Река Морроу

POV: Ханна

      Уведомление пришло одновременно всем. Вот это и было самым жутким. Не сам звук, не пожарная сигнализация, не красный мигающий свет под потолком, а синхронность. Будто кто-то нажал кнопку. Будто весь Преп — одна большая нервная система и кто-то только что пустил по ней ток.       Телефон лежал рядом с моей тетрадью. Экран загорелся. Я не хотела смотреть. Есть вещи, которые мозг понимает раньше тебя самого. И мой мозг уже буквально орал: не открывай.       Но, конечно, я открыла, потому что люди всегда открывают. Именно поэтому такие вещи работают. Новое сообщение без номера. Три секунды я просто смотрела на экран, как идиотка, потом нажала на видео.       Темная комната, чье-то тяжелое дыхание. Камера медленно двигается вперед и сначала я даже не поняла, на что смотрю. Потому что мозг иногда очень милосердный. Он специально тормозит. А потом картинка сфокусировалась. Моя спальня.       Нет, не просто спальня. Мое окно снаружи. Кто-то снимал мой дом ночью. У меня резко похолодели руки. На видео горел свет в моей комнате. Я помнила этот момент. Вчера вечером я сидела на полу у кровати и учила биологию.       Господи, кто-то был снаружи. Кто-то стоял возле дома Уитморов и смотрел на меня. Видео оборвалось. Черный экран и затем — надпись. «Хорошенькие девушки лучше выглядят напуганными».       Меня затошнило. Прямо физически. Класс вокруг расплылся в шуме: кто-то вскрикнул, кто-то засмеялся нервно, кто-то уже начал пересылать сообщения друзьям. Потому что трагедия в Блэквотер живет примерно секунд семь, а потом становится контентом.       Я медленно подняла голову. Ванесса смотрела в телефон с таким лицом, будто готова убить кого-то голыми руками. Киара вообще застыла. И это пугало сильнее всего.       Киара Ормонд не замирает. Она либо контролирует ситуацию, либо делает вид. Но сейчас — нет. Эмори медленно перевела взгляд на меня. И я сразу поняла: она тоже получила что-то. Боже. Боже, боже, боже.       Миссис Уильямс пыталась что-то говорить про эвакуацию, но ее уже никто не слушал. Сигнализация продолжала выть, красный свет мигал по стенам. Старое дерево парт, картины эпохи барокко, мокрые окна и лица учеников выглядели нереально.       Как сон с температурой под сорок. Я вдруг подумала: если сейчас посмотреть на школу с улицы, она будет похожа на горящий корабль. Преп вообще всегда был похож на что-то обреченное. Слишком красивое. Слишком старое. Слишком полное людей, которые выросли без слова «нет». — Ханна?       Голос Джеймса. Я даже не заметила, что он уже стоит в дверях класса. Парни вошли вместе с потоком учеников из коридора. Картер матерился на кого-то позади. Лайон пытался перекричать сигнализацию. Айзек сканировал помещение взглядом так внимательно, будто искал бомбу.       А Джеймс смотрел только на меня и это было проблемой. Потому что Джеймс Коллинс всегда смотрел так, будто видит больше, чем должен. Я быстро заблокировала телефон, но он заметил и подошел ближе. — Что тебе прислали? — Ничего.       Ложь. Отвратительная. Мгновенная. Автоматическая. Джеймс нахмурился. Господи, какой же он красивый. Ненавижу это. Ненавижу, что даже сейчас думаю об этом. Потому что красивые люди в Блэквотер — как дорогие машины. Ты заранее знаешь, что они опасны, но все равно хочешь прикоснуться. — Ханна.       Вот этот тон. Тихий, спокойный, почти мягкий. Так разговаривают с дикими животными. Или с людьми, которых боятся потерять. У меня внутри все болезненно сжалось, потому что если Джеймс узнает — все закончится.       Нет, если кто-нибудь узнает — все закончится. Я почувствовала, как ногти впиваются в ладонь не сильно, но до боли, чтобы не начать дрожать. Потому что вместе со страхом пришло другое чувство.       Понимание, что это не случайность. Кто бы ни создал hollowedwatch — он знает не все, но достаточно. Иначе почему именно сейчас? Почему именно мы? Почему после того вечера у реки?       Меня резко бросило в жар. Перед глазами на секунду вспыхнуло воспоминание: ночь, лес, алкоголь, музыка из машины Картера, река, чьи-то мокрые руки, голос Киары: «Просто успокойся». А потом — тишина. Нет-нет-нет.       Я резко встала так быстро, что стул с грохотом ударился о пол. Все обернулись. Супер. Просто прекрасно. Теперь я еще и выгляжу как психопатка. — Мне нужно в туалет, — выдохнула я. Миссис Уильямс даже не попыталась остановить. Она выглядела так, будто сама хочет сбежать через окно.       Я вышла в коридор и сразу пожалела, потому что весь Преп уже гудел. Телефоны. Крики. Смех. Чужие голоса. Старые каменные стены усиливали эхо, превращая школу в огромный улей.       На экранах, в руках, в разговорах. Везде — hollowedwatch. Я быстро пошла по коридору. Мимо высоких окон, флагов школы и витрин с футбольными кубками.       «Гордость Блэквотера». Господи, если бы люди знали, что творится внутри этой «гордости». На секунду я остановилась возле окна. Снаружи дождь уже почти лил стеной. Внизу виднелась Морроу Ривер. А дальше — Веспер. Город за Сейнт Мёрси Бридж.       Иногда мне казалось, что мост — это насмешка. Будто нормальная жизнь находится буквально в десяти минутах езды, но Блэквотер все равно держит тебя за горло. Я закрыла глаза. Вдох-выдох, и в этот момент телефон снова завибрировал.       Новое сообщение, без номера. Только текст. «Джеймс знает, что ты сделала?»