Опять, вновь и снова

​Очередная смерть и разговор с ведьмой — обычное дело. ​— Сколько времени у нас на этот раз? ​— Десять часов. А к чему такой интерес? ​— Да так... — он мнётся, не решаясь задать главный вопрос. — А можно мне... заглянуть в будущее? Немного вперёд? ​Вопросы идут один за другим. Их беседа плавно перетекает в светское, почти приятельское русло. С ней действительно приятно болтать, если полностью абстрагироваться от контекста их встреч. Занимательно, но они уже незаметно перешли на «ты», хотя времени, если оно здесь вообще течёт, прошло не так много. ​Вдруг Ехидна задаёт совершенно неожиданный вопрос: ​— Слушай... а ты бы хотел занять моё место? ​— Ха-ах... что? ​— Вот так же встречать людей, обсуждать с ними их судьбы. Быть абсолютно бессмертным, уметь править временем, пространством, человеческими жизнями и смертями? ​— Даже не знаю, — Марин задумывается. — Наверное, да. Это был бы как минимум интересный опыт. ​— Уверен? Тогда тебя ждёт экзамен. ​— Ну что ж, давай. Мне не привыкать, все эти... ​Она резко обрывает его на полуслове и крепко хватает за руку, мгновенно вводя в глубокий транс. Перед глазами Марина с бешеной скоростью проносится истинная изнанка реальности: тонны чужой информации, миллионы лиц, сломанных судеб, мест и чувств. Всё, что можно и нельзя познать человеческому разуму. ​Её эхо звучит в его голове: «Готов к финальному этапу?» ​Ответ положительный. ​Марин мгновенно приходит в себя в своей квартире. В груди яростным пожаром вспыхивает дикое чувство спешки — ему кровь из носу нужно быть на тренировочном полигоне. За окном в это время стеной хлыщет проливной дождь. Схватив ключи от машины, он мчит вниз по лестнице. Зачем? Он не знает. Но подсознание буквально толкает его туда. ​Дорогу он не запоминает: встречные машины, смазанный свет светофоров — всё сливается в единую безумную полосу. Ему хочется оставить всё это позади, умчаться за пределы районов, округов, стран и самого этого мира. ​Марин с визгом резины закладывает крутой дрифт, паркуется и на ходу раскрывает зонт. Выбежав на площадку полигона, он замирает от ужаса. ​Там, прямо посреди залитой водой трассы, его жена Марина верхом на спортивном байке нарезает опасные круги. В этой временной петле Ехидна решила ударить по самому больному: Марина, безумно переживая из-за утренней пропажи мужа, уехала искать его на полигон и в стрессе сама села за руль. ​Марин хочет окликнуть её, но из его горла не вылетает ни единого звука. Связки будто парализовало. Он не может даже пискнуть. Ему остаётся лишь беспомощно смотреть. ​Байк Марины срывается в глубокий занос на мокром повороте, девушка вылетает из седла и на полной скорости врезается в бетонное ограждение, после чего сверху её намертво припечатывает тяжёлым мотоциклом. ​Всё смешивается в один кошмарный коктейль: запах крови, дождь, грязь, истерзанные органы и жжёная резина. Марин хочет отвернуться, убежать, но его ноги каменеют, заставляя до конца лицезреть это жо глубины души тошнотворное зрелище. ​Внезапно со спины его голову, шею и лицо обвивают чьи-то холодные руки. Или лишь их иммитация, ощущение, фиктивное. ​«Всё ещё хочешь того?..» — нежно шепчет голос Ехидны прямо в сознание. ​К горлу подступает тяжёлый ком то ли от слёз, то ли от дикого отвращения. ​— Да... — сквозь рыдания выдыхает Марин, и пространство вокруг него снова начинает стремительно перестраиваться, увлекая его в очередное место для изощрённых психологических пыток. ​Новое пространство оказывается погружённым во мрак. Не видно абсолютно ничего, лишь вокруг смутно поблескивают ровные контуры. ​«Зеркала, сука!» — догадывается Марин. Это всегда было предвестником чего-то ужасного.