Внеплановые каникулы

Пройдя в красивый деревянный домик, стоящий на окраине деревни, все стали разбирать привезенные Алексеем продукты и вещи. Лишь Денис со Святогором отлынивали — так как были заняты своей долгожданной встречей. Или же так о ней думал только Новгород. Обрадованный Волхов приподнимал лёгкого юношу в своих крепких объятиях, задерживая того в воздухе. С широкой улыбкой на лице он кружил маленького принца из стороны в сторону, явно не собираясь отпускать еле дышавшего парня. — Дядь Святогор, может, вы меня всё-таки отпустите? Вдруг надорвётесь, я не такой уж лёгкий, как может показаться, — с упрёком произнёс Денис. На самом деле причиной недовольства было сорванное дыхание и недостаток воздуха в лёгких, но держать маску непринуждённости хотелось не меньше, чем насыщение лёгких кислородом. — Ой, Дениска-Дениска! Прямо отец! Один в один! Скоро ещё и лекции про правильную заварку чая читать мне будешь! — насмешливо говорил Святогор, отпуская Дениску и растрепав его волосы, но, поймав недовольные взгляды Мурино и Москвы, поспешил извиниться: — Ой! Ну чего вы так нафуфырились-то? Я же не со зла, а шучу так! — и тогда все, вздохнув, улыбнулись. На самом деле они могли бы и точно так же пошутить, и чувство юмора у них присутствует, но почему-то было не смешно? Почему…? После этого их небольшая группка разбилась, и маленький принц отправился к Смольному — от одной мысли об этом он улыбнулся. Глядя на него такого довольного, можно легко сделать вывод: они с северной столицей и абсолютно похожи, и абсолютно не похожи одновременно! То, как младший Романов относился к лугам, деревням и дачам, кардинально противоположно старшему. И, видимо, только благодаря этому они со Смольным смогли найти общий язык! — Здравствуйте, дядь Лёш! Простите, если отвлекаю, но где можно расположить свои вещи? — заводя непринуждённую беседу, начал Денис. В воздухе, несмотря на закрытость помещения, витал запах кошеной травы и цветущих ромашек! — Нет, Денис, всё хорошо. Слушай, для того чтобы попасть в ваши комнаты, надо выйти в предбанник, а там две последующие двери — обе ваши. Советую занять вторую, в третьей меньше места из-за неразобранных коробок. Делитесь по трое… Кто с кем — сами разбирайтесь, — сказал Алексей с улыбкой на лице, подмигивая Денису на прощание. — Да, конечно, дядь Лёш! — кинул напоследок маленький Романов и направился за младшими московскими. — Та-ак… Мне сказали передать, что мы делимся по трое, и те, которые со мной, — в следующую дверь, остальные — в позапрошлую. Короче, вы поняли, — не скрывая улыбки, молвил маленький принц. Сейчас очень сильно хотелось бросить что-то нецензурное в свою речь, но старшие по-прежнему были рядом, а потому он держался. Тут со спины на стоящего Романова и Данилу навис Андрюха, ехидно улыбаясь. Он явно что-то знает, наверное, слышал их… Во засранец! — Ну… Дэн, тут всё понятно! Ты, я и Данилка! Мы самые младшие и вообще дружим! Поэтому пошли! — говорил Мытищи, беря младшего брата и Дениса за руки и ведя их в комнату. — Как думаете, когда их комната будет выглядеть как зона боевых действий?.. — неуверенно проговорил Володя, поглядывая на приободрившихся братьев. Он, как наукоград, уже просчитывал вероятность сего события. Королёв не до конца был уверен в поведении младших, так как вечно пропадал на работе и почти не знал их. — Не поднимай кипишу, Володь! Мы ж с тобой тоже собачились, да и почище ихнего!!! Дай детям побыть детьми! — стирая смешливую слезу, говорил Женя. Его уже давно смешило поведение младших братьев. ___________ Время шло, и они уже все расположились в комнатах. В самой ближней ко входу жили Волхов, Смольный и старший Московский. Там же находилась кухня и просторная столовая. Несмотря на объёмы дома, там сохранялась та самая полюбившаяся Мише детская атмосфера славянских времён, и подтверждала всё это печка с дымоходом. Сейчас уже почти все уселись за столом в столовой и ожидали обеда. Денис жевал чёрный хлеб, постоянно лежавший в корзинке, а москвята со Святогором во главе листали каналы на старом телевизоре. — Святогор Рюрикович, а что у нас на обед? — потирая ладошки друг о друга, говорил Женя. Он, как истинный ценитель манных каш с комочками и того самого сырого омлета с горохом, уже ожидал приятное ощущение наполненного желудка. — Ой, дорогой, лучше у Лёши спрашивай. Я в это дело не суюсь и соваться не буду, — с насмешкой в голосе говорил Новгород. Ему и самому хотелось поесть и идти батрачить в их любимый со Смоленском огород. Но приготовить на эту роту еды надо ещё уметь, а потому они молча ждали. Вдруг в комнату забегает встревоженный старший Московский. Его волосы были взъерошены, глаза блестели на свету, а руки тряслись в мандраже. — Святогор, куда машина Лёши делась?!?! Ты говорил, он не собирался уезжать и сейчас готовит!!! — Миша говорил это на истерике. Голос был сорванный и жутко скрежетал. Тут насторожился даже Данила, что ранее пытался поймать неуловимый интернет. Все стали спешно выбегать из тесной комнаты в поисках Алексея, а Святогор в своё время пытался поймать связь и дозвониться до Смольного. ___________ — Да куда мог деться этот старик!!! Неужели нас бросил в этой деревне, а сам свалил в город?!?! — больше всех негодовали Данила на пару с Андреем. Они ходили втроём и проверяли близстоящий сад с цветами. Третьим в их компанию увязался Паша. Оставлять их одних было страшно для всех, а потому им дали «опекуна». — Мальчики, не называйте его так, пожалуйста. Он старше, а это значит, что его надо уважать, а не называть стариком. Тем более… Денис же говорил, что идею привезти отца подкинул Александр Петрович. Может, это тоже часть плана? — сохраняя былое спокойствие, говорил Павел. — Оставить нас здесь, привезти продукты на недельку и свалить?!?! — с негодованием выпрыгнул из стоящего неподалёку куста Денис. В его волосы забились острые сучья, а лицо было слегка исцарапано. — Стоп! Денис, что ты здесь делаешь?!! Ты же со Святогором дома оставался! Агх… Короче, если потом на тебе клещи будут, я за это не ручаюсь. А на счёт плана… Там же вроде собрание округов, а за центральный должен кто-то выступать, может, это будет… ___________ — Итак… Давайте приступим к делу. На все вопросы я отвечу после собрания, а ответственный за центральный федеральный округ подойдёт немного позже. Ему пришлось задержаться по моей просьбе. — 16:00 ровно. Начало собрания федеральных округов. За местом столицы — Московского Михаила Юрьевича — по неопределённым обстоятельствам сидел Романов Александр Петрович. Все пришедшие были крайне удивлены и от этого распахнули глаза. Они могли напридумывать себе кучу всего, а пустующее место ранее северо-западного ФО теперь принадлежало центральному. — Лёш… А чё так? Мне аж страшно стало… Не уж то отместка за Октябрьскую революцию?.. — неуверенно самым тихим шёпотом говорил Пятигорск на ухо склонившемуся к нему Ростову. — Тссс… Не говори лучше так… Вон, цуцик, как улыбается… Наверное, тоже свергал… Хотя… С его-то мировоззрением… Наверное, взятка была за молчание и содействие… — на полном серьёзе перешёптывался с Гошей Леша. Его брови поднялись домиком, а глаза выражали негодование. — Алексей, раз уж вам так хочется поговорить, то предоставьте нам свой отчёт, пожалуйста, — с полной уверенностью в голосе говорил Александр. Он маневрировал на месте столицы, как рыба в воде, и никто больше и не собирался высказывать недовольство. — Ну чего там говорить-то? Всё как всегда! Людишки опять собачатся, я, конечно, пытаюсь это разрулить, но, честно, это лично мои… — ох… Как же он любил говорить что-то не по теме или же подавать информацию в не совсем правильной форме. Сейчас же он непринуждённо рассказывал ситуации, происходящие в его городе, явно нервируя этим Санкт-Петербург. Но тут в кабинет влетело двое человек — это были Оксана и Алексей. Один пытался вырваться и зайти в кабинет, а вторая никак не впускала его и тянула назад. — Алексей Рюрикович! Я всё прекрасно понимаю, но сейчас идёт собрание, и вам сюда нельзя! Столица занята! — она уже утянула его за дверь, пока тот сопротивлялся и не собирался ей что-либо отвечать. Вход в кабинет быстро закрыли. — Так… Алексей, прошу вас прервать свой рассказ… Тут небольшое недопонимание… — Саша встал из-за стола и, подойдя к Косте, наклонился и сказал тому на ухо: — Присмотри, чтобы дурака не валяли, пожалуйста, — а после этого он пулей вылетел из кабинета. — А теперь… КТО ЧЁРТ ВОЗЬМИ ЗНАЕТ, ЧТО ЭТО?!? МИХАИЛА ЮРЬЕВИЧА СВЕРГЛИ, ЧТО ЛЬ?!! — негодование и ор исходили от Леши и Гоши. Они, как маленькие дети, искали подвох и тайный заговор, связанный с временной заменой их педагога по главному предмету. — Помолчи, а, казак Хренов, — с недовольством в голосе говорил Екатеринбург. Он прекрасно знал причину всего происходящего, а дурачком лишь прикидывался, но, предвидя проблему, решил объяснить: — Александр на этом месте временно, не знаю, что он захочет ещё сказать, но вот… А Алексей выступает за центральный федеральный округ, поэтому сейчас всё так, — на выдохе закончил Уралов. Глядя на до сих пор удивлённые лица, он уже не мог сдерживать улыбки, а потому со скрежетом зубов сдерживал смех. — Ой… Надеюсь, с Михаилом Юрьевичем всё хорошо? — встревоженно промямлил Вова, но, кажется, его не заметили. — Ещё как! — с насмешкой в голосе говорил Константин. А нет, всё-таки Вову кто-то услышал! ___________ — Подождите, Оксана!!! — бежал вслед за тащащей Алексея девушкой Саша. Он уже пыхтел, так как не привык к каким-либо физическим нагрузкам. Догнав её, он взял ту за запястье и повернул к себе лицом. — Вы неправильно поняли его намерение! Сегодня Михаил Юрьевич отсутствует, и за центральный федеральный округ отвечает Смоленск, так что прошу его отпустить!.. — на выдохе говорил Саша, отчего в конце речь была спутанной, но членораздельной. — А??... Александр Петрович, что-то не так? — тут Иваново засветилась, надула губки и стала непонимающе хлопать глазками. — Я просто… Увидела, что он идёт к кабинету Михаила Юрьевича, и поняла, что он может помешать, так что не надо благодарностей! — с улыбкой на лице говорила Уводова, явно показывая, что даже не слушала сказанное Александром. — Оксана, я прошу вас. Отпустите Алексея и дайте ему пройти на собрание. Сегодня Михаил отсутствует, и он заменяет его… — всё ещё с натянутой улыбкой говорил Саша, пытаясь вырвать мужскую одежду из рук девушки. Тут Оксана стала улыбаться и, отвернув голову, когда Алексей оказался на свободе, взяла Александра за вторую руку. Теперь они стояли с переплетёнными пальцами, а на полу между ними располагался Смоленск. Тут он резко начал икать и, поднявшись с пола, направился в кабинет. — Вспоминает, что ли, кто-то? — с недопониманием говорил Лёша, и тут до него дошло: — Точно… Я же их не предупредил, что буду отсутствовать сегодня и завтра… — он резко остановился и, достав телефон, увидел несколько пропущенных от Святогора, а потому стал звонить ему, и тот сразу же ответил. — Алло, Святогор, всё хорошо! Я просто заменяю Мишу на собрании! Приеду завтра вечером. Не переживайте! — Лёша выдохнул, когда вслед пришло короткое и умиротворяющее «ладно, но больше не пугай так», и звонок был завершён. Лёша зашёл в кабинет и, расположившись на месте северо-запада, выдохнул и поздоровался со всеми. — Здравствуйте, а Сашу где потеряли, если не секрет? — первый спохватился Костя, как никак его больше всех волновали дела друга. — А Бург-то? Он с Оксаной в коридоре остался. Я к ней больше не сунусь, — с полной серьёзностью на лице говорил Алексей. Его один глаз выражал недовольство происходящим. — Ох… Тогда присмотрите за этими детьми, а я пойду спасу нашего спасателя… Хах… — бросил напоследок выходящий из кабинета Костя. Выйдя, он тут же замер. ___________ — Оксана, прошу вас, отпустите меня. Мне надо идти на собрание… — сохраняя прежнюю улыбку, старался отвечать Саша. Его руки пытались выбраться, но, видно, они крепко сцепились, и Романов принял решение отстраниться, чтобы она поняла, что он уходит. Но тут произошло неожиданное. По-видимому, она слишком сильно уплыла в свои мысли, и, когда Саша отошёл на достаточное расстояние, они оба рухнули на пол. Снизу был Саша. Как всегда. Оксана неуклюже пыталась встать, как вдруг вышел Костенька. Он замер, а потом быстро захлопнул дверь и побежал к другу на помощь. — Что же вы, Александр Петрович, совсем здоровье не бережёте??? Ой-ой-ой… Как плохо! — говорил тот, уже разнимая этих двоих. — Ладно. Простите нас, Оксана, но нам пора на собрание. Потом поговорите! — молвил тот, уводя друга под руку, и тут же нашептал ему: — Ай-яй-яй! Изменяете Михаилу! Как же так! — Сам бы попробовал от неё сбежать. Не говорил бы так… — на выдохе сказал Саша. Вернувшись в кабинет и сев на места, они продолжили долгое и нудное собрание. ___________ — И что нам делать? Я готовить не умею, да и вы, думаю, тоже, Святогор. Помню, как приглашали на застолье, и всё, что сделали вы, — это бутерброды с красной рыбой… — удручённо промямлил старший Московский. — Думаю, сегодня наша задача — хотя бы покушать, а завтра — в огород… — слегка оживившись, говорил москвич. — Про то, что готовить не умею, обидно, но подмечено верно… Но что-то ты себя недооцениваешь, Миш. Помню, как раз ты шашлыки жарил. Вышло на славу. Мы как раз мясо брали, а если беспокоишься, что нет угля или мангала, — они здесь всегда есть. Поэтому ноги в руки и пошли жарить шашлыки! — с улыбкой говорил Волхов. Он придумал замечательный план, с которым Мише нехотя пришлось согласиться. Выйдя и оборудовав место для жарки, к ним подбежали трое москвят, которые уже спокойно гуляли на территории, зная про беду, связанную с Алексеем. Эти трое — Подольск, Балашиха и Королёв. — Отец, дядя Святогор, если что, мы пошли по дороге гулять, поэтому позвоните Володе, когда всё будет подготавливаться! — с раззадоренным настроением говорил Женя. Не дождавшись ответа, они удалились вдаль от старших, те лишь пожали плечами и глубоко выдохнули. ___________ — Эх… Как давно мы все втроём не гуляли!!! Всё с мелкими возиться приходилось, а тут столько возможностей! Целых три месяца отдыхать! Жалко, конечно, дядю Сашу, но сам напросился. Пускай за нас всё делает! Надеюсь, всё будет качественно выполнено! — с усмешкой говорил Балашиха. Он прекрасно осознавал всю ситуацию, и от нависшей над Александром обязанности и её объёма становилось плохо, но что хорошо — то, что он уже понаписал в отчётах главную (для него) часть и не парился на счёт этого. — Может, всё-таки надо было кому-то остаться? Александр Петрович чисто физически не может быть столицей — временной, конечно же, — а также выполнять все отчёты за пригороды… и никто не отменял работу над его городом и округом… Может, мне стоит вернуться и выполнять работу хотя бы за нас? — предлагал здравую мысль Володя. Он, как один из старших, осознавал всю беду. — Успокойся, Володь. Всё будет хорошо. Я уверен, если у Александра появятся проблемы, то он сообщит нам или всё-таки решит их самостоятельно, — Подольск, как самый старший, уже расставил для себя приоритеты. — Но идея съездить в июле на несколько дней в город и повыполнять отчёты звучит как что-то разумное, так что предлагаю её. Думаю, дяде Саше тоже хочется отдохнуть… — тут он отвлёкся от мысли, посмотрев на близстоящий зелёный лес. — Кстати, помните, как мы маленькими в лес ходили? Мы там ещё клад закапывали… Ох… Отец тоже с нами ездил… Только давно всё это было, век с кепкой… Может, сходим прогуляемся там? А дальше и до речки недалеко, можем искупаться — времени много, — неуверенно предлагал Паша. Он прекрасно знал ответ, но его метало сомнение. — Да чё ты так, а, Паш? — сказал Женя, а затем по-ребячески схватил Володю за руку. Тот затею понял и схватил за запястье Павла. И они все вместе паровозиком, как в старые добрые, бежали прямиком сквозь лес к вьющемуся руслу реки. ─── — Скоро можешь звонить, я почти закончил… — говорил Миша, помахивая опахалом, по-прежнему разогревая угли. Затем он аккуратно берётся за ручку решётки и переворачивает, немного тряся использованной рукой и морщась. — А как Саша справляться-то будет? Я, конечно, не сомневаюсь в его силах, но столько даже я не вывезу, что уж говорить… — удручённо мямлил младший. Хотя бы в компании Святогора он успокаивался в плане возраста. Его, конечно, не тревожили эти цифры, но иногда стремно от того, что тебе вот-вот 876 лет! — Всё просто… Через несколько дней я уезжаю и помогаю ему вести дела в нашем округе. Свой отчёт он выполнит, но на собрании присутствовать не будет. Мы потом лично или по звонку хотели всё разобрать, и я ему отдал бы данные… Ладно, я пойду пока к речке. Там связь ловит, а позвонить надо, — говорил старший, поднимаясь с уже нагретого места и направляясь сквозь густые заросли травы к длинной реченьке. Набрав номер, он ещё долго ждал ответа, но его так и не пришло. Может, связь не ловит? Это плохо. ___________ — Итак… Думаю, на этом мы можем подытожить наше собрание, и я заявляю, что вы свободны. Если есть какие-то вопросы — задавайте, — спокойно говорил Романов, держа в руках стопку докладов от округов. Она была тяжёлая и увесистая, что в одной руке удержать её невозможно. — А… Да, Александр Петрович, где Михаил Юрьевич? Вы говорили, что объясните всё происходящее. Извините, если вмешиваюсь не в своё дело, — уверенно сказал Коля. Он по-прежнему сидел за столом, сложив ручки, в ожидании ответа. — На счёт Михаила не беспокойтесь, с ним всё хорошо. У него появились некоторые дела, и на его место встал я, но это временно. Приблизительной даты возвращения сказать не могу, но скоро, — для него три месяца — это скоро… Там опять его любимая осень со своими поэтичными пейзажами, а затем зима, не отличавшаяся своей красотой, и, что уж говорить, весна с расцветающей природой, а там уже и лето не за горами. В общем-то говоря, бесконечный цикл. — Благодарю, до свидания, — сказав это, Новосибирск удалился, а затем и все остальные. Остались лишь Костя, Алексей и Саша. — Как он отреагировал? — сразу перейдя к делу, спросил Романов. — Не бунтовал? — его волновало это не меньше, чем всё, что есть. Он впервые взял на себя СТОЛЬКО ответственности, а если Миша и не будет рад, то эту затею можно считать провальной, и будет жалко зря потраченных времени и нервов. — Сначала испугался, начал по машине вертеться. Затем поуспокоился и, в общем-то, вроде против не был. На счёт Подмосковья, если надо, говори, я помогу, — последнее предложение было сказано чисто из вежливости и вхождения Алексея в положение Саши. Он немного изменил мнение о нём, но это ничего не говорило, и он по-прежнему считает, что тот Миши не достоин. — Благодарю, но отчёты за них я посмотрел ещё вчера, поэтому сильно в помощи пока не нуждаюсь, но скоро собрание столиц, и там мне нужна помощь с отчётами… Мне не хотелось бы вас загружать, но восемь докладов я не подготовлю… Поэтому прошу вас приехать и помочь хотя бы с тремя… — немного нервно сказал Саша. Ему сейчас плохо станет от своей же идеи, но он рад, что Миша спокоен и отдыхает. — Хорошо, Бург, я завтра уезжаю. Что-то передать? — неуверенно спросил Смольный, уже встав из-за стола и выйдя наполовину из кабинета. — Разве что — хорошо провести время. До свидания, спасибо за помощь, — спокойно отчеканил Питер. Он смог. Он смог перенести ещё один диалог со Смольным без ругани. — Во что ты вляпался, Саша… — вздыхая, говорил Костя. Он никогда не понимал стремления друга во всём помочь Михаилу, но ладно. Он лишь удручённо прикрывал глаза рукой. ___________ — Ох…. Гляди! Лодка! Давайте на ней поплаваем? — спросил Женя, уже стоя возле названной лодочки. Она выглядела опрятно и явно кому-то принадлежала, но это не помешало Балашихе нагло отодвинуть её, поставить на воду и уже усаживаться в неё. — Жень, может, не надо? Вдруг хозяин объявится, и в целом это не хорошо… — немного тревожно говорил Володя, но у него не было выбора, и через минуту они все сидели в судне с солидными бортиками для своего размера. Грёб, конечно же, Женя — он умело схватился за вёсла и мгновенно выплыл на течение. — А вдруг нам уже скоро есть надо? — и тут Володя замер, уставившись в одну точку, а затем резко отчеканил: — Сворачивай в другую сторону, там Святогор, — стараясь как можно тише, произнёс Королёв. Женя лишь послушно повернул, но, не справившись с управлением, засадил лодку на какой-то камень, и в судно стала попадать вода. Её было немного, но доплыть до берега было проблематично… И тут сбылись все опасения. — Фух… Чего там… Святогор звонил? — раздосадованный своим проколом, говорил Женя. Но ответ не последовал. Он обернулся и увидел два до ужаса удивлённых лица, а затем развернулся к этому зрелищу. Перед ними стоял какой-то мужик и Новгород. — Что это значит, а? Какого вы на моей лодке тут плаваете? Чё не учили различать, что моё, что твоё? — разгневанно на полукрике говорил мужчина средних лет. — Простите их, пожалуйста! Я им беседу на счёт этого проведу. А сейчас извините, нам надо удалиться, — после этого Волхов утянул за собой всех москвят. — Я, конечно, в шоке, но не беспокойтесь, отцу вашему не скажу, можете выдохнуть. По дороге было невыносимо душно, и солнце пекло как не в себя. Хотя в столице сейчас полный ад. Но сейчас не об этом. Все четверо шли друг за другом гуськом. Всё бы хорошо, если бы не Паша, который как девчонка верещал от каждого пролетевшего мимо комара, овода или мухи. Все они выглядели угрожающе и чёрными точками мелькали перед голубыми глазами. И в какой-то момент Подольск просто не может сдерживаться и делает следующее: — ААААААА!!!!! — он пробегает с боку от всех идущих, и в итоге они падают в жидкую грязь. — Ой!!! Извините! — он протягивает руку Святогору, но продолжает так же внимательно осматриваться на наличие насекомых. — Аххах… Паша-Паша… Смешишь ты меня! Кто ж так от мух бегает? Даже Денис с Данькой их не страшатся, а ты вон как ужаленный носишься! Они же сами тебя боятся! — немного иронично говорил Великий. Ему было смешно наблюдать за Подольском, который, кажется, за всё время так и не изменился. — Ну, Святогор Рюрикович! Ну, бывает же такое! Боюсь я насекомых! И что с того… — тот лишь огорчённо вдохнул и сразу выдохнул. К нему подбежал весь мокрый Женя с палкой в руке. Паша стал отстраняться, боясь получить удар, но вместо этого ветку протягивают и вручают со словами: — Держи, чтобы оводов бить! — с ехидной, слегка надувной улыбкой говорил Женя. Его по-прежнему тревожили мокрые и вдобавок грязные вещи, но это куда менее важно. Ему весело! Он вместе с братьями, а значит, всё Хо-Ро-Шо!!!! ___________ — И что мне делать…? Саша же не выдержит, а если и справится, то будет хмурее тучи ходить… — говорил Миша, который уже нёс решётку с готовым мясом на маленькую кухню. Помыв руки и сев за стол, он начал разрезать мясо на более мелкие кусочки. Опробовав его на съедобность и безопасность, он продолжил. Всё хорошо. — В принципе… У меня были деньги по мелочи… — на всякий случай шёпотом говорил старший, отводя ненадолго взгляд куда-то в потолок и задерживая нож в мясе. — Если мне не изменяет память, то маршрутки здесь ездили… и проезд там не дорогой… в районе 40 рублей… и ниже… Путь до остановки… недалеко… где-то 30 минут возле леса — и на месте… — вслух размышлял старший, тем временем разрезая мясо. Когда оно стало готово, он достал большую плоскую тарелку и разложил на ней всё мясо. Выглядело это всё просто загляденье, так и хочется съесть, не дождавшись остальных, но Миша отбросил эту идею. — Ай да я молодец! Какое мясо сварганил! Можно ещё лука и укропа поискать. Лёша должен был их купить… — с этими словами Миша направился к шкафчикам и взял вышеперечисленные травы и понёс это, а также тарелку в столовую и обустроил их в центре продолговатого стола. Затем он ещё долго возился с тарелками и вилками, обдумывая свой план более подробно. Закончив сервировку стола и отправившись вновь на кухню, он задумал сварганить салат. Миша хоть и не повар, но оливье нарезать сможет. И тут началась долгая история о том, как Москва готовит оливье. Длилось это чудо около двадцати минут, и вышло вполне съедобно. Московский, конечно, упускал некоторые ингредиенты, которые считал не самой главной частью, а потому и время приготовления сократилось. — Ай… Где ж их там всех носит так долго… — удручённо мямлил Миша, уже сидевший за столом и ожидавший своих детей и Святогора. — Я уже есть хочу, — немного с иронией говорил старший москвич. ___________ Денис, Андрей и Данила опять где-то пропадали, а точнее — мучали какого-то рыжего кота, что нечаянно забежал на участок. Его ждёт самая что ни на есть мучительная участь. Они ему даже кличку успели дать! Персик! Смешно, конечно, было, но коту явно понравилось, и он приластился к Дане. Чему уж точно не были рады Денис с Андреем… — Челики, может, пойдём пройдёмся по посёлку? Вдруг чей-то и сбежал просто? — предложил здравую мысль Андрей, пытаясь взять на руки кота, но Данила показательно отвернулся, продолжая гладить в руках пушистое создание. — Я полностью согласен. Вдруг его ищут, а мы так по-варварски его у себя держим! — продолжил мысль Мытищ Денис. Ему самому понравился этот кот, но за хозяев было бы обидно. — Ладно, пошлите… — фыркнув это себе под нос, Химки отправился вперёд прочь от Дениса с Андреем. Они быстро его догнали и шагали уже втроём. Трава была слегка мокрая и высокая. Её кончик небрежно кусали ноги наших трёх героев. Раздражало? Нет. Им всё равно на это, и их ничто не остановит. ___________ Прошло где-то в районе получаса, и они обошли почти все дома. Остался какой-то слишком непримечательный и уродливый домишка. Казалось, что его крыша была прожжена, а окна отсутствовали. Мальчики побоялись туда идти и уже разворачивались. Даня с Андреем спокойно шли уже в пяти метрах от Дениса, который в свою очередь застыл как вкопанный, а потом он резко рванул, схватив братьев за рукава толстовок. — Там чел какой-то дряхлый! А когда увидел нас, сразу закопошился и рванул сюда… Поэтому быстрее…! — на сорванном голосе, почти что крича, говорил Ден. Химки и Мытищи напряглись, но оборачиваться лучше не стоит. Их главная проблема в том, что живут они на окраине, и бежать… далековато, но ничего! Выживут! Обещаю! ___________ К этому времени Святогор и старшие москвята вернулись. Они аккуратно старались проскочить мимо Москвы, но тот завидел их ещё из окна — идущих в сырых и грязных вещах. Зайдя в дом, их встретил серьёзный и испепеляющий взгляд москвича. — И как это понимать? Почему вы все грязные и мокрые, а к тебе — он развернулся к Паше — встречный вопрос: почему ты сухой, если они мокрые? Все стоящие напряглись и выглядели до ужаса обеспокоенными, они старались отводить взгляд. Даже Святогор, который старше Миши, стоял словно маленький провинившийся ребёнок — представляете? Я тоже нет! Но тут послышался звонкий смех явно старшего Московского. Все посмотрели на него, а тот в свою очередь, жмуря глаза, вытирал смешливую слезу. — Аххах! Ну чего это вы так напряглись? Будто бы я вас на отдыхе буду морали и этикету учить, ей-богу! — всё ещё на смехе произносил москвич. — Ух… Насмешили… Я ведь и сам в детстве паясничал, как только мог! — уже приятным тембром говорил Миша. — Сейчас переодевайтесь, мойте руки и к столу… А, точно… Ещё мелких позовите, они где-то пропадают. И тут, словно по заказу, в коридор влетело трое персон и один рыжий кот. Все были удивлены, а вбежавшие — напуганы. — Что у вас случилось?.. — спросил обеспокоенный Новгород. Ему в своём возрасте нельзя нервничать, а он! Эх. — Да мы у кота хозяина искали, а там челик какой-то страшный был! Он в самом дальнем доме живёт, и он за нами погнался… Мы бежали-бежали и добежали… — на выдохе говорил Даня, явно запыхавшийся, а затем указательно протягивал руки с котом в них. Он был ухоженный, но явно уличный. И как у него так получилось? Не ясно…. — Ясно… Оставьте кота в предбаннике, потом посмотрим, что с ним делать, а дверь лучше запереть… — сказал Миша, подходя к двери и запирая её лёгким движением руки. — Так? А чего вы все тут стоите, я не понял? Бегом — кто переодеваться и руки мыть, — все «поросята» убежали переодеваться под тёплым взором голубых глаз. — А вы руки мойте и к столу, — указательно показывая на младших. — Потом коту колбасы отрежем и осмотрим на клещей и всякую живность… — устало пробурчал Миша, как будто самому себе, потому что стоял в коридоре только он. После этого они все дружно собрались за столом и начали трапезничать. В сторону Миши впервые приходили ласковые слова в плане готовки. И они были вовсе не лестные, а наоборот — очень даже правдивые! Как сам Миша подметил: салат и мясо получились лучше, чем когда-либо раньше! Закончив трапезу, они ещё долго беседовали, а затем перешли к ожидавшему их коту. На удивление, он ничего не снёс. Начиная его осматривать, все услышали резкие стуки в дверь. Миша прикрыл детей собой, а смотреть, кто там, пошёл Святогор. — Здравствуйте! Еле как понял, где вы живёте! У вас рыжий кот такой? Это мой… Он гулять любит и не раз к прохожим прилизывается. Если на ошейник посмотреть, там кличка написана: Рыжка. Прошу, скажите, что это вы были… Меня дети иначе убьют… — на удивление Святогора, это была уже знакомая им по неким обстоятельствам фигура. Данила быстро взял кота и осмотрел зону шейки. И вправду там был ошейник — как они не заметили!!! Всё, что там было написано, — это Рыжка. Сомнений не оставалось. — Да, конечно! — Даня бежит и пролезает перед Святогором, протягивая мурлычущего кота. Питомец вернулся к хозяину. — Благодарю! Хорошего вам вечера! — с этими словами он удалился, и все вернулись к своим делам, а точнее — пошли укладываться спать. «Скоро важный день — день побега»