Теория тихих вещей

Неделя наполнилась приятной рутиной. Закончив работу, Рон заходил к Эстель, а после они вместе возвращались домой. Разговоры, начинающиеся в зоомагазине заканчивались у порога квартиры на мансарде. Выходные наступили слишком быстро. Субботним утром Рон равнодушно жевал яичницу, оглядывая свое жилище. Пустой подоконник мозолил глаза. Умирающий куст мелиссы делал квартиру более живой, а сейчас в ней не было даже этого. В окно что-то врезалось с громким стуком. Рон вскочил, отбросив ложку, схватил в руки палочку, с опаской подошел к дивану и тут же отпрыгнул в испуге. Сквозь стекло на него таращились два больших совиных глаза. Сова сжимала в клюве красный конверт. Рон открыл окно и птица неуклюже перебралась на его руку. — Привет, Эррол, — сказал Рон, поглаживая сову.  Та расслабленно закрыла глаза и, кажется, заснула, выронив конверт. Рон поймал его на лету. Увидев адрес, он закатил глаза. Пальцы поспешно вскрыли конверт и из него тут же вырвался громовещатель. «РОНАЛЬД БИЛЛИУС УИЗЛИ!» — заорало письмо голосом матери. Сова испуганно ухнула, замахала крыльями и вылетела на улицу, скрываясь с места преступления.  «РАЗВЕ Я РОЖАЛА ТЕБЯ ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ ТЫ ИГНОРИРОВАЛ СОБСТВЕННУЮ МАТЬ?!» Рон поспешно закрыл окно, опасаясь, что вопли письма услышат на улице. «НЕМЕДЛЕННО СООБЩИ МНЕ ГДЕ ТЫ НАМЕРЕН ПРАЗДНОВАТЬ СВОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ!» — громовещатель сменил гнев на милость и спросил, — «Надеюсь ты хорошо устроился? Мы будем рады видеть тебя дома. С любовью, мама и папа.» Договорив последнюю фразу, письмо с шумом самоуничтожилось, оставив Рона убирать клочья бумаги, разбросанные по полу.  Меланхолично направляя палочкой бумагу в мусорную корзину, он погрузился в размышления о предстоящем праздновании. Всю жизнь Рон отмечал день рождения в кругу семьи или стенах Хогвартса. Единственный год, когда ему пришлось изменить традициям, выпал на скитания вместе с друзьями в поисках крестражей. Его он предпочел бы и вовсе вычеркнуть из памяти. Рон в очередной раз представил семейный ужин, с расспросами о здоровье, работе, планах о будущем. После войны все это ощущалось натянутым, будто все вокруг пытались заново примерить на себя старый костюм, из которого уже успели вырасти. Водможно стоит попробовать отметить день рождения здесь, с друзьями? Рон вновь окинул взглядом квартиру и тут же отмахнулся от этой идеи. Он понятия не имел как устраивать праздники, тем более самому себе. Быстро настрочив ответ, Рон отправился в общественную совятню. Расправившись с письмом, он по привычке заглянул к бакалейщику.  Стивенсон угрюмо наблюдал за ним из-за прилавка. Рон рассеянно осматривал товары, не понимая что именно ему нужно. Взгляд упал на булочки, которые Эстель покупала каждый вечер. Они выглядели намного свежее чем обычно. Взяв парочку, Рон подошел к кассе.  Бакалейщик посмотрел на булочки, затем на Рона. Было в его и без того грозном взгляде что-то, от чего по спине пробежали мурашки. — Три сикля, — сказал бакалейщик. Рон порылся в кармане и положил на прилавок мелочь. Стивенсон быстро пересчитал монеты. Он протянул Рону лишнее и произнес с нажимом: — Даже не вздумай обидеть ее, парень. Эта девчушка слишком долго считала себя невидимкой. Рон шумно сглотнул и забрал сдачу. Он кивнул бакалейщику, который продолжил сверлить его взглядом, и выскользнул из лавки на улицу. «Что это было? Он про Эстель?»  Мысли подгоняли его, Рон не заметил как проскочил свой этаж. Он остановился когда перед его носом распахнулась дверь квартиры мистера Пимбла. Пока он рассеянно оглядывался по сторонам, старичок-ученый кого-то радушно провожал. — Ожидаю вас на следующей неделе. Я уже подготовил материал, думаю, «Вестник» обязательно им заинтересуется. — голос Пимбла звучал намного добродушнее, чем при встрече с Роном. — Всего доброго, мистер Пимбл, — прозвучало в ответ. Дверь закрылась, за ней показалась Эстель. Девушка коротко вскрикнула увидев Рона, блокнот и автоматическое перо выпали из ее рук.  — Прости, я не хотел напугать, — сказал Рон, торопливо подбирая упавшие вещи и протягивая их Эстель. — Что ты здесь делаешь? — проговорила она вполголоса, забирая из его рук блокнот. Рон растерялся, ведь именно этот вопрос он сам хотел задать ей еще минуту назад. Что она здесь делает и почему в таком странном виде? Эстель стояла перед ним в классической мантии и строгом костюме. Ее волосы были аккуратно собраны в косу, а переносицу украшали очки в легкой оправе. — Я просто…а почему ты так официально одета? Девушка осмотрела себя, так будто видела впервые. Она вздохнула, улыбнулась Рону и поднялась по лестнице, поманив его за собой. Он послушно последовал за ней, ожидая ответов. Когда они поднялись чуть выше Эстель сняла очки, потерла переносицу и призналась: — Я навещаю мистера Пимбла каждую субботу. Думаю, ему очень одиноко с тех пор как не стало мистера Фаррелла. — Кого? — Ах да, ты же не знаешь. Раньше в твоей квартире жил мистер Фаррелл. Насколько мне известно он и мистер Пимбл были друзьями еще со школы, а потом что-то произошло между ними и они перестали разговаривать. Рон с интересом слушал историю Эстель, поднимаясь по лестнице вслед за ней. — Когда я только переехала сюда, то пару раз видела как они бранились друг с другом в бакалейной лавке. А потом мистер Фаррелл умер и мистер Пимбл остался один. Эстель остановилась, грустно посмотрела на Рона и продолжила: — Мне кажется, мистер Пимбл, на самом деле очень тоскует по своему другу. Он несколько месяцев каждый день подолгу стоял возле двери квартиры мистера Фаррелла. Иногда целыми днями. Даже на близняшек не реагировал, а они бывают очень шумными. Словно услышав их, на лестничную площадку из квартиры Хартвеллов выскочили Анна и Алиса. Одна из девочек с размаху врезалась в Рона, так, что тот едва смог сдержаться и не выругаться. — Ой, простите мистер, — произнесла девочка, потирая ушибленное плечо. — Здравствуйте, мистер новый сосед, — сказала ее сестра широко улыбаясь. Девочка, врезавшаяся в Рона, выглянула из-за его плеча. — А кто это с вами? — спросила она, любопытно разглядывая Эстель. Рон обернулся и увидел как девушка пытается спрятаться за ним. Она так забавно съежилась за его спиной, что парень не смог сдержать улыбку. — Это домашняя фея, — ответил он девочкам. — Обманщик, таких не бывает! — возмущенно сказала одна из них. — А почему она такая большая? — спросила вторая, так же с опаской выглядывая из-за спины Рона. Он авторитетно скрестил руки на груди и произнес: — Еще как бывают, вот поступите в Хогвартс и профессор Лавгуд вам про нее все расскажет. — Правда? — спросили девочки хором. — Непременно. Сестры улыбнулись и стали о чем-то перешептываться друг с другом. — Нам пора, — сказала одна из них. — Пока, мистер! — попрощалась другая и помахала рукой. — Осторожней с лестницей, — напутствовал их Рон. Девочки дружно кивнули и наперегонки побежали вниз по ступеням выкрикивая в сторону друг друга шуточные заклинания. — Эстель, — Рон повернулся к девушке. — Почему ты до сих пор прячешься? Они уже убежали. — Вдруг вернутся, — робко ответила девушка и потянув Рона за рукав поспешила подняться по лестнице. — Ты что, правда боишься их? Это же просто дети. Девушка покраснела, выпустила из рук одежду Рона, но не ответила. Стоя у дверей своей квартиры Эстель в нерешительности теребила новый пластырь на пальце. Рон усердно делал вид, что рассматривает горшки с растениями возле порога. — Ты…— произнесли они одновременно. — Говори, — вновь хором. Эстель засмеялась, Рон подхватил ее смех.  — Это все дурное влияние близняшек, — произнесла девушка, возвращая своему лицу серьезность. — Ага, — сказал Рон и протянул Эстель пакет с булочками. — Держи, кажется ты их любишь. Девушка заглянула в пакет и выдохнула удивленно: — Спасибо, Рон. Не стоило.   Рон взъерошил волосы и простодушно улыбнулся.  — Я хочу тебе кое-что показать, — сказала Эстель, крепко прижимая к себе подарок Рона. — Только мне надо переодеться, я мигом. Она суетливо принялась искать ключи. Рон перехватил из ее рук пакет, за что был награжден благодарной улыбкой. Открыв дверь Эстель юркнула в свою квартиру. Рон прислушался к звукам внутри. Торопливые шаги, тихое бормотание, вполне в духе Эстель. Он живо представил как девушка ходит по квартире, разговаривая сама с собой. Воображение тут же подкинуло ему следующую картину — Эстель сбрасывает с себя мантию, а следом и костюм…оставшись в одном белье?  Парень отвернулся от двери, будто это могло утихомирить его фантазию. «Да что с тобой, придурок?»  Он запустил руку в пакет и жадно вцепился зубами в мягкую булочку, надеясь хоть как-то отвлечь внимание. Нежное тесто в сочетании с пряной яблочной начинкой сделало свое дело. Мозг Рона переключился на новые ощущения.  Дверь за спиной открылась. Рон обернулся и увидел Эстель в домашней пижаме и с двумя чашками в руках. — Пфафти, я окавывается офень голодный, — сказал Рон, чувствуя как краснеют его уши. Эстель удивленно вскинула брови и рассмеялась.