Сбой в системе Империи.

6 ЧАСТЬ Неоновые искры и полный отрыв песни для вайба: 1.One Direction — «Night Changes» 2.The Weeknd — «Can’t Feel My Face» 3. Rihanna- «Breakin' Dishes» Солнечные лучи пробивались сквозь панорамные окна номера, расчерчивая мягкий ковер яркими золотистыми полосами. На сорок пятом этаже престижного отеля мегаполиса утро наступало без пения птиц или звона колоколов императорской башни, но со своим особым, завораживающим ритмом — далеким, убаюкивающим гулом просыпающихся улиц. Атанасия открыла глаза и сладко потянулась. Сон в современном мире был удивительно крепким, а ортопедический матрас казался верхом инженерной мысли по сравнению с жестковатыми королевскими перинами, которые так ценил Клод. Принцесса повернула голову набок и улыбнулась. На соседней кровати, зарывшись носом в подушку и растрепав черные волосы, всё еще спал Лукас. Величайший маг Обилии сейчас выглядел на удивление мирно. Ати тихо скользнула с кровати. На часах в телефоне было всего семь утра. Навалившаяся вчера усталость бесследно исчезла, уступив место легкому, приятному чувству голода. Заметив на столике буклет отеля, Атанасия узнала, что на первом этаже уже открыт круглосуточный буфет с бесплатным шведским столом для постояльцев. «Принесу завтрак в номер, — подумала она, лукаво взглянув на спящего мага. — Лукас вчера так ворчал, что смертные не умеют готовить, надо показать ему, что такое настоящие круассаны с шоколадом и свежий сок». Она быстро накинула на себя то самое огромное серое худи, которое Лукас отдал ей вчера вечером на улице, чтобы она не замерзла. Одежда всё еще сохраняла слабый, едва уловимый шлейф его магии. Утонув в безразмерных рукавах и завязав золотистые волосы в забавный небрежный пучок, Ати тихо выскользнула за дверь, прихватив электронный ключ-карту. Буфет на первом этаже радовал обилием запахов: свежесваренный кофе, поджаренные тосты, ванильная выпечка. Атанасия, вооружившись большим подносом, подошла к делу со всей королевской ответственностью. Она налила два больших стакана апельсинового сока, взяла чашку крепкого эспрессо для Лукаса (подозревая, что без кофе маг утром будет похож на злого духа), тарелку с пышными блинчиками, политыми кленовым сиропом, и несколько ароматных круассанов. Возвращаясь обратно, Ати балансировала с подносом в лифте, чувствуя себя невероятно гордой. Жизнь обычной девушки в мегаполисе определенно имела свой шарм. Никаких корсетов, никаких служанок, заглядывающих в рот, никакой дворцовой политики. Она подошла к двери их номера и аккуратно приложила карту к электронному замку. Раздался тихий щелчок. Ати толкнула дверь бедром, удерживая поднос обеими руками, и сделала шаг внутрь. В ту же секунду из темноты прихожей на нее на полной скорости кто-то вылетел. — Ауч! — вскрикнула Ати, теряя равновесие. Поднос качнулся, стаканы с соком угрожающе зазвенели, но упасть ей не дали. Чьи-то крепкие руки мгновенно перехватили ее за талию, а вторая ладонь с невероятной, чисто магической реакцией подхватила падающий стакан сока прямо в воздухе, вернув его на место. Атанасия уткнулась носом в чью-то грудь и испуганно подняла глаза. Перед ней стоял Лукас. В одной черной футболке, встрепанный, с диким, совершенно безумным взглядом алых глаз. В его руке, державшей стакан, всё еще проскакивали слабые фиолетовые искры. Он тяжело дышал, словно только что пробежал марафон, а на его лице читалась смесь ярости и... паники? — Ты... ты где была?! — рявкнул он, да так громко, что Ати вздрогнула. — Лукас, тише! Я просто ходила в буфет за завтраком! — Ати попыталась отстраниться, но маг держал её мертвой хваткой, прижимая к себе прямо в дверном проеме. — В буфет?! — Лукас заставил ее замолчать одним своим взглядом. — Я просыпаюсь, маны в воздухе нет, тебя нет, твоя постель пустая. Я подумал, что тебя похитили эти местные дикари, или ты провалилась в очередной скрытый пространственный разлом! Я уже собирался разнести этот чертов отель по кирпичикам, чтобы найти твой след! Атанасия замерла. Она смотрела на его взволнованное лицо, на то, как судорожно сжались его пальцы на ее талии. Величайший маг Обилии, который прожил сотни лет и никого не боялся, сейчас искренне, до дрожи испугался за нее. Из-за того, что она просто ушла за булочками. — Прости, — тихо и мягко произнесла Ати, тепло улыбнувшись. — Я не хотела тебя пугать. Смотри, я принесла круассаны. И кофе. Специально для тебя. Лукас перевел взгляд с ее сияющих голубых глаз на поднос с едой, а затем... заметил кое-что еще. Ати стояла перед ним в его собственном худи. На ней оно смотрелось невероятно комично и мило: линия плеч сползла почти до локтей, подол закрывал бедра, а из огромных рукавов робко выглядывали кончики ее тонких пальцев. Ткань слегка помялась после того, как она спала в ней ночью, и от принцессы Обилии сейчас исходил отчетливый, домашний уют. Лукас вдруг замолчал. Его гнев испарился, уступая место какому-то странному, непривычному чувству в груди. Он смотрел на нее — такую маленькую, растрепанную, в его одежде, держащую поднос с едой — и поймал себя на мысли, что его губы сами собой ползут вверх. Это было так глупо. Он, грозный волшебник, умилялся принцессе, которая выглядела как испуганный котенок в коробке. — Ты... почему ты носишь мою одежду? — уже гораздо тише спросил он, отпуская ее талию, но не делая шага назад. — Потому что она теплая и удобная! — Ати забавным жестом вскинула рукава. — И вообще, прекрати ворчать в дверях. Пропусти меня, поднос тяжелый. Лукас хмыкнул, забирая у нее ношу. — Ладно. Но в следующий раз, если решишь отправиться на охоту за хлебом, хотя бы оставь записку. Мои нервные клетки в этом мире не восстанавливаются из-за дефицита магии. Завтрак на широком подоконнике с видом на город прошел на удивление мирно. Лукас с подозрением сделал глоток эспрессо, но уже через секунду его глаза довольно блеснули. — Ладно, признаю, горькая черная вода у них получается неплохо, — снисходительно заметил он, отправляя в рот кусок блинчика. — Я же говорила! — Ати весело болтала ногами, сидя на подушке. — Ну так что, какой у нас план? Нам нужно найти крупный источник энергии, чтобы зарядить артефакт. Лукас достал из кармана джинсов древнее руническое полушарие и положил его на стекло. Нижние символы едва заметно мерцали фиолетовым. — Нам нужно место, где этой вашей энергии пруд пруди, — задумчиво протянул маг. — Твои вчерашние подсказки про атомные станции звучат разумно. Но сегодня... сегодня мы туда не пойдем. Ати удивленно моргнула. — Почему? Каждый день на счету! Мой папа, наверное, уже весь дворец по кирпичикам разобрал! При упоминании Клода Лукас не удержался от смешка. — Вот именно, принцесса. Твой дражайший родитель сейчас, без сомнения, рвет и метает. Я прямо вижу эту картину: Феликс бегает за ним в слезах, умоляя не казнить очередную колонну во дворце, а Клод сидит с таким лицом, будто у него одновременно разболелись все зубы, и обещает скормить меня монстрам. Ати прыснула в кулак, представить эту сцену было слишком легко. — Ну, вообще-то папа страшный, когда злится. Он может объявить тебя государственным преступником. — О, я уже им был, мне не привыкать, — отмахнулся Лукас. — Но подумай сама. Мы заперты в мире, где нет магии. Мой резерв за ночь восстановился, но если мы прямо сейчас полезем на охраняемый объект, мне придется потратить много сил на скрытность и морок. Артефакту нужно время, чтобы стабилизировать ту энергию, которую я в него вчера вкачал. Ему нужно дать «отдохнуть» хотя бы сутки, иначе он просто взорвется у меня в руках от перепада давления. Атанасия прикусила губу, обдумывая его слова. В магии Лукас разбирался лучше всех, и спорить с ним было глупо. — Значит... у нас есть целый свободный день? — тихо спросила она, и в ее глазах загорелся азартный огонек. — Именно, — Лукас хищно улыбнулся, откидывая челку назад. — Сегодня мы устроим то, что местные называют «полным отрывом». Раз уж мы застряли в твоем бывшем мире, ты обязана показать мне всё самое лучшее. Мы потратим эти бумажки из ломбарда так, чтобы Клоду в Обилии икнулось. — Отличная мысль! — Ати спрыгнула с подоконника, ее глаза сияли. — Я знаю, куда мы пойдем. Собирайся, величайший маг, сегодня ты узнаешь, что такое парк аттракционов и американские горки! День начался с грандиозного шоппинга, потому что ходить по городу в безразмерном худи Лукаса Ати больше не могла (хоть маг и подшучивал, что ей очень идет роль бродяжки). Они зашли в огромный торговый центр, который поразил Лукаса обилием зеркальных витрин и эскалаторов. — Смертные построили движущиеся лестницы, потому что им лень поднимать свои ноги? — со скептицизмом спросил он, наступая на движущуюся ступеньку и едва не теряя равновесие. — Это называется комфорт, Лукас! — Ати весело схватила его за руку, помогая устоять. — И вообще, не ворчи, лучше выбери себе что-нибудь еще. В итоге Атанасия выбрала для себя стильную джинсовую куртку, белую футболку с забавным принтом и удобные кеды. Лукасу же, после долгих споров, купили кожаную куртку-косуху, которая в сочетании с его черными волосами и алыми глазами придавала ему вид опасного, но невероятно притягательного рок-музыканта. Когда они вышли из магазина, Ати то и дело замечала, как проходящие мимо девушки оборачиваются на мага. — Лукас, ты привлекаешь слишком много внимания, — шепнула она, толкнув его локтем в бок. — Я? — он удивленно приподнял бровь. — Девчонка, это не моя вина, что местные женщины никогда не видели приличных мужчин. Клод, кстати, в этой вашей кожаной одежде выглядел бы как старый злой предводитель банды разбойников. — Не смей так говорить о папе! — Ати притворно надулась, хотя в душе была согласна: представить Клода в косухе и на байке было верхом комедии. — Папа у меня величественный и благородный! — Да-да, особенно когда обещает отрубить мне голову за то, что я просто зашел к тебе на чаепитие, — фыркнул маг. Следующим пунктом программы стал огромный парк развлечений под открытым небом. Когда Лукас увидел конструкцию «американских горок» — колоссальные металлические рельсы, закрученные в мертвые петли, по которым на бешеной скорости несся поезд с кричащими людьми, — он впервые за день искренне удивился. — Они платят деньги за то, чтобы их бросало из стороны в сторону на этой ржавой железке? — спросил он, прищурившись. — Смертные точно сумасшедшие. Если мне нужно почувствовать скорость, я просто вызываю ураган. — Ой, да ты просто боишься! — поддразнила его Ати, покупая два билета. — Величайший маг Обилии испугался человеческого аттракциона? Какая жалость. Этот вызов Лукас проигнорировать не мог. На его лице тут же появилась опасная ухмылка. — Боюсь? Я? Ну уж нет, девчонка. Идем. Только потом не плачь, когда тебя укачает. Через десять минут они сидели в первом ряду вагонетки, зажатые массивными креплениями безопасности. Поезд медленно, со зловещим щелканьем начал подниматься на самую высокую точку — высоту примерно тридцатиэтажного дома. Город отсюда был как на ладони. — Ну и? — лениво протянул Лукас, глядя вниз. — И это всё? Довольно скучно... В этот момент вагонетка достигла пика и с оглушительным свистом рухнула вертикально вниз, устремляясь в крутую мертвую петлю. Атанасия закричала от восторга и адреналина, зажмурив глаза. Ветер с дикой силой бил в лицо, мир перевернулся с ног на голову. Когда поезд влетел в очередной крутой вираж, она инстинктивно протянула руку вбок и нащупала ладонь Лукаса, крепко сжав ее. Маг не кричал. Но его глаза расширились от неожиданности. Скорость без использования магии ощущалась совершенно иначе — тело физически испытывало перегрузки, ветер свистел в ушах, а сердце в груди совершило пару диких кульбитов. Когда Ати сжала его руку, он не отстранился. Напротив, его пальцы крепко переплелись с ее пальцами. Лукас повернул голову к Атанасии, видя её счастливое, смеющееся лицо с развевающимися золотыми волосами, и вдруг... тоже рассмеялся. Громко, искренне, отпуская весь свой вековой контроль. Когда аттракцион остановился, они вышли на платформу на слегка подкашивающихся ногах. Ати смеялась, держась за живот. — Ну как?! — спросила она, заглядывая ему в лицо. — Всё еще скучно? Лукас поправил растрепанные ветром волосы, его щеки слегка порозовели от адреналина, а в глазах прыгал дикий, живой восторг. — Ладно. Это было... приемлемо. Пожалуй, даже лучше, чем некоторые полеты на драконах. Идем еще раз! — Эй, подожди, там огромная очередь! — со смехом крикнула Ати, едва успевая за магом, который уже целеустремленно шагал к кассе. Остаток дня пролетел как один миг. Они перепробовали, кажется, все развлечения в парке. Лукас с легкостью выиграл для Ати огромного плюшевого медведя в тире, просто потому что его глазомер был идеален даже без магии. Местные аниматоры в костюмах супергероев пытались с ними сфотографироваться, на что Лукас презрительно заметил, что их «плащи выглядят дешево, а настоящие герои не носят трусы поверх штанов». Ближе к вечеру, уставшие, но невероятно счастливые, они сидели на траве в центральном парке. Огромный плюшевый медведь служил им отличной подушкой. Солнце медленно садилось, окрашивая небоскребы в розовые и багровые тона. Ати лениво жевала сахарную вату, делясь ею с Лукасом, который поначалу упирался, заявляя, что «розовое облако из сахара — это еда для детей», но потом съел добрую половину. — Знаешь, — тихо произнесла Ати, глядя на зажигающиеся огни города. — Я буду немного скучать по этому месту, когда мы вернемся. Здесь... всё такое живое. И никто не смотрит на меня как на принцессу, от которой зависит судьба империи. Лукас лежал на траве, закинув руки за голову, и смотрел на первые звезды, проступающие сквозь городской смог. Его кожаная куртка лежала рядом. — Ты всегда будешь принцессой, Ати, где бы ты ни находилась, — спокойно ответил он. — Но здесь тебе не нужно держать спину ровно перед аристократами. И мне... мне тоже здесь нравится. Никаких нудных отчетов для министерства магии, никаких глупых прошений от дворян. Только ты, я и куча дурацких человеческих изобретений. Ати повернула к нему голову. В сумерках его лицо казалось мягче, а алые глаза больше не горели опасным огнем — они были теплыми и глубокими. — Думаешь, папа сильно разозлился? — спросила она с легким беспокойством. — Разозлился? — Лукас хмыкнул. — Да Клод сейчас, наверное, издал новый указ: «Запретить все зеркала, книги и магов в радиусе ста миль». Феликс, бедняга, точно поседел за эти дни. Держу пари, твой отец сейчас лично перерывает императорскую библиотеку, пытаясь понять, куда делась его любимая чашка для чая... то есть ты. — Эй! Я не чашка для чая! — Ати шутливо запустила в него кусочком сахарной ваты, который прилип прямо к его щеке. — Эй, аккуратнее с величайшим магом! — Лукас со смехом перехватил ее руку, не давая продолжить атаку. — Завтра, когда мы наполним эту жестянку энергией реактора, ты лично сможешь успокоить своего безумного папашу. А пока... давай просто наслаждаться тем, что мы вне зоны его досягаемости. Атанасия улыбнулась, не пытаясь забрать свою руку из его ладони. Вечерний город зажигал свои неоновые огни, обещая им еще одну спокойную ночь перед главным, самым опасным испытанием. Но сейчас, сидя на траве рядом с Лукасом, Ати знала: вместе они справятся с любой реальностью. Ближе к ночи, когда они уже возвращались в сторону отеля, проходя мимо ярко освещенного круглосуточного супермаркета, Лукас внезапно остановился. ​— Жди здесь, я быстро, — бросил он, кивнув на вывеску. — Ты так увлеченно рассказывала про местное мятное мороженое с шоколадной крошкой, что я обязан его попробовать. ​— Ладно, только поторопись, — улыбнулась Ати, оставаясь стоять на тротуаре под теплым светом фонаря, укутавшись в свою новую джинсовую куртку. ​Лукас скрылся за раздвижными стеклянными дверями магазина, а Атанасия принялась рассматривать витрины, погруженная в свои мысли. Однако спокойствие длилось недолго. Из темноты переулка неподалеку вышла пара нетрезвых мужчин. Один из них, заметив стоящую в одиночестве девушку, тут же направился к ней, нагло ухмыляясь. ​— Эй, красавица, чего одна скучаешь в такой поздний час? — раздался хриплый, неприятный голос. Мужчина подошел слишком близко, нарушая все границы личного пространства, и от него резко пахнуло перегаром. — Может, составишь нам компанию? Повеселимся. ​— Нет, спасибо. Я жду друга, уйдите, пожалуйста, — твердо ответила Атанасия, стараясь сохранять королевское хладнокровие, хотя внутри у нее все сжалось от отвращения и подступающего страха. Она сделала шаг назад, собираясь зайти в магазин. ​— Да ладно тебе, какой еще друг? — Мужчина бесцеремонно преградил ей путь, протягивая руку и хватая ее за плечо, пытаясь притянуть к себе. — Пойдем, не пожалеешь. Мужчина уже собирался схватить ее за талию, как вдруг его руку перехватили.. . В следующую секунду из-за стеклянных дверей магазина вылетела темная тень. Пакет с мороженым полетел прямо в урну, а Лукас в один прыжок преодолел расстояние до Атанасии. На его лице не было привычной ленивой ухмылки — там царило выражение чистого, первозданного бешенства, от которого в Обилии содрогнулись бы даже древние монстры. Его рука, словно стальной капкан, перехватила запястье мужчины в тот самый момент, когда его грязные пальцы собирались коснуться талии Ати. Мужчина охнул, чувствуя, как кости начинают трещать под чудовищным давлением мага, который сейчас, даже без маны, использовал всю мощь своего физического тела. Лукас рванул нападавшего на себя, одновременно разворачиваясь и вставая между ним и Атанасией мертвой стеной. Его алые глаза в полумраке улицы горели зловещим, убийственным огнем. — Сдохнуть захотел? — ледяным, пронизывающим до костей голосом прошипел Лукас, глядя мужчине прямо в глаза. — Т-ты кто еще такой... — начал было тот, пытаясь вырваться, и замахнулся свободной рукой. Это была его главная ошибка. Лукас не стал уклоняться. Он просто поймал летящий кулак своей второй ладонью, легко гася инерцию удара. Взгляд мага стал еще холоднее. — Ты. Тронул. Её, — каждое слово Лукас выплевывал, словно смертный приговор, и с каждым словом его хватка на запястьях мужчины усиливалась. — На нее даже дышать не так — уже преступление, за которое в Обилии я бы вырвал тебе язык и скормил демонам. А ты, жалкий червь, посмел лапать её своей грязной лапой?! — Лукас, не надо! — испуганно вскрикнула Ати, видя, что маг находится на грани того, чтобы забыть о маскировке и применить магию. Слова Атанасии словно вывели его из транса бешенства. Он не стал использовать магию, но его человеческий ответ был не менее сокрушительным. С диким рыком, в который вылилась вся его ярость за посягательство на принцессу, Лукас нанес точный, молниеносный удар лбом в переносицу мужчины. Раздался хруст, нападавший взвыл, выпуская Ати, и схватился за лицо, из которого хлынула кровь. Но Лукас не остановился. Он сделал короткий шаг вперед и мощным, сокрушительным хуком с правой в челюсть отправил мужчину в глубокий нокаут. Тот рухнул на асфальт, как подкошенный, и больше не шевелился. Его приятель, стоявший поодаль, в ужасе посмотрел на лежащего друга, затем на Лукаса, который тяжело дышал, сжимая кулаки, и выглядел как воплощение самой смерти в кожаной куртке, и, не говоря ни слова, бросился бежать в темноту переулков. Лукас постоял секунду, глядя на поверженного противника, словно решая, не добавить ли ему еще. Затем он медленно выдохнул, гася огонь в глазах, и резко повернулся к Атанасии. Его лицо мгновенно преобразилось, на нем появилось выражение дикого, почти панического беспокойства. Он в один миг оказался рядом с ней, бережно, но крепко перехватив её за плечи. — Ты как? Он успел тебя поранить? Где он тебя трогал?! — быстро, прерывисто спрашивал он, осматривая её с ног до головы, словно боясь найти малейшую царапину. В его голосе все еще вибрировала ярость, смешанная с глубоким страхом за неё. — Нет, всё хорошо, ты вовремя пришел, — Ати выдохнула, чувствуя, как унимается дрожь в руках, и благодарно посмотрела на него. — Спасибо, Лукас. Ты... ты был пугающим. Но спасибо. — Пугающим? — Лукас хмыкнул, и в его взгляде снова появилась привычная, хотя и немного усталая, дерзкая искра. Он убрал челку с лица и презрительно посмотрел на лежащего мужчину. — Этот мусор должен быть благодарен, что в этом мире нет маны. Иначе от него не осталось бы даже пепла. Никто. Не смеет. Касаться. Моей... — он на секунду запнулся, но быстро исправился, — ...принцессы Обилии. Он наклонился, поднял из урны чудом не пострадавший пакет с мороженым и протянул ей. — Держи мятное сокровище, пока оно не растаяло. Идем в отель. И больше ни шагу от меня на этой улице. Они пошли дальше по освещенному тротуару, и Атанасия, незаметно для самой себя, шагнула ближе к Лукасу, чувствуя, что рядом с этим магом, который готов был разорвать кого угодно за неё, ей не страшны никакие опасности этого безумного мегаполиса.