Четверка (The four)

В клубе было шумно, но здесь всегда было так. Бас сотрясал стены, смех разносился по всему помещению, где-то наверху звенели бокалы, словно постоянное биение сердца, которое никогда не прекращалось. Но внизу, в подвале, всё было по-другому. Сдержанно. Приглушенно. Тяжело от тишины, которая не казалась случайной — она ощущалась намеренной, словно часть самого помещения. Оскар стоял в центре, руки в карманах, бесстрастно наблюдая за разворачивающейся перед ним сделкой. Алекс держался чуть позади него, словно тень, точно знающая, когда двигаться, а когда оставаться неподвижным. На бетонном полу стояли два открытых ящика. Внутри... аккуратно расставленное огнестрельное оружие. Покупатель медленно обходил их, осматривая каждый предмет, словно у него было всё время на свете. Оскару это не нравилось. Он один раз взглянул на часы. А потом больше не смотрел. — Вы сказали «премиум», — сказал покупатель, поднимая одно из орудий. — Это неплохо... но не совсем то, что я бы назвал премиум. Алекс тихо выдохнул через нос. Голос Оскара прозвучал спокойно и ровно. — Оно выполняет свою задачу. Покупатель слегка усмехнулся. — Это не совсем ответ. Оскар наконец посмотрел на него. Это был не испепеляющий взгляд. Хуже того, нейтральное внимание, словно человек перед ним уже перестал иметь значение. — Ты платишь за функциональность, — ровно сказал Оскар. — А не за поэтичность. — Он слегка наклонил голову к ящикам. — Я могу показать вам, как хорошо оно справляется с задачей, если хотите убедиться, — добавил он после паузы. — Но это будет больно. Последовала короткая пауза. Алекс слегка переступил с ноги на ногу, уже чувствуя, как напряжение нарастает слишком сильно. Покупатель тихонько рассмеялся. — Хорошо. Конечно. Он положил пистолет обратно, медленнее, чем нужно, словно пытаясь вызвать реакцию, которая так и не последовала. Затем он снова посмотрел на Оскара. — Люди говорят о тебе, — сказал он. — Говорят, ты... очень эмоциональный. Алекс тихо пробормотал, почти про себя: — Один из способов назвать это. Оскар никак не отреагировал. Покупатель всё равно продолжил, проверяя грань дозволенного, как ему казалось, теперь, когда он мог это сделать. — Я ожидал большей индивидуальности. Оскар слегка шагнул вперёд. Он не был ни быстрым, ни агрессивным. Просто достаточно, чтобы изменить атмосферу в комнате. — Вы здесь, чтобы купить оружие, — тихо сказал он. — А не чтобы оценивать меня. В комнате словно что-то изменилось, как будто все поняли, что больше не задают тон. Алекс теперь внимательно наблюдал за покупателем. Тот, всё ещё слабо улыбаясь, пожал плечами. — Хорошо. Тогда давайте закончим. Он подал знак своим людям. Деньги появились. Тяжелые черные мешки были поставлены на ближайший стол. Алекс двинулся первым, открыл один и быстро проверил его. — Чисто, — сказал он через мгновение. Оскар кивнул. — Берите. Покупатель замялся. — И это всё? Оскар уже слегка отвернулся. — И это всё. — Ни слова больше. Никакого прощания. Люди покупателя немедленно начали выносить ящики, теперь уже быстрее, словно наконец поняли, что атмосфера полностью изменилась. Через несколько минут подвал снова опустел. Оставалось только эхо клуба наверху. Далекая музыка, не осознавая того, что только что произошло внизу. Алекс слегка пожал плечами. — Этот был раздражающий, — сказал он. Оскар не ответил. Они направились к лестнице. Наверху музыка становилась всё громче по мере их подъема. Вспышки света, голоса переплетаются, жизнь продолжается, словно под ними ничего не существует. Когда они вошли в дверь на главный этаж, контраст был поразительным. Яркий свет. Толпа. Теплый воздух. А за барной стойкой, наблюдая за всем, словно это было их собственностью — и, собственно, так оно и было, — сидели Льюис и Шарль. Льюис небрежно прислонился к стойке, рукава слегка закатаны, выражение лица спокойное. Он заметил их первым. Шарль, повернувшись в пол-оборота на стуле, разговаривал с кем-то, смеялся над тем, что казалось смешным только ему, пока не поднял глаза и не увидел их. На его лице тут же появилась ухмылка. — Ну что ж, — сказал Шарль, слегка раскинув руки. — Либо сделка прошла хорошо, либо Алексу нужно начать планировать очень дорогостоящую уборку. Алекс бросил на него равнодушный взгляд. — Не сглазь. Льюис оттолкнулся от барной стойки и подошел, его взгляд на мгновение скользнул по Оскару, затем по Алексу, а потом снова вернулся. — Никаких проблем? — просто спросил он. Оскар один раз покачал головой. — Все готово. Льюис кивнул, как будто именно этого он и ожидал. Как будто что-то другое было бы неудобством. — Хорошо, — спокойно сказал он. — Он предложил хорошие деньги. Шарль слегка наклонился, глаза его заблестели: — Пожалуйста, скажите мне, что кого-то хотя бы как следует запугали. Мне кажется, я пропустил что-то интересное внизу. Алекс вздохнул. — Что значит «интересное»? Шарль пожал плечами. — Ну, вы понимаете. Угрозы. Легкая психологическая травма. Обычное дело. Оскар прошел мимо них, не останавливаясь. — Честная сделка, — сказал он. Льюис отошел в сторону, чтобы пропустить его. — Деньги уже пересчитываются внизу. Шарль последовал на шаг позади, все еще слишком забавляясь мыслью о том, что он пропустил. — Я знал, что мне следовало спуститься вниз, — сказал он. — Я всегда пропускаю самое интересное. Оскар коротко взглянул на него. — Ты бы нас тормозил. Шарль тихо ахнул, обиженный, но одновременно и забавляющийся. — Не портите мою репутацию. Алекс пробормотал: — Всё уже испорчено. Они прошли дальше в клуб, шум заглушал часть их разговора по мере того, как они шли. Льюис ещё немного постоял рядом с Оскаром. — Всё в порядке? — тихо спросил он. — Между тобой и Ландо? В последнее время они почти не говорили о нём. Льюис теперь часто видел Ландо. Тот бродил по дому, когда Оскар был дома. Иногда играл в карты с Шарлем или Виктором. Он стал.... нормальным в этом пространстве. Словно дом постепенно, сам того не желая, начал его принимать. Оскар слегка помолчал, услышав вопрос. — Да, — сказал он. Льюис снова кивнул, довольный. — Хорошо. Разговор закончился. Позади них Шарль всё ещё говорил: — В следующий раз я хочу место в первом ряду. Принесу попкорн. Или, знаешь, что там ещё эмоционально устойчивые люди приносят на незаконные сделки с оружием.... Алекс перебил его совершенно бесстрастно. — Ты не относишься к эмоционально устойчивым. Шарль улыбнулся ещё шире. — Именно. Оскар не оглянулся. Он просто продолжал идти по клубу, словно ничто не стоило того, чтобы оборачиваться. Шум сверху. Тишина снизу. И всё остальное уже под контролем. Он вышел из клуба, руки всё ещё в карманах. Воздух снаружи был холоднее, тише, резче. — Едешь домой? — спросил Льюис, когда они подошли к двери. Оскар кивнул. — Хочешь поехать со мной? — спросил он. Льюис посмотрел на часы. — У меня ещё есть дела, — сказал он. Прежде чем Оскар успел взглянуть на Шарля, тот уже открыл пассажирскую дверь и сел в машину. — Может, я и не собирался тебе ничего предлагать, — сказал Оскар, слегка приподняв бровь. — Я знал, что ты можешь и не предложить, — тут же ответил Шарль, ухмыляясь. — Поэтому я и действовал быстро. Ну же, я устал. Оскар медленно выдохнул. Не раздраженный. По крайней мере, не явно. Затем он взглянул на Алекса. — В последнее время ты совсем не занят, — сухо ответил он. — Мне бы следовало кого-нибудь убить, чтобы ты перестал получать деньги за то, что ничего не делаешь. На его губах появилась лёгкая ухмылка. Алекс закатил глаза и скрестил руки на груди. — Я не бездельничаю, — сказал он. — Я стою рядом с тобой. Это стресс. Оскар тихонько кивнул в знак согласия, но больше не стал спорить. Он просто коротко кивнул. — Увидимся. Затем он обошёл машину с другой стороны и сел. Двигатель завёлся почти сразу. Шарль уже подключил свой телефон к автомобильной системе ещё до того, как Оскар полностью устроился. Оскар точно знал, чем это закончится. Громкая музыка. Слишком много шума. И головная боль, которую он не просил. Он провернул ключ в зажигании. Машина отъехала от клуба, огни позади неё погасли. Сначала заиграла тихая музыка. Затем музыка постепенно становилась громче, заполняя пространство, словно не уважая тишину. Словно клуб последовал за ними в машину. Оскар потянулся и убавил громкость. — Не трогай, — тут же сказал Шарль, снова потянувшись за регулятором и увеличив громкость. — Это моя машина, — холодно ответил Оскар, снова убавив громкость. Шарль закатил глаза. — Хорошо, дедушка. Никакой громкой музыки. — Он драматично вздохнул. — Иногда я забываю, что ты моложе меня. — У тебя плохой музыкальный вкус, — сухо сказал Оскар. — Я даже не шучу. Просто констатирую факт. — Ну, Ландо нравится, — ответил Шарль с ухмылкой, явно проверяя его. — Ты хочешь сказать, что у него тоже плохой вкус? Оскар коротко взглянул на него. В его ответе не было ни малейшего колебания. — Если ему это нравится, — сказал он, на секунду взглянув на колонки, — то да. Определенно. Шарль расхохотался. — Невероятно, — сказал он, покачав головой и пролистывая ленту в телефоне, вероятно, специально ища что-то еще хуже. Прошло несколько секунд молчания, прежде чем он внезапно снова поднял взгляд. — Как вы, ребята, кстати? — Хорошо, — ответил Оскар, не меняя тона, не отрывая глаз от дороги. — Так вы теперь... вместе? — спросил Шарль, в его голосе прозвучало любопытство. — Как пара? Оскар слегка нахмурился, услышав это слово. Пара. Это звучало излишне. Слишком сложно. Для него это было не так. Никогда не было так. Это было проще. Яснее. Ему нравился Ландо, он оставил Ландо. Ландо остался. Этого было достаточно. — Он мой, — сказал Оскар через мгновение, словно это объясняло всё. Шарль на секунду уставился на него, а затем снова рассмеялся, на этот раз громче. — Это так в духе Оскара, — сказал он сквозь смех. Он продолжал смеяться несколько секунд, в то время как Оскар никак не реагировал, его взгляд по-прежнему был устремлен прямо перед собой. Ландо был его. Это просто. — Значит, он твой парень? — снова спросил Шарль, теперь уже явно забавляясь. — Ты вообще предложил ему стать твоим парнем? Оскар моргнул. Как будто сам вопрос не имел смысла. — Предложить? — повторил он, почти смущенный. — Зачем мне спрашивать? Шарль помолчал несколько секунд, что само по себе было достаточно необычно, чтобы это бросилось в глаза. Затем он убавил громкость на телефоне, отчего музыка затихла, едва слышно доносясь из салона машины. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, теперь уже искренне шокированный. — Я знаю, что у тебя никогда не было настоящих отношений, но так это работает. Ты должен попросить его стать твоим парнем. Оскар закатил глаза и резко повернул руль, даже не сбавляя темпа. — Это работает так, как я хочу. «Попросить». Это уже звучало слишком. Ландо уже был его. На этом, по мнению Оскара, всё закончилось. Ему не нужны были сложные разговоры, ярлыки или что там ещё пытался объяснить Шарль. Ландо уже пытался его сдать. Ландо уже был замешан в делах, в которые ему не следовало быть замешанным. Ландо не был таким уж невинным, как люди в обычных отношениях. Полицейский и торговец оружием. Идеальные отношения. Они были совсем не такими. Не мягкими. Не простыми. Не обычными. — Просто спроси его, — настаивал Шарль, теперь уже более серьёзно, слегка жестикулируя руками, словно объясняя что-то очевидное. — Отношений нет, если ты не скажешь это вслух. На мгновение Шарль даже не выглядел человеком, который вообще мог бы принадлежать к их миру. Человеком, на руках которого столько крови. Просто парень, говорящий о чём-то обычном. О чём-то простом. — Кто это сказал? — равнодушно спросил Оскар, всё ещё сосредоточившись на дороге. — Буквально все так говорят, — тут же ответил Шарль. — Если вы не назвали это отношениями, ты не можешь удивляться, если он пойдет и поцелует кого-то другого посреди клуба. Эта фраза задела его по-другому. Выражение лица Оскара мгновенно изменилось. Он нахмурился и слегка повернул голову к Шарлю. Теперь в его глазах была злость: острая и мгновенная. Зачем ему нужно было поднимать эту тему? — Это больше не повторится, — холодно сказал Оскар, голос его был напряжен, он смотрел на дорогу. — Ну... ты этого не знаешь, — ответил Шарль, пожав плечами, невозмутимо. — Знаю, — сказал Оскар на этот раз тверже. — Я в этом уверен. Спокойнее. Окончательно. Как будто разговор уже закончился. Шарль просто закатил глаза. — Как угодно. Он снова увеличил громкость. На этот раз громко. Слишком громко. Челюсти Оскара слегка сжались, пока он продолжал ехать, сдерживая желание полностью остановить машину и вышвырнуть Шарля из машины. После этого остаток пути прошел в ужасной тишине. Шарль менял песни каждые несколько минут, явно не в силах остановиться, словно даже музыку ему нужно было контролировать. К тому времени, как они добрались до особняка, Оскар уже был раздражен, но делал это тихо и сдержанно. Он припарковал машину и вышел первым. Виктор уже стоял во дворе, вероятно, ожидая Шарля, чтобы они могли вместе что-нибудь сделать. Оскар прошёл мимо, а затем резко остановился прямо перед ним. Он легонько постучал Виктора по груди одним пальцем. — Если я когда-нибудь снова решу сесть с ним в машину, — сказал он совершенно серьёзно, — ты можешь меня застрелить. В его тоне не было шутки. Ни капельки. Шарль тут же расхохотался позади него, а Виктор просто смотрел то на него и на себя, явно не понимая, следует ли воспринимать это буквально. Он сглотнул. Затем быстро кивнул. Оскар не стал ждать дальнейшей реакции. Он просто ушёл, всё ещё слыша смех Шарля позади себя, когда вошёл в дом. Как всегда, он сразу поднялся наверх. Добравшись до своей комнаты, он открыл дверь и вошёл, закрыв её за собой. Ландо сидел на диване, глядя на дверь. Как только Оскар вошёл, он тут же встал. — Можно мне спуститься? — сразу же спросил он. Оскар слегка нахмурился. Он всё ещё не забыл слова Шарля, сказанные ранее, и к тому же ему хотелось подшутить над Ландо по поводу того, что тот снова на него донес. По поводу доноса. По поводу экспериментов. По поводу того, что он сделал. — Зачем? — спросил Оскар холодным, но спокойным голосом. — Шарль сказал, что мы сыграем в покер, когда он вернется, — ответил Ландо, немного подойдя ближе и мельком взглянув на дверь. Оскар попытался скрыть легкое удовлетворение от того, что Ландо попросил разрешения уйти. Ему это понравилось. — Шарль может подождать, — твердо сказал он. — Что? Почему? — спросил Ландо, слегка топнув ногой по полу от досады. Оскар проигнорировал эту реакцию и направился к ящикам, открыл один из них и что-то вытащил. Крем. Ландо сразу узнал его. Оскар использовал его прошлой ночью. Он на мгновение закрыл глаза, и Оскар ясно заметил легкий румянец на его щеках. — Только не говори, что ты собираешься сделать это снова, — пробормотал Ландо себе под нос. Оскар не ответил. Он просто подошел к кровати, открутив крышку крема. Он взглянул на Ландо. — Иди сюда. — Я в порядке, — тут же ответил Ландо, не двигаясь. Оскар посмотрел на него с нейтральным выражением лица. Затем его брови слегка нахмурились. — Ландо, — повторил он, на этот раз более твёрдо. В его тоне звучало предупреждение. Ландо сжал губы и медленно подошёл. — Сними штаны, — небрежно сказал Оскар. Ландо взглянул на кровать, затем снова на Оскара. Его щёки всё ещё были красными от смущения. — Тебе совсем не нужно этого делать, — тихо сказал он. Оскар уже сидел на краю кровати, всё ещё держа крем в руке. Он посмотрел на Ландо с тем же понимающим выражением лица, которое ясно давало понять, что у него нет выбора. Ландо на секунду закрыл глаза и резко выдохнул. Затем он снова открыл их и медленно положил руки на пояс. Он спустил свои чёрные удобные штаны и на мгновение замер, просто ожидая. Оскар постучал себя по бёдрам. После короткого колебания Ландо сел на край кровати рядом с ним. Оскар тут же схватил его за запястье и притянул к себе, уложив так, чтобы тот лежал на его ногах, причём бёдра Ландо оказались на бёдрах Оскара. Ландо оперся локтями на матрас, пытаясь удержаться. Взгляд Оскара скользнул по коже бёдер Ландо. На них всё ещё оставались едва заметные красные следы. Ничего не говоря, Оскар обмакнул пальцы в крем и начал медленно распределять его по следам одной рукой, в то время как другая рука крепко держала Ландо за бедро. Ландо слегка пошевелился у него на коленях, затем медленно расслабился. Они делали это и раньше. Вчера тоже. Оскар помогал ему принимать душ, заставлял его есть, а затем делал именно это. Оскар продолжал спокойно, следя за тем, чтобы каждая метка была тщательно намазана. Закончив с одним бедром, он снова окунул пальцы в крем и перешёл к другому, повторяя те же осторожные движения. Тело Ландо постепенно расслабилось. Его глаза закрылись, дыхание замедлилось. В комнате воцарилась полная тишина, когда Оскар закончил. Он закрыл баночку с кремом и поставил её на кровать. Ландо тут же встал, схватил штаны с пола и быстро натянул их обратно. Его щёки всё ещё были красными. — Ты смущён больше, чем когда я это делал, — сказал Оскар с лёгкой ухмылкой, намеренно опустив взгляд, чтобы Ландо понял, что он имеет в виду шлепки. Ландо отвёл взгляд, избегая зрительного контакта, и вместо этого оглядел комнату. Оскар снова потянулся к его запястью и притянул его ближе. Его мысли на мгновение вернулись к тому, что сказал Шарль ранее. Затем он снова посадил его к себе на колени. Ноги Ландо расположились по обе стороны от него. Оскар положил руки на талию Ландо и посмотрел на него с лёгким весельем. — Сегодня ты выглядишь слишком невинно, — сказал он. — Слишком невинно для того, кто хотел бы заявить на меня в полицию. Ландо слегка нахмурился. — Желание уйти не делает меня менее невинным. Оскар поднял бровь. — Хочешь уйти? — повторил он. — Да, — твёрдо ответил Ландо. — Нравится тебе это или нет, ты не заставишь меня оставаться здесь вечно. Без предупреждения Оскар наклонился и прижался головой к шее Ландо, резко впиваясь зубами. Его зубы вонзились в шею. Тело Ландо вздрогнуло, и из его горла вырвался тихий звук. Оскар медленно отстранился, глядя на него. — Ты можешь уйти отсюда, — спокойно сказал он, всё ещё близко к его лицу, — со мной... если будешь хорошо себя вести. — Я говорю не об этом, — быстро ответил Ландо, слегка перебирая руками грудь Оскара. — Знаю, — просто ответил Оскар. — Ты моя куколка. Ты никогда не сможешь уйти от меня. Оскар наблюдал, как тот сжал губы. — Можно мне теперь спуститься вниз? — немного раздражённо спросил Ландо. Оскар поднял бровь. Слова Шарля снова прозвучали у него в голове. «Если ты не назовёшь это отношениями, ты не можешь ожидать, что он не пойдёт и не поцелует кого-нибудь ещё посреди клуба». «Отношений нет, если ты об этом не скажешь». Оскар наклонился, снова уткнувшись головой в шею Ландо, оставив нежный поцелуй на том месте, где он уже это делал ранее. — Ландо, — серьёзно позвал он, его прикосновение оставалось спокойным, почти нежным. — Мм? — ответил Ландо. — Ты мой, — сказал Оскар, его губы задержались на коже Ландо на несколько секунд. — У нас отношения. — Он помолчал ещё немного, прежде чем добавить тише, но твёрдо: — Знай это. Он знал, что Шарль велел ему спросить. Но он так не поступал. Он не спрашивал. Он не торговался. Он хотел Ландо. И он получил Ландо. Всё просто. Ландо молчал. Оскар не видел его выражения лица, его лицо всё ещё было уткнуто в плечо и шею Ландо. Оскар оставил ещё один короткий поцелуй на его коже, а затем наконец отстранился. — Теперь можешь идти. Ландо тут же отстранился, без колебаний поставив ноги на пол. Он ничего не стал ждать и направился к двери. Оскар следовал за ним медленнее, неторопливо, в отличие от быстрого шага Ландо. Он спускался вниз. Ландо уже точно знал, куда идти. Оскар поднял бровь, заметив, что обеденный стол теперь накрыт картами и фишками. Шарль, Виктор и Джек уже были там. В этом не было ничего необычного. Необычным был Дженсон. Его взгляд был прикован к Ландо с нечитаемым выражением. — Сюда, Ландо, — сказал Шарль, указывая на стул рядом с собой. Ландо быстро подошёл и сел. У них уже были карты в руках, они сосредоточили внимание на столе. Через мгновение подошёл Оскар, двигаясь медленнее. Он кивнул Дженсону, тот кивнул в ответ. Затем Оскар шагнул к Ландо, схватил его за запястье и поднял. Глаза Ландо слегка расширились, когда все за столом посмотрели на него. Оскар сел первым, а затем снова посадил Ландо себе на колени. Ландо неловко заерзал, чувствуя теперь на себе взгляды всех присутствующих. — Так играть нельзя. Ты увидишь его карты, — сказал Шарль, взглянув на стол. — Я не буду играть, — спокойно ответил Оскар. Его руки легли на талию Ландо. Карты были открыты. Шарль выиграл раунд с флешем и тут же с довольной улыбкой забрал фишки. — Вот и всё, — уверенно сказал он. Виктор закатил глаза. — Тебе просто повезло. — Да, — пожал плечами Шарль. Виктор лениво перетасовал колоду и снова начал раздавать карты. Одна карта. Две. По кругу стола. Шарль тут же взял свою, уже улыбаясь, как будто был уверен в собственной победе. Дженсон едва взглянул на свою руку. Ландо поднял свои карты медленнее. Восьмерка треф. Шестерка червей. Не очень хорошо. Рука Оскара свободно обнимала его за талию, а Ландо откинулся на его грудь, выражение его лица было нечитаемым. Виктор поставил малый блайнд. Джек ответил тем же. Шарль мгновенно повысил ставку. — Опять? — пробормотал Джек. Шарль усмехнулся. — Я уверен. Дженсон молча ответил. Ландо посмотрел на фишки перед собой, затем сделал более небрежный рывок, чем раньше. — Я повышаю ставку. Виктор бегло поднял глаза. Пальцы Оскара один раз коснулись бедра Ландо. Маленьким, незаметным жестом, словно он даже не думал об этом. Ландо не выглядел блефующим. Скорее, он выглядел слишком спокойным для карт, что были у него на руках. Шарль тихонько рассмеялся, но все равно ответил на повышение. Остальные последовали его примеру. Виктор скинул карту и перевернул флоп. Король пик. Девятка бубен. Двойка треф. Ничего, что хоть как-то помогло бы Ландо. Пока нет. Шарль сделал чек. Джек первым сбросил карты, выдохнув и откинувшись назад. — Так, я пас. Виктор сделал небольшую ставку. Дженсон тут же ответил коллом. Ландо, не раздумывая, снова повысил ставку. Это наконец заставило Дженсона поднять голову. На этот раз как следует. Шарль слишком долго смотрел на Ландо, прежде чем выдохнуть через нос: — Нет, конечно. Он отбросил карты. — Уже сбрасываешь? — с улыбкой спросил Виктор. Шарль указал на Ландо, не отводя взгляда. — Он либо блефует, либо сошёл с ума. В любом случае, я не буду с этим разбираться. Ландо лишь слабо улыбнулся, словно всё это не имело значения. Виктор ответил коллом. Дженсон тоже ответил коллом. Виктор перевернул карту. Туз червей. Стол мгновенно зашевелился. В воздухе чувствовалось напряжение. Виктор проверил. Дженсон один раз постучал пальцами по столу, затем тоже проверил. Ландо подвинул вперед более тяжелую стопку фишек. — Я повышаю ставку. Одна из бровей Дженсона медленно приподнялась. Подбородок Оскара теперь легко покоился на плече Ландо, он молча наблюдал за столом. Совершенно неподвижно. Он был шокирован тем, как играл Ландо. Уверенно, хотя у него не было ничего, что помогло бы выиграть. Виктор несколько секунд смотрел на Ландо. — Ты действительно блефуешь. Ландо слегка наклонил голову. — Может быть, нет. Это звучало не как блеф — очень уверенно. Оскар теперь внимательно наблюдал за ним. Не за столом. Не за остальными. Только за Ландо. Каждые несколько секунд его взгляд скользил по картам Ландо, проверяя. Подтверждая, что они по-прежнему именно такие, какими он их запомнил. Бесполезные. И всё же Ландо продолжал идти вперёд, словно ему было всё равно. Интересно. Виктор тихо фыркнул, но в конце концов бросил свои карты. — Сбрасываю. — Уже? — тут же поддразнил Шарль. Виктор пожал плечами. Остался только Дженсон. Мужчина слегка откинулся назад, внимательно изучая Ландо. Сосредоточившись. Ландо не отводил взгляда. Ни на секунду. Виктор скинул карту и перевернул ривер. Шестерка пик. Теперь у Ландо осталась только пара шестерок. Слабо. Очень слабо. Но выражение его лица не изменилось. Ни капельки. Дженсон это заметил. Ландо потянулся вперед и поставил большую часть оставшихся фишек в центр. — Ва-банк. На этот раз Джек тихо свистнул. Шарль действительно наклонился вперед: интерес к игре вернулся. Глаза Дженсона слегка сузились. — Ты был агрессивен с флопа, — спокойно сказал он. Ландо пожал плечами. — И? — И люди обычно так делают, когда очень стараются выглядеть сильными... когда на самом деле слабы. Это прозвучало иначе. Улыбка Ландо на мгновение исчезла. Это было заметно, если бы кто-то внимательно наблюдал. Слова эхом отдавались в его голове дольше, чем следовало. «Стараются казаться сильными, когда на самом деле слабы». Он сглотнул, подавив улыбку. Затем он снова улыбнулся. На этот раз как следует. — Тогда повышай. Тишина затянулась. Руки Оскара неподвижно лежали на талии Ландо, расслабленные, словно ничто не могло его удивить. Словно он уже знал исход. Дженсон долго смотрел на Ландо. Затем медленно покачал головой. — Пас. Виктор резко повернулся к нему. — Ты сдался перед ним? Дженсон откинулся на спинку стула, скрестив руки. На его лице появилась слабая улыбка, но взгляд оставался острым. Ландо протянул руку и медленно, спокойно, словно в этом не было никаких сомнений, потянул фишки к себе. Шарль тут же указал на него. — Ты блефовал. Ландо аккуратно сложил фишки. — Похоже, ты никогда этого не узнаешь. Виктор снова раздал карты. Звук тасования колоды и перемещения фишек наполнил комнату, словно ритм, который все давно запомнили. Шарль наклонился первым, вытаскивая свои карты с уверенной полуулыбкой, уже появляющейся на его лице. Джек тихо проверил свои карты, выражение его лица было нечитаемым. Дженсон почти не отреагировал, опустив взгляд. Ландо взял свою последнюю карту. Спокойный. Сдержанный. Без какого-либо яркого выражения лица. Виктор сделал небольшую ставку. Джек уравнял. Шарль тут же повысил. — Конечно, ты так и сделал, — пробормотал Джек, всё равно продвигая фишки вперёд. Дженсон без колебаний уравнял. Виктор последовал его примеру после паузы. Все взгляды обратились к Ландо. Он посмотрел на свои фишки. Затем на карты. Что-то в его уверенности исчезло. Теперь она была более сдержанной. Менее игривой. Он тихо выдохнул. — ...уравниваю, — сказал он, сделав ставку ровно столько, сколько нужно. Без повышения. Без давления. На флопе выпали карты. Пятёрка пик. Шестерка червей. Шестерка бубен. Ландо почти никак не отреагировал, уже не такой уверенный в себе. Если уж на то пошло, он выглядел разочарованным, и это было видно всем. Виктор снова посмотрел на стол. Шарль прищурился, затем проверил. Джек ещё мгновение смотрел на свои карты, прежде чем сделать ставку в тишине. — Я не буду сбрасывать карты, — сказал он, подвигая фишки вперёд. Шарль тут же повысил ставку. Дженсон без колебаний ответил. Виктор последовал его примеру, немного помедлив. Все взгляды снова обратились к Ландо. Он ещё раз посмотрел на карты на столе. — Уравниваю. По-прежнему никакого повышения. По-прежнему неразборчиво. На терне выпала карта. Джек слегка выпрямился. Начался второй раунд ставок. На этот раз всё развивалось стремительно. Джек повысил ставку первым, наконец-то обретя уверенность после нескольких раундов молчания и наблюдения. Шарль мгновенно сделал повторный рейз, даже не делая вид, что об этом думает. Дженсон снова ответил коллом, как всегда, спокойно, словно ему и не нужно было смотреть на карты, чтобы понимать, что он делает. Виктор, всё ещё держащий в руке ничего реального, подвинул ещё фишки вперёд с ухмылкой, которая не доходила до его глаз. — Ну давай, — сказал он. — Посмотрим. Дженсон снова посмотрел на Ландо. То же спокойное лицо. То же нечитаемое выражение. На секунду Ландо заколебался. Совсем чуть-чуть. Затем сжал губы и сделал колл. После этого никаких колебаний. Риверная карта упала на стол. Джек резко выдохнул, наклонившись вперед, словно исход мог измениться, если присмотреться внимательнее. Финальный раунд ставок длился недолго. Все четверо остались в игре. Ни одного сброса. Банк стал огромным, фишки были сложены в беспорядочные башни в центре стола. Шарль один раз постучал пальцами. — Шоудаун. Джек открыл карты первым. Две пары. Шарль открыл следующим, показав стрит с медленной, довольной улыбкой. Виктор слишком громко рассмеялся, показав лишь пустоту, откинувшись назад, словно это была шутка. — Да... я просто проверял тебя. Смотрел, сбросишь ли ты карты. Дженсон открыл свои карты последним. Флеш. После этого наступила короткая пауза. Шарль тихонько свистнул, словно победителя уже объявили. — Хм. Отличная игра. Оскар слабо усмехнулся, понимая, к чему всё идёт. Затем, медленно, внимание переключилось. Никто сразу не посмотрел на Ландо. Только когда он спокойно перевернул карты. Шесть. И шесть. На полсекунды стол как будто замер, словно мозгу нужно было время, чтобы осознать происходящее. Затем он выложил их полностью. Четверка. Джек моргнул. — Не может быть. Шарль тут же откинулся назад, выдохнув через нос. — Ты шутишь. Виктор покачал головой, тихо посмеиваясь: — Это просто безумие... ты разыграл это так, будто у тебя ничего нет. Взгляд Дженсона надолго задержался на картах. Совершенно нечитаемый. Ландо никак на них не отреагировал. Он просто, не торопясь, притянул фишки к себе, аккуратно сложив их. На его лице появилась слабая улыбка. Руки Оскара переместились на его талии, слегка притянув его ближе. Он наклонился ровно настолько, чтобы его мог услышать только Ландо. — Какая у меня умная куколка, — пробормотал он. Руки Ландо на мгновение замерли, прежде чем он продолжил собирать фишки. Затем Дженсон заговорил: — Ты хороший лжец. В комнате мгновенно воцарилась тишина. Никто не произнес ни слова. Никто не пошевелился. Шарль растерянно перевел взгляд с одного на другого. Виктор тоже. Джек выглядел так, будто пропустил весь разговор. Все просто смотрели на Дженсона, немного шокированные. А Оскар лишь спокойно смотрел. Он рассказывал Дженсону, что Ландо — полицейский, поэтому теперь он не удивился. — Интересно, о чём ещё ты лжёшь? — добавил Дженсон холодным голосом, глядя в глаза Ландо. Лицо Ландо стало таким же холодным. Он даже не моргнул. — Это всего лишь игра, — сказал он. Дженсон поднял бровь. — Всё это всего лишь игра. Ландо слегка наклонил голову, медленно кивая, словно обдумывая ответ. — Полагаю, ты просто терпеть не можешь проигрывать. В комнате снова воцарилась тишина. Все почувствовали напряжение. Оскар слегка крепче обнял Ландо за талию. — Нет, Ландо, — сказал Дженсон с нейтральным выражением лица. — Я терпеть не могу, когда «ты» выигрываешь... не в этой игре. — Он коротко взглянул на Оскара. — Ни в какой другой игре. — Дженсон, — тихо предупредил Оскар. Дженсон не смотрел на Оскара, но и не стал продолжать говорить. Шарль и Виктор обменялись растерянными взглядами. — Тогда тебе, наверное, лучше быть наготове, — внезапно сказал Ландо. Его голос был слишком холодным. Руки Оскара в шоке ослабли на его талии. Неужели Ландо действительно снял маску? Зачем ему это? — Не думаю, что мне это нужно, — ответил Дженсон, на его лице медленно появилась ухмылка. Выражение лица Ландо было странным. Ничего подобного тому, к чему привыкли Шарль, Виктор или Джек. Его лицо было холодным. Он смотрел на Дженсона так, словно желал ему смерти. — Посмотрим, — коротко сказал Ландо. Затем он встал. — Спокойной ночи, — быстро добавил он, прежде чем исчезнуть и подняться по лестнице быстрее, чем нужно. — Это было необходимо? — спросил Оскар, когда Ландо ушел, не отрывая взгляда от Дженсона. Дженсон полез в карман, достал сигарету и держал ее между пальцами, словно вопрос не имел большого значения. — Да, было. — Что сейчас происходит? — спросил Шарль, в его голосе слышалась резкость подозрения. — Почему ты ведёшь себя странно? Оскар не ответил. Он просто смотрел, как Дженсон закуривает сигарету и медленно затягивается, совершенно невозмутимый. — Он не должен знать, что мы подозреваем, — сказал Оскар, всё ещё сосредоточившись на Дженсоне. Дженсон коротко рассмеялся сквозь дым. — Поверь мне, Оскар. Он уже знает. — Мы подозреваем Ландо? — спросил Шарль, голос его понизился почти до недоверия. Оскар всё ещё не ответил. Он просто встал и поднялся наверх, ничего не объясняя. Его мысли метались. Они постоянно прокручивали в голове лицо Ландо. Его реакции. То, как он играл. То, как он говорил. Слишком сдержанно. То, как он так идеально лгал. Он даже не заметил, как прошёл по коридору и оказался в их комнате. Когда он наконец вошёл, Ландо сидел, свернувшись калачиком, на диване. Маленький. Сжался в комок. Оскар подошёл ближе, всё ещё держа руки в карманах. Лицо Ландо было спрятано, прижатое к коленям. Оскар сел на подлокотник и протянул руку, нежно обхватив его лицо ладонями, чтобы приподнять его. И когда он это сделал, между его бровями появилась ещё более глубокая морщинка, когда его взгляд полностью сосредоточился на лице Ландо. — Почему ты плачешь? — спросил он, теперь уже понижая голос, глядя на слёзы, стекающие по покрасневшим глазам Ландо. Ландо слегка повернул голову, пытаясь спрятаться от его взгляда. Оскар не позволил ему. Он снова нежно обхватил его лицо ладонями, удерживая его неподвижно. — Почему? — спросил он ещё раз, на этот раз серьёзнее, тоном резче, но всё ещё сдержанным. Что могло заставить его мальчика так плакать? Оскар снова и снова прокручивал в голове всё, что произошло внизу, тщательно перебирая события, но ничто из этого не казалось настолько ужасным, чтобы вызвать такую ​​реакцию. — Я просто... я просто в плохом настроении, — сказал Ландо, его голос дрожал, и слёзы текли всё сильнее. Оскар слегка наклонил голову, внимательно разглядывая его. — Скажи мне причину, Ландо, — твёрдо сказал он. Ландо всхлипнул, сжав губы, словно пытаясь сдержаться. — Я просто чувствую, что... я никогда не смогу победить, — сказал он, его голос дрожал. Складки на лице Оскара стали ещё шире. Неужели слова Дженсона так сильно на него повлияли? — Как бы я ни старался казаться сильным... или как бы я ни старался... — продолжал Ландо задыхаясь, пытаясь выговорить слова, — ...это никогда не срабатывает. Рука Оскара медленно поднялась, его пальцы запустились в кудри Ландо, плавно и успокаивающе перебирая их. Ландо почти сразу закрыл глаза, его дыхание немного замедлилось. — Тебе не нужно быть сильным, — твердо сказал Оскар, продолжая нежно перебирать его волосы. — Ты можешь быть уязвимым... ты можешь перестать притворяться... Ландо, вероятно, подумал бы, что Оскар имел в виду «притворство» в контексте того, о чем они сейчас говорили. Как будто он мог перестать притворяться сильным перед другими. Но Оскар имел в виду нечто большее, даже если не сказал этого прямо. Примерно минуту царила тишина, Ландо смотрел на Оскара нечитаемыми глазами. — Знаешь... — начал он спустя мгновение, голос его стал тише, — ...мой отец не умер... Оскар не ответил, но его внимание мгновенно обострилось. Ландо говорил. — Он просто ушёл ещё до моего рождения, — сказал Ландо, горькая улыбка появилась сквозь слёзы. — Моя мама говорит, что я — причина его ухода. Оскар молча слушал. — Он создал другую семью... называл других своими сыновьями... а у меня никогда не было семьи, — Ландо заплакал ещё сильнее, голос его дрожал. Из горла вырвался прерывистый всхлип, но странная улыбка осталась на его губах. — Он — причина моих поражений... — горько сказал он, в голосе прозвучала злость, — ...он — причина... Оскар ждал, что он продолжит, надеясь, что Ландо скажет что-нибудь ещё. Но Ландо не продолжил. После этого он просто тихо плакал, не в силах закончить мысль. Он выглядел маленьким. Хрупким, чего Оскару не нравилось. Оскар хотел, чтобы это выражение исчезло с его лица. — Я всегда буду заботиться о тебе, — сказал он, голос его стал мягче, чем раньше. Ландо слегка наклонил голову. Слезы на мгновение остановились, когда он посмотрел на Оскара с чем-то новым в выражении лица. Мягкостью. Это была не та обычная мягкость, которую Оскар привык видеть. Это было... настоящее. — Ты сможешь защитить меня от них? — тихо спросил он. Оскар слегка нахмурился. — От кого? Ландо лишь снова посмотрел на него. — Ты сможешь? — повторил он. Хмурый взгляд Оскара усилился, но он больше ничего не спросил. Одно он знал наверняка: он не позволит никому причинить вред Ландо. — Я смогу защитить тебя от всех, — просто сказал он. Ландо слабо улыбнулся, с облегчением закрыв глаза. — Хорошо.