Затмение

Гермиона влетела в двери станции за две минуты до начала смены — сумка на плече, волосы растрёпаны, дыхание сбито. Крис встретил её у входа с поднятой бровью и кружкой отвратительного растворимого кофе в руке. — Ты чего такая? — спросил он. — Опять дралась с дверью? — Со своей жизнью, — буркнула она, натягивая форменную куртку. — Кофе есть? — Термос твой на столе. Я не стал трогать. Она сделала большой глоток кофе залпом. Чёрный, горький, обжигающий. В голове всё ещё гудело — от утра, от беготни, от серых глаз, которые смотрели на неё так, будто она была единственным человеком в комнате. — Грейнджер! — Крис щёлкнул пальцами перед её лицом. — Ты в порядке? — Да. Всё хорошо. — Ты уверена? Она молча кивнула. Рация ожила. — Крис, Герм, срочный вызов. Диспетчер назвал адрес. Сердечный приступ. Пожилой мужчина. Не долго думая, Гермиона схватила сумку и побежала к машине. Дом стоял в тихом районе, среди серых зданий с идеально выстриженным газоном. Пахло мокрым асфальтом. Дверь открыла взволнованная женщина. Пациент лежал на диване. На вид — лет шестьдесят, седые волосы, бледное лицо. Он дышал тяжело, с хрипом, но глаза его были живыми, цепкими, как у хищника, который прикидывается больным. Гермиона опустилась на колени рядом с ним. — Вы меня слышите? Он кивнул. — Давление? — спросила она у Криса. — 180 на 110. Пульс — 120. Она достала стетоскоп. Приложила к груди пациента. — Дышите глубже. Он послушался. Но глаза его не отрывались от её лица. — Вы очень похожи на одну женщину, — сказал мужчина. Голос был спокойным, почти ласковым. Но в нём слышалось что-то, от чего Гермиона поежилась. — Да? — спросила она. — Да. Такие же волосы. Такой же взгляд. — Он усмехнулся. — Вы случайно не знакомы? Гермиона подняла голову. — Не думаю, — мило улыбнулась она старику. — Я бы запомнила. — Странно. Будто я вас помню в период вашего обучения. — Обучения? — Да. В школе. В Хогв… На мужчину напал сильный кашель. — Я не понимаю, о чём вы, — отрезала Гермиона. — Не понимаете? — Он усмехнулся. — Или не хотите понимать? Она смотрела в его глаза. Холодные, с вертикальными зрачками. Как у змеи. — Родольфус, — сказал он, представляясь. — Меня зовут Родольфус Лестрейндж. Имя ударило как пощёчина. Гермиона не знала его, но пальцы сжались. — Вам нужно в больницу, — сказала она ровно. — По-моему, мне уже лучше. — Он взял её за запястье. Пальцы холодные, сильные. — Я хочу задать вам один вопрос. — Отпустите мою руку. — Вы уже встретились с Драко Малфоем? Её глаза дрогнули. На долю секунды. Лестрейндж улыбнулся. Той самой улыбкой — сладкой, мёртвой. — Знаете, — сказал он. — Это хорошо. Гермиона вырвала руку. — Крис, носилки. — Не нужно, — сказал Лестрейндж. — Я сам доберусь до больницы. Он встал. Легко, без хрипов, без болей. Гермиона смотрела на него и не верила своим глазам. Он посмотрел на неё долгим взглядом, развернулся и вышел. Крис стоял с носилками в руках. — Что это было? — Не знаю. — Она вытерла руки о форму. — Но мне это не нравится. До конца смены оставалось четыре часа. Гермиона работала на автомате. Вызовы, уколы, кардиограммы. Руки двигались сами. В семь вечера смена закончилась. Она переоделась, вышла на улицу. Моросил дождь. Стоя у парадного входа, за ней вышел и Крис. — Тебя подвезти? — Он смотрел на неё с осторожностью. — Нет, спасибо. Я хочу пройтись. Она пошла к метро. Через полквартала поняла — за ней следят. Тень слишком близко. Она свернула за угол, прижалась спиной к стене. Достала из кармана кольцо. Чёрный оникс тускло блестел в свете фонарей. Она не хотела повторять свой недавний опыт, и в голове лились слова Драко. — Собственность Л. Малфоя, — прошептала она. Хлопок. Криви появился у её ног. — Мисс? Не успел он договорить. Рука схватила её за плечо. Она резко обернулась, следуя за рукой. Перед её глазами появился он. Лестрейндж вышел из тени. — Вот ты где. Криви дёрнулся, но Лестрейндж уже успел аппарировать с Гермионой. Она упала на колени. Её вырвало на пол. Она огляделась вокруг. Это был гостиничный номер. Номер был чистым, почти стерильным. На столе — недопитый бокал вина. На ручке шкафа — чёрная рубашка с серебряными запонками. — Где мы? — прошептала она. — В безопасном месте, — сказал Лестрейндж. — Для меня. Он схватил её за подбородок, заставил поднять голову. — Ты знаешь, кто я? — Нет, — голос дрожал. — А должна была бы. — Он наклонился к её уху. — Я думал, Драко уже всё тебе рассказал. — Зачем я здесь? — отрезала Гермиона. — Мне надо кое в чём убедиться. — Он отпустил её руку. — Ты уже встречалась с ним? — С кем? Удар. Резкий, грубый — по щеке. Гермиона отлетела к стене. — С Драко? Он подошёл ближе. Направил палочку к её горлу, потом поднёс к виску. — Ты умрёшь здесь, если не ответишь. Слёзы текли сами собой от невыносимого напряжения. — Пожалуйста, я не понимаю… — Понимаешь. Он обернулся, чтобы подойти к бокалу вина. Гермиона закрыла глаза и прошептала про себя: «Собственность Л. Малфоя. Собственность Л. Малфоя. Собственность Л. Малфоя». Хлопок. Криви появился у её правой руки. Лестрейндж обернулся, но Криви уже схватил её за запястье. — Держись, мисс. Мир перевернулся снова. В глазах потемнело. Спустя какое-то время, пришла в себя от запаха пыли и чужого гнева. Она лежала в своей кровати. Шум за дверью кухни заставил её очнуться. — Я сказал тебе — быть с ней! — голос срывался на рык. — Криви не успел… — Не успел? Гермиона заставила себя подняться. Толкнула дверь на кухню. Драко загнал эльфа в угол. Палочка направлена в лицо Криви. Эльф плакал. — Ты должен был её уберечь, — шипел Драко. — Прекрати! — крикнула она. Он не обернулся. — Прекрати немедленно! Она шагнула вперёд. Встала между ним и эльфом. — Он спас меня. Он вытащил меня оттуда. — Он чуть не дал тебя убить! — Но не дал! Драко поднял на неё глаза. Взгляд был диким. Ярость. Страх. Боль. И жар — такой сильный, что она почувствовала его даже на расстоянии. Она стояла так близко, что чувствовала его дыхание на своих губах. Горячее. Неровное. — Ты много чего не понимаешь, Грейнджер. — Тогда объясни. — Ты умрёшь, — сказал он. — Не сразу. Сначала он заставит тебя страдать. Потом убьёт. И я не смогу это остановить. Она смотрела в его серые глаза. Видела в них страх. Не за себя. За неё. И резко поцеловала его. Не нежно. Не романтично. А так, как делают, когда больше нет сил говорить. Когда слова бессильны. Когда остаётся только это — губы, дыхание, дрожь. Её губы на его губах. Жёстко. Неумело. Но отчаянно. Она отстранилась первой, застыв в паре сантиметров от него. Её глаза блестели. В них были слёзы и страх. Настоящий, животный страх — не перед ним, а перед тем, что она только что сделала. Перед тем, что это может значить. Она смотрела на него и боялась. Драко смотрел в её карие глаза. На её припухшие губы. На слёзы, которые катились по щекам. На страх в её глазах. Она действительно боялась. Он развернул голову в сторону, смотря в пол. Рука сжалась в кулак так, что костяшки побелели. И резко повернулся к ней. Схватил её за талию. Сильно. Жёстко. Притянул к себе. Толкнул к стене, прижал всем телом. Её спина ударилась о холодную поверхность — она охнула, но не от боли. От неожиданности. От того, как сильно он хотел её. Он вжался в неё, не оставляя пространства между их телами. Её грудь прижалась к его груди. Она чувствовала, как бьётся его сердце — бешено, как у зверя в клетке. Он поцеловал её. Страстно. Жадно. Грубо. Как будто хотел выпить её всю. Как будто боялся, что она исчезнет. Как будто это был последний раз. Его язык скользнул в её рот. Она не сопротивлялась. Не могла. Её пальцы вцепились в его плечи, сжали ткань рубашки. Она чувствовала его — горячего, твёрдого, дрожащего. Он прижался бёдрами к её бёдрам. Она почувствовала его возбуждение — жёсткое, нетерпеливое. Её тело напряглось. Но он не отпустил. Он сжал её талию сильнее, прижимая к себе, не давая отстраниться. Его пальцы впились в её кожу даже сквозь кофту. Она выдохнула ему в губы. И расслабилась. Они целовались в маленькой кухне, среди разбитых тарелок, страха и отчаяния. Когда он отстранился, Драко смотрел на неё. Дышал тяжело. Его пальцы всё ещё сжимали её талию. Её руки всё ещё лежали на его плечах. Он смотрел на неё. Его глаза горели. Но через секунду он всё осознал и понял, что допустил самую большую ошибку. Глаза стали холодными, рука резко разжала талию, на лице читались холод и равнодушие. — Держись от меня подальше, Грейнджер, — сказал он. — Я тебе не друг. Просто слушайся Криви. Это всё, что от тебя требуется. Драко зло посмотрел на эльфа, который вжался в пол, и процедил: — В следующий раз я тебя уничтожу. Криви задрожал сильнее. Драко аппарировал.

***

Мэнор Драко появился в комнате Элеоноры, он жаждал встречи с Лестрейнджем. Если тот добрался так легко до Гермионы, то и добрался до Элеоноры, и несомненно преподаст ему урок о котором будет помнить всю жизнь. Каждую секунду. Каждую ночь. Каждый раз, когда закроет глаза. Вокруг был хаос. Игрушки разбросаны, постель сбита, шкаф опрокинут — будто война обрушилась на эту комнату. Драко закрыл глаза. Прислушался к тишине. Сквозь стены Мэнора доносились лишь далёкие шаги и скрип половиц. Он тихо шёл по мрачным коридорам Мэнора. Света было мало — только редкие факелы на стенах, чьё пламя почти не давало тепла. Тени плясали, путались под ногами, прятались за поворотами. Воздух с каждым шагом становился тяжелее. Дойдя до входа в главный зал, Драко остановился. Сквозь щель в двери пробивался тусклый свет. Он увидел силуэт в мантии. Один. Один — это не проблема, -подумал он Он подготовил палочку. Сделал вдох. Толкнул дверь. Дверь скрипнула. На него обрушилось сразу оглушающее заклинание. Драко ушёл в сторону — красная вспышка пронеслась мимо, обжигая щёку. Он ответил убивающим — зелёный луч ударил в колонну за спиной противника. Мрамор раскрошился, осыпав пол гранитной крошкой. Второе оглушающее. Третье. Драко уворачивался, атаковал, но не мог разглядеть лица — яркие вспышки заклинаний слепили, превращая зал в калейдоскоп света и тьмы. На долю секунды он опустил взгляд на пол. Тень выросла за его спиной. Заклинание ударило в спину — он почувствовал, как тело немеет, как воздух уходит из лёгких. Тело не слушалось. Голова гудела. Он попытался поднять палочку — пальцы не двигались. Сквозь пелену в глазах он увидел, как первый противник подошёл к нему. Наклоняясь поднял капюшон. Зелёные глаза. Те самые. — Поттер… — выдохнул Драко, проваливаясь в темноту.