Часть 30
16 июня 2026 г., 07:06
Палата, которая еще месяц назад напоминала изолятор для особо опасных шиноби, постепенно превращалась во что-то совершенно абсурдное.
На мягких койках, среди подушек и капельниц, лежали три бывших врага Конохи и Акацуки, а между ними были разбросаны цветные карандаши, листы бумаги и смятые наброски.
— Это вообще что такое? — возмущался Дейдара, держа в руках рисунок Наруто. — Почему у меня тут нос как у жабьего отшельника, а?!
— Потому что ты бесишь меня, даттебайо! — хохотнул Наруто, лежа поперек своей койки и болтая ногой в воздухе. — И вообще, ты сам мне усы пририсовал!
На соседней кровати Кабуто устало поправил очки и посмотрел на очередной шедевр.
Там Орочимару был изображен в виде гигантской змеи в медицинском халате, а Саске — в роли мрачной наседки с веером Учиха вместо крыльев.
— Вы оба психически нестабильны, — вздохнул Кабуто, хотя сам в этот момент аккуратно заштриховывал волосы Итачи на своем рисунке.
— А ты чего рисуешь?! — тут же прищурился Наруто.
Кабуто молча перевернул лист.
На обратной стороне была очень детальная схема побега из убежища.
Повисла тишина.
— …О, — уважительно протянул Дейдара. — Ладно, ты всё-таки нормальный.
Из угла палаты донесся тихий смешок.
Итачи, сидевший у стены в чакроподавляющих браслетах, впервые за долгое время выглядел почти… расслабленным. Не счастливым — это было бы слишком громко для Итачи Учихи, — но хотя бы не похожим на человека, который каждую минуту ждет собственной смерти.
Хотя причиной этого состояния явно был не брат.
Его взгляд время от времени сам собой соскальзывал на Дейдару.
А Дейдара, заметив это, тут же раздраженно тыкал в него карандашом:
— Даже не смотри так, понял?! Это всё из-за тебя я вообще здесь оказался, хм!
— Технически, — спокойно заметил Итачи, — тебя похитил Орочимару.
— А морально виноват всё равно ты!
— Справедливо.
Наруто заржал так громко, что едва не свалился с койки.
— Вот это я понимаю — признание вины!
Кабуто прикрыл лицо рукой.
— Почему вы ведете себя как детсад…
Дверь палаты открылась.
Саске замер на пороге.
За его спиной стоял Орочимару с подносом лекарств.
Оба несколько секунд молча смотрели на картину:
— Наруто рисует карикатуру на Саске.
— Дейдара спорит с Итачи.
— Кабуто чертит план побега.
— А по полу разбросаны карандаши.
Повисла очень тяжелая тишина.
— …Я начинаю жалеть, что разрешил им свободно двигаться по палате, — наконец произнес Саске.
— Поздно, Саске-кун, — почти ласково прошипел Орочимару. — Они социализировались.
— Это называется “сбились в стаю”, — мрачно уточнил Кабуто.
Наруто немедленно ткнул пальцем в Саске:
— А это всё потому, что ты нас тут держишь!
— Ты пытался выбить окно стулом два дня назад.
— Оно смотрело на меня подозрительно!
— А Дейдара пытался подорвать тумбочку.
— Это было искусство, хм!
— Кабуто пытался вскрыть замок скальпелем.
Кабуто кашлянул и отвернулся.
— Без комментариев.
Орочимару тихо засмеялся.
Итачи наблюдал за всем этим странным хаосом с каким-то почти неверящим выражением.
За много лет в его жизни были кровь, приказы, войны, Акацуки, бесконечная боль и чувство вины.
Но не это.
Не шумная палата с ругающимися блондинами.
Не младший брат, который ворчит, как уставший глава семьи.
Не Орочимару, обсуждающий детское питание между медицинскими отчетами.
И точно не Дейдара, который сейчас яростно спорил с Наруто о том, кто лучше рисует взрывы.
Это было ненормально.
Абсолютно безумно.
Но почему-то… впервые за очень долгое время Итачи не хотел уходить.
Тем временем далеко от убежища, в скрытой комнате Камуи, Обито молча смотрел на украденные отчеты Зецу.
На одном из листов было кратко написано:
«Состояние Итачи стабилизируется. Начата терапия легких и чакроканалов».
Рядом лежала еще одна записка:
«Пациенты адаптируются удовлетворительно».
Обито долго смотрел в пустоту через маску.
Потом тихо произнес:
— Итачи… ты предатель.
Но в голосе не было злости.
Только странная, почти детская зависть.
Потому что впервые за долгие годы кто-то из них выбрал не войну.
А жизнь.
