Часть 16
29 мая 2026 г., 22:55
Утро для Лексы наступило гораздо раньше будильника. Она проснулась еще в полутьме, несколько секунд просто лежа и слушая чужое спокойное дыхание рядом. Кларк спала, прижавшись к ее плечу, уткнувшись носом куда-то в ворот футболки Лексы, а одна рука все еще сжимала ткань на ее боку, будто даже во сне не хотела отпускать. И у Лексы в этот момент внутри стало так тихо и тепло, что она несколько секунд просто смотрела на нее.
Господи. После всех лет. После всей боли. После всего, через что они прошли. Кларк была здесь. Рядом с ней. Лекса очень осторожно убрала светлую прядь с ее лица и мягко коснулась губами лба девушки.
— Спи, маленькая, — едва слышно прошептала она.
Фло, лежавшая в ногах кровати, лениво приоткрыла глаз, будто проверяя, куда это человек собирается без нее в такую рань.
— Даже не начинай, — шепотом сказала ей Лекса. — Я быстро.
Кошка недовольно дернула хвостом.
Через сорок минут Лекса уже возвращалась домой с пакетами продуктов, кофе и каким-то количеством фруктов, потому что последние пятнадцать минут в магазине она думала примерно так: «А вдруг Кларк это захочет?» И брала.
Когда она поднялась в квартиру, телефон в кармане начал вибрировать почти сразу. «Октавия». Лекса усмехнулась себе под нос еще до ответа.
— Доброе утро, — спокойно сказала она, заходя домой.
— НЕ ДОБРОЕ! — моментально раздалось в трубке. — Где Кларк?! Почему она не отвечает?! С ней все нормально?! А с ребенком?!
Лекса даже остановилась посреди кухни. И улыбнулась. Боже. Какая же Октавия все-таки была трогательная в своей панике.
— Она спит, Октавия, — мягко ответила Лекса, начиная раскладывать продукты. — И да, с ней все хорошо.
— Точно?!
— Клянусь.
— А ребенок?!
— Октавия.
— ЧТО?!
— Ты сейчас звучишь как очень агрессивная молодая мать, — Лекса тихо рассмеялась.
На той стороне повисла пауза.
— …иди нахрен.
— Не-а. Это вообще-то мило.
Октавия явно растерялась от такого ответа. Лекса почти видела, как у нее сбился весь боевой настрой.
— Ну… — буркнула она уже тише. — Просто Кларк наша.
И это «наша» почему-то очень задело Лексу внутри чем-то теплым. Эти девочки действительно были рядом с Кларк тогда, когда ее самой не оказалось.
— Я знаю, — тихо сказала Лекса уже серьезнее. — И спасибо вам за это.
Октавия замолчала на секунду.
— Ладно… — выдохнула она наконец. — Только если обидишь ее еще раз, то я тебя реально закопаю.
— Учту, — Лекса усмехнулась.
— И… Лекса?
— М?
— Спасибо, что не сбежала сейчас.
— Я больше никуда от нее не уйду, — улыбка стала совсем мягкой.
После разговора квартира снова погрузилась в спокойствие. Лекса переоделась в домашнее, собрала волосы кое-как наверх и начала готовить завтрак. На кухне пахло кофе, тостами и чем-то сладким. Фло крутилась под ногами, периодически возмущенно мяукая, будто лично контролировала весь процесс.
А в спальне Кларк вскоре проснулась медленно и впервые за долгое время — спокойно. Без тревоги. Без резкого страха в груди. Она еще не открывала глаза, когда почувствовала рядом тепло и услышала громкое мурчание. Кларк сонно нахмурилась и наконец приподняла голову. Фло лежала буквально у нее под боком. Огромный пушистый светлый комок счастья. И мурлыкала так, будто выполняла важнейшую терапевтическую миссию.
— О господи… — хрипло рассмеялась Кларк со сна.
Фло тут же боднула ее лбом в руку, требуя внимания.
— Ты решила со мной спать до победного?
Кошка довольно прищурилась. Кларк медленно села на кровати, гладя ее мягкую шерсть, и вдруг услышала звуки кухни. Посуда. Тихое шипение сковородки. Чей-то спокойный шаг. И у нее внутри снова стало невозможно тепло. Это была Лекса. Кларк еще пару минут сидела в спальне с Фло на коленях, собирая мысли в кучу.
От этой бытовой, почти домашней атмосферы у Кларк внутри все становилось странно мягким. Слишком непривычно и слишком хорошо. Она медленно поднялась с кровати, поправляя большую футболку Лексы, в которой спала, и вышла на кухню.
Лекса стояла у плиты спиной к ней — в домашних штанах и черной майке, с чуть растрепанными волосами после улицы. И Кларк на секунду просто зависла в проходе, глядя на нее. Потому что это выглядело…слишком как мечта.
Брюнетка обернулась почти сразу, будто почувствовала ее взгляд. И улыбнулась. Так спокойно. Тепло. По-настоящему. У Кларк тут же предательски потеплели щеки.
— Доброе утро, — пробубнила она, опуская взгляд и проходя к столу.
— Доброе, маленькая, — Лекса тихо усмехнулась от ее внезапной стеснительности.
Она поставила перед Кларк тарелку, кружку с чаем и только потом наклонилась, мягко целуя ее в губы. Совсем коротко. Нежно. Но этого хватило, чтобы Кларк мгновенно покраснела еще сильнее.
— Лекса…
— Что?
Та выглядела слишком довольной собой. Кларк только закатила глаза, пытаясь скрыть улыбку. Когда Лекса села напротив со своей тарелкой, Кларк поймала себя на том, что опять просто смотрит на нее. Как она убирает волосы назад. Как спокойно ест. Как время от времени поднимает взгляд на нее. Будто все это было нормальным. Будто они уже давно так жили. И от этой мысли у Кларк внутри защемило что-то очень нежное. Она тихо выдохнула:
— Я об этом только мечтать могла.
Лекса замерла с кружкой в руке. На секунду в ее взгляде мелькнуло что-то болезненно мягкое.
— Тогда мечтай смелее, — спокойно сказала она.
Кларк вопросительно посмотрела на нее.
— Если захочешь… можешь переехать ко мне. Когда угодно, — Лекса чуть пожала плечом.
Сказано это было без давления. Без ожидания немедленного ответа. Просто как факт. Как предложение, которое уже давно существовало у Лексы в голове. У Кларк внутри все дрогнуло от этих слов. И, господи, какая-то часть нее почти сразу хотела сказать «да». Потому что рядом с Лексой ей было спокойно. Правильно. Но другая часть все еще боялась торопиться. Слишком много всего произошло за последнее время. Она опустила взгляд в тарелку и тихо улыбнулась:
— Мне очень нравится эта мысль. Правда.
Лекса понимающе кивнула.
— Но?
— Но я пока не готова.
Ни капли разочарования на лице Лексы не появилось, только все та же спокойная мягкость.
— Тогда не спеши.
И это снова было именно тем, что нужно Кларк.
После завтрака Лекса ушла в душ, а Кларк осталась одна в гостиной вместе с Фло. Кошка лениво развалилась рядом, а сама Кларк металась мыслями хуже, чем обычно. Потому что сердце колотилось как ненормальное. Она слышала шум воды. Понимала, что Лекса буквально в нескольких метрах. И все внутри нее сейчас отчаянно хотело быть ближе. Кларк нервно провела рукой по волосам. «Боже, ты взрослая женщина, соберись».
Но тело уже приняло решение раньше мозга. Она поднялась. Медленно прошла в сторону ванной. Шум воды становился громче. Кларк замерла возле двери буквально на пару секунд, чувствуя, как сердце сейчас пробьет грудную клетку. А потом все-таки разделась и тихо вошла внутрь.
Лекса стояла к ней спиной под теплыми струями воды, упираясь ладонями в стену и прикрыв глаза. Она явно не ожидала, что дверь откроется снова. Кларк подошла осторожно. Почти неслышно. И обняла ее сзади. Просто прижавшись щекой к мокрой спине. Лекса вздрогнула от неожиданности, но уже через секунду расслабилась полностью.
— М-м…— на ее губах появилась улыбка. — Ну привет.
Лекса медленно повернула голову, чувствуя, как Кларк прижимается к ней все ближе. Теплая вода стекала по их коже, шум душа будто отрезал весь остальной мир, оставляя только их двоих в этом маленьком пространстве. Кларк закрыла глаза, вдыхая знакомый запах Лексы…что-то древесное, теплое, смешанное с паром и шампунем. И от этого внутри снова сладко сжималось сердце.
Она осторожно коснулась губами ее шеи. Раз. Потом еще…Медленно, будто изучая ее. Лекса тихо выдохнула, чуть запрокидывая голову назад.
— Кларк…
Но в голосе не было попытки остановить. Только дрожащая нежность. Кларк чувствовала, как под ее ладонями напрягается тело Лексы, и это почему-то кружило голову сильнее всего. Она медленно провела руками по ее талии, по влажной коже живота, осторожно, почти трепетно, будто все еще не могла поверить, что ей позволено касаться ее вот так.
Лекса развернулась к ней полностью, на секунду просто замерла, глядя в глаза Кларк. Сейчас Кларк стояла перед ней, смотрела так открыто и тянулась к ней сама. Лекса подняла руку и бережно убрала мокрые волосы с ее лица.
— Ты даже не представляешь, как долго я мечтала о том, чтобы ты вот так ко мне подошла, — тихо призналась она.
У Кларк внутри все дрогнуло. Она снова прижалась к ней ближе, утыкаясь носом в ее шею и оставляя там еще один мягкий поцелуй. Ее пальцы скользнули по спине Лексы, задержались на талии, а потом Кларк тихо рассмеялась себе под нос:
— Знаешь…я вообще-то пришла просто обнять тебя.
Лекса приподняла бровь с легкой улыбкой:
— Конечно. Именно поэтому ты целуешь мне шею уже пять минут.
Лекса уже едва держалась. Каждое прикосновение к Кларк ощущалось как что-то слишком острое, слишком долгожданное. Ее ладони медленно скользили по телу девушки — по влажной коже, по изгибам талии, по бедрам, и от этого внутри все буквально сводило.
Господи. Она хотела ее. Так сильно, что становилось почти больно.
— Ты даже не представляешь, какая это пытка…— Лекса тяжело выдохнула, уткнувшись лбом в плечо Кларк.
Кларк только улыбнулась дрожащими губами и снова потянулась к ее шее, покрывая ее поцелуями. Медленно. Горячо. Сводя Лексу с ума окончательно. А потом поднялась выше, находя ее губы. И поцеловала уже совсем иначе. Жадно. Страстно. Будто сама больше не могла терпеть это напряжение между ними.
Лекса сорвалась почти сразу. С тихим, хриплым выдохом она развернула Кларк, мягко, но уверенно прижимая ее к прохладной стене душевой. Поцелуй стал глубже. Голоднее. Лекса целовала ее так, будто пыталась наверстать все потерянные годы сразу.
Одной рукой удерживая Кларк за талию, она притянула ее ближе, второй начала ласково гладить ее тело, заставляя девушку дрожать в ее руках. Блондинка тихо застонала в губы, прикрывая глаза и запрокидывая голову назад, когда почувствовала ее пальцы на эпицентре напряжения. И это окончательно снесло все ограничители Лексы. Она сразу перешла к ее шее, оставляя там быстрые, влажные поцелуи, иногда задерживаясь чуть дольше, будто наслаждаясь каждым вздохом любимой.
— Боже… — выдохнула Кларк дрожащим голосом.
Ее пальцы вцепились в плечи брюнетки, тело уже отзывалось на каждое прикосновение слишком остро. Лекса чувствовала это. Чувствовала, как Кларк плавится рядом с ней. И от этого внутри все горело еще сильнее. Она подняла взгляд на девушку — раскрасневшуюся, растрепанную, с дрожащими губами и потемневшими глазами. Самую красивую женщину, которую Лекса когда-либо видела.
— Я так скучала по тебе… — почти хрипло призналась она между поцелуями.
Кларк всхлипнула от этих слов и прижалась ближе, начиная нетерпеливо двигаться навстречу ее ласкам.
— Лекса, пожалуйста…
Этот умоляющий шепот сорвал остатки самоконтроля. Лекса не собиралась мучить ее. Не сейчас. Она только еще раз поцеловала Кларк в губы — медленно и глубоко — прежде чем полностью отдаться ощущениям рядом с ней, войти в нее и чувствовать ее полностью, двигаясь плавно, постепенно набирая скорость и глубину.
И Кларк растворялась в ней. В ее голосе. В руках. В поцелуях. В том, как Лекса держала ее, будто ничего дороже в этом мире не существовало.
Когда Кларк наконец сорвалась в разрядку, она выгнулась в руках Лексы с ее именем на губах, дрожа всем телом, то Лекса сразу подхватила ее крепче, не давая соскользнуть вниз, чувствуя, как ослабели ноги девушки.
И в этот момент они обе вдруг тихо рассмеялись. Счастливо. Нервно. Неверяще. Будто сами до конца не могли осознать, что снова нашли друг друга. Кларк уткнулась лбом ей в плечо, все еще пытаясь отдышаться, а Лекса только мягко гладила ее по спине и продолжала целовать — уже медленно, нежно, почти лениво.
В итоге душ они все-таки закончили принимать только спустя почти сорок минут, потому что каждый раз, когда одна из них пыталась отстраниться и сказать что-то разумное про работу, дедлайны и взрослую жизнь — вторая снова начинала целовать. И это было очень приятной катастрофой.
Когда они наконец выбрались из ванной, квартира уже наполнилась утренним светом, а Фло сидела возле двери с таким видом, будто осуждала обеих за потерю продуктивности.
— Не смотри на меня так, — пробормотала Лекса, проходя мимо кошки с полотенцем на плечах. — Я тоже жертва обстоятельств.
Кларк, стоявшая возле шкафа Лексы и пытавшаяся выбрать, что надеть, рассмеялась так искренне, что Лекса снова зависла, глядя на нее. Господи. Как же ей не хватало этого смеха.
Она в итоге осталась в одежде, которую Лекса нашла для нее еще вчера вечером: свободные темные брюки, светлая рубашка и мягкий кардиган поверх, потому что «ты вечно мерзнешь в офисе».
Сама Лекса собиралась быстрее и привычнее — свободные брюки, жилет и пиджак, сидевшие на ней так идеально, будто этот стиль был придуман исключительно ради нее. Под жилетом — белая тонкая водолазка. Волосы распущены и идеально прямые, мягко спадали по плечам. А каблуки делали ее еще выше и опаснее.
Кларк сидела на краю кровати, наблюдая за ней, и мысленно уже понимала, что сегодня работать нормально она не сможет, всеже Лекса в деловом образе теперь официально была ее личной проблемой.
— Не смотри так, — не оборачиваясь сказала Лекса, застегивая часы.
— Как?
— Будто прямо сейчас передумаешь ехать на работу.
— Это не я виновата, что ты выглядишь как ходячая фантазия HR-отдела, — Кларк фыркнула.
Лекса тихо рассмеялась и подошла ближе, наклоняясь к ней:
— А ты выглядишь как моя девушка. Мне этого достаточно.
И вот после этих слов Кларк снова смутилась так сильно, что даже отвела взгляд. Боже, она правда это сказала вслух. Моя девушка…
— Что? — Лекса заметила ее реакцию и мягко улыбнулась, проводя пальцами по ее щеке.
— Ничего…
— Врешь.
Кларк закатила глаза, но потом все же тихо пробормотала:
— Просто…никакие девушки из экономического к тебе больше не лезут, хорошо?
Лекса сначала моргнула, а потом вдруг рассмеялась уже открыто. Тихо, низко, с явным удовольствием.
— Ты сейчас ревнуешь?
— Нет.
— Кларк.
— Возможно, чуть-чуть.
Лекса окончательно расплылась в улыбке. Господи, это было очаровательно. Она подошла ближе, вставая между колен Кларк, и мягко взяла ее за подбородок:
— Я вообще-то не собиралась скрывать наши отношения.
Кларк подняла на нее взгляд. И внутри снова стало тепло, хотя одновременно и страшно немного. Лекса, кажется, почувствовала ее волнение сразу.
— Эй, — мягко сказала она. — Только если ты сама этого хочешь. Без давления.
Но Кларк после секундной паузы все-таки улыбнулась:
— Нет…мне нравится эта мысль.
И улыбка Лексы в этот момент стала такой счастливой, что у Кларк внутри все окончательно растаяло.
Дорога до работы впервые за долгое время казалась Кларк какой-то… спокойной, просто идеальной. Лекса вела машину одной рукой, второй иногда касаясь бедра Кларк. И от этих легких прикосновений у Кларк каждый раз внутри что-то приятно сжималось. В салоне тихо играла музыка. Кларк сидела полубоком к Лексе, наблюдая за ней почти не скрываясь. За тем, как длинные пальцы уверенно держат руль. Как солнечный свет цепляется за ее распущенные волосы. Как она иногда едва заметно улыбается своим мыслям.
Господи. Это все еще ощущалось немного нереальным.
— Держи, — на очередном светофоре Лекса вдруг протянула ей стакан.
— Ты когда успела? — Кларк удивленно посмотрела вниз.
— Пока ты залипала в телефон у подъезда.
В стакане был чай. Не кофе. Именно чай, потому что от кофе Кларк в последнее время мутило сильнее.
— Ты невозможная, — Кларк медленно улыбнулась, чувствуя, как внутри снова становится невозможно тепло.
— Я внимательная, — спокойно поправила Лекса, бросая на нее короткий взгляд.
И Кларк окончательно растаяла. Когда они подъехали к офису, Лекса, как обычно, вышла первой и открыла ей дверь машины. Кларк только тихо фыркнула:
— Ты вообще собираешься переставать быть джентльменом?
— Нет. Даже не надейся.
Вместе они вошли в здание, и Кларк почти сразу почувствовала на себе взгляды, потому что Лекса и раньше привлекала внимание. А теперь еще и шла рядом с Кларк слишком близко, по-своему. Возле лифтов Лекса вдруг остановилась.
— У меня через десять минут созвон… — тихо сказала она. — Так что увидимся уже на общем совещании.
— Хорошо.
Но Лекса вместо того, чтобы просто уйти, мягко взяла ее за талию и наклонилась, целуя прямо посреди офиса. Коротко. Спокойно. Будто это было самой естественной вещью в мире.
У Кларк мгновенно вспыхнули не только щеки, но даже уши. Она буквально чувствовала, как люди вокруг делают вид, что не смотрят. А Лекса только слегка улыбнулась ей в губы:
— Хорошего дня, моя маленькая.
И ушла, оставляя Кларк стоять в абсолютном эмоциональном хаосе. Но самое ужасное — Кларк была счастлива. Сама она, наверное, никогда бы не решилась вот так открыто показать всем, что они вместе. А Лекса сделала это легко. Без стыда. Без страха. Будто Кларк — это лучшее, что с ней случалось.
Когда Кларк наконец добралась до своего отдела, там подозрительно быстро наступила тишина. Все посмотрели на нее слишком синхронно.
— Даже не начинайте, — Кларк сразу прищурилась.
— Мы просто… хотели уточнить…— Майя осторожно подняла руку.
— Очень аккуратно уточнить, — добавил Дэн.
— Максимально уважительно, — кивнул заместитель.
Кларк уже начала смеяться от их лиц, когда дверь отдела буквально распахнулась.
— ОНИ ВСЕ-ТАКИ СОШЛИСЬ?!
Октавия влетела внутрь как ураган. Следом спокойно вошла Рейвен с видом человека, который уже устал извиняться за подругу перед обществом.
— Я ЖДАЛА ЭТОГО СЕМЬ ЛЕТ! — продолжала орать Октавия, подлетая к Кларк. — СЕМЬ!
Весь отдел уже откровенно смеялся.
— Господи…— Кларк закрыла лицо руками.
— НЕТ, ПОДОЖДИ, — Октавия схватила ее за плечи. — Она тебя поцеловала в офисе?! Публично?! Лекса Вудс?!
Кларк, красная как помидор, все-таки не выдержала и рассмеялась. Потом просто кивнула. И отдел взорвался радостным гулом.
— НАКОНЕЦ-ТО!
— Я же говорил!
— Боже, они реально выглядят как married couple…
— Кто-нибудь дайте Октавии воды, она сейчас умрет от счастья.
Октавия действительно выглядела так, будто сейчас расплачется.
— Это лучший день моей жизни, — драматично объявила она.
— Ты так говорила, когда купила аэрогриль, — Рейвен закатила глаза.
— Аэрогриль был великолепен, не сравнивай.
Кларк смеялась уже почти без остановки.
К обеду ажиотаж вокруг Кларк немного улегся, но только потому, что весь ее отдел уже успел по очереди подойти, поздравить, подколоть или просто посмотреть на нее слишком довольными глазами.
Сама Кларк пыталась работать в обычном режиме. Пыталась. Потому что телефон периодически вибрировал сообщениями от Лексы, и каждый раз у нее внутри все равно что-то мягко сжималось. «Ты поела?» «Не забудь про воду.» «У тебя через час созвон, я перенесла на 15 минут позже, ты не успевала.» Кларк сидела за ноутбуком с совершенно глупой улыбкой, которую уже даже не пыталась скрывать.
— Все, — простонала Майя, проходя мимо ее стола. — Она officially влюбленная.
— Очень, — добавил Дэн.
Кларк только показала им средний палец, не отрываясь от телефона.
На обеде ее все-таки зажали в переговорке Рейвен и Октавия. Прямо физически. Октавия закрыла дверь и ткнула в Кларк пальцем:
— Рассказывай. Все. Подробно.
— Господи…
— Мы просто хотим понять, что ты наконец счастлива и не собираешься снова страдать, — Рейвен села напротив, скрещивая руки.
И вот после этой фразы Кларк немного смягчилась, девочки правда переживали за нее все это время. Она медленно выдохнула и улыбнулась совершенно спокойно:
— Все хорошо.
— Насколько хорошо? — подозрительно уточнила Октавия.
— Даже слишком, — Кларк отвела взгляд куда-то в сторону и тихо рассмеялась.
Октавия замерла на секунду, а потом драматично схватилась за сердце:
— Все. Я дождалась. Можете хоронить меня счастливой.
Рейвен закатила глаза, но сама тоже заметно расслабилась.
— То есть вы поговорили нормально?
— Да.
— Она не сбежит?
— Нет, — Кларк покачала головой почти сразу.
И именно уверенность в собственном голосе удивила ее саму больше всего. Рядом с Лексой ей не было страшно.
Октавия смотрела на нее еще пару секунд, а потом вдруг выдохнула:
— Слава богу.
И это прозвучало так искренне, что Кларк чуть не рассмеялась снова.
Остаток дня прошел в обычном рабочем темпе. Кларк моталась между задачами, созвонами и правками, периодически отвечая Лексе короткими сообщениями.
Л: Ты опять сидишь без перерыва.
К: Я работаю.
Л: Ты беременная.
К: Ты душная.
Л: И все равно любишь меня.
На это сообщение Кларк зависла почти на минуту, но все-таки улыбнулась и написала:
К: Очень.
Л: Вот и не спорь тогда со мной.
Кларк тихо фыркнула себе под нос и покачала головой. Боже. Как же ей было хорошо с этой женщиной.
Ближе к вечеру, уже заканчивая очередную задачу, Кларк вдруг поняла, что не хочет снова расходиться по домам так, будто они все еще только учатся быть вместе. Ей хотелось чего-то простого. Домашнего. Она открыла чат с Лексой и, немного подумав, написала:
К: Может сегодня поужинаем у нас? С девочками.
Л: У нас?
Кларк тут же закатила глаза и улыбнулась.
К: Не начинай.
Лекса явно улыбалась где-то по ту сторону экрана.
Л: Я согласна. И всех подвезу тогда после работы.
Кларк смотрела на сообщение еще несколько секунд. Спокойствие. Тепло. Дом. Будто все наконец начинало становиться на свои места.
Лекса еще минут пять просто сидела в кресле и смотрела в экран телефона. На одно короткое: «Может сегодня поужинаем у нас?»
И внутри у нее происходило что-то совершенно нелепое для взрослой, серьезной женщины. Она была счастлива. Абсолютно. По-настоящему. Не той сдержанной радостью, к которой привыкла за годы, а чем-то живым, почти юношеским.
Лекса даже прикрыла глаза на секунду, позволяя себе прожить это ощущение полностью. Кларк впускала ее в свою жизнь. Не урывками. Не осторожными шагами. А по-настоящему. И это значило для нее больше, чем она могла бы описать словами.
Оставшееся рабочее время она буквально летала по офису. Даже сотрудники маркетинга начали переглядываться между собой, потому что их руководитель впервые за последние месяцы не выглядела как человек, готовый морально уничтожить любого за криво составленный отчет.
— Она сегодня… добрая? — шепотом уточнила одна из девушек.
— Нет, — так же шепотом ответил коллега. — Она просто влюбленная. Это хуже.
Лекса действительно была полна сил. Она быстро закрывала задачи, спокойно проводила созвоны, разбирала правки и даже улыбалась людям чаще обычного. И самое страшное — ей все время хотелось сорваться к Кларк. Просто подняться этажом выше. Зайти в ее отдел. Обнять. Поцеловать. Хотя бы просто увидеть. Но Лекса держала себя в жестких профессиональных рамках. Потому что понимала: если сейчас начнет бегать к Кларк каждые двадцать минут, то их офис превратится в филиал подростковой мелодрамы. Хотя очень хотелось. Безумно. Поэтому приходилось ограничиваться сообщениями. «Ты поела?» «Сколько воды выпила?» «Ты опять сидишь, поджав под себя ногу. У тебя потом спина болит.»
Ответы Кларк каждый раз вызывали у нее улыбку.
К: Ты следишь за мной?
Л: Я наблюдательная.
Или:
К: Я тебя сейчас заблокирую.
Л: Не получится. Я приду лично.
После этого Кларк отправила ей фотографию закатанных глаз. И Лекса тихо рассмеялась прямо посреди совещания, заставив весь отдел маркетинга ошарашенно замолчать.
— Все хорошо? — осторожно спросил кто-то.
— Да. Продолжаем, — Лекса быстро вернула себе привычное спокойствие.
Но внутри все равно было слишком тепло. Она ловила себя на том, что постоянно проверяет время. Ждет вечера. Ждет момента, когда снова сможет быть рядом с Кларк уже не как коллега, а как ее женщина.
И каждый раз, когда телефон снова загорался сообщением от Кларк, у Лексы внутри что-то мягко сжималось.
К концу рабочего дня Кларк уже откровенно ждала момента, когда сможет наконец выдохнуть и уехать домой вместе с Лексой. Они с Рейвен и Октавией первыми спустились вниз к парковке. Вечерний воздух был прохладным, офис постепенно пустел, люди расходились по домам, кто-то еще курил возле входа, обсуждая работу.
Машина Лексы стояла чуть дальше, и сама она появилась буквально через минуту. И выглядела она все еще убийственно хорошо. Пиджак уже был расстегнут, волосы слегка растрепались за день, каблуки все так же уверенно отбивали ритм по асфальту. Но стоило ей увидеть Кларк, как ее лицо моментально смягчилось. Будто весь остальной мир сразу перестал иметь значение.
Кларк даже не успела ничего сказать, потому что Лекса подошла вплотную, обняла ее за талию и сразу прижалась губами к шее. Медленно. Нежно. Совершенно не стесняясь людей вокруг. Кларк тут же вспыхнула:
— Лекса!
— М-м? — совершенно невинно протянула та, не отстраняясь.
— Мы вообще-то на работе.
Лекса наконец подняла голову и спокойно посмотрела на нее:
— Рабочий день закончился.
Октавия за спиной Кларк издала такой звук, будто сейчас лично умрет от счастья.
— Господи, они отвратительно милые…
— Ты сейчас расплачешься, да? — тихо спросила Рейвен.
— Возможно. Не мешай мне проживать момент.
Кларк только закрыла лицо ладонью, пытаясь спрятать улыбку, а Лекса выглядела слишком довольной ее реакцией.
Когда они сели в машину, все произошло максимально естественно: Рейвен и Октавия ушли назад, а Кларк — вперед, рядом с Лексой. И почему-то именно эта мелочь ощущалась особенно правильно. Первые пару минут все просто болтали о работе, о чьих-то тупых правках и очередном совещании, но Кларк слишком хорошо знала Октавию. И потому напряглась заранее. Не зря.
— Так, ладно, — Октавия подалась вперед между сидений. — У меня важные вопросы.
— Нет, — сразу сказала Кларк.
— Да.
— Октавия.
— Я семь лет ждала, пока вы две идиотки разберетесь в себе, я заслужила право спрашивать.
— В этом даже поспорить сложно, — Рейвен тяжело вздохнула.
— Господи…— Кларк уже закрыла глаза рукой.
Но Октавию было не остановить. Она посмотрела прямо на Лексу:
— Как ты вообще видишь ваши отношения?
— Октавия, не начинай, — Кларк тут же напряглась.
— Нет, серьезно, — перебила та уже тише. — Я хочу понимать.
И тут Лекса неожиданно спокойно ответила:
— Все нормально. Спрашивай.
— Ты не обязана, — Кларк повернулась к ней почти шокировано.
— Я знаю. Но для нее это важно, — Лекса мягко коснулась ее руки.
И Октавия после этих слов вдруг стала гораздо серьезнее. Без привычного шума. Без шуток.
— Ты принимаешь ребенка? — тихо спросила она. — Правда принимаешь?
В машине стало очень тихо. Кларк даже перестала дышать на секунду. Лекса же ответила сразу. Без паузы. Без сомнений.
— Это ребенок Кларк. Значит, он уже важен для меня.
Октавия внимательно смотрела на нее через зеркало заднего вида еще пару секунд, будто пыталась понять, врет она или нет. Не как подруга, которая просто поддерживает разговор, а как человек, который годами собирал Кларк по кускам.
И Лекса это прекрасно понимала. Поэтому не злилась. Не раздражалась. Не уходила от ответов. Наоборот — отвечала спокойно. Честно.
— Ты понимаешь же, что значит принимать ребенка? — повторила Октавия уже серьезнее. — Не на словах сейчас. Реально. Потому что это не котенка завести. Это навсегда.
— Октавия, — Кларк тут же напряглась.
Для Кларк было шоком услышать такое от подруги. Это большая ответственность была бы для любого человека. Если сама Кларк не полностью готова к этому, то что говорить о Лексе? Она не хотела ее обязывать принимать ребенка как родного, точнее ими запланированного.
— Нет, пусть спросит, — мягко остановила ее Лекса.
Она на секунду замолчала, будто подбирая слова не для того, чтобы красиво звучало, а чтобы максимально правильно объяснить то, что чувствует.
— Я понимаю, насколько это серьезно, — тихо сказала она. — И понимаю, что ребенок…это ответственность, которая не выключается по желанию. Это бессонные ночи, страхи, больницы, усталость, кризисы… все.
Октавия внимательно слушала, не перебивая.
— И я не воспринимаю это как «чужого ребенка», если ты об этом. — Лекса перевела взгляд на Кларк. — Потому что это часть Кларк. Часть женщины, которую я люблю.
— Но ты же не обязана… — У Кларк болезненно дрогнули губы.
— Не обязана, — сразу согласилась Лекса. — Я хочу. Это разные вещи.
В машине снова стало тихо. Даже Октавия больше не выглядела агрессивной. Только очень внимательной. И тогда вмешалась Рейвен. Спокойно, как всегда.
— Ты понимаешь вообще свою роль во всем этом? Потому что ребенок…это не только «я рядом с тобой». Это решения. Это участие. Это семья. А если ты будешь с ним или с ней с самого рождения, то ты для ребенка будешь иметь крайне важную роль, иметь не меньше значения чем Кларк.
Лекса медленно кивнула.
— Я знаю. И мы с Кларк это еще обсудим нормально, не в машине по дороге домой.
Кларк тихо выдохнула, слушая ее голос. Спокойный. Уверенный.
— Но если честно… — Лекса чуть улыбнулась и снова посмотрела на Кларк. — Для меня ее беременность…это скорее радость, чем что-то плохое.
Кларк даже повернула к ней голову полностью. Кажется, она все еще не могла поверить, что слышит это.
— Мы бы все равно когда-нибудь пришли к семье. Рано или поздно. Просто жизнь решила сделать это немного хаотичнее, — Лекса слегка пожала плечами.
— «Немного», — Октавия тихо хмыкнула.
Лекса тихо рассмеялась, добавляя уже мягче, почти ласково:
— К тому же у меня теперь бонус. Готовая семья.
Сказано это было без капли насмешки. Наоборот — так нежно, что у Кларк моментально защипало глаза. Лекса не говорила о ребенке как о проблеме. Не говорила о сложностях как о грузе.
Она говорила о них как о чем-то своем.
