Глава 26 — После совета
21 мая 2026 г., 16:31
Когда двери султанских покоев распахнулись, Изуку понял всё раньше, чем Кацуки успел сказать хоть слово.
Совет прошел плохо.
Очень плохо.
Это чувствовалось во всем:
в тяжелом запахе альфы,
в резких движениях,
в том, как напряжены были плечи Кацуки, когда он вошел внутрь.
Следом за ним появился Киришима, выглядевший одновременно усталым и так, будто едва сдерживал желание засмеяться.
— Я всё ещё считаю, что угрожать паше выбросить его из окна было лишним, — сообщил он, закрывая двери.
— А я всё ещё считаю, что недостаточно угрожал.
— Кацуки.
— Что?
— Это был министр финансов.
— Теперь будет министр полетов.
Изуку не выдержал и тихо фыркнул.
Кацуки тут же посмотрел на него.
И напряжение в его лице почти сразу стало слабее.
Только совсем немного.
Но Изуку уже научился замечать даже такие мелочи.
— Как всё прошло?.. — осторожно спросил он.
Киришима и Кацуки переглянулись.
Плохой знак.
Очень плохой.
Киришима первым тяжело вздохнул и рухнул в кресло.
— Если кратко — совет считает, что Кацуки сходит с ума.
— Я не схожу с ума.
— Ты притащил на стол переговоров кинжал.
— Для атмосферы.
— Ты воткнул его в карту империи.
— Потому что они меня раздражали.
Изуку мучительно закрыл лицо руками.
Боги.
Киришима тихо рассмеялся.
— Видишь? Именно поэтому тебя не пустили.
Кацуки подошел ближе и почти сразу положил руку Изуку на шею, большим пальцем легко касаясь метки.
Инстинктивно.
Будто ему нужно было убедиться, что Изуку действительно здесь.
Омежье тело мгновенно расслабилось от запаха альфы.
Кацуки заметил это сразу.
И его взгляд стал чуть темнее.
— О чем именно был спор? — тихо спросил Изуку, стараясь не обращать внимания на собственное слишком быстрое сердцебиение.
На этот раз ответил сам Кацуки.
Холодно.
Раздраженно.
— Они хотят, чтобы я взял еще омег.
Воздух будто стал тяжелее.
Изуку почувствовал, как внутри всё неприятно сжимается, хотя он ведь знал.
Конечно знал.
Это было неизбежно.
Султан.
Династия.
Наследники.
Логично.
Правильно.
И всё равно почему-то больно.
Кацуки мгновенно заметил выражение его лица.
— Даже не думай.
— Но—
— Нет.
Тон стал жестче.
Альфий.
Изуку невольно замолчал.
Кацуки шумно выдохнул, явно пытаясь успокоиться, а потом уже тише добавил:
— Они говорят о политике, Деку. Только о ней.
Киришима устало потер шею.
— Если быть совсем честным — старики паникуют не из-за тебя лично.
— Очень утешает, — пробормотал Изуку.
— Нет, правда. Их пугает то, что Кацуки впервые за много лет вообще перестал смотреть на других омег.
Тишина повисла тяжелее шелка.
Изуку медленно поднял взгляд на Кацуки.
Тот даже не попытался отрицать.
Наоборот.
— Потому что мне не нужны другие.
Сердце болезненно дрогнуло.
Киришима тихо простонал:
— Вот. Именно это я просил не говорить на совете.
— А что, нужно было соврать?
— Нужно было не смотреть так, будто ты сейчас объявишь войну каждому, кто подойдет к Изуку ближе чем на три метра.
— Это не угроза. Это предупреждение.
— Боги, я ненавижу влюбленных альф.
Изуку почувствовал, как щеки начинают гореть.
Кацуки же выглядел совершенно невозмутимым.
Только рука на его талии стала крепче.
— Они хотят наследников, — тихо произнес Изуку, больше себе, чем кому-то из них.
Кацуки сразу напрягся.
— Деку—
— Нет, я понимаю.
И это было правдой.
Он действительно понимал.
Империя не может существовать без наследника.
Совет никогда не успокоится.
Двор никогда не примет омегу, ради которого султан отказывается от традиций.
Киришима внимательно наблюдал за ними обоими.
Потом неожиданно очень тихо сказал:
— Знаешь, что Кацуки ответил совету?
Изуку поднял взгляд.
Киришима усмехнулся.
— “Если империя рухнет только потому, что я люблю одного человека, значит, проблема не в человеке.”
Тишина стала почти оглушающей.
Изуку медленно повернулся к Кацуки.
Тот раздраженно цыкнул.
— Не смотри так.
— Как?
— Будто сейчас опять начнешь влюбляться в меня сильнее.
Киришима громко застонал.
— Всё. Я ухожу. Меня сейчас стошнит от вас обоих.
Кацуки даже не посмотрел на него.
Потому что уже снова смотрел только на Изуку.
И от этого становилось опасно тепло внутри.
