Глава 7
2 июня 2026 г., 15:39
Портгас Ди Эйс сделал это снова! СНОВА! Этот самоубийца, упрямый, везучий, тупой, безрассудный придурок со своими детскими веснушками, обжигающим взглядом, оранжевой ковбойской шляпой, взлохмаченными волосами… его… его… Тьфу, он не мог придумать больше эпитетов — настолько он был сейчас в ярости.
У Портгаса хватило наглости, дерзости, смелости, бесстыдства и нахальства начать первое предложение с: “Я пытался и не смог убить Белоуса 100 дней подряд”. Сразу после встречи с Рыжеволосым Шанксом и исчезновения на Вано, чтобы убить «Сильнейшее существо в мире» Кайдо, Портгас каким-то образом умудрился осениться блестящей идеей попытаться прикончить «Сильнейшего человека в мире» Белоуса. Белоуса! Который, напоминаю, тоже один из Императоров.
Думал ли этот придурок хоть раз, что кто-то может волноваться за него? Что его очередное исчезновение после Вано отняло у Сабо несколько лет жизни. Три месяца они шпионили за Белоусом, и только поэтому Сабо не рванул туда. Огненного Кулака регулярно замечали живым и без наручников, так что причин для спасения не было. Три месяца гаданий, чем Эйс занят на том корабле, и три месяца надежд, что Эйс не доведёт Белоуса до такой степени, чтобы обрушить на него всю свою ярость и убить.
Большинство людей видят Белоуса и накладывают в штаны, другие видят белоуса и убегают, а некоторые идиотские ходячие костры - не будем называть имён - видят Белоуса и пытаются его убить. Не один раз, не два, А. Сотню. Раз.
Кто следующий? Большая Мамочка? Сабо поклялся, что попросит перевести его на одну из баз Революционеров рядом с Большой Мамочкой в ту же секунду, как Портгас только подумает, повернётся или хотя бы посмотрит в сторону её территории.
Революционеры слева и справа разбегались с его тропы войны. Сабо почти этого не замечал.
Он расхаживал взад-вперёд. Но это была не та спокойная, обдуманная походка во время разработки стратегии. Это были резкие, хаотичные, яростные движения. Такой тип движений, когда рука то и дело взъерошивает волосы, ботинки бьют по каменному полу сильнее необходимого, а дыхание вырывается сердитыми хрипами.
Коала и Хак переглянулись.
— Он прожжёт дыру в полу, — пробормотал Хак.
Одну. Сотню. Дней.
Сабо замер как вкопанный и уставился на письмо так, будто оно лично его оскорбило. Этому письму должно было повезти, что Сабо очень хотел сохранить его в целости, потому что альтернативы - с силой швырнуть его в стену или топтать до неузнаваемости - были чертовски заманчивы.
— Одну. Сотню. Дней, — медленно повторил он, теперь уже опасно спокойно.
Коала заглянула ему через плечо, читая дальше. — Он… продолжал нападать на него?
— Да, — рявкнул Сабо. — Повторно! Настойчиво! На Императора морей! На Белоуса!
Хак скрестил руки на груди. — Если честно, это похоже на Огненного Кулака.
— Это не помогает!
Сабо провёл рукой по лицу и перечитал письмо снова.
«Дорогой Сабо,
Я пытался и не смог убить Белоуса 100 дней подряд. Ну, он похитил меня и дал полную свободу действий. Я просто пользовался тем, что меня не бросили в камеру. Если уж я собирался что-то доказывать, то это должно было быть против него. Сильнейшего человека в мире, чтобы сравняться с ним по силе. Думал, если умру, то хотя бы умру, стремясь стать лучше него.
Это было нелегко. Первые несколько раз я даже не мог до него дотронуться. Но где-то в процессе моей убийственной лихорадки желание убить его ушло на второй план. Я просто продолжал нападать на него, потому что остановиться было хуже, чем быть избитым.
Через какое-то время они перестали пытаться меня останавливать. Просто залечивали мои раны, кормили и ждали, когда я снова встану.
Белоус так и не убил меня. Он продолжал смотреть на меня так, будто чего-то ждал. В какой-то момент мы начали говорить обо всём на свете: о крови, об именах, о семье.
Ещё до того, как я вступил в их команду, они начали называть меня своим братом. Я их не останавливал. Наверное, зря. Я говорил себе, что это не то же самое. В конце концов я присоединился, и они сделали меня командиром второго дивизиона. Мне всё время кажется, что ты увидишь это с того света и подумаешь, будто я заменил тебя. Что я выбрал новую семью, потому что забыл старую. Что всё, что у нас было, перестало иметь значение, как только кто-то другой предложил мне место.
Это не так.
Этого никогда не было.
Ты всё ещё мой брат. Ты всегда им будешь. Ничего этого не изменит. Ни имена, ни корабли, ни флаги.
Я просто решил… расширить семью. Чтобы больше не быть одному. Я боюсь, что ты возненавидишь меня за это.
Если бы ты был здесь, ты бы, наверное, ударил меня за такие мысли. А потом назвал бы идиотом и сказал, что я имею право жить своей жизнью.
По крайней мере, я надеюсь, ты бы так сказал.
— А»
Он перечитал последние строки снова, медленнее.
«Я просто решил… расширить семью. Чтобы больше не быть одному».
— Этот идиот, — выдохнул Сабо, и его голос сорвался прежде, чем он успел это остановить.
Коала внимательно наблюдала за ним, ничего не говоря. Сабо видел, что она готова вмешаться, если он снова станет слишком нестабильным, чтобы справиться с письмом, как в прошлый раз.
Эйс написал это не так, как хвастаются вступлением в команду Императора. Он написал это как признание. Словно готовился к отказу.
Сабо с силой прижал ладонь к глазам. — Он правда думал, что я буду разочарован тем, что он нашёл семью.
Хак нахмурился. — Ты?
— Да, — ответил Сабо. — Я.
Эйс, который сжигал себя дотла, бросаясь на морских монстров, нашёл семью, готовую принять его у Белоуса. И вместо облегчения или гордости он почувствовал страх. Страх, что Сабо сочтёт это предательством. Страх, что выбор этой семьи означает отказ от другой.
Сабо слабо рассмеялся, смех оборвался на полпути. Как бы сильно он ни злился на Эйса, огонь, пылавший в его сердце, утих. Как он мог злиться, когда его брат нашёл место, которое мог назвать домом, с людьми, которых назвал семьёй? — Сто дней, — пробормотал он. — Только Эйс мог так много раз пытаться убить Императора и в итоге быть усыновлённым.
Голос Коалы прорезал комнату — Белоус не выбирает легкомысленно.
Сабо пришлось согласиться. С другой стороны, у него было такое чувство, что Эйс — тоже.
Он аккуратно сложил письмо - теперь его руки были устойчивее - и положил его к остальным, идя в свою комнату, чтобы убрать их. Впервые с тех пор, как начали приходить письма, Сабо не чувствовал, что гонится за призраком.
Это письмо вместе с остальными показало, что, возможно, Эйс не был врагом. Не бросал его и не предавал. Эйс любил его настолько, что боялся его неодобрения. Возможно, можно было, хотя бы отчасти, заключить из этого, что Портгас винил себя в том, что случилось с Сабо. Что у самоуверенного Огненного Кулака Эйса была неуверенная сторона, которая брала на себя ответственность за события, в которых он не был виноват. Может быть, теперь он мог получить от Дракона добро на встречу с Эйсом.
— Если бы ты мог видеть меня сейчас, — прошептал Сабо. — ты бы знал…
Он сглотнул.
— …я никогда не смогу быть тобой разочарован.
***
На волнах океана Моби Дик разрезал воды под небом, которое было слишком синим. Человек с Весёлым Роджером Белоуса на спине сидел на палубе, прислонившись к мачте. Ручка балансировала между его пальцами, а он смотрел на пустое место рядом с собой. Он был уверен, что оставил письмо там. Уверен, что положил его в конверт. И уверен, что убрал его в безопасное место. Но палуба теперь была чистой — её выскребли и вымыли, пока он спал, обессиленный. — Потерял что-то? — спросил знакомый голос. Молодой человек поднял взгляд, серые глаза встретились со знакомыми чёрными. — Ага, — пробормотал он. — Письмо. Другой мужчина пожал плечами. Его униформа чуть колыхнулась от этого движения. Серые глаза тут же заметили несколько новых пятен от еды на его безупречно белой одежде. — Наверное, переложили. Здесь всё время что-то собирают и сортируют. Ох, ладно. Море было огромным, корабль — громадным. Впервые ему не хотелось бросаться вдогонку. Если этому письму суждено было дойти до Сабо, оно дойдёт. Если нет… Он медленно выдохнул и откинулся назад, глядя на проплывающие облака. Неизвестно ему, судьба, казалось, проявляла личную заинтересованность в том, чтобы эти слова никогда по-настоящему не терялись.
