Четверка (The four)

Внутри склада пахло ржавчиной, дождем и кровью. Вода непрерывно капала откуда-то из глубины здания, звук эхом разносился по огромному пустому пространству. Джордж стоял возле металлического стула, не говоря ни слова. Его пиджак был аккуратно сложен на ближайшем столе, рукава черной рубашки медленно закатаны до предплечий. Контролируемые движения. Спокойные. Вот что делало его таким пугающим. Мужчина, привязанный к стулу, уже тяжело дышал, кровь стекала с разбитой губы по подбородку. Джордж молча смотрел на него несколько секунд, прежде чем слегка присесть перед ним. — Давай попробуем еще раз, — тихо сказал он. Негромко. Даже не сердито. Почти терпеливо. — Где остальная часть груза? Мужчина тяжело сглотнул. — Я уже говорил тебе, я... Джордж внезапно схватил его за челюсть. Крепко. Мужчина ахнул от боли, когда Джордж силой поднял его голову. — Ты доставил двадцать три ящика, — спокойно сказал Джордж. — Должно было быть тридцать. — Он сильнее надавил большим пальцем на челюсть мужчины. — Значит, либо семь ящиков пропали, — продолжил он, — либо ты настолько глуп, что думаешь, будто можешь у меня воровать. — Клянусь, я не... Выстрел прогремел на складе. Мужчина мгновенно закричал. Не насмерть — Джордж прострелил ему бедро. Стул чуть не опрокинулся от силы рывка его тела, пытавшегося вырваться из пут. Джордж даже не вздрогнул. Из ствола все еще слегка поднимался дым, когда он снова опустил пистолет. — Не усложняй и без того сложную задачу, — сказал он. — Ты что, настолько глуп? Мужчина тяжело дышал, едва мог ответить. Джордж медленно поднялся. Где-то позади него Макс прислонился к стене, скрестив руки, и молча наблюдал. Он не хотел мешать. Джордж снова подошёл ближе, его дорогие туфли остановились прямо у края растекающейся под стулом крови. — Где моё оружие? — тихо спросил он. — Я... я не знаю... Джордж тихо вздохнул. Затем он выстрелил в него ещё раз. На этот раз ниже. В другую ногу. Крик эхом разнёсся по складу. Джордж наконец-то выглядел раздражённым. Лишь слегка. Словно шум беспокоил его больше, чем сама травма. — Ты делаешь это неприятным для нас обоих, — сказал он. Мужчина заплакал. Настоящие слёзы смешивались с потом и кровью на его лице. Джордж снова присел перед ним, всё ещё сохраняя спокойствие. Несмотря на брызги крови на закатанных рукавах рубашки, он всё ещё был ужасающе чист. — Спрошу ещё раз. Мужчина сильно дрожал на стуле. — Если я скажу тебе... — отчаянно выдавил он. — Склад номер шестнадцать. Пожалуйста. Клянусь... Джордж замер. Наконец. Тишина длилась несколько долгих секунд. На заднем плане Макс слегка выпрямился. — Там, — выдохнул мужчина. — Туда их перевезли. Клянусь Богом. Джордж молча смотрел на него, выражение его лица было нечитаемым. Затем он медленно выпрямился. На мгновение мужчина заметно расслабился. Ошибка. Джордж протянул руку и схватил металлическую трубу со стола. Выражение лица мужчины мгновенно изменилось. — Нет. Нет, подожди, я же тебе сказал... Джордж замахнулся. Хруст в рёбрах мужчины с оглушительной силой разнёсся по всему складу. Последовавший за этим крик был настолько хриплым, что мог разорвать ему горло. Макс наконец слегка нахмурился. — Джордж. Джордж полностью проигнорировал его. Ещё один удар. Этот удар с силой пришёлся по плечу мужчины, так сильно, что стул отлетел в сторону. — Ты украл у меня, — спокойно сказал Джордж, перекрикивая крики мужчины. Ещё один удар. — Ты задержал мою доставку. — Снова. — Ты опозорил меня перед покупателями. Труба с оглушительным грохотом ударилась о бетон рядом со стулом, когда мужчина резко дёрнулся, пытаясь увернуться от следующего удара. Джордж тут же схватил его за рубашку и силой поднял. Теперь лицом к лицу. Мужчина едва мог дышать. Голос Джорджа оставался пугающе ровным: — Ты забрал то, что принадлежало мне, — тихо сказал он. Его хватка усилилась. — Ты забрал то, что принадлежало мне, — повторил он, и в его голосе наконец просочилась злость. Мужчина что-то невнятно прорыдал. Джордж ещё секунду смотрел на него, прежде чем наконец отпустить. Мужчина рухнул на стул, сильно дрожа. Макс схватил Джорджа за запястье, прежде чем тот успел нанести следующий удар. Достаточно сильно, чтобы полностью остановить движение. Мужчина, привязанный к стулу, был едва в сознании, кровь текла изо рта на разорванную рубашку, один глаз был полностью опухшим. Дыхание было прерывистым, влажным. И всё же... Джордж выглядел готовым продолжать. — Джордж, — голос Макса оставался спокойным. Слишком спокойным по сравнению с насилием, наполнявшим комнату. Джордж резко дёрнул его за руку. — Он всё ещё дышит. Макс на секунду взглянул на мужчину. Затем он вытащил пистолет. Тихий щелчок эхом разнесся по складу. Оставшийся глаз мужчины расширился от паники. — Подожди... — Выстрел прервал его. Пуля пробила ему лоб насквозь. Тело мгновенно обмякло, повиснув на веревках, как сломанная марионетка. Джордж смотрел на него. Ровно две секунды. — Что это, нахуй, еще было? — Его голос прогремел по всему складу. Макс не ответил сразу. Он спокойно опустил пистолет и спрятал его под пальто. Джордж резко повернулся к нему, ярость пылала в его жилах. — Зачем ты его убил? — рявкнул он. — Я еще не закончил. Макс слегка прислонился к столу неподалеку. — Ты уже знаешь, куда отвезли ящики. — Дело было не в этом. — Джордж схватил металлический стул рядом с собой и швырнул его через всю комнату. С силой он ударился о стену. — Я хотел, чтобы он страдал. — Дыхание стало тяжелее: — Он украл у меня. Макс молча наблюдал за ним. Джордж один раз прошелся по складу, а затем снова обернулся. — Эта партия была моей, — резко сказал он. — Моей. Макс слегка наклонил голову. — Нет, — спокойно ответил он. — Ты говоришь не об этом. Челюсти Джорджа тут же сжались. — Не начинай. Но Макс проигнорировал его. Его взгляд был прикован к Джорджу, пока тот говорил. — Ты и раньше терял партии. Джордж схватил со стола другой предмет, на этот раз гаечный ключ, и с силой швырнул его на бетонный пол. Звук сотряс склад. — Эта была другой. Выражение лица Макса почти не изменилось. — Да, — тихо сказал он. — Потому что дело не в оружии. — Джордж посмотрел на него резко. Опасно. Макс всё равно продолжил. — То, что ты постоянно говоришь, — сказал он. — «Он забрал моё». — Он слегка приподнял бровь. — Ты уверен, что говоришь о товаре? Лицо Джорджа мгновенно помрачнело. — Заткнись. Макс медленно скрестил руки. — Думаю, ты злишься на Оскара Пиастри. Не пытайся это скрывать. Потому что Джордж был зол. Это было очевидно для всех. Он был в ярости. Он видел повязку на руке Ландо. Он видел, как Ландо смотрел на Оскара. Мягко. И Макс уже сто раз говорил ему: «Он просто притворяется». Но это не имело значения. Притворяется он или нет, Джордж не мог выбросить этот образ из головы. Джордж с силой толкнул стол рядом с собой, так что инструменты разлетелись по полу. — Ему вообще там не место! — внезапно крикнул он. Его голос яростно эхом разнесся по складу. Макс замер. Джордж провел грубой рукой по волосам, прежде чем резко рассмеяться себе под нос. — Сколько уже прошло? — рявкнул он. — И мы даже не можем с ним связаться. — Макс не стал его перебивать. Джордж продолжал: — Почему он все еще в этом ебливом доме? — Еще один шаг. Еще один всплеск гнева. — Почему он все еще живет с ним? — Его грудь теперь вздымалась все сильнее. Спокойная маска начала трескаться по кусочкам. — Почему он вообще должен быть рядом с этим ебучим психопатом? Макс внимательно наблюдал за ним. Джордж теперь указывал в никуда, яростные слова вырывались все быстрее и быстрее. — Почему Ландо должен быть рядом с этим... этим пизданутым уебком? После этого воцарилась тяжелая тишина. Джордж стоял, тяжело дыша, и смотрел на окровавленный труп, словно ему все еще нужно было что-то уничтожить. Макс наконец отодвинулся от стола. Тихо. — Видишь ли... — сказал он, указывая на труп, все еще привязанный к стулу. — Этот человек украл то, что принадлежало тебе. — Взгляд Джорджа снова устремился на него. Макс не двигался. — И что в итоге произошло? — спокойно продолжил он. — Ты вернул это. Ты вернешь то, что принадлежало тебе. — Затем он подошел ближе, глядя прямо на Джорджа серьезным взглядом. — Он не сможет удержать его долго. Челюсти Джорджа сжались так сильно, что казалось, будто ему больно. На секунду Макс всерьёз подумал, что он тоже может на него наброситься. Но Джордж отвернулся. Тяжело дыша носом. На этот раз голос прозвучал тише. Всё ещё в ярости. Всё ещё мерзко. — Я не хочу, чтобы он был с ним даже ненадолго. Макс молчал. На это ему нечего было ответить. Джордж снова уставился на труп, его глаза теперь были тёмными и отстранёнными, словно он едва его видел. Затем он пробормотал себе под нос: — Я действительно не знаю, сколько ещё смогу терпеть. И Макс узнал этот тон. В этом и заключалась опасность. Не тогда, когда Джордж кричал. Не тогда, когда он ломал кости или выпускал в людей пули. Вот в этом. Тишина. Момент, когда его гнев перестал выглядеть взрывным и начал превращаться во что-то более холодное. Что-то хуже. Макс внимательно наблюдал за ним ещё секунду, прежде чем наконец заговорить. — Сделай сейчас глупость, — спокойно сказал он, — и подвергнешь Ландо опасности. Джордж не ответил. Его плечи оставались напряженными под забрызганной кровью черной рубашкой. Макс тихо вздохнул: — Ты же знаешь, что я прав. Последовала долгая тишина. Затем Джордж тихонько рассмеялся. На этот раз устало. Горько. — Теперь он смотрит на него по-другому. Выражение лица Макса слегка изменилось. Джордж продолжал смотреть прямо перед собой, пока говорил. — Я видел это. — Его голос понизился. — И мне это не нравилось. — Джордж сглотнул, прежде чем снова заговорить. — Он раньше смотрел на меня так... мягко... по-доброму. Ты помнишь это... верно?

***

Прошло три дня. Три дня с тех пор, как они жили в этом доме. Ландо это нравилось. Несмотря на всю бесцветность этого места — серые стены, чёрная мебель и холодное освещение, от которого всё выглядело немного безжизненно... ему всё равно нравилось. Правда. Впервые за долгое время ему абсолютно нечего было делать. Никаких заданий. Никакого притворства. Никого, кто постоянно насмехался над ним или напоминал, что он никому не нужен. Потому что здесь... кое-кто действительно нуждался в нём. Его не ждали никакие тайные планы. Никаких приказов. Никакого давления, давившего на его плечи каждую секунду дня. Это было... спокойно. Странно спокойно. Оскар снова позвонил врачу, чтобы тот проверил его состояние. Ландо всё ещё не был до конца уверен, действительно ли Оскар не умеет готовить или просто отказывается. В любом случае, они постоянно заказывали еду. Ночью они спали рядом, Оскар крепко обнимал его. А по утрам Оскар будил его, и Ландо искренне старался не показывать ему средний палец каждый раз, когда тот это делал. В целом.... Было хорошо. Действительно хорошо. Ландо продолжал смотреть фильм по телевизору, не отрывая взгляда от экрана, а мягкий свет мерцал на его лице. Тем временем Оскар каждые несколько минут наблюдал за ним краем глаза. Миска мороженого в руках Ландо. Ложка то и дело исчезала в ней каждые несколько секунд. Как Ландо полностью погружался в то, что смотрел, его губы обхватывали ложку, а затем медленно вынимали её обратно. Взгляд Оскара постоянно возвращался к нему. Снова. И снова. В конце концов, он встал и подошёл к дивану. Ландо почти не заметил его приближения. Оскар тихо сел рядом с ним. Ландо всё ещё не отрывал взгляда от телевизора. Вдруг Оскар схватил его за бёдра и притянул прямо к себе на колени. Ландо ахнул от неожиданности. Оскар тут же усадил его, пока Ландо не оказался лицом к нему, колени упирались по обе стороны бёдер Оскара в подушки дивана. — Я смотрю, — пожаловался Ландо, уже пытаясь снова повернуться. Оскар не позволил ему. — Ты смотришь слишком долго, — спокойно сказал Оскар. — Довольно. Ландо недоверчиво моргнул. Значит, Ландо правильно понял: Оскару действительно не нравилось, когда Ландо уделял внимание чему-либо, кроме него. Всякий раз, когда Ландо отвлекался на фильм или слишком долго оставался один в другой комнате, пока Оскар был где-то в другом месте квартиры, Оскар в конце концов снова появлялся рядом с ним. Он хотел, чтобы внимание Ландо было полностью приковано к нему, и даже не пытался это скрыть. — Прошло всего полчаса, — возразил Ландо, пытаясь снова повернуть голову к экрану. — Именно, — ответил Оскар, крепко обхватив Ландо за талию, чтобы тот не двигался. — Слишком долго. Затем Оскар схватил его за затылок и притянул к себе, пока его лицо не исчезло на шее Ландо. Он медленно дышал ему в шею. — Хочу увидеть, чем закончится, — пожаловался Ландо со вздохом. — Ты такой навязчивый, ты это знаешь? Оскар тут же отстранился. Приподнял одну бровь совершенно серьёзно. — Что? Ландо небрежно пожал плечами. — Нуждающийся, — повторил он. — Ты постоянно хочешь, чтобы я был рядом. Э-э... такой отчаянно нуждающийся мужчина. — Его дразнящий тон ясно давал понять, что он точно знает, что делает. — Дай мне посмотреть мой фильм. Оскар внезапно сильнее сжал его талию. Настолько сильно, что Ландо чуть не вздрогнул. — Какого хуя? Оскар холодно посмотрел на него: — Я не нуждающийся, малыш, — твёрдо сказал он. — Ты мой, и я это знаю. Вот и всё. — Он схватил пульт, выключил телевизор и небрежно бросил его на другой диван. Ландо секунду смотрел на него. — Ты понимаешь, что только что буквально доказал мою правоту, верно? Он ухмыльнулся, вытягивая еще одну ложку карамельного мороженого. — На самом деле это не имеет значения, — спокойно ответил Оскар. — Кроме того... тебе даже не нужно смотреть этот дурацкий фильм, чтобы знать, чем все закончится. Ландо медленно вытащил ложку изо рта, приподняв бровь, пока мороженое таяло у него во рту. — С чего бы это? Оскар моргнул, глядя на него так, будто ответ был очевиден. — Они влюбятся друг в друга и вся эта дурость, — категорически сказал он. — Разве это не было очевидно? Ландо нахмурился, и дразнящее выражение почти сразу исчезло с его лица. — Это не дурость, — сказал он. Оскар слегка наклонил голову. Сцена, показанная по телевизору, была, на его вкус, слишком романтичной. Цветы. Свидание. Пара, сидящая друг напротив друга в каком-то дорогом ресторане, нервно улыбающаяся и смеющаяся по пустякам, как идиоты. Оскару все это показалось до боли скучным. Но больше всего его смущала возможность того, что Ландо это действительно понравится. Потому что Ландо, которого он знал теперь, тот, который постоянно вступал в перепалку, дразнил его при каждой возможности и намеренно пытался раздражать, не был похож на человека, которого заботят такие вещи, как цветы и романтика. — Тебе такое нравится? — спросил наконец Оскар, на его лице было написано искреннее замешательство. — Какое? — тихо спросил Ландо. Оскар внимательно его изучал. Мальчик внезапно стал выглядеть спокойнее, чем раньше. Менее капризный. Менее игривый. — Цветы, — сказал Оскар. — Свидания. Глупости, которые они делают. Ландо снова нахмурился. Не нравится. Конечно, ему не нравились такие вещи. Ему просто нравилось смотреть на это со стороны. И все же что-то в том, как Оскар продолжал называть это глупостью, раздражало его больше, чем следовало бы. Оскар внимательно наблюдал за ним, пока Ландо молчал несколько секунд, прежде чем наконец коротко рассмеялся. — Что? Нет. Конечно, нет, - быстро сказал Ландо. Оскар ответил не сразу. Он просто продолжал смотреть на него. Внимательно его изучал, словно пытался разобрать по частям и понять, что на самом деле происходит у него в голове. Ландо вздохнул. — Но то, что мне это не нравится, не означает, что я не хочу на это смотреть, — пробормотал он. — Двигайся. Свободной рукой он схватил запястья Оскара и попытался оторвать их от бедер. Оскар не сдвинулся ни на дюйм. — Нет. Ландо драматично закатил глаза: — Да брось, мне так скучно, — пожаловался он со вздохом. — Кстати, я называю тебя скучным, если ты не заметил. Оскар медленно поднял одну бровь. — Скучным? Ландо немедленно кивнул. — Да, ты сам до этого не догадался? — спросил он с притворной жалостью в голосе. Оскар несколько секунд молчал. Просто смотрел на него. Думал. Представлял, что он с ним сделает. Перебирал в голове несколько разных способов заставить его замолчать. Чтобы стереть это самодовольное выражение. — Думаю, тогда мне следует развлечь тебя, — спокойно сказал он. Ландо цокнул языком. — Ну, это будет нелегко для тебя, — лениво ответил он. — Я все равно советую тебе просто дать мне досмотреть фильм. Он снова слегка поерзал на коленях Оскара, пытаясь пошевелиться. Оскар немедленно остановил его. — Ты умеешь готовить? — внезапно спросил Оскар. Ландо моргнул. — Что? Твой бюджет наконец-то опустел? — спросил он насмешливо. Оскар один раз рассмеялся себе под нос. Оба прекрасно понимали, что этого не произойдёт в ближайшее время. Возможно, никогда. — Отвечай, — сказал Оскар. Ландо пожал плечами. — Не знаю. Наверное, мог бы приготовить что-нибудь, — задумчиво ответил он. На этот раз Оскар ничего не ответил. Он просто молча наблюдал за ним. Его взгляд медленно скользил по лицу Ландо. По губам. По лёгкому блеску от тающего карамельного мороженого. Затем Оскар убрал руку с бедра Ландо и опустил ложку глубже в миску. Он наполнил её карамельным мороженым, затем спокойно поднёс ложку к губам Ландо. При этом его лицо оставалось совершенно холодным. — Я думал, ты тоже попробуешь, — сказал Ландо, переводя взгляд с ложки на лицо Оскара. — А, я попробую, — ответил Оскар. И вдруг на его лице появилась ухмылка. Ландо тут же слегка прищурился. Оскар наблюдал за ним ещё секунду, прежде чем сам подвинул ложку вперёд, когда стало очевидно, что Ландо не собирается наклоняться ближе. Ложка скользнула между губами Ландо. Ландо открыл рот и всё равно позволил Оскару покормить его. — Я сам, — пробормотал он после того, как ложка в третий раз прижалась к его губам. — Открой, — просто сказал Оскар. Затем он снова засунул ещё одну ложку в рот Ландо, внимательно наблюдая за ним. Как слегка блестели губы Ландо. Как он становился тише всякий раз, когда Оскар так его контролировал. Как его капризное поведение постепенно исчезало каждый раз, когда Оскар полностью брал инициативу в свои руки. Оскар засунул ещё одну ложку в его рот. И на этот раз, прежде чем Ландо успел нормально проглотить, Оскар схватил его за подбородок и слегка наклонил вниз. Заставляя его снова открыть рот. Оскар тихонько заглянул внутрь, наблюдая за медленно тающим мороженым на языке Ландо. Ландо вздрогнул. Это было буквально просто мороженое. Ничего больше. Так почему же всё это вдруг показалось чем-то совершенно иным? Оскар ещё несколько секунд держал руку на подбородке, приоткрыв рот и наблюдая, как мороженое продолжает таять на языке. Затем Оскар наклонился ближе. Его губы на секунду прижались к приоткрытым губам Ландо, прежде чем язык тут же скользнул в рот Ландо. Его язык медленно двигался внутри рта Ландо, ощущая вкус всё ещё оставшейся там растаявшей сладости. Под ним, с мягкими, беспомощно приоткрытыми губами, мальчик казался холодным и сладким. Оскар слегка отстранился, но его рука оставалась крепко на подбородке Ландо, большой палец надавливал на кожу. — Вкусно. — Слово вырвалось тихо, с забавой. Он тихонько положил пустую ложку обратно в миску, не отрывая глаз от покрасневшего лица Ландо. Затем его рука сдвинулась. Прежде чем Ландо успел понять, что собирается сделать Оскар, тот медленно засунул два пальца ему в рот. Ландо испуганно застонал, губы инстинктивно сомкнулись вокруг пальцев. Оскар тихонько цокнул языком. — Тс. — Его большой палец слегка коснулся щеки Ландо. — Открой. Ландо моргнул, ошеломленный, ему потребовалась секунда, чтобы осмыслить команду сквозь туман, уже застилавший его голову. Затем медленно, послушно, он разжал губы. Взгляд Оскара потемнел, когда он заглянул ему в рот. Мороженое уже полностью растаяло, холодная сладость смешалась со слюной на языке Ландо, пока Оскар продолжал держать там пальцы. — Хочешь ещё мороженого, малыш? — спросил он, голос его стал грубее. Ландо кивнул. Он уже чувствовал, как слюна собирается во рту быстрее, чем он успевает её проглотить, особенно из-за пальцев Оскара, которые держали его губы приоткрытыми. Оскар слегка усмехнулся, глядя на это. На то, как Ландо смотрел на него. Головокружение. Уже полная потерянность. Фрустрация. Свободная рука скользнула выше по бедру Ландо, затем переместилась к его плечу, пальцы мягко, но крепко надавливали. Ландо автоматически последовал за давлением. Медленно опускаясь ниже, он оказался на коленях между ног Оскара, его голые колени касались пола. Пальцы Оскара не отрывались от его рта. Ландо попытался проглотить, но это лишь на секунду сжало его губы вокруг пальцев, никак не помогая. Оскар снова потянулся к миске. Ещё одна ложка. Холодное мороженое скользнуло в рот Ландо, обволакивая пальцы Оскара, отчего тот слегка вздрогнул от резкого повышения температуры. — Какой восхитительный рот, — пробормотал Оскар, внимательно наблюдая, как растаявшее мороженое снова покрывает его пальцы. Ландо издал тихий, приглушенный и дрожащий звук. Его взгляд бесцельно поднялся к Оскару, бегая из стороны в сторону от того, как пристально на него смотрели. Под слишком большой футболкой, висящей на его теле, он уже чувствовал, как нарастает возбуждение. А Оскар еще даже толком его не коснулся. — Еще? — спросил Оскар с ухмылкой. Его пальцы оставались на языке Ландо, держа его рот открытым, пока тот наблюдал, как тонкая струйка растаявшего мороженого медленно стекает с уголка его губ. Ландо снова кивнул, едва в силах нормально двигать головой. Через несколько секунд в его рот вошла еще одна ложка. Затем еще одна. Оскар медленно кормил его, пока Ландо молча стоял на коленях между его ног, слегка дрожа, и смотрел вверх. Сама поза доставляла ему унизительное удовольствие. К тому моменту, когда Ландо полностью осознал происходящее, Оскар уже положил ложку обратно в миску, которая всё ещё лежала в дрожащих руках Ландо. Затем внимание Оскара переключилось вниз. Металлический звук пряжки его ремня наполнил тишину комнаты. У Ландо перехватило дыхание. Оскар медленно расстегнул ремень, затем расстегнул молнию на брюках, не отрывая от него взгляда. Прежде чем Ландо успел сдержать себя, он застонал. Оскар всё ещё не убирал пальцы изо рта, его свободная рука обхватила его полуэрегированный член, лениво поглаживая его. Взгляд Ландо мгновенно опустился. Он не мог отвести взгляд. Он наблюдал, как рука Оскара медленно двигается по его члену, наблюдал за размеренным ритмом, уверенностью в каждом движении. — Какой хороший молчаливый мальчик, — хрипло пробормотал Оскар. Наконец, он начал вытаскивать пальцы. Но рот Ландо не опустел ни на секунду. Потому что, прежде чем Оскар полностью вытащил их, он вместо этого засунул свой член между приоткрытыми губами Ландо. Ландо громко застонал, звук вибрировал глубоко в его горле, когда он почувствовал внезапную тяжесть и тепло, наполняющие его рот, проникающие всё глубже и глубже. Оскар медленно выдохнул через нос, наблюдая, как тот принимает его. Ещё одна капля растаявшего мороженого соскользнула с уголка губ Ландо, пока Оскар медленно продвигался дальше внутрь. — Молодец, — мягко похвалил Оскар. — Намного лучше, чем когда у тебя там было только мороженое... правда? Он замер на мгновение, его член тяжело лежал на языке Ландо, а растаявшая сладость всё ещё покрывала кожу. — Ты даже глотать не можешь, — продолжил он тихим, довольным голосом. — Так хорошо. Так восхитительно... мой маленький шпион. Затем он наконец начал двигаться. Сначала медленные толчки. Ландо оставался совершенно неподвижным между его ног, слабо сжимая миску рядом, а его взгляд был прикован к лицу Оскара. Каждое движение проникало всё глубже в его рот. Глубже в горло. — Ты никогда не думал, что окажешься в таком положении, когда шпионил за мной, да? — тихо спросил Оскар, прежде чем снова толчком войти глубже. На этот раз он задержался в задней части горла Ландо, внимательно наблюдая, как тот изо всех сил старается не подавиться, и слёзы тут же навернулись ему на глаза. — На коленях между моих ног... — Оскар нежно провёл тыльной стороной ладони по щеке Ландо, вытирая одну из скатывающихся слёз. Он всё ещё оставался глубоко внутри него. Кончик его члена прижимался к задней части горла Ландо. — Смотришь на меня этими прекрасными глазами... Он нежно погладил большим пальцем под глазом Ландо. — Рот полностью наполнен... ты очень далеко продвинулся как шпион, малыш. Ландо попытался дышать носом, но даже это стало трудно, грудь сжималась с каждой секундой, пока Оскар оставался глубоко в горле. Оскар держал его там еще немного. Достаточно долго, чтобы увидеть, как слезы застывают на его ресницах. Достаточно долго, чтобы почувствовать, как Ландо дрожит под его руками. Затем, наконец, медленно, он отстранился и вытащил свой член изо рта Ландо. Ландо тяжело дышал и закрыл рот, с трудом сглотнул, прежде чем дважды кашлянуть. Оскар потянулся и взял еще одну полную ложку из миски с мороженым. — Открой, — сказал он, прижимая холодную ложку к губам Ландо. Ландо открыл рот и позволил холодному мороженому скользнуть внутрь, но прежде чем он успел проглотить его как следует, Оскар снова толкнулся своим членом. Из задней части горла Ландо донесся приглушенный звук, когда его рот сомкнулся вокруг Оскара; внезапный контраст холода и давления сделал реакцию инстинктивной. Оскар тоже издал тихий звук, короткий, но безошибочно услышанный Ландо. Глаза Ландо чуть не закатились от этого звука. Оскар не был из тех, кто издает много звуков, но когда он это делал... Рука Ландо автоматически опустилась вниз, рассеянно пытаясь дотронуться до себя. — Сиди смирно, — тут же сказал Оскар, схватив его руку и отдернув её от себя. Ландо тут же послушался. Он хотел быть хорошим. Поэтому он стоял неподвижно, держа рот открытым, хотя это начинало приносить боль. — Как милая куколка... блять, — сказал Оскар, его движения стали менее выраженными, явно приближаясь к оргазму. — Уже не так скучно, правда? Затем он резко вытащил член. — Держи его открытым, — твёрдо сказал он, медленно поглаживая себя. Ландо держал рот открытым, глядя прямо в лицо Оскару, словно желая всё ясно видеть. Оскар поддерживал зрительный контакт. Ландо стоял на коленях, мороженое всё ещё капало с уголка его рта, на нём была только футболка Оскара, он был полностью под его контролем, даже не связанный. Он выглядел почти как во сне. Ещё нескольких движений было достаточно, чтобы Оскар кончил, излив сперму прямо в открытый рот Ландо. Он продолжал до последней капли, убеждаясь, что всё попало внутрь. — Вот так, — пробормотал он, тяжело дыша. — Пока не глотай. Ландо стоял неподвижно, с открытым ртом, чувствуя сперму Оскара на языке, колени болели от напряжения, которое он ещё мог терпеть. Он просто ждал. Затем он заметил, как Оскар достал телефон и поднял его перед собой. Ландо издал тихий звук. Оскар делал фотографии. — Такой красавчик... — пробормотал Оскар, делая снимок, на котором было видно всё лицо Ландо: заплаканные глаза, полуприкрытые веки, взгляд, смотрящий на него снизу вверх. Колени раздвинуты и красиво лежат на полу. Затем ещё один снимок, крупным планом показывающий его рот, фокусируясь на белой сперме внутри. — Глотай, малыш. Ландо наконец сомкнул челюсти и проглотил, дыша неровно. Закончив, он снова посмотрел на Оскара, теперь уже более прямо. — Оскар... — Мм? — ответил Оскар, всё ещё держа телефон, делая ещё один снимок, когда Ландо снова открыл рот. Запечатлевая момент, когда рот Ландо был пуст, ясно показывая, что он проглотил то, что было внутри. — Я... — Ландо снова сглотнул, чувствуя головокружение, когда возбуждение разлилось по его коже. — Прикоснись ко мне. Оскар наконец убрал телефон, глаза заблестели, и на лице снова появилась ухмылка. — Давай. — Ландо сжал губы. Дело было не в том, что он не знал, чего хочет, просто он становился застенчивым и молчаливым, когда дело касалось секса. — Скажи. Чего ты хочешь? — настаивал Оскар. Ландо сжал пальцы ног, заставляя себя говорить. — Я... — он снова сглотнул. — Трахни меня, пожалуйста. Он закрыл глаза, чувствуя, как краснеют щеки. Оскар тихо рассмеялся, а затем провел рукой по его лицу. — Встань. Ландо открыл глаза, не глядя ему в глаза, но явно предвкушая, что будет дальше. Оскар просто смотрел на него, его глаза потемнели, когда он увидел, насколько отчаянно выглядит Ландо. — Просишь, чтобы тебя трахнули? — спросил он, когда Ландо встал. — Какой у меня хороший мальчик... идеально использует свой рот. — Его взгляд медленно скользнул по нему. — Глотаешь мою сперму и просишь меня трахнуть тебя... действительно идеально используешь свой рот. Оскар ещё несколько секунд смотрел на него, затем его ухмылка стала шире. — Ты же говорил, что умеешь готовить, верно? Ландо наконец посмотрел на него, тяжело и неровно дыша, на его лице читалось замешательство. — Что? Оскар поднял бровь. — Давай... на кухню. Ландо не мог поверить своим ушам. Он на секунду опустил взгляд. Блять, он был возбужден. Он оглянулся на Оскара. — Ты что, издеваешься? — пробормотал он себе под нос. Оскар снова натянул штаны, застегнул ремень и застегнул молнию. Ландо смотрел на него с недоверием. — Что ты делаешь? — Кухня, Ландо, — твердо напомнил Оскар. Ландо стиснул зубы. Он был пиздецки возбужден. И Оскар только что кончил и оставляет Ландо вот так, веля ему готовить? — Знаешь что? Пошел ты нахуй, — сказал он с раздраженной улыбкой. — Пошел ты нахуй. Оскар нахмурился. — Следи за языком, — напомнил он ему. Ландо насмешливо рассмеялся. — Пошел ты нахуй, — почти крикнул он, прежде чем направиться на кухню. — Я приготовлю тебе яд сегодня, я тебя нахуй отравлю, — крикнул он по дороге. Он начал доставать из холодильника всякую всячину, раскладывая её по столешнице и постоянно ругаясь. На секунду он остановился. — Подожди-ка. Почему я вообще тебя слушаю? — спросил он себя. Он мог просто пойти в ванную, позаботиться о себе и позволить Оскару умереть от голода. Прежде чем он успел выйти или даже обернуться, рука схватила его за талию сзади и наклонила над столешницей. Он ахнул, пытаясь повернуть голову, чтобы увидеть Оскара, но это было невозможно. Он почувствовал руку на своем белье, медленно стягивающую его вниз. Его пальцы обхватили край столешницы, и он наконец снова замолчал. Неужели Оскар собирается это сделать? Трахнуть его? Белье сползло до самых бёдер. Он почувствовал, как нога Оскара надавила на его, заставляя его раздвинуть ноги без его просьбы. — Не прошло и секунды после того, как я назвал тебя хорошим мальчиком... — пробормотал Оскар, размазывая смазку по металлическому плагу, который держал в руках. — Наверное, тебе просто необходимо быть просто несносным, да? Ландо попытался снова повернуться, но рука и тело Оскара, прижавшиеся к нему, не позволили ему этого сделать. Он ждал звука расстегнутого ремня. Или звука молнии. Но ничего этого не произошло. Вместо этого он почувствовал холод чего-то влажного, прижатого к своей заднице. Он приподнял грудь над столешницей. — Ч-что это? Оскар толкнул его обратно. — Шш... ты можешь это выдержать. И тут Ландо почувствовал это. Эта штука прижалась к нему с ещё большей силой, внезапно раскрывая его. Он почувствовал растяжение. Влажность. Ландо выдохнул дрожащим голосом. — О, блять. Эта штука вошла до самого конца, её конец стал тоньше. Ландо сразу понял, что это. Оскар натянул трусы, приведя себя в порядок, и один раз постучал себя по бедру. — Давай... готовь. И он вышел из кухни. Блять. Ландо проклят.