Четверка (The four)

Оскар полностью проигнорировал оклик Шарля. Он запихнул чемоданы в багажник машины и захлопнул его, после чего медленно оглядел подъездную дорожку. В нескольких метрах от него, за машиной Льюиса, неловко стоял Дэймон, явно стараясь не слишком вмешиваться в происходящее. Взгляд Оскара тут же остановился на нём. — Позвони двум другим идиотам, — холодно сказал он. Дэймон тут же выпрямился. Его глаза слегка расширились от паники. — К-кого ты имеешь в виду? — нервно спросил он. Оскар медленно поднял одну бровь и спокойно откинулся на бок машины. — Ты хочешь сказать, — сказал он, — что не знаешь, кто эти два других идиота в этом доме? Дэймон тяжело сглотнул. Он узнал это выражение лица Оскара. И он знал, что это никогда не предвещает ничего хорошего. Оскар выглядел совершенно серьёзным. Спустя секунду Дэймон быстро кивнул и поспешил к главному входу в дом. Виктор и Джек, вероятно, были где-то внутри. — Что ты собираешься делать? — спросил Шарль, подойдя к Оскару. Теперь его голос звучал подозрительно. Оскар не ответил. Он просто стоял рядом с машиной, скрестив руки, и ждал. Через несколько мгновений Дэймон вышел на улицу. Джек и Виктор последовали за ним. Как только все трое заметили Оскара, стоящего и ожидающего их, они тут же замедлили шаг. Оскар замер, глядя на них. Холодный. Тихий. Ужасающий. Никому из них не нравилась эта тишина. Джек нервно взглянул на Шарля на секунду, прежде чем снова посмотреть на Оскара. Оскар медленно поднялся с машины. Затем он начал идти к ним. Никто из них не двинулся с места. — Вы, — сказал Оскар, глядя прямо на Джека и Дэймона. Его голос был опасно спокойным. — Это вы меня держали, не так ли? Все трое заметно напряглись. Джек слегка приоткрыл рот, но ни слова не выдавил. Взгляд Оскара переместился на Виктора. — А ты, — тихо продолжил он, — нагревал это железо. Лицо Виктора тут же побледнело. Оскар сделал ещё один медленный шаг к ним. Затем ещё один. И вдруг все трое одновременно отступили назад, даже не осознавая этого. Шарль нахмурился. — Оскар, — предупредил он, быстро идя за ним. — Оставь их в покое. Оскар полностью проигнорировал его. В тот момент, когда он увидел, как страх распространяется по их лицам, на его лице внезапно появилась медленная ухмылка. Он выглядел довольным. Как будто это была именно та реакция, которую он хотел. Трое мужчин продолжали отступать, а Оскар медленно и спокойно шёл к ним. — Оскар, хватит, — снова сказал Шарль, пытаясь схватить его за руку. Оскар тут же отдернул руку, даже не взглянув на него. Затем он снова подошел ближе. На этот раз все трое повернулись и попытались убежать быстрее. Оскар тихо рассмеялся. — Вы думали, что не придется за это платить? — холодно спросил он. — Нет, Оскар, послушай... — Мы просто выполняли приказы... — Пожалуйста... Извинения посыпались тут же, все трое в панике перебивали друг друга. — Нам приказали это сделать... — У нас не было выбора... — Это был просто приказ... Оскар продолжал идти к ним, а они отступали всё быстрее и быстрее. Джек выглядел по-настоящему испуганным. Дыхание Дэймона стало прерывистым. Виктор чуть не споткнулся, пытаясь достаточно быстро отступить назад. — Пожалуйста, — снова нервно сказал Дэймон. — Мы просто делали то, что нам приказали. Улыбка Оскара слегка расширилась. — Но вы всё равно это сделали, — тихо ответил он. Все трое пытались увеличить дистанцию ​​между собой и Оскаром. Сначала маленькие шаги. Словно они надеялись, что он не заметит. Но Оскар всё заметил. Он остановился на мгновение и просто молча наблюдал за ними. Его выражение лица оставалось спокойным, что было ещё хуже... намного хуже. Дыхание Джека стало прерывистым под этим взглядом. Виктор нервно оглядывался по сторонам, словно пытаясь придумать выход из сложившейся ситуации. Его взгляд метался между Оскаром, подъездной дорожкой, воротами и Шарлем, словно он искал кого-нибудь, кто мог бы остановить это, прежде чем всё станет ещё хуже. Деймон был на грани паники. Его дыхание уже было прерывистым, а руки нервно подёргивались по бокам каждые несколько секунд. — Оскар, — снова сказал Шарль, в его голосе явно слышалось раздражение. — Прекрати это. Оскар снова проигнорировал его. Его взгляд был прикован к трём мужчинам, стоявшим перед ним. — Если кто-нибудь из вас побежит, — спокойно сказал он, — я выстрелю. Эти слова мгновенно заморозили их. Вся атмосфера изменилась в ту же секунду, как он это произнёс. Никто из них уже не выглядел так, будто знал, как правильно реагировать. Оскар слегка наклонил голову, внимательно наблюдая за их выражениями лиц. — Так что, наверное, вам лучше вернуться сюда, — холодно продолжил он. Никто из них ни на секунду не пошевелился. Страх мгновенно отразился на лицах всех троих. Лицо Джека побледнело ещё больше. — Мы выполняли приказ... — попытался он заговорить. Виктор выглядел совершенно напряжённым. — Оскар... Дэймон выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание. — Мы же сказали, что нам жаль... — пробормотал он. Они тут же снова начали перебивать друг друга, их голоса были хриплыми и паническими, пока они отчаянно пытались успокоить его, прежде чем всё станет ещё хуже. Шарль резко потёр лицо рукой. Его терпение явно иссякало. — Оскар, включи свой ебаный мозг хотя бы на секунду, — рявкнул он. — Им приказали это сделать. Оскар никак не отреагировал. Он даже не посмотрел на него. — Они сами не принимали никаких решений, — продолжил Шарль, пытаясь сохранять спокойствие, несмотря на раздраженный вид. — Ты ведёшь себя как сумасшедший. По-прежнему ничего. Внимание Оскара не отрывалось от трёх испуганных мужчин, стоявших перед ним. Выражение его лица оставалось совершенно спокойным. И каким-то образом именно это спокойствие делало его таким ужасающим. Затем медленно, очень спокойно... Он полез под куртку. В тот же миг, как они поняли, что он делает, все трое заметно запаниковали. Джек тут же отшатнулся назад. Руки Виктора инстинктивно взлетели вверх. Деймон выглядел так, будто на секунду перестал дышать. Оскар плавно и без колебаний вытащил пистолет. Шарль тут же выругался. — Оскар! Но Оскар почти не отреагировал на крик. Он держал пистолет свободно и спокойно у бока, словно тот ничего не весил. Словно держать его было небрежно. Нормально. Как будто направлять оружие на людей было для него обычной частью дня. И, честно говоря, для него это, вероятно, так и было. Страх на их лицах стал еще более очевидным. Прежде чем Оскар успел как следует поднять пистолет, все трое бросились обратно туда, где стояли изначально. Быстро. — Хорошо... хорошо! — Мы здесь... — Не стреляй! Их голоса в панике переплелись. Руки Виктора всё ещё были наполовину подняты в знак капитуляции. Джек выглядел настолько бледным, что его могло стошнить. Деймон быстро кивал снова и снова, словно пытаясь доказать, что будет вести себя прилично, если Оскар просто сохранит спокойствие. Оскар молча смотрел на них в течение долгой секунды. Его взгляд медленно скользил между ними тремя. Наблюдая. Впитывая каждую реакцию. По его лицу расплылась довольная улыбка. Вот оно. Страх. Именно такой реакции он от них и хотел. Именно того, чего он ждал всё это время. Не говоря ни слова, он спокойно опустил пистолет и спрятал его под куртку. Шарль смотрел на него с полным недоверием. К этому моменту он уже выглядел измученным всей этой ситуацией. Словно он искренне не мог поверить, что всё это происходит. Оскар молчал несколько секунд после того, как убрал пистолет. Никто больше не произнес ни слова. Тишина, повисшая над подъездной дорожкой, теперь казалась тяжёлой. Медленно Оскар начал обходить их. Спокойные шаги. Медленные шаги. Неторопливые. Такие, которые каким-то образом усиливали страх, потому что никто из них не мог предсказать, что он собирается сделать дальше. Джек слегка поворачивал голову каждый раз, когда Оскар проходил мимо него. Словно он боялся, что Оскар вдруг схватит его сзади без предупреждения. Дэймон выглядел настолько напряженным, что мог бы упасть прямо на месте. Дыхание Виктора стало заметно прерывистым. Оскар обошел их один раз, небрежно потирая большим пальцем нижнюю губу, погруженный в размышления. — Знаете, что самое смешное? — тихо спросил он. Никто из них не ответил. Честно говоря, никто из них не выглядел способным ответить. Оскар слабо улыбнулся про себя. — Все это время, — продолжил он, — вы, наверное, думали, что после этого с вами ничего не случится. — Его взгляд медленно переходил от одного к другому. — Что вы просто извинитесь и забудете об этом. Шарль тяжело вздохнул неподалеку от разочарования. — Оскар, — снова предупредил он, — хватит. Оскар снова проигнорировал его. Затем, наконец, он остановился. Прямо перед Виктором. Виктор тут же замер. Его плечи заметно напряглись в тот же миг, как Оскар остановился перед ним. Оскар на мгновение опустил взгляд на свои руки. Затем медленно снова поднял взгляд на лицо. — Какой рукой, — спокойно спросил он, — ты передал Дженсону металл? Виктор не ответил. Он выглядел слишком потрясенным и испуганным, чтобы даже толком осмыслить вопрос. Его рот слегка приоткрылся, а затем снова закрылся. Оскар слегка наклонил голову. — Я задал тебе вопрос. Виктор тяжело сглотнул, но все равно ничего не сказал. Шарль тут же снова подошел ближе. — Оскар, не делай этого, — резко сказал он. — Оставь их в покое. Прежде чем Оскар успел ответить, входная дверь внезапно снова открылась. Льюис вышел наружу. Он молча оглядел всех вокруг. Его взгляд переместился с Оскара. На Виктора. На остальных, стоявших там в ужасе. И он сразу понял ситуацию. Затем его взгляд остановился на Оскаре. В отличие от Шарля, он не пытался его остановить. Он и так знал, что в этом нет смысла. Сейчас Оскару нужно было куда-то выплеснуть всю свою злость. И, честно говоря, Льюису это нравилось больше, чем если бы Оскар снова направил оружие на членов семьи. Шарль грубо схватил Оскара за руку в раздражении. — Ты можешь перестать вести себя как сумасшедший хотя бы на пять блядских минут? Льюис тут же подошёл и оттащил Шарля за плечо. — Оставь его, — спокойно сказал он. Шарль посмотрел на него так, будто тот совсем сошёл с ума. — Что значит оставить его? Льюис отпустил его плечо с усталым выражением лица. — Попробуй, если хочешь, — ответил он. — Но ты же его знаешь. — Он коротко взглянул на Оскара. — Ничто из того, что ты сделаешь, сейчас его не остановит. Шарль снова открыл рот, чтобы возразить... Но остановился. Потому что, как ни странно, Льюис был прав. Оскар больше никого не слушал. Ни Шарля. Ни Льюиса. Никого. Через несколько секунд Шарль наконец отступил назад, и на его лице читалось явное раздражение. Оскар всё ещё смотрел прямо на Виктора. Виктор так и не ответил на вопрос. Поэтому Оскар медленно кивнул. — Хорошо, — тихо сказал он. — Тогда, поскольку я не знаю, какая это была рука... я просто предположу, что обе. Лицо Виктора мгновенно побледнело. Страх в его глазах появился так быстро, что это было почти насильственно. — Нет... подожди... Он быстро поднял левую руку вперёд, пальцы заметно дрожали. — Вот эта, — нервно сказал он. — Это была вот эта рука. Оскар молча смотрел на руку. Под этим взглядом дыхание Виктора участилось. Его плечи заметно напряглись. Тишина затянулась настолько, что паника усилилась. Затем внезапно, без предупреждения, Оскар схватил его за запястье. Сильно. Виктор едва успел среагировать, как Оскар резко вывернул ему руку. Движение произошло так быстро, что поначалу оно почти неуловимым. Сразу же раздался ужасный звук. Виктор закричал. Его колени чуть не подкосились, когда Оскар ещё сильнее вывернул запястье, убедившись, что сустав вывихнулся. Только тогда Оскар наконец отпустил его. Виктор пошатнулся назад, как только Оскар отпустил его. Прерывистый крик вырвался из его горла, прежде чем он успел его остановить. Другой рукой он тут же схватился за повреждённое запястье, крепко прижав его к груди, словно это могло хоть как-то уменьшить боль. Но это не помогло. Ничто не помогло. Боль настигла его так внезапно и сильно, что на несколько секунд Виктор действительно не мог нормально дышать. Его колени снова чуть не подкосились. Он слегка наклонился вперёд, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, когда паника и боль одновременно пронзили всё его тело. — Блять... блять... — Его голос прозвучал неровно и дрожа. Положение его запястья сразу оказалось неправильным. Совершенно неправильным. Сустав сместился настолько сильно, что даже Дэймон вздрогнул, как только это увидел. Лицо Виктора побледнело за считанные секунды. Холодный пот выступил на его лбу, дыхание стало учащенным и прерывистым. Каждое малейшее движение вызывало новую волну резкой боли, пронзающей руку. — Оскар! — Шарль в шоке шагнул вперед. Даже он не ожидал, что Оскар зайдет так далеко. Не то чтобы Оскар обычно не делал ничего подобного. Он был известен именно таким человеком. Жестокий. Непредсказуемый. Но никогда со своими же людьми. Никогда так. Виктор инстинктивно отступил ещё на шаг, как только Оскар хоть немного пошевелился. На его лице теперь мелькнул чистый страх. Его взгляд был прикован к Оскару, словно он боялся, что даже малейшее движение может снова ухудшить ситуацию. И, честно говоря, так оно и было. Пальцы Виктора сильно дрожали на повреждённом запястье, а слёзы боли жгли глаза, несмотря на все его попытки сдержаться перед всеми. — Ты вывихнул... — пробормотал Дэймон в шоке. Виктор резко вдохнул сквозь зубы, когда его накрыла очередная волна боли. Вся рука горела, онемела и ужасно болела одновременно. Он даже толком не мог двигать ею. Льюис молча наблюдал за происходящим. Выражение его лица оставалось нечитаемым, хотя на мгновение челюсть слегка напряглась. Шарль выглядел теперь разъяренным. — Что, блять, с тобой не так? — рявкнул он на Оскара. Но Оскар снова выглядел совершенно спокойным. Почти расслабленным. Словно боль, причиненная Виктору, успокоила его, а не разозлила еще больше. Оскар еще секунду смотрел на Виктора, пока тот стоял, дрожа и крепко сжимая поврежденное запястье у груди. Дыхание Виктора все еще было неровным. Вся его рука заметно дрожала от боли. Затем Оскар наконец отвел взгляд. В сторону Дэймона. — Следующий. — Он произнес это спокойно. Одно это слово заставило Дэймона замереть на месте. Его лицо уже побледнело после того, что случилось с Виктором, но теперь остатки цвета полностью исчезли. Его глаза тут же расширились. — Оскар... — быстро начал Дэймон, инстинктивно отступая на шаг назад. — Слушай, я... Оскар начал идти к нему. Медленно. Спокойно. И это было хуже, чем если бы он бросился на него в гневе. Дэймон инстинктивно отступал назад, а его голос с каждой секундой становился всё быстрее и более паническим. — Прости, ладно? Клянусь, я не хотел этого делать... Оскар не ответил. На его лице не появилось ни малейшего выражения. — Я просто делал то, что мне сказали... — сказал Дэймон. Всё равно ничего. Шарль тут же снова двинулся. — Оскар, хватит, — резко огрызнулся он. — Ты уже всё сказал. Льюис схватил Шарля за плечо, прежде чем тот успел подойти слишком близко. Шарль выглядел теперь разъяренным. По-настоящему злым. — Ты серьёзно собираешься просто стоять и смотреть на это? — сердито спросил он. — Где Дженсон? Взгляд Льюиса задержался на Оскаре ещё на секунду. — Ты же знаешь, что он не остановится, потому что мы ему скажем. Дыхание Дэймона стало откровенно паническим. Учащенным и неровным. Его грудь слишком быстро поднималась и опускалась, пока он отступал от Оскара. — Оскар, пожалуйста... Удар последовал внезапно. Достаточно сильный, чтобы полностью прервать его слова. Кулак Оскара ударил прямо в живот Дэймона с такой силой, что мгновенно выбил из него весь воздух. Из горла Дэймона вырвался ужасный удушающий звук. Всё его тело мгновенно согнулось вперёд, и обе руки инстинктивно схватили его за живот. Прежде чем он успел прийти в себя, Оскар ударил его снова. И снова. Каждый удар жестоко приходил в живот и рёбра, а Дэймон беспомощно отступал назад под тяжестью каждого движения. В какой-то момент звуки, вырывавшиеся из него, перестали быть похожими на настоящие слова. Только вздохи. Боль. Резкое удушающее дыхание. — Оскар! — снова крикнул Шарль. — Ты меня удерживал, — сказал Оскар почти непринуждённо между ударами. Ещё один удар пришёлся Дэймону по рёбрам с такой силой, что он вскрикнул. — Чтобы я слышал, как он мог кричать передо мной. — Ещё один удар. — Чтобы я мог слышать, как он плачет, пока вы все просто стоите там. Ещё один удар был настолько сильным, что Дэймон чуть не потерял равновесие. Дэймон наконец рухнул на землю. Он слегка свернулся калачиком, отчаянно пытаясь дышать сквозь боль, пронзающую его живот и рёбра. Оскар спокойно посмотрел на него сверху вниз. Затем он улыбнулся. Не обычной улыбкой. Довольной. Удовлетворённой. — Прости, — быстро выдохнул Дэймон, в панике глядя на него. — Прости, хорошо? Пожалуйста... Оскар на мгновение слегка присел перед ним. — Знаешь, что я всё время слышу? — тихо спросил он. Дэймон тут же отчаянно покачал головой. Оскар слегка наклонил голову, наблюдая за ним. — Его плач. Затем он внезапно выпрямился и резко наступил ногой на руку Дэймона. Дэймон мгновенно закричал. Громкий, хриплый звук вырвался из его горла, когда боль пронзила пальцы. — Мне нужно услышать ваши крики, чтобы забыть, — просто сказал Оскар. Затем он сильнее надавил ботинком. — Ты же использовал эти руки, не так ли? — тихо спросил он. Дэймон теперь сильно дрожал. Всё его тело инстинктивно скручивалось от боли. — Оскар... пожалуйста... пожалуйста... Оскар слегка переставил ногу. Затем сильнее надавил. Резкий треск разнёсся по подъездной дорожке. Дэймон снова закричал. Виктор резко вздрогнул неподалеку, несмотря на то, что едва держался на ногах из-за вывихнутого запястья. Дэймон инстинктивно попытался отдернуть руку, но Оскар крепко прижал ботинок к его пальцам, полностью остановив его. Ещё один треск. Потом ещё один. Всё тело Дэймона мучительно скрутилось на земле. Слёзы тут же потекли по его лицу, пока он снова и снова извинялся, задыхаясь от нехватки воздуха. — Прости... блять... прости... — Его пальцы уже выглядели ужасно неправильно. Неестественно согнутые под ботинком Оскара. Шарль громко выругался и тут же попытался снова двинуться вперёд. — Довольно! Льюис снова остановил его, прежде чем тот успел дотянуться до Оскара. — Шарль. — Что, нахуй, ты имеешь в виду, «Шарль»?! — яростно огрызнулся он. — Посмотри на него! Но даже лицо Льюиса теперь окаменело, когда он смотрел, как Дэймон кричит на земле. Его челюсть оставалась сжатой, пока Дэймон беспомощно сжимал свою раздавленную руку. Оскар наконец поднял ногу после последнего резкого удара. Дэймон тут же ещё крепче сжал повреждённую руку, вскрикнув от боли и пытаясь сдержать рвоту от сильного шока. Его дыхание полностью сбилось с ритма. Каждый вдох звучал прерывисто. Пальцы дрожали, прижимаясь к груди, а слёзы неудержимо текли по лицу. Виктор стоял рядом, выглядя испуганным, несмотря на своё состояние. Повреждённое запястье всё ещё висело под неправильным углом, а по щеке от боли стекал густой пот. Ни один из них, казалось, уже не мог осознать происходящее. Оскар медленно отвернул голову от дрожащей фигуры Дэймона на земле. Затем его взгляд упал на Джека. Джек тут же напрягся. Страх на его лице стал почти невыносимым. Виктор едва держался на ногах из-за сломанного запястья. Дэймон лежал, свернувшись калачиком на земле, плакал и крепко прижимал сломанные пальцы к груди. И вот теперь Оскар смотрел на него. — Нет... нет, Оскар, послушай... — тут же начал Джек. Оскар медленно пошёл к нему. Снова совершенно спокойный. Джек инстинктивно отступал, говоря всё быстрее и быстрее. — Прости, хорошо? Клянусь, я извиняюсь. Оскар слабо улыбнулся. Тихий смех вырвался из него. — Знаешь, — небрежно сказал он, продолжая идти к нему, — мне очень нравится, как вы все сегодня вдруг научились хорошим манерам. Джек быстро покачал головой. — Оскар, пожалуйста, прости... Ещё один смех прервал его. — Но ты же не извинялся, когда он плакал. Дыхание Джека стало заметно неровным. — Я не хотел причинить ему боль... Оскар слегка наклонил голову. — Но ты всё равно причинил. Джек инстинктивно отступал назад. Оскар следовал за ним точно так же медленно. Неторопливо. Словно у него было всё время на свете. В этот момент Шарль выглядел совершенно измученным. Он с недоверием смотрел на лицо Оскара секунду. Оскар выглядел слишком довольным всей этой ситуацией. Слишком спокойным. Слишком довольным. — Оскар, перестань так улыбаться, — сердито рявкнул Шарль. — Ты ведёшь себя как сумасшедший. Оскар тут же проигнорировал его. Его взгляд ни на секунду не отрывался от Джека. — Знаешь, что самое лучшее? — тихо продолжил Оскар. Джек сглотнул так сильно, что, вероятно, все вокруг могли это услышать. — Я же говорил тебе не бежать, — сказал Оскар. Взгляд Джека на мгновение скользнул к воротам. Всего на секунду. Но Оскар это заметил. И в ту же секунду его ухмылка стала шире. Потому что он этого ждал. Ждал, когда тот запаникует. Ждал, когда тот побежит. Он хотел найти повод, чтобы застрелить его. — Но ты всё равно побежишь... не так ли? — спросил он с жалкой улыбкой. Джек тяжело дышал. Его глаза отчаянно метались по двору. К воротам. К охранникам. К Шарлю. Куда угодно, только не к Оскару. И тут паника полностью отразилась на его лице. — Нет... я не... Затем он внезапно повернулся и побежал. Быстро. Чистый инстинкт взял верх. Шарль тут же громко выругался. — Джек! Но Оскар никак не отреагировал. На самом деле, он рассмеялся. Короткий, резкий звук вырвался из его уст, когда он спокойно полез под куртку. Выражение лица Льюиса мгновенно изменилось. — Оскар. Но было уже слишком поздно. Оскар плавно вытащил пистолет. Без спешки. Простым спокойным движением. Затем он поднял его. Выстрел раздался с оглушительной силой во дворе. Несколько охранников неподалеку заметно вздрогнули от звука. Джек мгновенно закричал. Его тело резко дернулось, прежде чем он с силой упал на землю в нескольких метрах от него, схватившись за предплечье. Кровь тут же растеклась по ткани рукава. — Блять... Блять... — Его крики эхом разносились по двору, пока он корчился на земле от шока и боли. Шарль смотрел на Оскара с полным недоверием. — Что с тобой не так?! Оскар медленно опустил пистолет. Все еще слегка улыбаясь, как будто все прошло именно так, как он хотел. Затем он снова направился к Джеку, в то время как тот отчаянно пытался удержать свою кровоточащую рану дрожащими руками. — Я же говорил тебе, — небрежно сказал Оскар, — если ты побежишь, я выстрелю. — Джек в панике посмотрел на него. Его дыхание стало прерывистым и неровным. Улыбка Оскара стала чуть шире. — Но честно? — Он наклонил голову. — Спасибо. — Ещё один тихий смех вырвался у него. — Ты сделал всё ещё веселее. Оскар вернулся в дом, как ни в чём не бывало. Как будто снаружи не было крови. Как будто кого-то не застрелили всего несколько минут назад. Как будто Дэймон всё ещё не плакал на земле, пока охранники пытались помочь ему сесть. Он игнорировал всё это. Игнорировал хаос. Игнорировал страх, который он оставил во дворе. Игнорировал то, как Шарль смотрел на него с открытым гневом и недоверием. В тот момент, когда Оскар снова вошёл в гостиную, его тут же окутал сильный запах сигаретного дыма. Дженсон всё ещё сидел там же, где и раньше. Всё ещё курил. Всё ещё смотрел на то же самое случайное место на стене. Явно осознавая всё, что произошло снаружи. Один только выстрел был достаточным доказательством этого. Но он не двинулся с места, чтобы остановить Оскара. Даже не пытался. Потому что в этот момент Дженсон понял, что ничто больше не способно его остановить. И что ж... Дженсона больше ранил уход Оскара, чем само насилие. Оскар. Мальчик, которого он нашёл много лет назад в одиночестве на улице. Мальчик, которого он считал своим сыном. Уходил от него. И ничто из сказанного Дженсоном не изменило этого. Даже история о Марке. Даже правда о его прошлом. Ничего. Дженсон ещё несколько секунд молча сидел, сигарета медленно тлела между пальцами, а в груди тяжело сжималось чувство разочарования. Затем с лестницы послышались шаги. Медленные. Осторожный. Потому что Оскар кого-то нёс. Ландо. Дженсон понял это, даже не поднимая глаз. — Оскар, — тихо позвал Дженсон. Он всё ещё не поднимал глаз, говоря это. Но он знал, что Оскар остановился. — Несколько дней, — твёрдо сказал Дженсон после паузы. — Потом ты вернёшься. Потому что для него это должно было закончиться именно так. Оскар мог уйти в гневе. Мог исчезнуть на время. Мог даже ненавидеть их какое-то время. Но в конце концов он вернётся. Потому что Дженсон не позволит своей семье окончательно распасться. Оскар был его сыном. Льюис был его сыном. Шарль был его сыном. И этот дом. Этот дом был их. Хотя у каждого из них были другие дома и квартиры, они никогда там не оставались. Это было почти негласное правило между ними. Они жили вместе. Всегда. Оскар не ответил ему. Ни слова. Он лишь слегка поправил Ландо на руках и продолжил идти. Одна рука оставалась под коленями Ландо. Другая осторожно поддерживала его спину. Ландо оставался полностью спящим, прижавшись к его груди. Обезболивающие настолько сильно его вырубили, что он даже не проснулся во время выстрела снаружи. Его лицо было наполовину уткнуто в плечо Оскара, а раненая рука осторожно покоилась на его груди. Оскар снова вышел на улицу, не оглядываясь. Холодный ночной воздух тут же коснулся их. Ландо слегка пошевелился от изменения температуры, но все еще не проснулся полностью. Шарль все еще стоял возле подъездной дорожки. Льюис откинулся на спинку одной из машин неподалеку, в уголке рта все еще виднелась засохшая кровь от удара Оскара. Неподалеку от них Дэймон, Виктор и Джек все еще лежали на земле, пока несколько охранников пытались им помочь. Виктор выглядел бледным и дрожащим, все еще сжимая поврежденное запястье у груди. Дэймон едва мог пошевелить одной рукой, не испытывая боли, искажающей его лицо. А рукав Джека был пропитан кровью, и кто-то крепко прижимал ткань к пулевому ранению в его руке. Оскар мельком взглянул на них. Они выживут. К сожалению. Затем он направился к машине. Один из охранников тут же выпрямился, как только Оскар подошел. — Откройте дверь, — спокойно приказал Оскар. Охранник мгновенно бросился вперед. Испуганный. Испуганный тем, что станет следующей жертвой Оскара. Он быстро открыл дверь пассажирского сиденья и отступил назад, не говоря ни слова. Оскар осторожно усадил Ландо на пассажирское сиденье. Каждое его движение автоматически становилось мягче, когда он был рядом с ним. Он медленно посадил Ландо, чтобы не давить на перевязанное предплечье. Ландо слабо пошевелился, когда Оскар отодвинул сиденье назад, чтобы ему было удобнее лечь. Его глаза слегка приоткрылись. Усталость. Тяжесть от лекарств. — Оскар... — слабо пробормотал он, едва осознавая, где они находятся. Оскар тут же наклонился ближе. — Шшш, — твердо, но тихо сказал он. — Спи, малыш. Затем он снял свое пальто и осторожно накрыл им тело Ландо, чтобы согреть его от холодного воздуха снаружи. Ландо почти сразу расслабился, услышав его голос. Его глаза снова медленно закрылись. Он даже не задумывался о том, что происходит вокруг. Лекарства и усталость мгновенно погрузили его обратно в сон. Льюис и Шарль молча наблюдали за происходящим неподалеку. Никто из них уже не знал, что и думать. Всего несколько минут назад они видели, как Оскар без колебаний застрелил Джека. Видели, как он вывихнул запястье Виктору. Видели, как он сломал пальцы Дэймона ботинком, улыбаясь. А теперь... Тот же самый мужчина осторожно укрывал спящего мальчика пальто, чтобы тот не замерз. Регулировал сиденье. Осторожно поддерживал его раненую руку, чтобы не причинить ему еще большей боли. Лицо Оскара все еще выглядело холодным. В его глазах все еще не было никакой мягкости. Под этим спокойствием все еще скрывалась ярость. Но его действия по отношению к Ландо были совершенно иными, чем действия человека, которого они только что видели снаружи. На это было странно смотреть. Оскар тихо закрыл пассажирскую дверь, убедившись, что Ландо достаточно удобно устроился. Затем он обошел машину и сам сел за руль. Он не смотрел на Шарля. Не смотрел на Льюиса. Не смотрел обратно на дом. Он просто завел двигатель. И через несколько секунд он уехал в ночь.

***

Ландо медленно проснулся. Сначала он не понимал, где находится. Потолок над ним был незнакомым. Плоский. Серый. Слишком чистый. Свет в комнате был мягким, проникающим сквозь плотные шторы, закрывающие балконную дверь. Всё казалось приглушенным. Он несколько раз моргнул, пытаясь сфокусироваться. Сама комната была почти пустой, и это казалось намеренным. Серые стены. Большая кровать с черными простынями. Кольцо, прикрепленное к потолку, которое не имело смысла. Встроенный в стену шкаф во всю длину. Зеркало. Небольшая тумбочка. Ничего личного. Ничего теплого. Всё слишком холодно. Затем вернулись воспоминания. Все до единого. Его дыхание мгновенно изменилось. Боль. Веревки, удерживающие его. Металл. Крики. Доктор. Голос Оскара. Руки Оскара. Его взгляд мгновенно упал на собственную руку. Перевязанную. Аккуратно обмотанную. Он смотрел на неё несколько секунд, словно она ему не принадлежала. Затем медленно поднялся. Тело было тяжёлым, всё ещё слегка онемевшим от обезболивающих, словно движения происходили на секунду позже, чем нужно. Он осторожно свесил ноги с края кровати и встал. В комнате было слишком тихо. Слишком незнакомо. Он босиком подошёл к двери, одетый только в большую белую футболку, которая сползала ниже бёдер, и белье под ней. Он мгновенно понял, что это футболка Оскара. Эта мысль заставила его на секунду остановиться. Оскар переодел его. Почему-то эта деталь вызвала у него странное смущение, хотя для этого не было никакой реальной причины. Он слегка крепче сжал край футболки и продолжил идти. Он вышел в коридор, а затем в гостиную. Утренний свет. Мягкий и бледный, проникающий сквозь большие окна. В доме было тихо. Ландо медленно огляделся, пытаясь понять, где он находится. Дом был современным и дорогим, но обжитым в холодной атмосфере. Здесь тоже не было ничего личного, как и в комнате. И тут он увидел его. Оскар сидел на диване в гостиной. Слегка наклонившись вперед, он был сосредоточен на своем телефоне. Он еще не заметил Ландо. Ландо на мгновение замер, просто наблюдая за ним. Это зрелище не соответствовало воспоминанию, все еще застрявшему в его голове. Подвал. Шум. Паника. Голос Оскара прорезал все вокруг, словно он принадлежал ненормальному человеку. И вот теперь... тихий утренний свет, диван, телефон и Оскар, сидящий так, будто ничего не произошло. Словно он не был в центре событий. У Ландо слегка перехватило дыхание. Он снова посмотрел на свою перевязанную руку, медленно разминая пальцы, словно проверяя, реально ли это. Было больно. По крайней мере, эта часть была реальной. Он вспомнил. Как Оскар пытался его спасти. Как он вернулся за ним. Как он оставался с ним всю ночь, когда был доктор. Он всё ещё чувствовал прикосновение губ Оскара к своему лбу, короткое, но уверенное, словно якорь, брошенный в хаос. И слова, сказанные прямо перед тем, как он заснул: «Я никогда не оставлю свою куколку». Ландо слегка пошевелился, снова посмотрел на себя, затем оглядел комнату, словно всё ещё не был до конца уверен, что должен быть здесь. Прежде чем он успел что-либо сказать, Оскар заговорил. Не поднимая глаз от телефона. — Наконец-то, — сказал он безэмоционально. — Спящая красавица. Только тогда он слегка поднял взгляд. Ему никогда не было дела до того, чтобы разбудить Ландо. Ландо был его. Он проснётся, когда проснётся он. Вот и всё. Ему нравилось, когда Ландо был рядом, всегда рядом. Оскар не был нежен. Он редко был нежен. Но вчера всё было иначе. Ландо был под сильным воздействием лекарств, истощён и ранен. Поэтому Оскар был... немного терпеливее, чем обычно. Он позволил ему проснуться самому. Ландо постоял секунду, просто глядя на него. Не так, как раньше. Не так осторожно. Не так тщательно обдумывая каждое слово. Оскар заметил это почти сразу. Этот сдвиг. Отсутствие привычной сдержанности. Его взгляд скользнул по Ландо, затем на мгновение вернулся к телефону, заказывая продукты для совершенно пустого дома. Ландо выдохнул через нос, снова оглядел комнату и пробормотал: — Блять... Глаза Оскара слегка поднялись. Ландо закатил глаза. — Это место похоже на похоронное бюро, — сказал он равнодушно. — Что это, черт возьми, такое? Оскар не ответил сразу. Он просто смотрел на него. Словно что-то пересчитывая. Ландо провел рукой по волосам, все еще растрепанным после сна, затем посмотрел на него прямо: — Никакого цвета или чего-то приятного? Просто... серая депрессия? Оскар наконец слегка откинулся назад. — Я привёз тебя в качестве цвета для дома, — просто сказал он. — Ты будешь жёлтой куколкой на моей кровати. Теперь уже не так грустно. Ландо на мгновение замолчал. Он сглотнул, а затем быстро отвёл взгляд. — Нет, серьёзно, — сказал он, теперь уже понизив голос. — Что это место? Взгляд Оскара вернулся к телефону. — Дом. Ландо коротко рассмеялся. — Да уж, конечно. Глаза Оскара слегка сузились. Этот тон был другим. Менее осторожным. Менее контролируемым. Ландо сделал несколько шагов ближе, босиком на полу, его слишком большая футболка слегка свисала. Он снова взглянул на свою перевязанную руку. Затем снова на Оскара. — Итак, — сказал он, теперь уже спокойнее, но более подавленно, — ты собираешься рассказать мне, что именно произошло, или мы сразу перейдём к тому моменту, когда я буду притворяться, что не помню криков? Оскар смотрел на него. Дольше обычного, оценивая его взглядом. Затем он встал. Медленно. Ландо не отступил. Он просто смотрел на него. Оскар подошёл ближе. Достаточно близко, чтобы расстояние между ними перестало ощущаться как расстояние. Затем, без предупреждения, он притянул его ближе. Сильно. Одной рукой он обхватил Ландо за талию, другой — за шею, слегка запрокинув голову назад, чтобы их взгляды встретились. Не настолько больно, чтобы причинить боль. Но достаточно больно, чтобы показать, насколько сильно он контролировал этого мальчика. Мальчика, который решил полностью снять свою маску. Ландо коротко вздохнул, удивлённый, но не сопротивлялся. Большой палец Оскара легко коснулся его шеи, на секунду остановившись на пульсе. Твердо. Как всегда, собственнически. Он изучал его взглядом. Затем, внезапно, он опустил рот и укусил Ландо за шею. Не отпуская его, он продолжал впиваться зубами в кожу Ландо. Ландо на мгновение непроизвольно зашевелился от этого резкого движения. — Что это? ...твой способ сказать «доброе утро»? — спросил он с коротким смехом. Оскар не сразу ответил. Он задержался еще на мгновение, затем слегка отстранился, все еще держа его. Его взгляд скользил по лицу Ландо, словно он искал что-то, что изменилось за ночь. — Ты изменился, — наконец сказал Оскар. Ландо медленно поднял бровь. — Да? — устало спросил он. — Может быть, потому что я больше не без сознания. Оскар не улыбнулся в ответ. Это было совсем не то, чего он ожидал. Честно говоря, Оскар ожидал от него хотя бы немного мягкости после прошлой ночи. Возможно, более спокойного поведения. Возможно, тех же осторожных реакций, которые Ландо всегда демонстрировал. Вместо этого Ландо выглядел раздраженным, упрямым и разговорчивым. Ландо тихо вздохнул через секунду и поерзал в объятиях Оскара, пытаясь немного вырваться. — Мне нужно в туалет, — сказал он безэмоционально. Оскар тут же крепче сжал его. Одна рука оставалась крепко обхватывающей талию Ландо, а другая — обхватывающей его шею, пальцы надавливали ровно настолько, чтобы удерживать его на месте. Ландо снова закатил глаза. — Отъебись, — сказал он резко. Даже не всерьез. Слова вырвались непринужденно и естественно, словно он больше не думал, прежде чем говорить. Словно он полностью перестал сдерживаться в общении с Оскаром. Выражение лица Оскара мгновенно изменилось. Ещё не совсем разозлился. Но стало резче. Опаснее. Он секунду молча смотрел на него, слегка нахмурив брови, прежде чем заговорить. — Прошу прощения? Ландо моргнул, заметив такую ​​реакцию. — Что? Оскар продолжал смотреть на него. Затем он заговорил медленнее. — Не ругайся. Это заставило Ландо внезапно рассмеяться. Короткий, недоверчивый смех. — О боже, — пробормотал он, драматично закатывая глаза. — Ты же всерьез не ожидаешь, что я буду говорить как мальчик с мороженым? Взгляд Оскара слегка сузился. Он всё ещё не отпускал его. — Тем не менее, — тихо сказал Оскар, на этот раз более твердым голосом, — не будь слишком храбрым. Ландо тут же поднял на него взгляд. Его губы слегка приоткрылись. — Да? — Он тихо спросил, немного задыхаясь. Звук был вызывающим. Словно проверяя, насколько далеко он может зайти. Оскар тут же наклонился ближе. Их лица снова оказались слишком близко. — Неважно, что ты больше не тот мальчик, который продает мороженое, — тихо сказал Оскар. Затем еще тише. Почти шепотом: — Я все еще я. — Он на секунду замер, глядя прямо в глаза Ландо. — И ты будешь вести себя как хороший мальчик. После этого в комнате воцарилась тишина. Ландо не отводил взгляда. Упрямство в его выражении лица теперь было очевидным. Его губы оставались приоткрытыми, а рука Оскара крепко сжимала его шею, удерживая его голову в том положении, в котором хотел Оскар. Ландо медленно выдохнул. — А если я не буду? Оскар коротко и весело рассмеялся. На самом деле, весело. Вот таким Ландо был на самом деле, несмотря ни на что. Упрямый. Болтливый. Постоянно пререкается. Смотрит на Оскара так, словно каждое его слово — вызов. — Тебя нужно поставить на место, да? — спросил Оскар с ухмылкой. Затем он наклонился ближе к уху Ландо. — Готов поспорить, твоя задница до сих пор красная, — спокойно пробормотал он. — Ты действительно хочешь испытать мое терпение, куколка? Ландо тут же замер на секунду, а затем тихо рассмеялся. — Но мне больно, — сказал он чрезмерно драматичным, насмешливым голосом. — Как ты мог? Затем он шутливо выпятил нижнюю губу, прежде чем рассмеяться над собой. Оскар продолжал держать его там. Близко. Слишком близко. Его большой палец лежал на линии челюсти Ландо, а хватка на шее оставалась крепкой, следя за тем, чтобы голова Ландо была слегка приподнята. Словно Оскар располагал его именно там, где хотел. Внимательно изучал его. Впервые как следует посмотрел на него. Сверху Оскар наблюдал за ним с явным удовольствием. На его лице оставалась ухмылка. — Так вот он, настоящий ты... — тихо сказал он. Его взгляд медленно скользнул по лицу Ландо. — Без маски, да? Ландо тут же поднял бровь. Затем цокнул языком. — Что? — пробормотал он. — Ты предпочитал версию, которая не пререкалась? Конечно, Оскар предпочитал именно эту версию. Настоящую. Версию, которая перестала притворяться. Оскар слегка наклонил голову, глядя на него. — Я предпочитал версию, которая вела себя хорошо, — просто сказал он. Затем, после короткой паузы, его большой палец легко коснулся подбородка Ландо. — Но это... — добавил он, внимательно наблюдая за ним, — ....интересно. Ландо продолжал смотреть на него с явной игривостью в глазах. — Интересно, правда? — спросил он. Оскар медленно кивнул. Оба теперь ухмылялись. — Да, — пробормотал Оскар. — Не волнуйся, малыш. Эта версия тоже научится вести себя хорошо. — Его рука на талии медленно опустилась ниже, пока он не схватил Ландо за голое бедро под слишком большой футболкой. — Ты будешь для меня хорошим, несмотря ни на что, — твердо сказал он. Его голос оставался спокойным и сдержанным. — Останешься там, где я хочу. — Его пальцы слегка сжали бедро Ландо. — Всегда к моим услугам. Затем он снова посмотрел Ландо прямо в глаза. — Будешь идеально украшать мою кровать. Ландо тяжело вздохнул, приоткрыв губы. Он медленно моргнул, глядя на Оскара. На секунду показалось, что он действительно не знает, что сказать. Затем его руки медленно поднялись и обхватили предплечье Оскара. Не для того, чтобы отцепить его от горла. Не для того, чтобы сопротивляться. Просто так. Как будто он просто не знал, что ещё делать со своими руками, пока Оскар смотрел на него таким образом. — А если я не буду? — снова задал Ландо свой предыдущий вопрос. Но затем, прежде чем Оскар успел ответить, он рассмеялся над собственным вопросом. — Ой, подожди... дай угадаю... ты направишь на меня пистолет? Оскар наклонился вперёд, зажимая нижнюю губу Ландо между своими губами и оттягивая его голову назад, пока мягкая плоть не растянулась между ними. Через секунду он отпустил её. — Я никогда не направлю на тебя пистолет, малыш... я сделаю это только ради тебя. И затем он снова втянул нижнюю губу Ландо в свой рот.