Когда гаснут сказки: Цена Геройства

Она не смогла уснуть. Ворочалась с боку на бок, считала про себя удары сердца, смотрела в потолок — ничего не помогало. Мысли крутились вокруг одного и того же, как заевшая пластинка. В конце концов Варя села на кровати, отбросила одеяло и подошла к зеркалу. В комнате было тихо. Только где-то вдалеке гудел город, равнодушный к её терзаниям. Она старалась двигаться максимально бесшумно, чтобы не привлекать внимания — мало ли, может, у Стаса тут везде камеры? Выбора в одежде не было. Совсем. Она перебрала вещи, разложенные на стуле: две пары строгих костюмов — рубашка, пиджак, брюки; пижама, которая, судя по фасону, была создана специально для того, чтобы девушки чувствовали себя неуютно — короткая майка и шорты, открывающие больше, чем хотелось бы. И её старая толстовка, купленная ещё во время практики в Мышкине. Единственное, что не отобрали. Единственное, что было своим. Варя натянула толстовку поверх пижамы. Ткань пахла домом, пахла свободой, пахла тем временем, когда всё было проще. Она поджала губы, глядя на своё отражение. Всего восемь вечера. Он ведь наверняка не спит? Вряд ли. Мороки вообще мало спят, кажется. В любом случае, она не собиралась стоять на коленях и вымаливать прощение. Только для приличия. Только чтобы снять это дурацкое напряжение, которое поселилось внутри с того самого момента, как она врезала ему. Извиниться — и всё. А дальше пусть сам разбирается. Да, именно так. Просто снять груз вины и лёгкого стыда. Да, у неё, у Вари Ветровой, принцессы Штормграда, было это чувство. И оно бесило. Она прислушалась к себе. Концентрация магии была низкой — человеческая еда делала своё дело, высасывая силы. Но для одного маленького перемещения должно хватить. Туда и обратно. Всего пара метров. Щелчок. Пурпурный дым заполнил комнату, и через секунду Варвара Ветрова исчезла, оставив после себя только лёгкий запах озона и пустоту. —————— Пурпурный дым материализовался на этаж выше — прямо над номером Вари. Влад поселился здесь, и теперь она стояла посреди почти таких же апартаментов, с той лишь разницей, что здесь чувствовалась рука хозяина. Варя оглянулась по сторонам и невольно усмехнулась. Она ожидала увидеть бардак, разбросанные вещи, может, даже пустые бутылки. Но здесь было... опрятно. Чистая посуда аккуратно сложена на столе — видимо, он каким-то образом научился её мыть, в отличие от неё. Варя просто приносила грязные тарелки Стасу и забывала о них. Постель была застелена, но ещё не расправлена — значит, не ложился. И пыли не было. Он что, вытирает её? Мысль о том, что древний князь, переживший триста лет заточения, моет посуду и вытирает пыль в гостиничном номере, показалась ей настолько абсурдной, что она чуть не рассмеялась. Но смех застрял в горле, когда она почувствовала на себе взгляд. Влад стоял в проёме, ведущем в ванную, облокотившись о косяк. В руке он держал банку пива, а сам был в пижаме, которая выглядела до неприличия удобной — свободная футболка, мягко обтягивающая плечи и руки, но не сковывающая движений. Варя даже позавидовала: у девочек пижамы были на тонких бретельках, открывающие больше, чем хотелось бы. Волосы у Влада были мокрыми — значит, только из душа. Кожа слегка покраснела, глаза тоже — видимо, вода попала, мелочь на чувствительных. — Неужели силы есть, чтоб переместиться, Колючка? — усмехнулся он, делая глоток из банки. Варя брезгливо поморщилась. — Фу, пьяница. — Она отступила на шаг назад, скрестила руки на груди и сняла капюшон, открывая лицо. — Я пришла конкретно извиниться. Так что попробуй помолчать и дать мне уйти с чистой душой, ясно? — Ну, это не обещаю, — протянул он заинтригованно, продолжая опираться на косяк. — Может, магия не сработает, и ты останешься тут? — В его голосе появился притворный испуг. Он снова отпил пиво, смакуя. — Придётся через окно, — фыркнула она и шагнула к нему, хмуря брови. — Значит так. Я имела все права подозревать тебя в предательстве, потому что ты по определению предатель. Но давать тебе по лицу не планировала, поэтому прошу с этого извинения. Ясно? Даже извиняясь, она умудрялась звучать как угроза. Влад смотрел на неё поверх банки, и в его глазах плясали чёртики. — Ясно, — сказал он медленно. — Принимается. Варя выдохнула, уже готовая щёлкнуть пальцами и исчезнуть. — Но ты кое-что забыла, — добавил он тихо. Она замерла. Влад поставил банку на стол — аккуратно, кончиками пальцев, даже не глядя, — и шагнул к ней. Варя отступила на шаг, вскинув брови. — Эй, ты что удумал? Он не стал приближаться вплотную, но остановился достаточно близко, чтобы видеть её глаза. Чтобы она видела его. — Ты когда-нибудь видела, как родители лечат ранки у детей? — спросил он с лёгкой, почти невинной полуулыбкой. Варя нахмурилась. Руки автоматически сложились в закрытую позу. — Что? Это вообще к чему? — Ну ответь. Она недоверчиво посмотрела на него, но действительно задумалась. В Штормграде её никто не лечил поцелуями. Там лечили дисциплиной и презрением к боли. Но она видела в книгах, в фильмах, в историях Алёнки... — Пластырями? — предположила она неуверенно. Влад улыбнулся. Широко, обаятельно, всеми зубами и глазами. Поднял указательный палец и ткнул себя в здоровую щёку — ту самую, в которую она врезала несколько дней назад. — Поцелуем, — сказал он. И улыбнулся так, что у неё внутри что-то ёкнуло. Неприятно. Наверное. Варя посмотрела на него с таким выражением, будто ей предложили лизнуть унитаз. Глаза, кажется, даже почернели от омерзения. — Зря я воспитанная, — процедила она стальным голосом. — А то бы врезала ещё раз. Она развернулась, собираясь уйти, и потянулась к капюшону, чтобы накинуть его на голову. Но Влад вдруг шагнул к ней и аккуратно взял за плечо. — Эй, руки прочь... — Подожди. — Он указал пальцем куда-то в район её виска, почти к корням волос. — Я сейчас. Варя замерла. Не потому что испугалась — просто в его голосе появилась та самая сталь, которая не терпела возражений. Он обхватил её левое плечо, правой рукой осторожно коснулся волос, прямо у челки. Что-то блестящее. Маленькое. Незаметное. И вытащил. Влад поднёс находку к свету, включил лампу и замер. Его лицо изменилось. Улыбка исчезла. Челюсть сжалась. — Что там? — Варя шагнула ближе, забыв о дистанции. Влад медленно повернул к ней руку. На его ладони лежала крошечная камера. Микроскопическая. Почти незаметная. Вживлённая в волосы так, что ни одна расческа бы её не зацепила. — Камера, — выдохнул он. — Прямо в волосах. Варя смотрела на это устройство и чувствовала, как кровь отливает от лица. Её трясли. Её волосы. Её тело. Всё это время. — Стас, — прошептала она одними губами. Влад кивнул. В его глазах горел холодный, опасный огонь.   Варя смотрела на крошечную камеру на ладони Влада и чувствовала, как внутри всё холодеет. Не от страха — от злости. От осознания, что всё это время... все эти дни... каждый их шаг, каждое слово, каждый вздох... — Значит, в комнатах девочек тоже есть, — пробормотала она одними губами. Ноги подкосились. Она позволила себе опуститься на диван — впервые за долгое время позволила себе эту слабость. Слишком много информации. Слишком быстро. Слишком... мерзко. Она не заметила, как Влад одним пинком вынес дверь. Просто услышала грохот где-то на периферии сознания, но не придала значения. Мысли были заняты другим: осмотры. Та добрая женщина с конфетами. Она трогала её волосы, осматривала кожу, заглядывала в глаза. И каждый раз, каждый чёртов раз она что-то вживляла. Что-то незаметное. Что-то, что не чувствуешь, пока не найдёшь. Варя подняла глаза. Влад нависал над ней, и вид у него был серьёзный. Ни тени привычной усмешки. — Колючка, на, попей, — он сунул ей в руки стакан с водой. Она выпила почти залпом, даже не почувствовав вкуса. Поставила стакан на стол и резко встала. — Пошли. Она направилась к выходу, и Влад двинулся следом. В коридоре она почти бежала, он не отставал. У двери в номер Снежки Влад уже занёс ногу для очередного «пинка по-мороковски», но Варя остановила его жестом. — Не говори девочкам об этом, ясно? — Она говорила быстро, чётко, как на поле боя. — Просто попроси их выйти из комнаты, а сам осмотри их на камеры. Понял? Он кивнул. — Я пошла к Стасу разбираться. Она развернулась, но не успела сделать и шага — его рука сомкнулась на её запястье. — Стой. Варя дёрнулась, но Влад держал крепко. Не больно — но так, что вырваться было бы сложно. — Пусти, — процедила она сквозь зубы, даже не оборачиваясь. — Нет. Одно слово. Твёрдое, как сталь. — Ты сейчас пойдёшь к Стасу, — продолжил он, не повышая голоса, — ворвёшься, устроишь скандал, может, даже врежешь ему. И что дальше? — А что ты предлагаешь? — она резко обернулась, и в её глазах полыхал тот самый шторм. — Сидеть и ждать, пока они ещё что-нибудь в нас вживят? Пока каждый наш шаг будут записывать? — Я предлагаю подумать, — Влад шагнул ближе, но руки не отпустил. — Если ты сейчас пойдёшь к нему одна — он всё отрицает. Скажет, что это не он, что это безопасность, что так надо. И что ты сделаешь? Убьёшь его? Тогда нас всех отсюда не выпустят. Варя замерла. Дышала тяжело, но слушала. — Мы должны собрать доказательства, — продолжил Влад. — Все камеры, которые найдём. Потом — тихо, без шума — связаться с королём. Если получится. Если нет — придумать другой план. Но врываться к нему одной — самоубийство. Он отпустил её руку. — Я пойду к девочкам. Осмотрю их комнаты. А ты... ты просто постой здесь. Подыши. Не делай глупостей. Он шагнул к двери Снежки, но на пороге обернулся. — И, Колючка... — он усмехнулся — той самой, прежней усмешкой. — Ты сегодня уже один раз врезала князю. Хватит на неделю. И скрылся за дверью, оставив Варю в коридоре — злую, растерянную, но такую красную.  —Эй, т-ты чего такой серьезный, а?! —возмутилась она, явно непонимая почему смутилась от его собранности и уверенности лидерства. ———- Прежде чем войти в комнату Снежки, Влад замер. Нога, уже занесённая для привычного «мороковского» пинка, медленно опустилась на пол. Шум. Если он сейчас вынесет ещё одну дверь, весь этаж проснётся. А вместе с ним — Стас, охрана, и кто знает, кто ещё. Он развернулся и почти столкнулся с Варей. Та стояла в двух шагах, и — странное дело — щёки у неё слегка порозовели. В полумраке коридора это было особенно заметно. Влад шагнул к ней, аккуратно взял за плечи и чуть наклонился, чтобы видеть глаза. Без макияжа она была... другой. Не той ледяной принцессой, к которой он привык. Просто девушкой. Красивой девушкой. — Колючка, сможешь переместиться к Стасу и забрать карточки? — спросил он тихо, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Варя моргнула. Секунду смотрела на него — в эти ледяные, почти прозрачные глаза — и, кажется, забыла, как дышать. Но тут же взяла себя в руки, дёрнула плечами, освобождаясь от его хватки. — Что?.. Да, я сейчас. Щелчок — и пурпурный дым растворил её в воздухе. Влад остался стоять в пустом коридоре, глядя на то место, где только что была Варя. Быстро соображает. Хорошо. Не нужно долго объяснять. Наверное, поэтому он не может её отпустить. Он тряхнул головой. — Так! — прошептал он сам себе. — Сейчас не до этого! И, стараясь не думать о розовых щеках и распахнутых глазах. Варя появилась из пурпурного дыма прямо посреди коридора и, не давая Владу опомниться, резко накрыла его рот ладонью. — Тихо, — прошипела она, прикладывая палец к своим губам в универсальном жесте «молчи». — Стас чуть не проснулся. От шума в коридорах точно проснётся, надо быстро и незаметно. Она сунула ему в руки две карточки — от номеров Саши и Алёнки. Влад уставился на них в полном замешательстве. — Зачем Саши-то?.. — прошептал он, но Варя уже закатила глаза. — А если в комнате Алёнки трусики увидишь? — она говорила шёпотом, но в этом шёпоте чувствовалась сталь. — Саше можно, тебе нет. Она пихнула его в сторону номера Саши. — Всё, работать. И сама, ступая почти бесшумно, направилась к номеру Васи. Влад проводил её взглядом. Быстро соображает. Мгновенно оценивает риски. Учитывает даже такие... деликатные моменты. Прекрасная. Он тряхнул головой, прогоняя неуместные мысли, и приложил карточку к двери Сашиного номера. Замок щёлкнул почти беззвучно. Влад скользнул внутрь, стараясь не разбудить парня, и принялся методично обыскивать комнату в поисках крошечных камер. Саша проснулся мгновенно — так, как просыпаются только те, кто за год в сказочном мире привык к любой опасности. В темноте он увидел большую мужскую фигуру, и рука сама метнулась к тумбочке, где на всякий случай всегда лежал нож. — Ты кто тут такой?! — заорал он, вскакивая и замахиваясь. Влад среагировал быстрее. Одним профессиональным движением он выбил нож из Сашиной руки, второй рукой зажал ему рот. — Молчи, блять! — прошипел Влад, и даже в темноте было видно, как горят его глаза. — У девочек камеры в комнатах. Саша замер. Шок отразился на его лице даже в полумраке. — Т-то есть у Алёнки... — выдохнул он сквозь пальцы Влада. — Да! — Влад разжал руку и сунул Саше карточку от номера Алёнки. — Поэтому на. Осмотри всё, но самой рыжей не говори, понял? Истерику устроит, нельзя ей плакать. Саша кивнул, даже не думая спорить. Схватил карточку и, не тратя времени на одежду, выскочил в коридор прямо в пижаме. Только пятки засверкали. Влад проводил его взглядом и выдохнул. Хоть кто-то понимает, что к чему. Осталось проверить остальных. Варя ворвалась в комнату Васи и первым деле замерла, привыкая к темноте. Потом подошла к кровати, где парень спал так крепко, что, казалось, его и пушкой не разбудишь. — Вась! — зашипела она, тряся его за плечо. Ноль реакции. Она тряхнула сильнее. Вася только перевернулся на другой бок. Варя стиснула зубы. Времени не было. Она замахнулась и со всей дури влепила ему подзатыльник. — Подъём, сука! — вырвалось у неё раньше, чем она успела подумать. Она вообще не планировала выражаться, но тупость Васи в этот момент бесила неимоверно. — У твоей девушки в номере камеры! Вася дёрнулся, сел на кровати и захлопал глазами, пытаясь сфокусироваться. — Что?.. Какие камеры?.. Девушка?.. — пробормотал он сонно, потирая затылок. — Снежка, Вась. Снежка! — Варя схватила его за плечи и слегка встряхнула, надеясь, что это поможет ему проснуться. — За Снежкой без спроса наблюдали везде! Понимаешь? Вася моргнул. Ещё раз. И вдруг до него начало доходить. Он посмотрел на Варю — и только сейчас осознал, что она стоит в его комнате посреди ночи. — Э-эй, Варь, а ты что тут делаешь?? — он дёрнулся и попытался прикрыться одеялом. Варя закатила глаза и со всей силы хлопнула себя по лбу. В этот момент дверь приоткрылась, и в проёме показался Влад. — Разбирайся с ними, — бросила Варя, сунув Владу карточку от номера Снежки. — Я пошла к Маше. И, не дожидаясь ответа, скользнула в коридор. Влад посмотрел на карточку, потом на Васю, который всё ещё пытался натянуть одеяло до подбородка. — Вставай, — коротко сказал он. — Идём спасать твою девушку от шпионов. Вася наконец проснулся окончательно. В комнате, заставленной мониторами, было тихо. Только мерное гудение аппаратуры нарушало тишину. Двое мужчин сидели перед экранами, попивая остывший кофе и лениво перебрасываясь фразами. — Скучно сегодня, — зевнул один, постарше. — Все спят, как сурки. — Ага, — кивнул второй, Владимир. — Хоть бы одна проснулась, что ли. На ту брюнетку приятно смотреть. Он потянулся к кружке и вдруг замер. На мониторе, где должна была быть комната Снежки, пошли помехи. Сначала лёгкие, едва заметные. Потом сильнее. А потом экран погас. — Эй, Владимир, что за хрень?! — поперхнулся кофе первый, ткнув пальцем в соседний монитор. Там, в комнате Алёнки, тоже творилось что-то странное — изображение дёргалось, рябило, и вдруг пропало. Владимир бросился к пульту, лихорадочно нажимая кнопки. Пытался восстановить сигнал, перезапустить камеры, но тщетно. — Вот же блять! — выругался он, когда ещё один экран погас. — Они их ломают! В щепки! На оставшихся мониторах мелькали обрывки изображений: мелькнула фигура Саши, который с каким-то остервенением выковыривал камеру из вентиляции; Влад методично обыскивал комнату Снежки; Варя уже заканчивала с номером Маши, бросая на пол очередную крошечную нашлёпку. — Вырубай всё! — крикнул первый, но было поздно. Один за другим экраны гасли, оставляя после себя только чёрную пустоту. Комната погрузилась в тишину, нарушаемую только тяжёлым дыханием двух мужчин, которые только что потеряли контроль над ситуацией.