Так жить нельзя

Pov Шелест

      Шли мы уже долго, как мне казалось, солнце начинало клониться к горизонту. — И в-всё же, куда конкретно мы идём? — В ту деревню кочевников. — Зачем? — Для ориентира, она станет нашей отправной точкой. — П-понятно…

***

      По пути на нас напали, снова не отбились. Рука упала первой. Ей вспороли живот. Я продержался на минуту дольше, потом тоже упал со вскрытой грудью. Очнулся чуть живой посреди пустыни, вокруг лежали несколько тел бандитов и Рука. Ещё живая. Залатал нас обоих. Посмотрел на тела. Вроде мертвы. В руках сабли. Забрал всё ценное. Рука ещё не очнулась, но и лежать здесь, среди песков, нельзя. Нужно двигаться дальше. Пришлось взять Руку на руки, было тяжело: рюкзак, мечи и её тело — всё это весило немало, но и бросать нельзя. Двинулся в путь, я помнил примерно его.

***

      До деревни дошёл за пару дней. Рука не очнулась. Я шёл и днём, и ночью. В поселении кочевников было ещё безлюднее, чем в прошлый раз. Песок был залит кровью. Никого. Видимо, бандиты постарались, или ещё кто-то. Не стоит здесь задерживаться.       Отошёл подальше от того места, укрылся у подножья бархана возле воды. Расстелил спальник. Уложил Руку. Впервые за несколько дней позволил себе сесть. Руки и ноги гудели. Грудь всё ещё болела при малейшем вздохе. Нельзя спать, я должен защитить Руку, пока она не очнётся. Если усну, мы умрём.

***

      Солнце уже садилось, когда пришла ОНА. Клювастая тварь бежала прям на меня. Рука за спиной, нас съедят, если я не буду драться. Обнажил клинок. К тому моменту тварь добежала и сразу ударила своей головой. Я увернулся, но тварь попала прямо в живот Руки. Я сменил позицию так, чтобы Рука была вне радиуса поражения. Тварь ударила. Блокировал клинком, дикая отдача ушла в руки, а клинок, кажется, погнулся. Живоглот был сильно выше меня, я имел доступ только к брюху и ногам, туда я и ударил. Гадине, кажется, было плевать. Удар. В глазах потемнело так, что я думал, что умер. В глазах всё плыло и двоилось. Этот переросток замахнулся для ещё одного удара. На этот раз я избежал его.       Бой шёл уже очень долго, гораздо дольше чем, все мои бои до этого. Я всё блокировал. Почти всё. Один удар в руку я всё же пропустил, она сразу начала значительно хуже слушаться. Но и без ответа я это не оставил, нанёс десятки успешных ударов. Кружился и вертелся вокруг неё, как мог. Крови с неё текло всё больше, и уже образовалась лужица. Удар. Снова чуть не потерял сознание, опять тварь попала в голову. Вокруг всё плывёт и уже не двоится, а троится. Я не могу здесь умереть, иначе тварь съест Руку!       Небо было оранжевым, солнце клонилось к горизонту. Брюхо твари было во множестве ран, с которых текла алая кровь. Нужно было нанести ещё один удар, один чёртов удар, и кишки твари окажутся на мне. Вот я заношу клинок для удара… Удар. *ХРУСТЬ* Я пропустил третий, решающий удар. Перед тем как тьма опустилась перед глазами, я думал лишь о том, что подвёл Руку. Тьма.

***

      Сознание возвращалось рывками. Звон такой громкий, что казалось, будто звенит весь мир. Попытался поднять голову. Не смог сразу, шея не слушалась. Пальцы нашли череп сами. Левая сторона — провал. Не трещина, не вмятина, именно провал. Края острые, как осколки, хитин раскрошился внутрь. Засунул два пальца. Нащупал что-то тёплое и мягкое.       Пополз к воде на локтях. Опустил голову над поверхностью. Левая сторона черепа была просто… снесена. Не треснула, именно снесена, как будто кто-то взял и вдавил её внутрь огромным кулаком. Левый глаз висел на тонкой ниточке, кажется, вот-вот оторвётся. Я потрогал. Было больно. В груди снова больно, видимо, не зажило с прошлого раза. Глаз качнулся в последний раз, блеснул, и нить лопнула. Он упал в воду с тихим всплеском. Я посмотрел вниз. Он лежал на песчаном дне, чуть присыпанный илом, и смотрел прямо на меня. Из пустой глазницы хлынула зелёная кровь. Я зажал дыру ладонью, но кровь сочилась между пальцев. Мир сжался. Левой половины больше не было. Не темнота, а именно пустота. Я повернул голову. Пустота повернулась вместе со мной.        Зелёная кровь засохла коркой по всей шее и плечу, почти чёрная уже. Долго смотрел на своё отражение. Потом одна мысль пробилась сквозь звон:

Рука.

      Пополз к ней. Она была жива, но её состояние, кажется, было примерно таким же, когда ей только вспороли живот. Достал аптечку. Нужно было что-то делать с головой. Но не знал, к чему притронуться, чтобы не стало хуже. Пополз снова к воде. Нужно видеть, что я делаю.       Сначала вытянул все осколки из головы. Сразу стало даже как-то легче думать. Теперь, когда осколки были вынуты, подробно мог разглядеть всё, что было внутри. Зашивать здесь явно нечего. Я просто набил провал бинтами, плотно, как мог, закрепил повязкой. Сверху плотно замотал. Глазница затянется сама, со временем. Или не затянется…       Теперь можно и Рукой заняться. Снял старые бинты. На месте живота была почти дыра, но Рука живая. Достал из аптечки иглу и нить. Никогда раньше не зашивал. Начал стягивать живот. Первый, второй, третий стяжок. Получалось так себе, но как есть. Спустя время закончил, вышло кривовато. Замотал сверху бинтами для надёжности.       Было уже темно. Очень хотелось отдохнуть, но нельзя. Если бы я и в прошлый раз спал, нас бы точно съели. Хотя и сейчас нам повезло…       Сел рядом с Рукой. Слева было непривычно темно, теперь придётся вертеть головой во все стороны во время битвы. Ну и ладно.       Было тихо. Над головой было много звёзд, очень много, не сосчитать. Здесь, в пустыне, я мог подробно рассмотреть небо. Завораживающе…

***

Pov Рука

      Нарко! Опять всё болит, на месте живота вообще как будто дыра. С трудом открыла глаза. Светало, небо только начинало светлеть. Рядом сидел Шелест, но что было не так… О Великий Крал! — Шелест! Что с твоей головой?! — Я… Я сражался! Я хотел защитить тебя! Пришла Клювастая тварь. Я-я почти одолел её, но потом был громкий хруст. И-и я очнулся т-таким. П-прости меня! Я н-не справился! Это его так клювастая тварь?! Вот же ж… Внутри была злость на себя. Пока я валялась здесь, он стоял до последнего, пока ему чуть не снесли голову. Он спас меня. И теперь он просит прощения? — Ты… Ты молодец. В тебе больше воинственности, чем во многих моих сородичах. — П-правда? Спасибо! — Отдохни, я подежурю.