иначе она из меня душу вытрясет вместе с Системой! — Если ты часть Империи, то почему у тебя нет никакой символики? — спросила, глядя ей в лицо, чтобы считать реакцию. — Ни нашивок, ни... чего-то более постоянного. Лисс мой вопрос даже не удивил, будто у неё это спрашивают каждый день. Ни дрогнувшей брови, ни сжатых на руле пальцев — ничего. Впрочем, если она давно в Империи, возможно, этот вопрос и вправду звучал часто. — Если ты про одежду, то вещи с восьмёрками надеваю, только когда собираемся в большие группы или идём в места, где без обозначения принадлежности нельзя, — она легко пожала плечами. — А тату… они мне не нравятся, не хочу портить тело. Да и сама подумай: чёрные наколки на белом теле? Не абсурдно ли? Она негромко рассмеялась, прикрыв рот обратной стороной ладони — жест, в котором сквозила чисто показная аристократическая игра. — Действительно, абсурдно, — отзеркалила её усмешку. Мозг тем временем фиксировал: Лисс избегает клейма. Она не хочет быть частью Империи или просто слишком умна, чтобы оставлять на себе подобные вечные улики? Или же я пытаюсь найти логику в девушке со своими тараканами и закидонами в голове? Не уверена... — Жаль, мой братец не такой смышлёный, как ты, — она вздохнула так глубоко и скорбно, что не могла понять: игра это для меня или её реальное отношение к непутёвому родственнику. — Вот у тебя есть брат или сестра? — Нет, — ответила, пытаясь осознать, что скрывается за этим вопросом. Попытка узнать больше о моей семье, чтобы нащупать рычаги давления, или нечто иное? — Считай, тебе в определённой степени повезло! Старший вечно строит из себя невесть что, будто он самый главный и умный, а не крутится на побегушках у Чистоты. Младший — на своей волне, и мозгов у него как у кролика: вроде бы и есть, но для нормальной жизни совершенно недостаточно, — выдала она едва ли не быстрее, чем я закончила произносить первую букву. — Большая семья — это же хорошо? — так и не смогла разгадать эмоции собеседницы. — Как сказать, — фыркнула та в ответ. — Видимо, ты просто не бывала в таких семьях. Зачастую напоказ у них всё хорошо, но за закрытыми дверями скрывается реальный гнойник. — Не доводилось, — призналась. Значит, в их семье не всё гладко? Или она опирается на свой опыт наблюдения за другими? — Почти приехали, — Лисс кивнула в сторону нужного здания, высматривая место для парковки. Это было простое двухэтажное здание из красного кирпича. Никаких огромных витрин — только лаконичная вывеска сверху: «Лебедь». Видимо, место предназначалось исключительно для своих или тех, кто точно знал, что искать. Рядом с железной дверью, привалившись к стене, стоял охранник. Смею предположить, что он здесь не один. Когда мы вышли из машины и подошли к входу, он лишь едва заметно кивнул Лисс и тут же потерял к нам интерес. Теперь его внимание было приковано к паре бездомных на противоположной стороне улицы. Охранник будто прикидывал: стоит ли разобраться с ними и выкинуть подальше от этого престижного места или оно того не стоит и в его зарплату не входит. Внутри царила стерильная чистота и густой запах дорогой кожи. Интерьер «Лебедя» разительно отличался от скромного фасада: мягкое точечное освещение выхватывало матовую отделку стен и хромированные стойки, на которых одежда висела так свободно, словно каждый предмет был музейным экспонатом. Здесь не было привычной суеты торговых центров — только тихий шелест кондиционера и приглушённые шаги персонала в глубине зала. Лисс вела меня мимо рядов с вещами, стоимость которых была мне совершенно не по карману. Да и не хотелось тратить баснословные суммы на то, что можно найти в разы дешевле. Я никогда не гналась за брендами, ценя исключительно качество и практичность. Как же Лисс собирается убедить меня не то что купить это, а для начала хотя бы примерить? Она резко остановилась и развернула меня к зеркалу во весь рост. — Посмотри на себя, — она встала сбоку, чуть позади, и указала на наше отражение. — Ты пытаешься спрятаться в этих мешковатых шмотках. Но я вижу… — Лисс провела пальцем по линии моих плеч. Я едва успела подавить рефлекс: схватить её за кисть и оторвать руку. — Потенциал. Ты не серая мышка, Тей. Ты — необработанный клинок. Давай сделаем так, чтобы ты начала блистать, а не ржаветь на стойке! Мы смотрели в зеркало. Лисс улыбалась — искренне, во всяком случае, никаких подсказок для иного заключения у меня не было. «Восприятие» не помогало. Может, дело во мне, и стоит почитать что-то ещё по актёрскому мастерству или чтению собеседника? У меня до сих пор не получалось определить, кто передо мной: хищный богомол или безалаберная стрекоза. — Что же ты предлагаешь? — мне хотелось понять ход её мыслей и, главное, причину, по которой она со мной возится. — Просто напоминаю: денег у меня с собой нет, — попыталась потушить её разгоревшийся энтузиазм холодным душем реальности. — Это не проблема, — Лисс даже не обернулась, её пальцы уже порхали по вешалкам, выискивая нужную фактуру ткани. — Считай это подарком в честь нашего знакомства. — Я верну всё до последнего цента, — отчеканила я. Воспитание и въевшееся под кожу недоверие не позволяли мне принимать подобные подачки. Долг в такой компании — это не просто цифры на бумаге, это поводок, за который тебя могут дёрнуть в любой момент. — И я в это верю, — улыбнувшись, кивнула она. В её голосе не было насмешки, скорее — азарт коллекционера, нашедшего редкий экземпляр. — Ладно, — произнесла, принимая правила игры. — Показывай, что ты предлагаешь. В конце концов, если я собираюсь шпионить в их рядах, нужно косить под свою. Оставалось надеяться, что удастся избежать ношения соответствующей символики — по крайней мере, на широкую публику. Она действовала быстро. Не предлагала мне вульгарных платьев или вызывающих нарядов — видимо, понимала, что на такое я не соглашусь даже под угрозой мучительной смерти. Её выбор пал на вещи, которые сочетали в себе функциональность и некоторую строгость. В примерочной пришлось развеять «Покров». Может быть, переодеваться можно было и в нём, однако уверенности в этом, как и времени разбираться не было. Лисс чувствовала себя здесь как рыба-брызгун в воде, а я ощущала себя бабочкой, которую топят в этой самой воде, не давая улететь. Между делом старалась вывести диалог на интересующую меня тему: точное число кейпов Империи или хотя бы информация о пополнении. Однако вместо этого разговор каким-то чудом вывернул на Криса: — Крис хороший парень, — продолжала Лисс, мельком перебирая блузки и отбрасывая их прочь как неподходящие. — Как по мне, слишком зациклен на идее спасти этот городишко. Но у кого из нас нет своих причуд? — Ты считаешь, что у этого города нет шансов стать лучше? — А ты думаешь, есть? — ответила вопросом на вопрос Лисс, глянув на меня, чтобы прочесть эмоц... а нет, она просто прикидывала на глаз размеры. — Думаю, что если ничего не делать, ничего и не изменится. Нужно действовать, а не ждать, сложа руки, у моря погоды. — В точности его фраза. Боюсь, для того чтобы что-то действительно изменить, а не просто совершать действие ради действия, нужно быть кем-то повыше, чем простая школьница или маргинал. Без обид, Тей, — она обаятельно улыбнулась. — На правду не обижаются, — кивнула. В её словах была логика. — И кем же тогда нужно быть? Александрией? Надеюсь, упоминание героини «Протектората» было к месту. — Не-а, не угадала. Чтобы что-то поменять, нужно быть Ребеккой Коста-Браун, шеф-директором всего СКП. — Да? Я думала, ты скажешь: быть кем-то уровня Кайзера или вроде того. — Чтобы менять обстановку в городе, можно быть и Кайзером, — легко кивнула она, перебирая джинсы и откладывая их в сторону как ненужные. Персонал нам не мешал и не подслушивал, и это было хорошо. В отсутствии слежки я была уверена: поблизости не слышалось ни дыхания, ни сердцебиения. Единственный риск — если наш разговор пишут камеры, но тут я бессильна. Да и вряд ли мы станем обсуждать здесь планы свержения Кайзера. — Чтобы менять систему, а не противостоять ей, нужно быть совершенно иным человеком, — продолжила Лисс. — Странно слышать такие мысли... — вовремя прикусила язык. — «От кого-то вроде меня», ты хотела сказать, да? — хихикнула она, глянув на моё лицо, и едва не рассмеялась открыто. Хотя я была уверена: выражение моего лица осталось прежним! — Поверь, если бы не обстоятельства, я бы уже сбежала, но увы. Вот! Примерь это! Будет выглядеть фантастически! Первым делом она вручила мне узкие, идеально сидящие брюки из плотной ткани графитового цвета. Я думала, она выберет джинсы или, в худшем случае, кожу, похожую на мою бывшую броню. К ним прилагалась водолазка из чёрного кашемира, напоминающая мягкую подкладку моего доспеха. Сверху Лисс добавила антрацитовый приталенный пиджак-френч с воротником-стойкой, который своим видом отсылал к офицерскому военному стилю, но выглядел при этом достаточно элегантно. — Не томи! Что скажешь? — она едва ли не прыгала от нетерпения. Я смотрела в зеркало. Изменилось не просто отражение — сам мой образ преобразился до неузнаваемости. На меня глядела не затравленная школьница в худи и не кейп в доспехах. Это была молодая девушка, чей облик внушал уважение и заставлял держать дистанцию. Ничего не указывало на реальный возраст. Вот оно, настоящее мастерство перевоплощения для шпиона... Жаль, у меня нет подобного чувства вкуса. Не хотелось признавать, но мне нравился этот образ. Сильный и независимый. Что-то внутри довольно ворчало, рассматривая обновки, и категорически не желало возвращаться к слабой и унизительной мешковатой одёжке. — Это неожиданно, — честно призналась. Неужели это и вправду я? И я могу выглядеть именно так? — Я же говорила, что ты смотришься намного лучше, чем пытаешься показать! — воскликнула Лисс. Кажется, последнюю фразу я всё-таки произнесла вслух. — Теперь подберём что-нибудь наверх, к нашей переменчивой погодке. — Если возвращаться к нашему разговору... — начала я. — Да! Поэтому Крис хоть и симпатичный, но тот ещё придурок, — перебила она. Вот почему она решила, что я имею в виду именно этот разговор? — Тебе не кажется, что в последнее время противоположный пол совсем отупел? Даже в прямые намёки уже совсем «не могёт»! — недовольно проговорила она, словно выражая давнюю боль. Интересно, как намёк может быть прямым? Если он прямой, это уже не намёк. — Мало что могу сказать по этому поводу. — Неужели не замечала? — она повернулась ко мне с выражением «первозданного ужаса» на лице, будто вещи, о которых она говорит, очевидны любому. Чтобы не казаться глупой, я быстро проанализировала все свои встречи и наблюдения за противоположным полом. Результат вышел сомнительным. Сверстники либо игнорировали моё существование, либо издевались. Плотных контактов на уровне общения, выходящего за рамки мимолётных фраз, попросту не было. Отец в этом уравнении явно являлся особой категорией. — В школе как-то не доводилось общаться на темы длиннее: «Какое расписание?», «Дай списать» и «Объединяемся для классной работы». Хотя могу согласиться: интеллектом никто из них не блистает. Последнее для Уинслоу было нормой. — Эх, школьные годы! Помню, каких баранов приходилось терпеть. Значит, ты в выпускном классе? — Можно и так сказать, — если получится сдать всё экстерном, это вполне можно будет назвать выпускным классом. — Согласна, тяжело найти кого-то достойного по уровню интеллекта, — словно не услышав мой ответ, продолжила Лисс. — Мальчишкам ведь только одного от нас надо, а терпеть умную мало кто способен. Вообще, хороший парень — это вымирающий вид. С ними нужно быть внимательной: поддакивать в нужных местах, иначе будут тупить беспросветно. Знаешь энтов? — Я читала Толкина. Если речь про разумные ходячие деревья, то да, — утвердительно кивнула. — Вот! Точно как ходячие брёвна! Вот кончится у нас терпение и уйдём в другие края — будут века нас искать и не найдут. От абсурдности фразы и возникших в голове образов не выдержала и рассмеялась. Легко и непринуждённо. Картинка была настолько нелепой, что я не желала сдерживаться, пользуясь моментом, пока «Разум Игрока» не подавил излишки эмоций. — Ничего-ничего, — причитала Лисс, пока я смеялась. — Ты ещё на себе познаешь все эти прелести отношений. Она коварно оскалилась в улыбке победительницы. — Эм... нет. Потом. Когда-нибудь потом — обязательно, — я неопределённо повела рукой в сторону. — Вот! Это подойдёт идеально! Она набросила мне на плечи удлинённое до колен шерстяное пальто угольного цвета с тяжёлыми пуговицами, сливающимися с тканью. — Посмотри на линии, — прошептала она, указывая на зеркало. — Ничего лишнего. Твой интеллект и твоя выправка — вот твоя символика. Это твой доспех для январских улиц. В нём ты выглядишь как деловой, уважаемый человек, который знает себе цену. Ну как? — Лисс довольно прищурилась. — Всё ещё хочешь вернуться к своим мешковатым толстовкам? — Нет, — честно ответила, выдохнув. — Так-так... Что я ещё хотела? — Лисс поднесла палец к подбородку и задумчиво постучала. — Ах, точно! Обувь! Она завершит образ. — Я вовек не расплачусь... — тихо буркнула себе под нос. — Я верю, что ты справишься! — видимо, буркнула недостаточно тихо. — Уверяю, цены тут нормальные. Это же не Армани и не Гуччи, — она хихикнула, явно чему-то своему. Эта девушка точно была на собственной волне. — Может, всё-таки без обуви? — попыталась отбиться, однако... — Это такая же важная часть образа, как брюки или пиджак! Эх, жаль, тут нижнего белья нет, — её взгляд расфокусировался, уходя куда-то в сторону. — Так! Вот без этого! — А что? — Лисс дёрнула головой, посмотрев на меня. — Ничего, — сделала вид, будто обращалась не к ней. — Говорю, что у меня есть обувь. — Твои ботинки — не обувь, а облачение гордого спартанца! Парням будешь рассказывать, что это обувь, они любители таких «грязедавов». А нам, девушкам, нужно нечто более подходящее и утончённое! Я поняла, что попытки разговорить её о делах Империи безуспешны, и перешла к другой теме — не менее интересной. — Не могу взять в толк: если тебе не нравится этот город, то в чём проблема переехать? — И оставить этих идиотов одних, без присмотра? Они хоть и кретины, но родня. К тому же не всё тут так просто, — она неопределённо повела плечом. Разговор явно проигрывал в приоритете подбору правильной пары обуви. — Тогда в чём именно? — предприняла последнюю попытку узнать детали. — А твои родственники не против нашей компании? Их всё устраивает в городе? — Лисс иронично глянула на меня. Я поняла, что отвечать прямо она не станет — тема слишком личная. И отступилась. — Их точно не устраивает положение дел в городе. А насчёт моей нынешней компании им лучше не знать. Меньше знают — крепче спят. — Какая точная фраза! Я вот знаю много и мучаюсь бессонницей! — судя по интонации, она этим хвасталась. Что ж, я тоже могла бы похвалиться: я не сплю совсем. — Примеряй! В итоге она представила на мой суд лакированные туфли глубокого чернильного цвета. — Как тебе удаётся так точно подбирать размеры? — спросила. Лисс передавала мне по паре разных вариантов, но точность попадания всё равно поражала. Она довольно рассмеялась: — Это… секрет! Я чувствовала себя куклой, которую деятельная «девочка» пытается обрядить в идеальный наряд. Лисс же явно получала кучу удовольствия от процесса. Теперь у меня появились новые сомнения: может ли она быть мастер притворства и актёрской игры? Либо она освоила это на таком высоком уровне, что у меня нет шансов распознать фальшь, либо она действительно такая. Да и я сама, признаться, получала удовольствие от процесса шопинга и общения хоть с кем-то, помимо отца и собственного отражения.
