Нежность Хризантемы: творец в зеркале.

      Доки Волантиса встретили их промозглой темнотой и туманом, ползущим с Ройны. В воздухе густо висела вонь гнилой рыбы, дёгтя, кислого эля и мокрого дерева. Филипп шёл осторожно, сильно прихрамывая и стараясь ступать мягче — ступни были стёрты до крови. Под полой серого плаща он крепко сжимал спату.       Луций семенил рядом, прижимая к груди холщовый мешок. Кобылу и мула оставили тремя кварталами раньше.       Филипп почувствовал это ещё на подходе к причалам — лёгкий, почти неуловимый взгляд, который следовал за ними из темноты. Кто-то наблюдал. Не стража и не обычный вор. Взгляд был слишком внимательным, слишком заинтересованным. Филипп не обернулся. Только чуть сильнее сжал рукоять оружия.       « Да что же такое… И здесь серые плащи… Хть бы лицо показали, а то как стыдливые девы прячутся после бурной ночи любви»       Они прошли мимо спящих грузчиков на тюках со специями. Чуть дальше, у старого каменного причала, собралась небольшая толпа. Громкие голоса разрезали туман. Филипп замедлил шаг и повернул голову.       Посреди круга из любопытных стоял невысокий потный торговец в потрёпанном плаще. Перед ним на расстеленной мешковине лежали несколько старых книг в потемневших кожаных переплётах. Он размахивал руками и почти кричал:       — Это настоящие ройнарские книги! Смотрите, вот печать Дома Саара!       — Да какая печать, ты, мошенник! — рявкнул высокий покупатель в дорогом плаще. — Смотри же! Слог совсем не тот! Ройнары так не писали! И рисунки… ты посмотри на эти рисунки! Это детский каракули!       К торговцу уже подтянулись другие лавочники. Один толстый торговец пряностями ткнул пальцем в открытую страницу:       — Фальшивка чистой воды! Я видел настоящие ройнарские свитки в Лисе. Там совсем другие узоры. А это… подделка!       Торговец вспотел так, что капли стекали по вискам. Он хватал книги, тыкал пальцем в пожелтевшие страницы, пытаясь перекричать всех сразу: — Да как вы можете судить?! Прошло триста лет! Никто точно не знает, как должны выглядеть эти рисунки!       Несколько человек из толпы подошли ближе и буквально тыкали пальцами в иллюстрации, уверенно заявляя, что «всё не так, и это точно не ройонарские книги». Хотя Филипп прекрасно понимал: большинство из них никогда в жизни не видели подлинных ройнарских книг. Просто всем очень хотелось почувствовать себя правыми.       Он невольно усмехнулся в полутьме. «Как знакомо. В этом мире точно так же, как и в моем. Одни яростно доказывают истину, другие с не меньшим азартом готовы распять того, кого объявили виновным. Разница лишь в том, что здесь вместо клавиатур — крики и пальцы в лицо.» Луций дёрнул его за рукав: — Не стоит задерживаться, Филлип. Пойдёмте. Они двинулись дальше. Филипп всё ещё чувствовал тот самый взгляд из тени — спокойный, изучающий, следующий за каждым его движением. Кто бы это ни был, он явно не собирался подходить ближе. Пока