Райлан
22 мая 2026 г., 09:10
Я никак не могу уснуть, а учитывая, что завтра игра, это очень хреново. Мы приехали в Сиэтл ближе к вечеру, разобрали записи, съели сбалансированный ужин, после чего — цитирую тренера дословно: «Прижмите свои задницы к кроватям. Никаких вылазок на потрахаться.» И это, блядь, реально паршиво, потому что секс помог бы мне расслабиться. Мэдс храпит на соседней кровати. Он помедитировал и вырубился нахрен, а я ворочаюсь с кучей энергии, которую не на что потратить.
С другой стороны, можно подрочить. Мэдс спит мертвым сном, к тому же мы оба в курсе, что каждый из нас дрочит. Но я сейчас не в настроении для мастурбации, поэтому выскальзываю из кровати, натягиваю джоггеры, хватаю кроссовки с носками и тихо сваливаю. На часах одиннадцать вечера, так что, может, спортзал в «Роквелле» сейчас пуст. Похожу или слегка пробегусь на дорожке, чтоб вымотать себя.
Я направляюсь к лифту и жму кнопку восьмого этажа. У нас контракт с сетью «Роквелл», и если мы играем в городе, где есть такой отель, селимся именно там.
Разумеется, когда я прихожу, первое, что я замечаю — табличку на двери, гласящую, что зал закрыт на техобслуживание.
Я знаю, что на крыше есть бар. Рискованно, потому что хрен знает, много ли там народу, но я могу заглянуть... попить водички, и, может, мой мозг отключится достаточно, чтобы я смог отдохнуть перед завтрашней игрой.
Иду туда, хоть внутренний голос и твердит: если тренер или Волков, наш капитан, пронюхают, то надерут мне задницу. Но, должен признать, всплеск адреналина от такой возможности будоражит. Играть по правилам скучно.
Поднимаюсь на лифте на крышу — по ощущениям, штурмую Эверест, это так долго, — но наконец раздаётся «дзынь», и двери открываются в знакомый бар-ресторан на крыше. Он частично под навесом, с террасой в дальнем конце и панорамным видом на город.
И он пуст.
Ну, почти пуст. Какой-то парень-ботаник с коротко стриженными, аккуратными каштановыми волосами стоит за барной стойкой. На вид примерно моего возраста, пониже моих метра девяноста, не такой широкоплечий и мускулистый. Я бы не стал зачислять его в категорию твинков — он где-то метр восемьдесят, обычное телосложение, одет в джинсы, рубашку в полоску, и сверху пиджак.
Он поднимает на меня взгляд с хмурой гримасой на лице, которая на удивление оказывается довольно милой, и хотя очевидно, что появление клиента его не обрадовало, я всё равно направляюсь к стойке.
— Обещаю, проблем от меня не будет, — говорю я ему.
— Мы закрываемся в полночь.
— Без проблем. Мне просто воды.
Он наполняет небольшой стакан ледяной водой, протягивает его мне и начинает протирать стойку тряпкой.
Окей... очевидно, он не настроен на разговор, но он меня чем-то цепляет, а я тот еще болтливый ублюдок, так что я спрашиваю:
— Давно здесь барменом?
— Я не бармен.
Я вскидываю бровь, глядя на него поверх стакана, и делаю глоток, выискивая любые признаки того, что он меня узнал.
— Правда? Ограбил заведение? Вырубил бармена, и я застукал тебя посреди дела? Но тогда я не понимаю, почему ты не прикинулся работником. Я бы ни за что не догадался. А теперь, когда я раскусил твой замысел, придется спасать положение, так что... мне в полицию позвонить или самому тебя задержать?
Флирт может быть ошибкой. Я не знаю его ориентации, но что-то мне подсказывает, что я стучусь в нужную дверь. Когда растешь в мире, где по умолчанию все натуралы, учишься искать себя в окружающих, подмечать сходства, чтобы найти таких же, как ты.
Он морщит нос — выходит до неприличия, блядь, мило.
— Я не... Я не... знаешь что? Забудь. День был дерьмовый, и вот я закрываю бар, хотя всё, чего я хочу — это... ну, не знаю, чего я хочу.
— Выкладывай как есть.
— Что выкладывать?
— Свой хреновый день. Хотя, должен заметить, у нас тут обмен ролями. Обычно это бармен выслушивает проблемы посетителей, но, полагаю, раз ты не бармен, это неважно.
— Знаешь, ты реально странный, в курсе? — Он скрещивает руки на груди.
— Пф. Меня и похуже называли.
— Не буду я тебе рассказывать про свой день.
Я пожимаю плечами.
— И не надо. Мне не спалось, тренажерка закрыта. Ты тут наверху один, не считая связанного по рукам и ногам бармена и меня. Я подумал, может, захочешь воспользоваться моментом и поговорить с незнакомцем, которого больше никогда не увидишь.
Что-то вспыхивает в его карих глазах — будто то, что я сказал, попало прямо в точку, и он на этом сфокусировался, — но потом он качает головой, молча отговаривая себя.
— Нет тут никакого связанного бармена, и ты это прекрасно знаешь, так что не пойму, с чего я вообще с тобой об этом спорю.
— Это твоя проблема, а не моя, — подкалываю я.
Он хмурится.
Мой член слегка дергается под джоггерами. Этот парень меня явно заинтересовал.
— Ты всегда можешь уйти, — бросает он мне.
— И в чем веселье? У меня тут бармен, которого надо спасать, и похититель, которого надо бесить. — Я делаю еще глоток воды, наслаждаясь моментом. Так легко на душе — просто сидеть здесь и вот так небрежно с ним флиртовать. — Изначально я рассчитывал не на это: сперва хотел перепихнуться, потом позаниматься, но, оказывается, здесь куда занятнее, чем я предполагал.
Его лицо покрывается румянцем, и во взгляде что-то меняется. Он словно... что-то просчитывает? Не уверен, что это подходящее слово. От него веет негативом, и я не думаю, что мой бармен такой, но он явно что-то обдумывает.
— У меня тоже был такой план на ночь. Ну, первый пункт. Второй — точно нет. Спортзал для меня ад, но я собирался перепихнуться. Просто с каким-нибудь рандомным мужиком. Чтоб ты знал: перед тобой самопровозглашённая шлюха.
Из моей груди вырывается смех, громкий и неожиданный даже для меня самого. Такого я не ожидал услышать даже в самой смелой фантазии, но я ж его толком не знаю. У меня нет особого права что-то о нём думать.
— Добро пожаловать в шлюший клуб. Ты новенький?
— Сегодня как раз должно было быть моё посвящение, и я ждал его с нетерпением. Наверняка это лучше тех клубов, в которых я состоял раньше.
Его замечание кажется мне странным, впрочем, как и весь наш разговор. Мы обсуждаем шлюший клуб, похищенных барменов и прочую ерунду, какая только взбредет нам в голову. Так что я подхватываю, развиваю нашу клубную тему.
— Шахматы — это круто, но это не секс.
— Я никогда не состоял в шахматном клубе. А ты играешь?
— Ты мог бы звучать менее удивлённо.
— Черт. Прости. Я не хотел.
Я отмахиваюсь от его извинений. Теперь, когда он немного расслабился, он уже не такой ворчливый.
— Да ладно, я же прикалываюсь. Но вернёмся к теме: что сподвигло тебя стать шлюхой?
— Думаешь, у меня не выйдет, да? А вот и выйдет. Я смогу получить столько секса без обязательств, сколько захочу. Целую гору.
Этот странный, интригующий мужчина снова вызывает у меня смех. У него это хорошо получается, и что-то мне подсказывает, сам он этого за собой не замечает. Не знаю, с чего я это взял, но иногда ты просто чувствуешь человека. И он нравится мне ещё больше, потому что в его взгляде ни тени узнавания — он понятия не имеет, что разговаривает с Райланом Пирсом. Не то чтобы такого никогда не случалось. Не все повернуты на хоккее, и всё же узнают меня чаще, чем хотелось бы, и как бы я ни любил внимание и этот спорт, иногда просто хочется побыть с кем-то новым.
— Я не сомневаюсь в твоих способностях. Уверен, ты сможешь получить много секса. Весь секс без обязательств, какой пожелаешь. Черт, да я бы и сам с тобой этим занялся, если бы ты захотел.
Я сказал это в шутку. Замутил бы я с этим парнем? Да, блядь, на все сто процентов, но я это сказал в основном потому, что он, похоже, думает, что я в нем сомневаюсь, ну и... еще потому, что он уже заставил мой член дернуться раньше, так что я продолжаю в том же духе.
Но когда у моего маленького секс-дьяволенка глаза чуть не вываливаются из орбит, а рот открывается так, будто он не мог и вообразить, что я могу ему такое сказать, я рад, что произнёс эти слова. И растущее давление в моих яйцах доказывает, что именно это я и имел в виду.
— Заткнись.
— А?
— Тебе не обязательно врать, чтобы меня подбодрить. Я не грустный. Я злой. И расстроен тем, что никогда по-настоящему не забивал на всё и не отрывался. Я хочу испробовать всё, что мне может предложить жизнь, но чтобы это обязательно не превращалось во что-то серьезное.
Бля. Выходит, этот парень не осознаёт, насколько он интересный и симпатичный. Я не знаю, из-за чего он злится, но его твердый тон ясно дает понять, что это серьезно.
— Я не вру. Ты горячий. И я надеюсь, что получить удовольствие от секса тоже в твоем списке.
— Я до сих пор искренне надеюсь, что мой прошлый неудачный опыт был именно таким из-за других парней, а не из-за меня.
— Похоже, ты выбираешь неправильных парней. Ты слишком прикольный, чтобы быть плохим в постели.
Он снова меня изучает, и я замечаю, что он постоянно так делает, когда я говорю ему комплимент, будто ищет скрытый смысл или ждет подвоха. Кто бы ни был его бывший, он над ним знатно поиздевался.
— Давай так... налей мне ещё воды, а я просто посижу здесь и допью. Если, когда я закончу, ты захочешь пойти куда-нибудь и перепихнуться сегодня — дай знать. Ненавижу это говорить, но это должно быть быстро. Мне нельзя задерживаться. Но если не заинтересован — никаких обид. Ты просто дашь мне выйти из этого бара, и мы больше никогда не увидимся.
Ну, разве что я увижу его, когда в следующий раз приеду в Сиэтл на матч, но я об этом молчу.
— По рукам? — спрашиваю я.
— По рукам, — отвечает он.
