Я все еще пишу тебе

      Лекса переживала все это гораздо хуже, чем показывала. Сначала она еще держалась. Работа спасала. Совещания. Дедлайны. Бесконечные презентации. Но постепенно даже этого стало не хватать. Потому что Кларк продолжала ускользать. Не исчезала полностью. Не отталкивала напрямую. Но будто снова закрывала перед Лексой дверь.       И это медленно ломало ее изнутри. Кларк начала замечать изменения почти сразу. Сначала — сигареты. Лекса и раньше курила, но теперь это стало почти постоянным. Она выходила на улицу между встречами. Курила возле открытого окна. Курила вечером на парковке перед тем, как уехать домой. Иногда Кларк видела, как Лекса просто стоит одна на пожарной лестнице с сигаретой в пальцах и пустым взглядом куда-то в ночной город.       Потом появился алкоголь. Об этом Кларк напрямую не знала. Но замечала по мелочам. По слегка уставшему взгляду утром. По редким опозданиям, которых раньше у Лексы никогда не было. По тому, как иногда та слишком долго молчала, будто организм просто не успевал восстанавливаться.       А еще Кларк начала замечать дрожь в ее руках. Совсем легкую. Почти незаметную для других. Но не для нее. И это убивало. Потому что она понимала причину.       Однажды вечером офис почти опустел. Большинство сотрудников давно разъехались по домам, и только в нескольких кабинетах еще горел свет. Кларк сидела за ноутбуком в переговорной зоне своего отдела, проверяя очередные правки по анимациям. Глаза уже болели от экрана. Спина ныла. А внутри все привычно было натянуто струной.       Она даже не сразу заметила Лексу. Только почувствовала знакомый запах парфюма и сигарет. Лекса тихо подошла и села рядом. Без привычной дистанции. Близко.       Кларк напряглась моментально. Лекса выглядела плохо. Очень. Красивая — да. Она всегда была красивой. Но сейчас под глазами залегли тени, волосы были собраны кое-как, а взгляд… уставший настолько, будто она несколько недель нормально не спала.       Несколько секунд Лекса просто молчала. А потом осторожно взяла Кларк за руку. И от этого прикосновения у Кларк внутри все перевернулось. Потому что Лекса держала ее ладонь так бережно, будто боялась, что Кларк сейчас исчезнет.       — Пожалуйста, поговори со мной, — тихо сказала она.       И в этом голосе не было давления. Только усталость и почти отчаяние. Кларк почувствовала, как сердце начинает колотиться слишком быстро.       Нет. Нет-нет-нет. Только не сейчас.       Ее резко замутило. Настолько внезапно, что Кларк сама испугалась. Она резко закрыла рот рукой и вскочила с места.       — Кларк? — Лекса среагировала мгновенно.       Кларк почти бегом ушла в сторону туалета. И Лекса, конечно, пошла за ней. Когда Кларк согнулась над раковиной, пытаясь нормально дышать после очередной волны тошноты, Лекса уже стояла рядом. Собранная. Спокойная. Будто собственная боль мгновенно отошла на второй план. Она придержала волосы Кларк одной рукой и второй включила холодную воду.       — Тише… тише, я рядом.       Кларк трясло. Не только физически. Эмоционально тоже. Потому что именно этого она и боялась. Что все станет слишком настоящим.       — Ты давно так себя чувствуешь? — Лекса намочила бумажное полотенце и осторожно приложила к ее шее.       Кларк закрыла глаза. Она больше не могла это держать. Просто не могла. Лекса слишком хорошо ее знала. Слишком внимательно смотрела. А сама Кларк уже задыхалась от постоянного страха.       — Лекса…       Голос дрогнул. Лекса сразу присела перед ней на корточки, заглядывая в лицо:       — Эй. Все хорошо. Не бойся меня, пожалуйста.       И вот это окончательно добило Кларк. Потому что Лекса думала, что проблема в ней. Что Кларк боится именно ее. А Кларк боялась совсем другого. Она медленно села на край диванчика возле стены и закрыла лицо руками.       — Я больше не могу молчать.       Лекса замерла. Сердце у нее, кажется, тоже остановилось на секунду. Она осторожно села рядом. Очень близко. Но не трогала. Ждала. Кларк долго собиралась с силами. А потом тихо сказала:       — Поехали к тебе. Я не хочу говорить это здесь.       Лекса несколько секунд просто смотрела на нее. И кивнула сразу. Без единого вопроса. Только тихо ответила:       — Хорошо.       Всю дорогу они почти молчали. Кларк сидела у окна, сжав пальцы в рукавах толстовки. А Лекса вела машину так напряженно, будто готовилась к чему-то страшному. Потому что интуитивно уже понимала: сейчас ее жизнь снова изменится.       Когда они вошли в квартиру Лексы, Кларк впервые за долгое время почувствовала, насколько сильно нервничает. Квартира встретила их мягким теплым светом, запахом дерева, кофе и едва уловимого табака. Большая. Очень стильная, но при этом неожиданно живая. Не холодная дизайнерская картинка, а место, где действительно жили. На диване лежал плед. На столике стояли книги и кружка. Где-то тихо играла музыка с колонки. И почти сразу послышалось недовольное:       — Мррррр?       Из коридора выплыла Фло. Светлая пушистая кошка остановилась посреди комнаты, настороженно глядя на Кларк огромными глазами.       — Боже… какая ты красивая, — Кларк невольно замерла.       Лекса тихо хмыкнула, снимая пальто:       — Она сейчас делает вид, что очень грозная хозяйка квартиры. Не ведись.       Фло еще пару секунд изучала Кларк, а потом внезапно подошла ближе и потерлась об ее ногу. Кларк удивленно рассмеялась впервые за весь вечер по-настоящему.       — О, все. Я ей понравилась?       — Ты недооцениваешь свою способность нравиться всем живым существам.       Кларк подняла взгляд на Лексу. И сердце опять болезненно дрогнуло от того, насколько мягко та на нее смотрела. Лекса быстро взяла телефон:       — Ты что будешь есть? Я сейчас закажу что-нибудь нормальное, потому что ты выглядишь так, будто нормально не ела неделю.       — Лекса…       — Кларк. Еду. Сейчас.       Этот тон был почти строгим, но забота в нем ощущалась слишком явно.       — Что-нибудь легкое. Правда, — Кларк тихо выдохнула.       Лекса кивнула и начала делать заказ. Параллельно она заметила мигающий экран телефона Кларк, лежащего в сумке.       — Тебе Рейвен уже шесть раз написала.       — Телефон на беззвучном, — Кларк нервно усмехнулась.       Лекса коротко кивнула и быстро набрала сообщение сама: «Она со мной. Все нормально.» Потом убрала телефон и снова посмотрела на Кларк уже внимательнее. Та стояла посреди гостиной слишком потерянная. Будто не понимала, куда деть себя и свои мысли.       — Иди сюда.       Лекса мягко кивнула на диван. Кларк медленно села, а Фло почти сразу запрыгнула рядом, устраиваясь возле ее бедра и начиная громко мурчать.       — Предательница, — пробормотала Лекса кошке.       Кларк машинально начала гладить мягкую шерсть. Это немного успокаивало руки. Хотя внутри все равно уже начиналась настоящая паника. Лекса села напротив сначала, наблюдая за ней слишком внимательно.       И именно это добило Кларк окончательно. Потому что она видела: Лекса уже чувствует, насколько все серьезно.       — Я…— Кларк судорожно вдохнула       Голос сразу дрогнул. «Нет. Нет-нет. Только не разреветься сейчас.» Она сжала пальцы в шерсти Фло.       — Кларк, — тихо позвала Лекса. — Посмотри на меня.       Кларк подняла взгляд. И от того, насколько там было много нежности и тревоги одновременно, ее начало трясти еще сильнее. Буквально. Лекса заметила это мгновенно.       — Эй…       Она сразу пересела ближе. Очень близко.       — Ты дрожишь.       Кларк уже не могла остановиться. Пальцы ледяные. Дыхание рваное. Слезы подступают к горлу.       — Лекса, я… я беременна.       Тишина. Абсолютная. Даже Фло перестала двигаться где-то между ними.       Кларк почувствовала, как ее начинает накрывать паникой уже по-настоящему, потому что именно этого момента она боялась больше всего. Увидеть реакцию Лексы. Отвращение. Шок. Разочарование. Или хуже — жалость.       Но Лекса не сказала ни слова. Она только мгновенно придвинулась еще ближе и обняла Кларк обеими руками. Сильно. Крепко. Будто пыталась удержать ее прямо сейчас.       — Тише… тише, маленькая, спокойно.       Кларк задохнулась от этого обращения. Лекса прижала ладонь к ее затылку, начиная мягко гладить волосы:       — Не нервничай так, пожалуйста. Это…вредно       Кларк окончательно сломалась. Потому что Лекса первой подумала не о себе. Не о ситуации. Не о Нэйте. А о ней и…ребенке. Кларк уткнулась лбом ей в плечо, чувствуя, как все тело дрожит.       — Я не знала, как тебе сказать…Я не знала вообще, что делать…       Лекса молчала. Только продолжала держать ее. И Кларк начала говорить. Сбивчиво. Иногда задыхаясь. Иногда плача прямо в ее плечо. Про тест. Про УЗИ. Про страх. Про то, как она пыталась отдалиться, потому что не могла вынести мысль, что Лекса узнает и уйдет.       — Я думала…Боже, я думала, что если ты узнаешь, то просто… откажешься от меня…       Последние слова прозвучали совсем тихо. Почти по-детски сломано. Лекса резко отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ей в лицо. И Кларк увидела в ее глазах почти болезненную обиду. Не на Кларк. На саму мысль об этом.       — Ты правда думаешь, что я способна оставить тебя одну с этим?       Голос Лексы дрогнул. Она осторожно убрала мокрые волосы с лица Кларк:       — После всего… ты правда настолько мне не доверяешь?       Кларк снова заплакала, потому что именно этого она и не ожидала услышать, насколько сильно Лекса все еще любит ее.       Лекса еще крепче прижала Кларк к себе, когда та снова начала дрожать от слез. И удивительно — рядом с ней организм действительно постепенно сдавался. Будто тело Кларк само знало: здесь безопасно. Лекса медленно гладила ее по спине, по волосам, целовала висок, ничего не требуя взамен.       — Тише… все хорошо… Я рядом, слышишь? Я рядом, Кларк.       И от этого спокойного голоса внутри наконец начинало становиться не так страшно. Кларк уткнулась носом ей в шею и за последние недели почувствовала, как паника отпускает хотя бы немного. Потому что Лекса не ушла. Не оттолкнула ее. Не изменилась в лице. Не посмотрела с осуждением. Наоборот. Держала так, будто боялась отпустить.       Кларк медленно выдохнула, чувствуя, как усталость накрывает ее волной после всего пережитого. Фло тем временем все-таки улеглась рядом, прижавшись пушистым боком к бедру Кларк, будто тоже решила участвовать в процессе эмоционального спасения человека.       Лекса чуть улыбнулась этому, продолжая гладить Кларк по плечу. И тогда Кларк все-таки тихо сказала:       — Это ребенок Нэйта.       Лекса не вздрогнула. Не отвела взгляд. Только чуть медленнее провела ладонью по ее спине, показывая, что слышит. Кларк нервно сглотнула:       — Я… я еще не говорила с ним нормально. Он знает только про расставание. Но…       Она зажмурилась на секунду.       — Я не хочу быть с ним, Лекса.       Голос снова стал ломким.       — И это ужасно, потому что он хороший человек. Правда хороший. Но я просто… не могу.       Лекса смотрела на нее очень внимательно. Слишком внимательно. И Кларк почти болезненно выдохнула:       — Но я понимаю, что тебе это тоже не нужно. Все это. Ребенок. Проблемы. Чужой мужчина в этой истории…       — Кларк.       Лекса произнесла ее имя тихо, но так, что девушка сразу замолчала. В этом голосе появилось что-то твердое.       — Не решай за меня. Пожалуйста.       Кларк подняла на нее влажные глаза. Лекса осторожно убрала прядь волос с ее лица и наклонилась ближе. Настолько близко, что Кларк почувствовала ее дыхание.       — Ты все время пытаешься сделать это, — тихо сказала Лекса. — Думаешь за меня. Выбираешь за меня. Решаешь, что мне нужно, а что нет.       И прежде, чем Кларк успела что-то ответить, Лекса нежно поцеловала ее. Совсем иначе, чем тогда в кабинете. Не жадно. Не отчаянно. А мягко. Бережно. Так, будто хотела не забрать, а наоборот — отдать Кларк все свое спокойствие. Когда она чуть отстранилась, их лбы остались соприкасаться.       — Я хочу выбирать только тебя, — почти шепотом сказала Лекса.       У Кларк снова защипало глаза.       — Всегда.       Лекса слабо улыбнулась:       — И, если ты выберешь меня… я буду очень счастливой, Кларк.       «Господи.»       У Кларк внутри будто что-то окончательно сломалось от нежности этих слов. Она смотрела на Лексу почти растерянно. Будто все еще не могла поверить, что это реально происходит. А потом очень тихо спросила то, чего боялась больше всего:       — Но… ребенок ведь не от тебя.       На секунду в комнате повисла тишина. И вдруг Лекса тихо рассмеялась. Не зло. Не нервно. А удивленно и даже немного нежно. Она коснулась пальцами щеки Кларк:       — Боже, маленькая…       Лекса покачала головой, будто искренне не понимала, как Кларк вообще могла подумать об этом.       — Это ребенок твой, Кларк.       Она сказала это так просто. Так естественно. Будто этого было достаточно для всего мира.       — А я люблю тебя.       Голос Лексы стал совсем тихим.       — Значит и его любить меньше не буду.       Кларк перестала дышать на секунду. Потому что именно в этот момент что-то внутри нее наконец расслабилось окончательно. Ее действительно выбирают. Целиком. Со всей ее болью. Ошибками. Прошлым. И будущим.       После этих слов внутри Кларк наконец стало тихо. Не идеально. Не так, будто все проблемы исчезли разом.       Нет.       Страхи всё ещё были. Будущее всё ещё пугало. Впереди всё ещё ждали сложные разговоры, решения и перемены. Но она перестала чувствовать себя одинокой в этом. Лекса не ушла. И, кажется, даже не думала уходить.       Кларк смотрела на неё влажными глазами, всё ещё не до конца веря в реальность происходящего. А потом вдруг сама подалась вперёд и крепко обняла Лексу за шею. Так отчаянно и одновременно доверчиво, будто всё её тело наконец разрешило себе расслабиться рядом с этим человеком.       Лекса тихо выдохнула прямо ей в волосы. Господи. Она скучала по этому больше, чем могла признать даже самой себе. По тому, как Кларк прижимается к ней. Как ищет тепло. Как доверяет вес собственного тела. Лекса сразу обняла её в ответ обеими руками, медленно поглаживая спину.       — Иди сюда, маленькая.       И прежде, чем Кларк успела понять, что происходит, Лекса осторожно подняла её на руки. Кларк тихо ахнула скорее от неожиданности, чем от протеста, автоматически сильнее обнимая её за шею.       — Лекса…       — Молчи. Тебе сейчас вообще нельзя нервничать и бегать по квартире.       В голосе Лексы снова появилась та мягкая уверенность, от которой у Кларк внутри всё теплело. Она унесла её в спальню так спокойно, будто это было самой естественной вещью в мире.       Комната была тёплой, немного темной, с мягким светом прикроватной лампы. Постель смятая после недавнего сна. Запах Лексы вокруг. И почему-то именно это окончательно добило Кларк эмоционально. Потому что всё вдруг стало слишком настоящим. Лекса осторожно уложила её на кровать, будто боялась сделать хоть одно резкое движение. Поправила подушку. Укрыла пледом ноги. А потом легла рядом сама. И сразу притянула Кларк к себе.       Кларк почти мгновенно спрятала лицо у неё под подбородком, чувствуя, как Лекса медленно перебирает её волосы пальцами. Это было настолько спокойно. Настолько правильно. Что у Кларк снова защипало глаза.       — Я люблю тебя, — тихо прошептала Лекса ей в макушку.       Будто хотела, чтобы Кларк действительно услышала.       — Люблю всю тебя.       Пальцы мягко скользнули по её волосам.       — Со всеми страхами. Со всеми сложностями. Со всем будущим, которое нас ждёт.       Кларк закрыла глаза, чувствуя, как сердце болезненно сжимается уже совсем по-другому. Не от боли. От того, насколько сильно её любят.       Лекса чуть крепче прижала её к себе:       — И я хочу быть с тобой. Не временно. Не пока удобно, — коснулась губами её виска. — По-настоящему, Кларк.       Кларк тихо всхлипнула, но уже почти счастливо. Эти слова попадали прямо в те части неё, которые годами были голодны до любви и уверенности. Она медленно подняла голову, встречаясь взглядом с Лексой. Так близко. Глаза в глаза. Тёплое дыхание. Руки Лексы всё ещё у неё на талии. И Кларк поняла, что больше не хочет убегать.       — Я тоже тебя люблю… — совсем тихо прошептала она.       У Лексы в этот момент взгляд стал таким мягким, что Кларк чуть не расплакалась снова. Она потянулась сама. Медленно. Нежно. И поцеловала Лексу в губы. Без паники. Без страха потерять. Просто, потому что любила. Лекса ответила сразу. Так же осторожно и бережно. Будто они обе сейчас собирали друг друга заново по кусочкам.