Вне зоны видимости

Они не остановились в прихожей. Потеряв счет времени и реальности, Макс подхватил дрожащего Шарля на руки, жестко вжимая спиной в стену по пути к постели, не прерывая этого безумного, судорожного движения ни на секунду. Шарль намертво обхватил его талию ногами, закидывая голову назад и кусая собственные пальцы, чтобы не сорвать голос. Каждый толчок Макса отзывался во всем теле сокрушительной волной, от которой перед глазами вспыхивали белые искры. Когда они наконец рухнули на кровать, простыни мгновенно превратились в хаос. Макс навис сверху, его тело было мокрым от пота, а в потемневших глазах горело торжество хищника, полностью подчинившего себе равного соперника. Он грубо перехватил Шарля за поясницу, заставляя повернуться спиной и встать на колени, прогибаясь в талии до предела. — Смотри на меня, — прохрипел Макс прямо в мокрую шею Леклера, с силой впиваясь пальцами в его бока. Новый круг их личного ада оказался еще более жестким и глубоким. Шарль задыхался, утыкаясь лицом в подушку, его тело крупно дрожало от запредельного, граничащего с безумием удовольствия. Макс двигался внутри него до предела, выжимая из обоих последние капли сил, словно пытался заживо сжечь их общее прошлое и будущее. Комната полнилась их тяжелым, животным хрипом и рваными, громкими стонами Шарля, которые он больше не мог сдерживать. Когда финал накрыл их — резкий, оглушительный, лишающий рассудка, — Шарль судорожно вытянулся в струну, крича в темноту, пока Макс с коротким, глухим рычанием изливался внутри него, намертво прижимая содрогающееся тело Леклера к матрасу. Они лежали в абсолютной темноте, погребенные под лавиной собственного безумия. Воздух в комнате казался раскаленным. Макс медленно перекатился на бок, тяжело и хрипло дыша, и притянул полностью обессиленного Шарля к своей груди, собственнически переплетая с ним пальцы. На трассе они могли уничтожить друг друга, но здесь, сгорая дотла, они становились единым целым.