Береги их, Костлявая, или прими их!

"Любишь лошадей, красотка?" - эта фраза из воспоминаний Альбы теперь звучала, как угроза. Если бы она только знала, что этот красивый любитель породистых лошадей окажется просто пустословом, ни за что бы с ним не связалась. Она сидела у окна и смотрела на дождь. Июнь - начало сезона дождей в Кульякане. И её прямые от природы волосы начинали завиваться от влажности. Когда дождя не было, она любила пройтись по городу и даже пропасть на целый день в шоппинге, выбирая туфли, брошь, платье или что-нибудь ещё, что точно будет носить. А если под новую деталь туалета у неё в имеющемся гардеробе ничего не было, то шоппинг затягивался. Подруги или случайные пожилые женщины могли на время составить компанию или восхититься винтажными вкусами Альбы. Даже дешёвая старая вещь, найденная на "блошином рынке", если ей нравилась, приобретала с ней новую жизнь. Но в этот раз она ничего не выбрала. Так до вечера и проторчала в центре, а потом в кафе с подругами. У неё и так уже было полно украшений, платьев, а туфли, которые нравятся, как всегда, не по размеру. Оставшись одна, Альба не пошла домой. Она знала, что ей ничего не угрожало. Каким-то мистическим образом. Любые негодяи просто разворачивались, плевали в след и шли в другую сторону. И хорошо. Это только радовало. Сестра защищала её, всегда. Ей особенно нравилась ночь, хотя она и не часто позволяла себе не спать. Работа на ранчо требовала подстраиваться под ритм животных. Она пошла к сердцу города, к церкви, освещаемой прожекторами и фонарями. Опёрлась спиной о большую тяжёлую высокую каменную клумбу. Церковь и её окружение были выполнены в мягких песочных тонах. Похожего цвета платье было на девушке, чтобы не нагревалось от солнца, мягкое и удобное. А на ногах - кроссовки, гармонично смотрящиеся с платьем. Она видела Сестру. В видениях, не во сне. На яву. В белом платье. Пыталась поговорить с Ней. Та просто так не приходила. На ступени церкви присел мужчина. Альба не обращала на него внимание. У него были свои дела и причины сюда придти, у неё - свои. К нему подбежала кошка и стала ласкаться. Это уже привлекло внимание. Тогда девушка заметила, что закат уже миновал, и вырисовывались сумерки, а мужчина был в тёмных очках. Всё это вызывало мистические ощущения, как в другом измерении. За это она и любила ночь. Альба подошла и присела рядом. Недалеко, чтобы дотянуться до кошки, и тоже начала её гладить. "Вы ей нравитесь", - девушка прервала молчание и улыбалась, растягивая помаду-блеск цвета "Нюд" на губах. "Да?.. Это кот или кошка?" "Это кошка, сеньор". "Она случайно не беременна?" "Нет, но скоро будет", - ответила Альба не сразу. Мужчина повернул голову: "Откуда Вы знаете?" Девушка смутилась, подумала, что сказала лишнего: "Вижу, сеньор. Я - потомственная ясновидящая". "Ох... Ну, раз Вы такая глазастая, то не опи́шите мне, как выглядит кошка?" - мужчина как будто не воспринял её слова всерьёз. Тогда она поняла, что человек был слеп. Ей стало жаль его. На его бородке и усах ещё не было и намёка на седину. Хвост чёрных волос был густым. "Она... чёрная. Полностью чёрная, сеньор. У неё зелёные глаза, она короткошёрстная..." "Ну, то, что она короткошёрстная, я уже понял", - улыбнулся мужчина. "Оу! Да! Простите!" - неловко стало Альбе. "Ничего, Вы ведь не знаете, как это быть слепым". "Нет, сеньор, не знаю". "И никогда не узнаете". "Откуда Вы знаете, сеньор?" "Знаю-знаю. Я тоже в какой-то степени... ясновидящий, теперь", - сначала он попытался показать жестом, подбирая слово. "Теперь?" "Ну, когда лишился глаз". "Как же это произошло, сеньор?" "Это... случилось чуть больше полугода назад. Если помните, здесь было восстание генерала Маркеса..." "Да, тогда мы всей семьёй не выходили в город". "Вот во время противостояния с военными меня и покалечило. Ракета пронеслась прямо перед глазами и задела их, выжгла". "Мне очень жаль, сеньор, - Альба неосознанно коснулась его руки, что была на его согнутом колене. - Зато Вы один из героев Мексики, что не позволили совершить тогда государственный переворот. Будущие поколения перед Вами в долгу". "Будущие поколения?" - если бы мог, Шелдон посмотрел бы на неё, как на дуру. Его не интересовало будущее. Совсем. Он прогнал инстинктивное желание сжать её руку в ответ. "Ваша рука намного меньше, чем я судил по голосу, но сильнее, чем у среднестатистической девушки". "Я работаю на ранчо отца. Привыкла возиться с лошадьми". "Это интересно, необычно. И какие у Вас лошади?" "Чистокровные верховые, сеньор". "Никогда не катался верхом. А гладил только кошек да собак". Во взгляде Альбы застыл проблеск грусти. Ей нечего было сказать. Предложить конную прогулку не представлялось возможным. "Я и машину сейчас не вожу. О! Смотри́те! Вот бы так можно было с каждой женщиной!" - Шелдон гладил кошку по спине, а та приподнимала жопку, когда человеческие пальцы касались основания спины и начала хвоста. Альба рассмеялась из-за такого резкого перевода темы. "Она Вам доверяет". "Правда?" "Да. Она повернулась к Вам своей самой уязвимой частью тела и не следит за тем, что Вы делаете". "С чего бы ей мне доверять?" - спросил Шелдон почти себе под нос. Он бы и сам себе не стал доверять. "Не знаю. Кошки лучше чувствуют людей, чем сами люди", - Альба не заметила, что это был риторический вопрос. "А Вы тоже лучше чувствуете других людей?" "Я? Я скорее чувствую обстановку". "Да? Просто Вы тоже ко мне подошли". "Я... просто... ощущаю некую мистику в сегодняшнем вечере. Я не часто выбираюсь куда-то так поздно". "Любите ночь?" "Да, насколько возможно любить что-то не персонифицированное". "А Вы заметили, что ночью пахнет совсем по-другому?" - Шелдон сам не знал, почему продолжал разговор. У него не было интереса, но какое-то наитие направляло речь. "Конечно, да. Ночью будто другой мир раскрывает свои двери". "Хм, красиво звучит... Что ж был рад знакомству, сеньорита..." "Эрреро. Меня зовут Альба Видалия Эрреро Гозо". "У Вас красивое имя. Шелдон Сэндс или просто Шелдон", - он пожал её руку, которую она до сих пор не убрала, забыв про неё. "Тогда просто Альба. У большей части Мексики такие красивые имена. А мне больше нравится Ваше". "Моё? Чем же оно может нравиться?" "Его легко запомнить". Шелдон рассмеялся. "Как же он пойдёт один?" - забеспокоилась Альба в мыслях. "Могу составить Вам компанию. Я не тороплюсь". "Что ж, прогонять я Вас не стану. Если моя персона Вас чем-то заинтересовала, то милости прошу". "А Вы забавный", - она улыбнулась. Они не держались за руки. И Шелдон шёл вполне уверенно. Так что это новой знакомой пришлось следовать за ним, а не ему за ней. "Для Вашего имени у меня хватит памяти. Я знаю несколько языков". "Да? Где же Вы работаете?" "Я... знаете, я был преподавателем, а теперь, сами понимаете". "Ох, очень жаль, сеньор". "Мы уже так долго общаемся, что можем перейти на "ты", как мне кажется". "С радостью, сеньор, то есть Шелдон... Ты так уверенно идёшь", - девушка подняла брови от удивления. "Я запомнил дорогу. Окажись я в незнакомом месте, буду, как слепой котёнок". "О, Святая Смерть! - сказала Альба одними губами. - Как же страшно!" - подумалось ей. Шелдон жил недалеко от центра. Поэтому они уже скоро были у его подъезда. Сверкнула молния, раздался гром, послышался шум ливня. "Нет! - произнесла девушка. - Дождь ведь сегодня уже был!" "Я не могу оставить тебя одну под дождём. Если не против, можешь зайти". Альба быстро согласилась, сначала молча кивнув, а потом, сообразив, произнесла "да". Ливень скоро закончится, и она уйдёт. "Отец не убьёт тебя за опоздание?" "Не убьёт". Альба давно не была в подобном доме с дешёвыми квартирами. Одна из её подруг переехала с такого района давно. И сейчас она испытывала приятные экзотические ощущения. Необычные запахи сырости, побелки, странных стен вызывали новые эмоции. Они поднялись по лестнице на верхний этаж, третий. Шелдон в своей квартире хорошо ориентировался. Предположительно, если ничего не переставлять. "Включи, пожалуйста, свет... Чай, кофе или чего-нибудь по-крепче?" "Что у тебя есть?" - спросила Альба, боясь обидеть, предложив свою помощь. "Виски, пиво, ром, пульке". "Пиво". "Чувствуй себя, как дома", - сказал Шелдон, передавая своей новой знакомой только что открытую бутылку, и тоже открыл себе пиво из холодильника. Несмотря на явную холостяцкую жизнь, в квартире было свежо. Девушка наблюдала. Шелдон снял очки, и она видела, что были протезы. Похожие на глаза, но неспособные двигаться. Под бородкой и шляпой было сложно особо разглядеть лицо. Но его черты были правильными, интеллигентными, тонкими, морщин не было заметно. "Ты говорила, ты ясновидящая, а работаешь на ранчо. Почему?" - вопрос вывел Альбу из созерцательного транса. "Ну, оба эти де́ла семейные. А лошадей я просто люблю. Как их не любить?" В дверь постучали. Но Шелдон никого не ждал. Или ждал? Совсем забыл! А дверь была не заперта, и Белла просто зашла с мокрым зонтом. Увидев незнакомку, она сильно замешкалась, даже испугалась и скорчила рожицу, мотая головой, не зная, куда смотреть и, куда деть зонт. Шелдон застыл. "Кто Вы, сеньорита?" - первой заговорила Альба, дружелюбно. "Я никто, сеньорита, - любезно ответила Белла более высоким голосом, чем обычно. - Не обращайте на меня никакого внимания. Я здесь просто... убираюсь". "Но Вы не одеты для уборки?" - Альба искренне удивилась. "Да, пустяки! Я просто в клуб собралась... сразу же после работы". "Переглянувшись" с Шелдоном, Белла начала лёгкую уборку. "Я её не напугала?" - тихо произнесла Альба. "Неет. С чего бы?" - инстинктивно Шелдон не смотрел в сторону голоса, хотя ему и прятать было нечего. Через пять минут махания тряпкой по мнимой пыли на адреналине Белла удалилась: "Ну, вот и всё. Всем пока". Шелдон быстро вышел за ней из квартиры и расплатился со словами: "Это не то, что ты подумала". "Да я ничего и не подумала. Доброй ночи!" - она была весёлой, как всегда. Вернувшись, Шелдон не знал, что сказать. "А... Я уж было подумала, что квартира в таком порядке без женской руки". "Да куда там без женской руки, - от ассоциаций, возникших у него в голове при данных обстоятельствах, Шелдон смутился ещё сильнее. - Не голодная?" "Нет. Я только из кафе". "Я тоже. Попробуй как-нибудь кочиниту пибиль. Ммм, с ума сойти". "Я знаю. Мы готовим её дома". "Ого, ну, это здорово", - слова прозвучали не слишком весело. То ли из-за смущения. То ли из-за мрачных мыслей о том, что он мог бы захотеть застрелить свою новую знакомую, если бы попробовал это блюдо в её исполнении. Гроза не прекращалась, а пиво допивалось. "Можешь присесть на кровать, если хочешь", - это было самое удобное место в квартире. "Спасибо". Альба присела рядом с Шелдоном. Она видела, что больше ему было нечего предложить ради её комфорта. Он повернул голову в её сторону и незаметно вдыхал её запах. "Можно "посмотреть", как ты выглядишь?" - он слегка протянул руки. Девушка поняла, что он разглядел бы её только на ощупь. И не видела в этом ничего пошлого. Это было что-то особенное. И ни капли не неприличное. Она никогда не думала, что такое может произойти. Это было удивительно, как и всё в сегодняшнем вечере. "Да". Альба подняла подбородок и сидела ровно. Хотя её об этом никто не просил. Тонкие пальцы осторожно прикоснулись к её мягким щекам и прошлись по всему лицу, как по тонкой шёлковой ткани: по высокому лбу, носу с маленькой горбинкой, маленькому подбородку с ямочкой. Её образ понемногу вырисовывался в уме Шелдона. Ей не было щекотно. Она хотела передать всю себя, как объёмное изображение. Он аккуратно коснулся её длинных волос, едва ощутимо, прощупывал мягкие пряди. Девушка согрелась теплом, словно невинно общалась с ребёнком. За окном сверкали молнии, раздавался гром, шумел дождь. Длинные пальцы спустились к тонкой шее и тут уже стали более ощутимы. На не слишком выступающих ключицах щекотка была почти невыносимой. К счастью, короткой. Альба надеялась, что Сэндс не заметил её реакции: как спёрло на секунду дыхание, участилось сердцебиение и живот чуть-чуть сжался. Мужские пальцы скользнули по мягкой груди, не ожидая, что та окажется без нижнего белья. Их успокаивающее тепло ощутили голый живот и талия под топом. "Насколько много он хочет увидеть?" - невольно пронеслось в голове девушки. Он остановился и слегка сдавил её голые плечи и стал опускаться к ладоням. Всё же интересно ему было то, что эти руки крепче, чем как будто бы должны были быть. Он изучал, насколько тонкие и длинные её пальцы. Нет, не пианистка, но ухоженная. "Какого цвета твои волосы? Глаза?" - спросил он неожиданно. "У меня чёрные волосы. Они вьются от влажной погоды. Так они прямые... Глаза... ореховые". "Как это?" "Это карие с вкраплениями зелёного". Дождь тем временем закончился, и Альба спросила: "Ты кого-нибудь ждёшь ещё сегодня?" "А, нет. Но... тебе наверное пора". Оставлять Шелдона одного было не приятно. Но ему, судя по всему, помощь была не нужна. А сейчас девушка испытывала к нему именно сострадание и немного симпатию. "Да, мне пора. Но завтра я вернусь. Проведаю тебя... Закрывайся". Закрыв дверь, Шелдон ухмыльнулся. Кому надо его проведывать? Ну, кроме Тони. Если она не вернётся, он не удивится. Всё в ней и её рассказе о себе говорило о том, что она не нуждалась в таком, как он. Хотя сначала поверил. Почему-то поверил. Пока не остался наедине с собой. У неё нежная кожа, она хороша собой, ткань её одежды слишком мягкая, чтобы быть простой.