«Золотой Синдикат»

Дом встретил Адель привычной темнотой. Включать свет не хотелось – полумрак сейчас казался единственным безопасным убежищем. Пройдя в гостиную, девушка без сил опустилась на диван. Сбросила тесные туфли и, откинув голову на спинку, закрыла глаза. В звенящей тишине слова Шторма продолжали стучать в висках. Сколько прошло времени, Адель не знала. Наконец, заставив себя подняться, она медленно побрела к лестнице, но у комода взгляд зацепился за серебряную рамку. В слабом лунном свете блеснуло стекло. С фотографии на нее смотрел отец – живой, широко улыбающийся, еще не сломленный тем, что ждало его впереди. Ей самой на этом снимке было от силы лет десять. Это был ее день рождения. Отец держал в руках огромный праздничный торт, а она, счастливая, прижималась к его широкому плечу. Они вместе, зажмурившись, задували горящие свечи. Тогда весь мир казался безопасным, ведь папа был рядом. В горле встал горький, удушливый ком.  Сдерживать слезы больше не было сил – они беззвучно катились по щекам, смывая остатки вечернего макияжа.  Адель осторожно взяла рамку, с трудом унимая дрожь в руках, и кончиком пальца коснулась родного лица на снимке. Словно пыталась отыскать в этих чертах подсказку или хотя бы каплю той безусловной веры, с которой он всегда на нее смотрел. — Мне так тебя не хватает... — едва слышно прошептала она в пустоту. Осторожно поставив фотографию на место, девушка поднялась в спальню. Сил едва хватило на то, чтобы расстегнуть молнию на спине. Дорогой шёлк скользнул вниз, послушно упав к ногам темной лужей. Она равнодушно переступила ошмётки светского блеска и рухнула на постель. Опустошенная, вымотанная этим бесконечным вечером, она почти сразу провалилась в тяжелый, тревожный сон. Пробуждение принесло лишь глухую головную боль. Стоило открыть глаза, как в памяти тут же всплыл серый холодный прищур. Обжигающий кофе не помог взбодриться, оставив после себя горький привкус. Адель ополоснула лицо ледяной водой, смывая остатки ночных слез, и посмотрела в зеркало. Вид был уставший, но раскисать времени не было. Вернувшись в комнату, она подошла к гардеробу. Несколько минут и девушка резко рванула шнуровку плотного черного корсета поверх блузы.  Ткань жестко перехватила ребра, и этот кусок материи больше не оставлял ей выбора: дышать пришлось ровнее, спина выпрямилась, а за физической собранностью вернулось и привычное спокойствие. Бросив финальный взгляд на свое отражение, она вышла из дома. В приемной ее встретил привычный шум кофемашины и легкий аромат лавандовых духов секретарши. — Доброе утро, — девушка остановилась у стола. Голос звучал тише обычного. — Как дела? Кофе готов? — Доброе утро, Аделия Тиграновна! — Соня, как всегда, встретила ее с привычной энергией, от которой тут же заныла голова. — Все отлично. На вашем столе уже лежат документы на подпись. Александра просила вас сегодня заехать к ней, говорит есть срочные дела. И еще Елизавета обещала зайти, просила выделить ей буквально десять минут, какие-то вопросы по ресторанам. — Хорошо, — та коротко кивнула и толкнула тяжелую дверь своего кабинета. Она сделала всего два шага и застыла. На ее рабочем столе, поверх папок, возвышалась огромная корзина красных роз. Их аромат – сладкий, почти дурманящий – мгновенно заполнил пространство. Адель нахмурилась. Развернувшись, она вернулась в приемную. — Соня, что это? — она указала рукой в сторону кабинета. Та заговорщически улыбнулась и отложила бумаги. — Ой, я сама в шоке! Курьер принес ранним утром, прямо к открытию. Сказал, лично вам в руки, но вас еще не было. Наверное, тайный поклонник… — загадочно протянула она, подперев щеку ладонью. Адель ничего не ответила. Она молча вернулась к себе и захлопнула дверь кабинета, отсекая любопытство секретарши. Бросив на кожаный диван пиджак и сумку, она медленно подошла к столу. Розы были безупречны – слишком идеальны, чтобы не вызывать тревогу. Она едва коснулась пальцами плотных бутонов. Среди лепестков белел небольшой конверт. Она вытянула записку. Внутри размашистым, уверенным почерком было написано всего несколько строк. «Маленький презент за наш танец. Посмотри на эти розы, Адель. Они красивые, гордые, но их век слишком короток. Искренне надеюсь, что твое время не оборвется так же внезапно». Она одним резким движением смяла ненавистную записку. Пальцы предательски дрожали, а в груди стало тесно от подступившей тошноты. Бросив бумажный комок в урну, девушка бессильно опустилась в кресло и застыла, прожигая взглядом вызывающий букет. Яркие бутоны словно насмехались над ней, заполняя весь кабинет своим удушающим ароматом. Потянувшись к селектору, она нажала кнопку. — Влад, зайди ко мне. Срочно! Спустя мгновение дверь бесшумно открылась, и он тенью скользнул в кабинет. Быстро оценив обстановку, мужчина застыл в ожидании распоряжений, переводя взгляд с ее напряженного силуэта на огромную корзину. — Убери этот веник из моего кабинета, — ровно произнесла Адель, не глядя на цветы. Телохранитель на секунду растерялся, переводя взгляд с корзины на начальницу. — Куда? В приемную? — Мне плевать, Влад, — холодно отрезала она. — Подари их Соне, вынеси на помойку, сожги – делай что хочешь. Но чтобы через минуту этого запаха здесь не было. Тот лишь кивнул, не задавая лишних вопросов. Он подошел к столу, подхватил тяжелую корзину и быстро вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Тишина в кабинете продержалась недолго. Внутрь скользнула Лиза – на ней был стильный деловой костюм, а в руках она держала папку с ресторанными отчетами. — Привет, — она с легкой улыбкой подошла ближе и кивнула в сторону коридора. — А что это у нас Влад с утра пораньше с целым палисадником по офису таскается? Девчонки в бухгалтерии уже шеи свернули. — Выбрасывает очередную попытку мужчины напугать меня, — сухо отозвалась Адель, наконец подняв глаза на девушку.  Улыбка мгновенно сползла с лица собеседницы. Она положила папку на край стола, и ее голос стал тише. — От Шторма? Та молча кивнула.  Лиза тяжело вздохнула и села в кресло напротив. — Увлёкся он этой войной, конечно. — Она подалась вперед, понизив голос. — Адель, послушай, нам сейчас главное просто продержаться эти пару недель, пока поставщики не подпишут контракты. Всё, финишная прямая. Ему придется сбавить обороты и сесть за стол переговоров, хочет он того или нет. Она отвела взгляд в сторону, а затем тихо добавила: — Илья, конечно, упертый с самого детства, но на дно из-за гордости не пойдет. Вся расслабленность Адель мгновенно исчезла. Она выпрямилась в кресле, слегка нахмурившись: — Ты давно его знаешь? — Да считай целую вечность, — девушка даже не моргнула, но ее тон стал более сдержанным. — Когда Тигран взял меня в клан, у него шли тёрки с Сычом. Илье тогда было лет двенадцать.  Она на секунду замолчала, ее пальцы коснулись подлокотника, словно фиксируя это воспоминание. — Он уже тогда крутился возле старших с этим своим приятелем, Женей, — продолжила она, чуть тише. — Молчал, смотрел во все глаза и все впитывал. И характер уже показывал – если упрется, не сдвинешь. Среди близкого окружения Ильи никакого Жени не было – по крайней мере, Адель о нем никогда не слышала. Она выдержала короткую паузу, не сводя взгляда с Лизы. — Что за приятель? — спросила она. — Расскажи поподробнее. Пётр сидел за столом в своем кабинете, когда дверь без стука приоткрылась. Внутрь быстро проскользнул Влад, таща за собой огромную корзину алых роз. Оторвав взгляд от экрана ноутбука, он  несколько секунд молча разглядывал этот филиал цветочного магазина в руках парня, а затем на его лице появилась сухая усмешка. — Влад, я, конечно, ценю твое рвение, — негромко, с долей иронии произнес Пётр, откидываясь в кресле. — Но, во-первых, это не мой цвет. А во-вторых, у нас такие подношения мужчинам делают только перед тем, как пустить пулю в затылок. Надеюсь, это не мне? — Сплюнь, — парень хмыкнул, перехватывая тяжелую корзину поудобнее. — Это от Шторма. Адель велела выбросить это к чёртовой матери. Вот, несу в утиль, решил к тебе на секунду заскочить, пока она меня не потеряла.  — От Шторма, значит… — мужчина мгновенно помрачнел, и вся ирония испарилась из его тона. Пару секунд он молча разглядывал цветы, словно просчитывал в уме ход противника, а затем перевел тяжелый взгляд на Влада. — Ладно. Завтра у меня встреча с одним важным человеком, думаю, тебе не помешает поприсутствовать. Он выдвинул ящик стола и со стуком опустил перед парнем плотную папку. — Это тоже тебе, ознакомься. Влад молча забрал документы. Не открывая их, он пристально посмотрел на Петра. — Она не в курсе? — тихо спросил он. — Пока нет, — отрезал мужчина, и в его глазах блеснула решимость. — Нам нужно подстраховаться до того, как все вскроется. Ты готов? Тот молча кивнул. — А теперь иди, избавься от этого мусора, пока она не начала задавать вопросы.                                  *** Вечерний полумрак клуба встретил Адель тишиной: до открытия оставалось еще несколько часов. Кивнув охране на входе, она прошла через пустой танцпол к барной стойке. Здесь во всю шла приёмка товара. Саша, хмурясь, сверяла коробки с накладной. Молодой бармен, суетившийся рядом, от волнения едва не выронил бутылку дорогого виски – стекло в последний момент чиркнуло по мраморной столешнице, но парень успел ее перехватить. — Спишу из твоей зарплаты, если руки кривые! — отрезала Фурия, не поднимая взгляда от бумаг. — Еще раз такое увижу пойдешь листовки на улицу раздавать. — Привет, — негромко произнесла девушка, подходя ближе. Саша вскинула голову, и на ее лице мгновенно отразилась привычная собранность. — Здравствуй, Адель. Поднимайся пока в кабинет, я тут буквально пару подписей поставлю и сейчас буду. Она коротко кивнула и двинулась к лестнице. За закрытой дверью кабинета воцарилась полная тишина. Здесь все было таким же строгим и выверенным, как сама его владелица: черное матовое дерево, стеллаж с алкоголем и идеальный порядок, в котором не было ничего лишнего. Опустившись в глубокое кожаное кресло, она бросила короткий взгляд на пустой зал и раскрыла папку, надеясь переключиться на работу. Но буквы упрямо не складывались в слова. Стоило зацепиться за первые строчки, как в голове снова зазвучал утренний разговор. Врач и близкий друг детства. Надо же, какая трогательная преданность. Она задумчиво побарабанила пальцами по подлокотнику. Свой человек в медицине – ресурс, который действительно не купишь ни за какие деньги. Шторм был уверен, что этот тыл надежно спрятан от чужих глаз. Но Лиза сдала его, и теперь у Адель появился отличный козырь. Внизу, у барной стойки, Саша как раз закончила с накладными, когда в кармане завибрировал телефон. Номер был скрыт. Она раздраженно ответила: — Если это опять реклама, я... — Слушай сюда, — перебил ее глухой, на удивление спокойный мужской голос. — Срочно уводи людей и убирайся из клуба сама. Живее. Через пару минут он взлетит на воздух. Девушка презрительно фыркнула: — Слышь, шутник, ты адресом ошибся. Ты хоть знаешь, чей это клуб? Тебе за такие приколы башку открутят. — Это не шутка, — сухо отрезал мужчина. — Время пошло. В трубке раздались короткие гудки. Саша застыла, медленно опуская руку. Злость мгновенно испарилась, уступая место липкому, холодному страху. В их мире такими вещами не шутили. — Охрана! — сорвалась она на крик, перекрывая гул в зале. Начальник безопасности мгновенно обернулся. — Эвакуация! Живее! Выводите всех на улицу! Бегом! Мужчина не стал задавать вопросов – по одному ее виду было понятно, что дело дрянь. По клубу тут же разнеслись резкие команды, среди персонала началась суета, послышался топот ног. Саша не стала ждать. Забыв про лифт, она перепрыгивала через ступени, взлетая на второй этаж к своему кабинету. Легкие жгло от нехватки воздуха, в голове стучала только одна мысль: «Через пару минут он взлетит на воздух».  Она с размаху толкнула тяжелую дверь, которая с грохотом ударилась о стену. Девушка резко подняла голову, удивленно глядя на задыхающуюся Сашу. — На выход! Живее! — выдохнула та, хватая Адель за руку и буквально выдергивая из кресла. — Клуб заминирован. Уходим. Сейчас же! В паре километров от центра, на возвышенности, откуда город был как на ладони, стоял черный внедорожник. Илья сидел на капоте, лениво прокручивая между пальцев зажигалку. Ветер трепал его волосы, но взгляд оставался неподвижным – парень не отрывал глаз от яркой вывески клуба, горевшей вдали. Рядом, опёршись о крыло машины, замер Максим. Шторм опустил взгляд на наручные часы. Секундная стрелка завершила очередной круг и коснулась двенадцати. В тот же миг глухой, раскатистый взрыв поглотил ночную тишину. Огненный столб взметнулся вверх, разрывая крышу здания. Окна клуба полетели вниз сверкающим дождем, а над районом поднялось густое облако черного дыма. Вспышка пламени на мгновение осветила лицо Ильи, отражаясь в его глазах. Он ни на секунду не изменился в лице. — Ты поторопился, — негромко произнес Максим, не отрывая взгляда от полыхающего вдали зарева. — Это слишком резкий ход, Илья. Тот спокойно убрал зажигалку в карман, не поворачиваясь к нему. — Она не понимает слов. Больше я ждать не намерен. Телефон завибрировал, заставив Илью отвлечься. Он скользнул взглядом по экрану. — Говори, — сухо приказал он. Из динамика послышался приглушенный мужской голос. Максим внимательно посмотрел на босса, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию. — Она выжила? — прямо спросил Илья. Его голос не дрогнул. На том конце что-то быстро ответили. Шторм на мгновение замолчал, глядя на бушующее вдали пламя.  — Отлично, — так же сухо бросил он и отключился. Парень спрыгнул с капота и открыл дверцу машины:  — Поехали. Шоу окончено.