History of Wildest

Глава 13: Пепел Будущего

      Год 1247. Настоящее время. Хребет Отчаяния.

      Ветер с завыванием проносился между обледенелыми скалами, заметая следы тех, кто еще недавно стоял здесь. Кассиан, Жнец Душ, мрачно смотрел в снежную пустоту. Его коса ритмично постукивала о промерзшую землю.             Рядом с ним на коленях сидела Сэцуна. Слепая Оракул Пустоты, которая никогда в своей жизни не проявляла эмоций, сейчас мелко дрожала.       Внезапно она издала сдавленный, неестественный хрип. Из её слепых, серых глаз покатились черные, как смола, слезы.       — Что с тобой? — Кассиан резко обернулся, перехватывая древко косы.       — Нити... — прошептала Сэцуна, хватаясь тонкими пальцами за виски. — Они меняют цвет. Прошлое... переписывается. Кто-то бросил камень в реку времени, и волны бьют по нашему настоящему.       Кассиан нахмурился. Он посмотрел на свои руки. На долю секунды ему показалось, что кончики его пальцев стали полупрозрачными, словно мираж, прежде чем снова обрести плоть.       — Архивариус, — процедил сквозь зубы Жнец Душ. — Он не просто сбежал с Наблюдателем. Он ушел назад. Он пытается собрать нас заново, до того, как всё рухнуло.       Сэцуна подняла залитое черными слезами лицо к небу.       — Если он изменит фундамент, мы... исчезнем. Нас, тех, кто стоит здесь сейчас, никогда не будет. Наши воспоминания сгорят.       Высоко над ними, в разрыве между реальностью и Пустотой, Мориарти с холодным интересом наблюдал за агонией временной линии. Девочка-Сосуд спала на черном мраморном пьедестале рядом с ним. Внезапно её грудная клетка засветилась тусклым серебряным светом.       — Он нашел Щит, — констатировал Мориарти, делая пометку в невидимом Уравнении, висящем в воздухе. — Часы пошли в обратную сторону. Но Архивариус не понимает одной важной детали... — Наблюдатель перевел взгляд на Девочку, чье лицо во сне исказилось от боли. — Чем больше Осколков он пробуждает в прошлом, тем быстрее Сосуд наполняется в настоящем. Когда он соберет всех, эта девочка проснется не богом. Она проснется концом света.

Год 1237. Десять лет назад. Леса провинции Инь-Яо.

      Костер мирно потрескивал, отбрасывая теплые блики на уставшие лица беглецов. Они разбили лагерь в нескольких часах ходьбы от Западных Шахт.       Кайто сидел на поваленном бревне, обхватив голову руками. Юноша тихо раскачивался из стороны в сторону. Серебряный наруч на его руке был холодным и тяжелым. В его сознании шла жестокая война. Он помнил, как ел крыс в шахтах, чтобы выжить. И одновременно с этим он помнил, как пил дорогое вино в Зале Академии, обсуждая с Профессором Мидоримой стратегии обороны столицы.       — Учитель... я помню, как я умер, — прошептал Кайто, глядя стеклянными глазами в огонь. — Я помню, как Энтропия разорвала мой Панцирь. Как это возможно? Я ведь здесь. Мне шестнадцать.       Мидорима сидел напротив, скрестив ноги. Его лицо оставалось непроницаемой маской.       — Сознание Осколков многомерно, Кайто. То, что ты видел — это лишь вероятностное эхо. Вариант будущего, которого мы должны избежать, — ложь давалась Мидориме легко, но вина тяжелым грузом ложилась на сердце. Он не мог сказать мальчику, что это была не вероятность, а неизбежность.       Шиори осторожно подсела к Кайто. Она мягко коснулась Веретеном Грёз его виска. Артефакт пульсировал в такт её сердцебиению. Аметистовое сияние окутало голову юноши, приглушая боль от конфликтующих воспоминаний. Мышцы Кайто расслабились, и он с благодарностью выдохнул.       Шинза, который всё это время стоял на страже у границы света от костра, медленно подошел к Мидориме. Гигант присел на корточки, оказавшись лицом к лицу с Архивариусом.       — Ты хорошо врешь, колдун, — низко прогудел Шинза. — Мальчишка, может, и поверил в твои «эхо вероятностей». Но я не слепой.       — О чем ты, Шинза? — спокойно спросил Мидорима, поправляя очки. Вместо ответа гигант с пугающей скоростью выбросил руку вперед и схватил Мидориму за левое запястье, задирая рукав черного камзола. Шиори ахнула, прервав иллюзию. От кисти до самого локтя рука Мидоримы была покрыта жуткой, пульсирующей черной сеткой трещин. Но страшнее было другое: края этих плоти... осыпались. Черный пепел медленно срывался с его кожи и растворялся в воздухе, а затем плоть с болезненным мерцанием восстанавливалась, чтобы снова начать распадаться. Пространство буквально отторгало его существование.       — Я видел это, когда ты отбил удар Инквизитора на площади, — Шинза не разжимал стальной хватки. — Твоя нога на секунду превратилась в прах. Ты умираешь. И не просто умираешь — ты стираешься. Что ты такое, Акира? Мидорима не стал вырываться. Он посмотрел на свою распадающуюся руку, затем перевел взгляд на напуганную Шиори и растерянного Кайто.       — Это называется Хроно-Эрозия, — тихо, но четко произнес Профессор. Он выдернул руку и опустил рукав. — Плата за то, что я нахожусь здесь. Мое время жестко ограничено. У меня есть чуть меньше года, прежде чем эта эрозия доберется до моего сердца и я исчезну из бытия.       — Год... — Шиори прижала руки к губам. — Почему вы не сказали? Вы помогаете нам, пробуждаете нас, но сами... Вы принесли себя в жертву? «Если бы ты знала, что именно я принес в жертву десять лет спустя, ты бы убила меня прямо сейчас», — с горечью подумал Мидорима.       — Моя жизнь — это допустимая погрешность в Уравнении, — ответил он вслух. — Главное — это вы. Но сейчас у нас есть проблема серьезнее моего распада.       Мидорима посмотрел на Кайто.       — Иллюзии Шиори лишь приглушают симптомы. Твой разум разорван двумя временными потоками. Если мы не стабилизируем тебя, ты сойдешь с ума в течение нескольких недель.       — Что... что нам делать, Учитель? — голос Кайто дрожал, несмотря на его абсолютную защиту.       — Закон фрактального распада, — Мидорима поднял три пальца. — Вы — Триада. Вы не можете существовать поодиночке. У Кайто есть Артефакт (Тело). Я выступаю в роли Стержня (Воля). Но нам нужен Разум. Аналитический центр, который свяжет твою фрагментированную память и выстроит ментальные барьеры.       — Кто это? — спросил Шинза, скрестив руки на груди. Он уже смирился с тем, что ввязался в самую безумную авантюру в своей жизни. Мидорима повернулся на Север, где за горизонтом скрывались величественные шпили развитых городов.       — Девушка с астролябией. В этом году она должна находиться в заточении в Шпиле Логики, в столице Академии Магии. Её зовут Мэй Асаками. И чтобы вытащить её оттуда, нам придется ограбить самую охраняемую крепость Вайлдеста.