Герой на полставки

Я сидел на широкой, жесткой чешуе Двалина, вцепившись побелевшими пальцами в какой-то костяной нарост, и чувствовал себя шпротой в очень ветреной банке. Несмотря на внушительные габариты Ужаса Бури, разместиться втроем так, чтобы не пинать друг друга коленями, оказалось той еще задачей. Венти беспечно болтал ногами, свесившись с края крыла, а Декарабиан сидел с идеально прямой спиной, скрестив руки на груди, словно он не летел на огромном драконе на высоте нескольких километров, а ехал в карете на светский прием. Пока наша доблестная дрим-тим, на этот раз без мрачного Бэтмена, но зато с двумя божествами (одним действующим алкашом и одним древним пенсионером) молчала, я решил отвлечься от свиста ветра в ушах и покопаться в Системе. Нужно было проверить, что мне там насыпало за 50-й уровень, я мысленно вызвал интерфейс, и перед глазами вспыхнуло знакомое полупрозрачное окно. [Имя: ??? (Странник)] [Роль: Главный Герой (Замещающий)] [Уровень: 50] Отлично… Цифра грела душу, а что там по характеристикам? Я смахнул вкладку вниз. [Характеристики: ] [HP: 23 000] [Сила Атаки: 1 300] [Защита: 1050 (+70% от экипировки)] [Мастерство Стихий: ???] [Особые статусы: ] — Сошедший (Иммунитет к изменениям Ирминсуля) — Пакт Свободы (Анемо-резонанс +300%, снижение затрат выносливости на 50%) Я моргнул, потом протер глаза свободной рукой и моргнул еще раз. В смысле «Мастерство Стихий: ???»?! Какого черта там стоят знаки вопроса?! Раньше, до того как я начал швыряться Анемо-взрывами в Предвестницу, там красовалась четкая, понятная цифра — 450! — Эй, Система, — пробормотал я себе под нос, — ты не заболела? Что за баги в матрице? Или после того, как я своими кривыми руками и светящейся печатью случайно воскресил древнего тирана, смешав две конфликтующие энергии, я сломал саму механику своего аккаунта?! — Что-то не так, Странник? — раздался над ухом бархатный голос Декарабиана. Из-за рева ветра ему пришлось говорить чуть громче, но он всё равно умудрялся звучать как аристократ на чаепитии. Я дёрнулся и перевел взгляд на бывшего Архонта. — Да так… — я хмыкнул. — Кажется, из-за нашего с тобой… э-э-э… инцидента в подвале, у меня сломался внутренний счетчик магии. Моя чувствительность к стихиям теперь не поддается исчислению, там просто знаки вопроса. Декарабиан заинтересованно склонил голову набок, его бирюзовые глаза внимательно изучили мою светящуюся татуировку на руке. — Знаки вопроса? Забавная концепция, — задумчиво произнес он. — В мое время мы измеряли силу стихий разрушенными горами. Но если мыслить логически: ты стал сосудом, через который прошел колоссальный объем древней Анемо-энергии, смешанной с силой нынешнего Архонта. Твои «каналы» расширились возможно, твоя система просто не может измерить то, что не имеет предела? — Ого! — Венти, услышав наш разговор, ловко переполз по чешуе поближе, едва не свалившись в пропасть. — Великое Мастерство Стихий?! Странник, да ты теперь ходячий реактор! Ты можешь рассеивать элементы так, что от врагов даже пепла не останется! — Или я просто взорвусь при следующей попытке использовать магию, потому что предохранители сгорели! — мрачно парировал я, закрывая интерфейс. — Отличная перспектива, лечу выбивать долги из Гео Архонта в статусе нестабильной пороховой бочки. — Не переживай, — Декарабиан ободряюще (как ему казалось) похлопал меня по плечу своей черной перчаткой. — Если ты начнёшь детонировать, я подскажу Двалину, под каким углом тебя лучше сбросить, чтобы взрыв не задел нас, но нанес максимальный урон Ли Юэ. Прагматизм, Странник, прагматизм. Я уткнулся лбом в холодную чешую дракона, ох уж этот Прогматизм. — Но, хоть я и люблю добрый юмор, тренировки никто не отменял, — совершенно неожиданно сказал Декарабиан. — Тренировки? — я недоверчиво поднял голову, глядя на невозмутимое лицо древнего тирана. — А тут так вообще можно? Мне всегда казалось, что в мире этих донатных гача-помоек всё познается исключительно самостоятельно и через беспросветный, тупой гринд вечно повторяющихся заданий. Я же помню, как мой младший брат приходил с работы, с красными глазами садился за комп и, как проклятый шахтер в забое, шел выполнять одни и те же ежедневные поручения ради жалких крохов примогемов. А тут — персональный наставник, прямо классическая арка тренировок из сёнена вырисовывается. — Удивительно, что мне вообще предложили нормальные тренировки, — честно признался я. — А как иначе? — Декарабиан грациозно изогнул бровь, словно я сморозил несусветную глупость. — Ты заключил пакт с Анемо Архонтом, и носишь в себе колоссальную мощь. Оставлять такую силу без контроля — это не просто халатность, это преступление против здравого смысла. Видимо, этот мелкий элементаль, — он выразительно скосил глаза на Венти, — тобой совершенно не занимался, а только клянчил деньги на выпивку и пел глупые песенки. — Я не клянчил! Я зарабатывал честным словом! — возмущенно взвизгнул Венти, чуть не выронив лиру. — И вообще, ветер должен быть свободным! Зачем заковывать его в рамки тренировок?! — Затем, чтобы этот «свободный ветер» не оторвал своему владельцу руки при неудачном касте, — ледяным тоном осадил его Декарабиан, он снова повернулся ко мне, и в его бирюзовых глазах зажегся фанатичный огонек преподавателя, дорвавшегося до свежего студента. — Но я не такой, я покажу тебе, почему в свое время я по праву считался одним из сильнейших богов Тейвата. Я научу тебя дисциплине и направлять бурю так, чтобы она резала камень, а не трепала прически. Что-то в его тоне заставило меня пожалеть о том, что я вообще заикнулся про сломанные статы. — Э-э-э... Звучит круто, Дед, — осторожно начал я, отодвигаясь чуть подальше по чешуе Двалина, защита у меня была, но хватит ли её? — Но, может, начнем после того, как приземлимся? А то тут, знаешь ли, высота и турбулентность... ладно ещё это, я умею летать, но тут такой воздушный поток от дракона, что меня просто разорвёт. — Глупости, — отрезал бывший Повелитель Бурь, он плавно поднялся на ноги, балансируя на спине летящего дракона с такой легкостью, словно стоял на твердом мраморном полу своего дворца. Ветер поддерживая его образ, трепал его черные волосы и меховой воротник, но сам он казался высеченным из гранита. — Истинное мастерство познается в экстремальных условиях, вставай, Странник. — Чего?! Прямо здесь?! — я вцепился в шип Ужаса Бури мертвой хваткой. — Мы летим на скорости хрен знает сколько километров в час! Ты Хочешь, чтобы от меня остался только капли? — Если попадешь пот воздушный поток — значит, ты был недостаточно сконцентрирован, — безжалостно констатировал Декарабиан, глядя на меня сверху вниз. — А теперь вставай, первое правило контроля Анемо — умение сливаться с потоком, а не сопротивляться ему. Я посмотрел на Венти, ища поддержки, но этот зеленый предатель только радостно помахал мне ручкой и поудобнее уселся, явно приготовившись к бесплатному цирковому представлению. — Я ненавижу сенны....— сказал я, с трудом отдирая пальцы от спасительного шипа и пытаясь подняться на дрожащих ногах, пока ветер нещадно хлестал меня по лицу. И что началось.... О-о-о, как же меня изнасиловал этот ветер, уф-уф... Клянусь, мне продуло не только мозги, но и каждую ворсинку на теле. Мои бедные, идеально уложенные 2D-аниме волосы, которые до этого момента игнорировали законы физики, теперь напоминали гнездо сумасшедшей цапли. Декарабиан оказался учителем от бога, в прямом и переносном смысле. Только с обратной стороны — он был тем самым непробиваемым, садистским сенсеем из тибетского монастыря, к которому попадает Агент Джонни Инглиш в исполнении Мистера Бина. Абсурдность происходящего зашкаливала. — Твоя стойка отвратительна, Странник! — перекрикивая рев Двалина, вещал бывший тиран, он грациозно прохаживался по чешуе дракона, заложив руки за спину, пока я пытался не улететь в стратосферу, стоя на одной ноге и растопырив руки, как пугало-эпилептик. — Ты не управляешь потоком, ты барахтаешься в нем, как кусок грязной ткани! — Я! Пытаюсь! Выжить! — проорал я, когда очередной порыв ветра чуть не вырвал меня с корнем, моя печать на руке пульсировала, выдавая хаотичные вспышки бирюзового света. — Выживание — это базовый инстинкт животного, а ты должен стать бурей! — Декарабиан подошёл вплотную, ветер даже не смел тронуть полы его плаща, как он это делал без магии?! — Собери энергию в центре ладони, сформируй лезвие, и не смей моргать! Я попытался, честно, я напряг все свои сверхъестественные силы, представил себе острое лезвие ветра... и вместо этого выдал мощный, неконтролируемый чих, заряженный Анемо-энергией. БАБАХ! Сгусток спрессованного воздуха вырвался из моего носа, просвистел в миллиметре от уха Декарабиана (он даже бровью не повел) и снес облако, висевшее метрах в ста от нас. — Ого! — радостно захлопал в ладоши Венти, жующий яблоко на краю крыла. — Анемо-Чих! Странник, ты гений! — Это... неприемлемо, — холодно процедил Декарабиан, смахнув невидимую пылинку с плеча. — Мы будем повторять это упражнение до тех пор, пока ты не научишься резать воздух силой мысли, а не своими физиологическими выделениями. Ноги шире! Центр тяжести ниже! И прекрати цепляться за дракона, ты мешаешь ему лететь! Следующий час превратился в изощренную пытку, меня заставляли ловить воздушные потоки голыми руками, балансировать на самом кончике шипа и пытаться создать, придуманную мной вакуумную сферу, пока Двалин закладывал виражи над горами. Когда вдали наконец-то показались золотые крыши и высокие скалы Гавани Ли Юэ, я рухнул на чешую Двалина, тяжело дыша и пуская слюни, как загнанная собака. — На сегодня достаточно, — милостиво изрек Декарабиан, глядя на мою распластанную тушку с легким, почти незаметным одобрением. — Твои каналы прочищены, для первого раза — сносно, завтра перейдем к уплотнению барьеров. То что это был конец, подействовал на меня как вытрезвитель, и выносливость только от этих слов восстановилась. Я вскочил на ноги, чувствуя одновременно и невероятную легкость во всем теле, и жгучее желание упасть обратно. Экстремальные условия для тренировок — это явно не мое. Не знаю, какие там отбитые герои сёненов готовы проходить через боль, унижения и кровавые сопли ради мифической «силы», но я говорю этому твердое «нет» и точка. У меня спина не казенная, хотя, признаться честно, прочищенные Анемо-каналы теперь гудели от энергии, так что, возможно, из садистского опыта прошлого Архонта и выйдет какой-то толк. Двалин благоразумно приземлился где-то подальше от народа, на одном из высоких каменных уступов горы Тяньхэнь, скрытом за густыми облаками. Попрощавшись с нашей большой чешуйчатой маршруткой, я заметил, как перед самым взлетом дракон задержал тяжелый, подозрительный взгляд на Декарабиане, после чего громко, почти презрительно фыркнул, обдав нас теплым паром, и свечой ушел в небо. Бывший тиран лишь изящно поправил растрепавшийся меховой воротник, полностью проигнорировав выпад ящерицы. Я громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание своих божественных спутников. — Ну что же, мы в Ли Юэ. Я подошёл к краю обрыва и осмотрелся. Страна была... очень специфической, по общим ощущениям, я бы тут жить не стал. Да, масштабы поражали: огромные корабли в порту, бесконечные ряды красных фонариков, многоярусные здания, вгрызающиеся прямо в скалы, но мне как-то не хватало моей привычной эстетики. Хотя что в ветряном Магнитогорске, что в местной версии древнего Пекина всё было анимешно, гладко вырезано и вылизано до блеска, в общем: снова текстуры на максималках. Декарабиан подошёл ко мне, заложив руки за спину, его бирюзовые глаза скользнули по золотым крышам Гавани, по массивным каменным мостам и торговым площадям. — Слишком много камня, — вынес свой архитектурный вердикт бывший Повелитель Бурь. — Никакой аэродинамики, улицы узкие, здания нагромождены друг на друга. При хорошем шторме половина этих цветастых сараев сложится, как карточный домик. Моракс всегда страдал отсутствием изящества, прагматик до мозга костей, но совершенно лишен полета фантазии. — Зато тут кормят лучше! — Венти радостно вынырнул из-за наших спин, активно принюхиваясь к воздуху, словно охотничий пес. — Чувствуете? Пахнет острой заоблачной рыбкой, жареной свининой и... о даааааа~! Рисовым вином! Зеленый бард мечтательно закатил глаза и уже собирался сделать шаг в сторону города, но я вовремя схватил его за шкирку. — Стоять, алко-радар, — я дёрнул его обратно. — Мы сюда не по кабакам шляться прилетели. У нас миссия, найти деда, забрать чертежи, не устроить международный скандал и свалить в закат. Где нам искать твоего каменного друга? Венти обиженно надул губы, но вырываться не стал. — Ну, вообще-то, Моракс сейчас на пенсии, — бард задумчиво почесал подбородок. — Он инсценировал свою смерть, взял имя Чжун Ли и теперь работает консультантом в ритуальном бюро «Ваншэн». Помогает людям красиво и по правилам уходить в мир иной, иронично, правда? Декарабиан медленно повернул голову к Венти, его идеальная бровь снова поползла вверх. — Властелин Камня и Бог Контрактов, Победитель Войны Архонтов... работает в похоронном бюро? — голос Декарабиана звучал так, словно он пытался осознать концепцию квадратного колеса. — Он что, продает гробы? — Консультирует! — поправил Венти, подняв палец вверх. — И, поверь мне, старик, он всё такой же зануда, только теперь в стильном костюме и без моры в карманах. — Деградация божественного пантеона налицо, — Декарабиан тяжело вздохнул, массируя переносицу. — Веди нас, Странник, пойдем посмотрим на этого... консультанта, и постарайтесь не привлекать лишнего внимания. Сказал парень, который выглядит как финальный босс из JRPG и фонит древним величием так, что даже камни под ногами трескаются. Я лишь закатил глаза и начал спускаться по тропинке в сторону города. Операция «Достучаться до Камня» переходила в активную фазу. Мы спускались в город, и я всей кожей чувствовал, что что-то обязательно пойдет по одному месту. Не потому, что мы вляпаемся в какую-то типичную для сёненов разборку с местными мафиозными кланами или похитителями сокровищ. Нет, мы вели себя тише воды, ниже травы, Даже Венти, пуская обильные слюни на витрины с местным аналогом саке, держал себя в руках и не бросался на шею трактирщикам, мы шли осторожно, стараясь затеряться в толпе. А толпа тут была знатная — Гавань Ли Юэ гудела, как растревоженный улей. Торговцы из всех регионов Тейвата, матросы, зеваки, миллелиты, казалось бы, идеальное место, чтобы затеряться трем подозрительным личностям. И вот тут-то и произошел тот самый фатальный казус. Хотел я того или нет, но я же, ёк макарек, Герой Мондштадта, почетный гражданин, любимец Ордо Фавониус, парень, который тусуется в высшем свете с местным Бэтменом-Дилюком. И, как назло, мы проходили мимо торговых рядов, где кучковались коммерсанты из города ветров. Не прошло и секунды как они сразу в меня начали тыкать. Откуда эти торгаши вообще знали меня в лицо?! Я что, поп-звезда? Может, Джинн реально разослала всем листовки с моим портретом и подписью: "Герой! Всем знать в лицо! Спас дракона, побил волка, бьет гадких Фатуи по почкам, ловит контрабанду из Снежной!"? Меня аж передёрнуло от этой мысли. Самое обидно, что эти ироды — Дилюк и Венти — всю славу свалили на меня, хотя процентов семьдесят грязной работы сделали они, и я это честно признаю! — Эй! Да ну не может быть! — раздался вдруг зычный голос какого-то пузатого купца, торгующего закатниками, он аж корзину выронил. — Это же Почетный Рыцарь! Тот самый Странник! Я инстинктивно втянул голову в плечи и ускорил шаг, но было поздно, как мы знаем, есть такое бессмертное выражение: «Как бабки на базаре». Так вот, это было именно про эту ситуацию, только в роли бабок выступали суровые мужики с набитыми кошельками. Если один торговец из Мондштадта узнал меня, да еще и идущего рядом зеленого барда (которого в тавернах знали все собутыльники), то через минуту об этом узнают соседние лавки. Потому что торговцам ВООБЩЕ нечем заняться в перерывах между сделками, кроме как трепать языком! — Да вон он, с белыми волосами! — А с ним кто? Что за высокий хмырь в черном? Новый телохранитель? Шепотки, тыканье пальцами и восхищенно-испуганные взгляды начали распространяться вокруг нас со скоростью лесного пожара. — Твою мать... — простонал я, натягивая капюшон плаща поглубже на глаза. — Операция «Ниндзя» провалилась, не успев начаться. Если знают торгаши на площади, то к обеду (плюс-минус час) об этом будет гудеть весь Ли Юэ. А значит, об этом узнает и Нин Гуан — местная владычица Нефритового Дворца и главная капиталистка всея Тейвата, которая буквально на днях пыталась купить меня со всеми потрохами. Эх... Прощай, спокойная прогулка по Пекину. Декарабиан, шедший рядом со мной с грацией леопарда, лишь слегка повернул голову, одарив шушукающуюся толпу таким ледяным, надменным взглядом, что парочка торговцев тут же подавилась своими сплетнями и сделала вид, что очень занята пересчетом моры. — Какая назойливая популярность, — протянул бывший бог бурь, и в его голосе проскользнула откровенная насмешка. — Странник, я думал, ты ценишь уединение, а ты, оказывается, местный кумир толпы, тебе только венка из одуванчиков не хватает. — Заткнись, Дед, — огрызнулся я, протискиваясь сквозь толпу зевак. — Если эта информация дойдет до Цисин, нас тут повяжут не как туристов, а как официальную делегацию, и заставят пить чай с политиками! — О! Чай — это хорошо! — Венти радостно вклинился между нами. — А к чаю обычно подают рисовые пампушки и вино! Давайте сдадимся властям, а? Я отвесил барду легкий подзатыльник. — Мы идем в похоронное бюро, Питер Пэн, и очень быстрым шагом, пока нас не перехватили! Дойти до ритуального бюро «Ваншэн» оказалось проще простого. Ну, а задние-то... было стандартным, но вот атмосфера вокруг этого заведения была специфической. Деревянное здание с темными, лакированными панелями и тусклыми фонариками стояло немного поодаль от шумных торговых улиц, словно отгородившись от суеты живых невидимой стеной скорби. На входе висела табличка, предлагающая скидку на семейные захоронении, маркетинг уровня бог, ничего не скажешь. — Мрачненько, — констатировал я, останавливаясь перед дверями. — И они тут реально бизнес делают? — Смерть — это самый стабильный рынок, Странник, — философски заметил Декарабиан, с интересом разглядывая резные узоры на косяках. — Клиенты никогда не заканчиваются, и никто не просит вернуть деньги за некачественно оказанную услугу, Моракс всегда знал толк в надёжных инвестициях. Венти поежился и спрятался за мою спину. — Я туда первым не пойду! — прошептал бард. — Вдруг там эта девчонка с цветочками в глазах? Она в прошлый раз пыталась засунуть меня в гроб по акции "Купи один — второй в подарок", утверждая, что от меня пахнет как от трупа! А это было просто выдержанное вино! Я закатил глаза, толкнул тяжелую дверь и шагнул внутрь, в нос сразу ударил запах благовоний. В полумраке помещения за массивным дубовым столом сидел мужчина, строгий коричневый костюм с золотыми вставками, идеально уложенные темные волосы с янтарными концами, и осанка, от которой за километр несло многовековым достоинством. Он неторопливо попивал чай из изящной пиалы, изучая какой-то древний свиток. Чжун Ли, он же Властелин Камня, он же Моракс, он же дед, который постоянно забывает кошелек и бла, бла. Слишком много у него титулов. Услышав звон дверного колокольчика, он медленно поднял голову. Его янтарные глаза, сияющие спокойствием и мудростью тысячелетий, скользнули по мне, затем по выглядывающему из-за моего плеча Венти и, наконец, остановились на Декарабиане. В бюро как была кладбищенская тишина, так и осталась Чжун Ли даже не моргнул, он просто смотрел на бывшего Анемо Архонта, которого лично знал и который был мертв уже две тысячи шестьсот лет. Медленно и очень аккуратно, Чжун Ли поставил пиалу с чаем на стол, раздался тихий стук фарфора о дерево. — Барбатос, — голос консультанта бюро «Ваншэн» был бархатным и абсолютно ровным. — Ты снова это делаешь? Я просил тебя не приводить в мое скромное место работы свои галлюцинации, или ты перешёл с вина на галлюциногенные грибы из Сумеру? Венти возмущенно пискнул. Декарабиан же, ничуть не смутившись, плавно шагнул вперед, заложив руки за спину, на его губах играла та самая фирменная, надменная полуулыбка. — Здравствуй, Моракс, — произнес Декарабиан, и от звучания его голоса пламя свечей в комнате разом дёрнулась. — Ты ничуть не изменился, всё такой же упрямый кусок скалы, отказывающийся верить своим глазам. Чжун Ли прищурился, его взгляд в миг стал острым, он медленно поднялся из-за стола. Энергия Гео в комнате в миг стал плотной, будто на плечи положили по мешку с цементом. — Твоя аура... — Чжун Ли сделал шаг навстречу. — Это невозможно, твоя душа была рассеяна, а сила поглощена ветрами. Ты мертв, Декарабиан, я сам присутствовал при формировании нового порядка. — Отчеты о моей смерти были слегка преувеличены, и как видишь, весьма неточны, — Декарабиан изящно развел руками в черных перчатках. — Благодаря удачному стечению обстоятельств и вот этому молодому человеку, — он кивнул в мою сторону, — я снова здесь. Пусть и без былой мощи, но в полном сознании. Чжун Ли перевел на меня свой тяжелый, янтарный взгляд, я поднял руки в примирительном жесте. — Я случайно, — сказал я. — Просто неудачно споткнулся в подвале! Честное слово, я не планировал воскрешать древних тиранов. Властелин Камня тяжело вздохнул, закрыл глаза и потер переносицу — жест, который выдавал его крайнюю степень экзистенциальной усталости. Кажется, это была профессиональная болезнь всех адекватных мужчин в Тейвате при встрече с моими проблемами. — Хорошо, — наконец произнес Чжун Ли, возвращая себе маску невозмутимого консультанта. — Допустим, это не изощренная шутка Барбатоса. Зачем ты пришел в Ли Юэ, Декарабиан? Если ты ищешь реванша или хочешь восстановить свой ураган, то вынужден предупредить: я нахожусь на пенсии, но ради такого случая готов вспомнить молодость и закидать тебя метеоритами. Декарабиан тихо, аристократично рассмеялся. — Успокойся, старый скряга, мне не нужна война, — бывший бог бурь подошёл к столу и бесцеремонно взял в руки какую-то нефритовую статуэтку, рассматривая ее на свету. — Я пришел по условиям нашего старого контракта, забрать свой Архив и мои чертежи. Чжун Ли замер, его глаза слегка расширились. — Архив... — медленно повторил он. — Тот самый, что ты передал мне на хранение за сто лет до падения твоего города? — Именно он, — Декарабиан поставил статуэтку на место и посмотрел прямо в глаза Гео Архонту. — Контракт есть контракт, Моракс, я жив, и я требую своё имущество обратно, или бог контрактов нарушит свое слово? Я откровенно зевнул, прикрыв рот ладонью, не думайте, что мне было прям до одури скучно — просто аура в комнате стояла такая, что в ней можно было растворять гвозди. И это каменщик еще явно сдерживался, чтобы не сломать здание бюро, а заодно и пару соседних торговых кварталов в придачу. Просто я чувствовал себя абсолютно ненужным, классическим четвертым лишним на этой встрече выпускников дома престарелых. Я не местный бог, у меня нет двух тысяч лет совместных обид, и если бы не эта садистская Система с ее штрафом, я бы послал весь этот Ли Юэ на три веселые буквы и ушел спать. Вот поэтому я бочком, стараясь не отсвечивать, отошёл от них подальше и принялся с преувеличенным интересом разглядывать внутреннее убранство «Ваншэн». О, какой интересный гроб из темного дерева, а вот урна с красивой резьбой, главное — не заснуть прямо тут, прислонившись к венкам. А за моей спиной тем временем разворачивался диалог, воистину достойный фильмов Тарантино. — А ведь день так хорошо начинался, — со вздохом произнес Чжун Ли, я прямо спиной почувствовал, как он покачал головой. — Две тысячи шестьсот лет, Декарабиан, мог бы зайти и пораньше. — Ну, извини, трупы обычно не ходят по гостям, — парировал бывший тиран своим бархатным, надменным тоном. — Теперь я в этом сильно сомневаюсь, глядя на тебя. — Оставим лирику, так что? Отдашь мои вещи? Я пришел за Архивом. Снова повисла пауза, я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Властелин Камня аккуратно поправляет манжеты своего идеального костюма. — Отдал бы, с превеликим удовольствием, — спокойно ответил Чжун Ли. — Приди ты лет эдак на шестьсот раньше, нет у меня их здесь. Декарабиан замер, его бирюзовые глаза недобро сузились. — О как? — вкрадчиво протянул он. — И где же, позволь спросить, находятся мои бесценные чертежи? Ты нарушил контракт и выбросил их? — Я никогда не нарушаю контракты, — строго осадил его Гео Архонт, и в его голосе прорезался металл. — Но условия хранения имеют свой срок годности, все в порядке с твоим вещами, лежат они там же, где и всё остальное. Понимаешь, раз в две тысячи лет я провожу генеральную уборку, отношу всё свое старое имущество, которое, уж прости, мне больше не нужно в повседневной жизни, в специальное хранилище. Две тысячи лет — это и так слишком долгий срок для контракта хранения без продления, твои бумаги находятся там же, где и всё, что у меня было четыре тысячи и шесть тысяч лет назад, на свалке истории. Чжун Ли поднял руку и указал длинным пальцем куда-то вверх, сквозь потолок ритуального бюро. — Вон там. Мы все трое — я, Венти и Декарабиан — синхронно задрали головы, уставившись в деревянные балки перекрытия. А наверху, в контексте Ли Юэ и божественных замашек, было лишь одно место, куда этот плюшкин с манией величия мог снести весь свой многовековой хлам. — Только не говорите... — медленно начал я, чувствуя, как у меня начинается нервный тик. — Что его вещи в Заоблачном Пределе, на одной из этих парящих скал, куда нормальные люди добираются только с помощью альпинистского снаряжения и молитв. Чжун Ли перевел на меня спокойный, невозмутимый взгляд. — Обижаешь, — мягко ответил он. — Я не стал бы захламлять обители моих дорогих Адептов, моё личное подпространство-хранилище парит гораздо выше пика Цинъюнь. И, к сожалению, за последние пару веков входной портал немного... сбился с координат. Декарабиан медленно, очень глубоко вдохнул. — То есть, — процедил бывший бог бурь, и вокруг него начал закручиваться легкий, но очень злой ветерок, — ты засунул труд всей моей жизни на чердак, который летает где-то в стратосфере, и даже не помнишь, где от него ключи? Гробовщик покачал головой, и в этом жесте было столько тысячелетнего снисхождения, что мне захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым. — Слишком просто сказано, но, если опустить пространственно-временные нюансы, примерно так и есть, — невозмутимо подтвердил Чжун Ли. — И они находятся не в стратосфере. Мое хранилище вращается на орбите, где-то в экзосфере вокруг планеты, там, где нет эрозии и влажности, идеальные условия для консервации. Нормально, где-то в грёбаной экзосфере у него болтается личная свалка. В моем мире там летают спутники связи и МКС, а тут — старые шкафы и чертежи Гео Архонта. В это время диалог двух древних божеств то ли закончился, то ли достиг точки невозврата, за которой обычно следует локальный апокалипсис. Но вместо того чтобы начать швыряться метеоритами в Декарабиана, Каменщик внезапно перевел свой пронзительный взгляд на меня. — Я так и не понял, а ты кто такой? — он посмотрел на меня на этот раз куда более пристально, и его янтарные глаза буквально просветили меня насквозь, словно рентгеновский аппарат. — Интересно... Печать Анемо Архонта сразу в двух ипостасях — прошлого и настоящего, с жестким и мягким ликами ветра. При этом базовая энергия совершенно не местная, Сошедший? Про которого я не знал? Удивительно. Он сделал короткую паузу, слегка принюхавшись, словно сомелье к дорогому вину. — Так еще и остаточная крио-энергия... М? Восьмая Предвестница? Так это ты виновен в её внезапном исчезновении с радаров? Мне в последнее время Царица через дипломатов всю плешь проела из-за этого инцидента, требует найти виновного. Я стоял, приоткрыв рот, и не знал, что сказать, кроме строгого, доброго, исконно русского мата: Пиздец... Ладно Венти, этот зеленый шпион хотя бы мысли читает или прислушивается к ветру, но этот-то?! Я прошу прощения, он что, по одному прищуру понял про меня больше, чем я сам про себя знаю в этой гаче?! Как это вообще работает? У него встроенный анализатор лора в зрачках?! Пока я мысленно прикидывал, не сдаст ли меня этот дед Фатуи за пару мешков моры, Чжун Ли сложил руки домиком и сделал неожиданное предложение: — Хочешь заключить контракт со мной, Сошедший? — Эй! — Венти тут же возмущенно встрял между нами, словно ревнивая жена. — Он мой лучший друг! Он не любит камни и всякую скучную бюрократию! Он любит свободный ветер, приключения и меня! Питер Пэн был тут как тут и попытался схватить меня за руку, чтобы утащить подальше от этого «тлетворного влияния Гео», но я ловко увернулся, оставив его хватать пустоту. — Изыди, зеленая пиявка, — огрызнулся я, отталкивая барда. — Ты меня любишь только потому, что я даю тебе взаймы на выпивку и терплю твои концерты! Я, между прочим, всё еще жду те десять тысяч моры, которые ты занял у меня в «Доле Ангелов»! Венти картинно схватился за сердце, изображая смертельную обиду. Декарабиан, до этого молча переваривавший новость о том, что его чертежи летают в космосе, тяжело вздохнул. — Сюрреализм, — констатировал бывший Повелитель Бурь. — Моракс, оставь моего домовладельца в покое, он уже зафрахтован мной. Лучше скажи, как нам достать мой Архив с твоей орбитальной помойки? У меня, напоминаю, нет сил, чтобы допрыгнуть до звезд. Чжун Ли перевел взгляд с обиженного Венти на меня, затем на Декарабиана, и уголки его губ дрогнули в едва заметной, хитрой усмешке. — В этом и заключается суть моего предложения, — произнес Гео Архонт. — Я не могу покинуть Ли Юэ и отправиться в хранилище сам — это вызовет слишком много вопросов у Цисин. Но вы могли бы стать моими доверенными лицами, я дам вам координаты и возможный ключ. А ты, Странник, со своей уникальной Анемо-энергией и помощью того дракона, вполне сможешь доставить Декарабиана на нужную высоту. Взамен я обязуюсь, уладить твои возможные проблемы с дипломатами из Снежной, никто не узнает, что случилось с Синьорой, за пару тон моры. Я замер, шантаж... чистой воды шантаж. — А скафандры ты нам тоже выдашь по контракту? — саркастично уточнил я. — Там, наверху, кислорода нет, дед, мы задохнемся раньше, чем найдем твои ящики. — О, об этом не беспокойся, — Чжун Ли невозмутимо отпил остывший чай. — Хранилище окружено плотным Гео-куполом с идеальным микроклиматом. Главное — попасть внутрь, ну так что? По рукам?