***
Он выбежал на улицу, когда крыша обрушилась. Особняк пылал, как огромный костёр. Пэ-Хо опустил Ю-Ри на землю, проверил пульс — есть. Еле-еле, но есть. — Ты слышишь меня? — спросил он. — Мы победили. Пак мёртв. Ты выживешь. Ты должна выжить. Она не отвечала. Пэ-Хо позвонил Со-Юн. — У нас проблемы, — сказал он. — Ю-Ри ранена. Нужна помощь. — Где вы? — Особняк Пака. Он сгорел. Пак мёртв. Со-Юн молчала секунду. — Я высылаю бригаду. — Не официальную. Ту, которая не задаёт вопросов. — Есть такая. Она сбросила вызов. Пэ-Хо сел на землю, положил голову Ю-Ри себе на колени. Гладил её по волосам, смотрел на небо. Звезды ещё не погасли. Рассвет был далеко. — Ты сильная, — сказал он. — Самая сильная из всех, кого я знаю. Ты не умрёшь. Слышишь? Я не позволю. Она не отвечала. Но её пальцы слабо шевельнулись — коснулись его руки. Он сжал их, прижал к губам. — Я люблю тебя, — сказал он. — Всё будет хорошо. Он не знал, будет ли. Но должен был верить. Это было единственное, что оставалось.Глава 22
2 июня 2026 г., 18:29
Пак очнулся через несколько минут.
Пэ-Хо стоял над ним, держал пистолет на уровне головы. Ю-Ри была рядом, бледная, осунувшаяся — печать отняла у неё почти все силы. Её хвосты исчезли, уши тоже, даже веера потускнели.
— Ты проиграл, — сказал Пэ-Хо.
Пак усмехнулся — кровавым ртом, сломанными зубами.
— Ты думаешь, это конец? Я живу пятьсот лет, мальчик. Я переживал и не такое.
— Не переживёшь.
— Убей меня — и станешь таким же, как я. Убийцей. Чудовищем.
Пэ-Хо смотрел на него. Красные глаза, седые волосы, разбитое лицо. Враг, который забрал у него друга. Который забрал мать Ю-Ри. Который разрушил сотни жизней.
— Я не ты, — сказал Пэ-Хо.
— Пока нет. — Пак поднялся на ноги, шатаясь. — Но однажды... однажды ты поймёшь, что сила — это единственное, что имеет значение.
— Ты ошибаешься.
— Посмотрим.
Пак выбросил руку вперёд. Из его ладони вырвалась последняя вспышка чёрной магии — слабая, умирающая, но ещё опасная. Пэ-Хо отшатнулся, но Ю-Ри была быстрее.
Она шагнула между ним и Паком, выставив перед собой веера.
Вспышка ударила ей в грудь.
— Ю-Ри! — крикнул Пэ-Хо.
Она устояла. Хотя должна была упасть. Хотя должна была умереть.
— Живучая тварь, — прошептал Пак.
— Живучая, — согласилась она. И ударила.
Одним движением — сложенным веером, как кинжалом — она вонзила ему в сердце.
Пак замер. Глаза расширились, рот открылся в беззвучном крике. Чёрная кровь потекла по его груди, заливая рубашку.
— Это за мать, — сказала Ю-Ри. — За мой клан. За каждую жизнь, которую ты забрал.
Пак рухнул на колени. Посмотрел на Пэ-Хо — красные глаза потухли, стали серыми, как пепел.
— Ты... выбрал... не ту сторону, — прошептал он.
— Я выбрал свою сторону, — ответил Пэ-Хо.
Пак упал лицом вниз и затих.
Тело демона высшего ранга медленно начало разлагаться — слишком быстро для обычной смерти. Чёрный дым поднялся к потолку, разошёлся облаком, растаял.
На полу осталось только пятно крови и дорогой костюм, в котором уже никого не было.
Пэ-Хо смотрел на пустую одежду и не мог поверить.
— Он правда мёртв? — спросил он.
— Да, — ответила Ю-Ри. — Такие не притворяются.
Она пошатнулась.
Пэ-Хо подхватил её, прижал к себе. Она была лёгкой, как перо, и холодной, как лёд.
— Ю-Ри?
— Всё хорошо, — прошептала она. — Просто... посплю немного...
Её глаза закрылись.
— Ю-Ри! — Пэ-Хо потряс её за плечи. — Не смей! Не смей закрывать глаза!
Она не отвечала.
Он прижал ухо к её губам — дыхание было, слабое, почти незаметное. Пульс — едва уловимый.
— Держись, — сказал он. — Пожалуйста. Держись.
Он поднял её на руки и понёс к выходу.
Особняк Пака загорелся. Кто-то из его подчиненых поджог дом. Магический огонь пожирал стены, картины, артефакты — всё, что копилось веками. Пэ-Хо бежал через дым, через пламя, не чувствуя боли, не чувствуя страха.
Только одно имело значение: вынести её живой.