Sonic The Hedgehog: Siege of Mobius

‎На улице уже смеркалось. Флинн стоял посреди поляны перед входом в базу с флягой в руках, не осмеливаясь сделать глоток. Взгляд его был устремлён в небо, расчлененное на огненный закат и тьму ночи, возглавляемую раздробленной луной. ‎Рука барсука будто бы примерзла к железному сосуду. ‎ ‎Не понятно, думал ли он о чем-то важном или просто находился в полусне. ‎ ‎В моменте он отошел от этого состояния и взглянув на часы у себя на запястье, попятился назад, обратно внутрь. ‎

‎***

Тем временем.

‎Соник неспешно бродил по коридорам базы, глядя себе под ноги. Произошедшее в кабинете у командира действительно выбило его из привычной колеи. Как странно было осознавать, что он никогда не задумывался об обратной стороне своих подвигов — хотя, казалось бы, это то о чем стоит подумать в первую очередь. ‎ ‎"Результат всё окупает", — вспомнил он свои же недавние слова и поморщился. ‎ ‎Подняв глаза, перед собой он видел множество простых людей и солдат. Одни смотрели на него со стеклянными глазами, не выражая никакую из возможных эмоций. ‎Другие наоборот отворачивались с неким раздражением. ‎Это точно было не то внимание которое он хотел бы сейчас получить, да и тем более, ему сейчас не хотелось вообще никакой огласки. ‎ ‎Проходя очередной поворот, он услышал металлический лязг каких-то предметов и шум, походящий ни то на стоны, ни то на разговоры. ‎ ‎Подняв свой взгляд, он увидел табличку "СПУСК В МЕДБЛОК". ‎Что-то в уме натолкнуло его на то чтобы зайти туда. ‎ ‎Стоило ему только спуститься вниз и оттолкнуть дверь, как ему в нос ударил запах антисептика и медикаментов. Перед собой он увидел несколько коек, выстроенных в ряд, ширмы и медсёстры с ранеными. ‎ ‎Ёж рядом с собой услышал какое-то позвякивающее стекло. Опустив взгляд он заметил рядом со входом, сидящую на табурете овечку, перебирающую в руках ампулы с препаратами. Сперва можно было даже не понять, что перед тобой, облако или овца? Ибо её голова утопала в пышных, невероятно мягких кремовых кудряшках. Её выдавал выбивающийся из этой пушистой светлой массы один единственный видный его взору черный рог с острым кончиком. ‎ ‎— Если вы ко мне, можете подождать десять минут пока я обойду раненых, если вы, конечно, не истекаете кровью. — бросила овечка, не отрываясь от своего занятия. ‎ ‎Соник растерялся от того что его появление не восприняли как за что-то сверхъестественное, но ёж собрался с мыслями и спросил: ‎— Вам.. Вам нужна помощь? ‎ ‎Военврач на секунду замерла, подняла взгляд на ежа, а затем кивнула на тумбочку с простынями: ‎— Разложи их по койкам, только прошу, давайте как-нибудь поаккуратней, сами видите сколько раненых. ‎Соник взял простыни и принялся за работу, непривычно медленно для него. ‎Пока тот занимался делом, овечка заметила: ‎— Впервые в жизни вижу, чтобы супергерой простыни раскладывал. ‎— Впервые в жизни вижу, чтобы меня не узнали ‎— Я как раз таки узнала, но сами видите, препараты сами себя не переберут. ‎Закончив с этим, она отложила лоток с ампулами в сторону, вместо него достав блокнот из сумки и пошла к одному из раненных. ‎ ‎Только тогда её стало возможно получше разглядеть: к примеру, в левой части ее прически аккуратно сидела маленькая розовая заколка в форме сердечка, контрастирующая с общим видом базы. У неё было естественно круглое, аккуратное личико с большими, выразительными глазами фиалкового цвета. ‎Серовато-синие полукомбинезон и рубашка под ним, в местах испачканные в чем-то, сидели на ней немного мешковато, будто армейские снабженцы так и не смогли подобрать подходящую форму на её миниатюрную, пушистую фигуру. ‎На боку у неё висела массивная, кожаная коричневая сумка, ремешок которой был раскрашен в красно-синие цвета с соответствующей буквой G. ‎ ‎Закончив опрашивать пациента, овечка пошла обратно к столу, возле которого крутился синий ёж. ‎ ‎— Хочешь что-то спросить? — обратилась врач к Сонику. ‎— Эй, эм.. — Соник хотел обратиться к ней по имени. ‎— Тендер, зови меня просто Тендер. ‎— Да... Тендер... А этот Флинн, он всегда такой...? ‎— Всегда какой? — переспрашивает она, словно распробуя вопрос на вкус. — Раздраженный? Злой? Уставший? — перечислила она, беря со стола кружку с чаем. ‎ ‎Сделав глоток, Тендер ответила: ‎ ‎— Нет, не всегда. Раньше он был просто хорошим командиром. Я поступила на службу полевым медиком на год позже него, но даже тогда он ещё был амбициозен. А сейчас... ‎ ‎Сделав ещё один глоток, она тихо добавила: ‎ ‎— Он ведь несёт ответственность за каждого, с кем идёт в бой... — та тяжело вздохнула. ‎ ‎— Слушай, ёж — овечка впервые назвала его не на вы и не по имени. — Я ведь тут работаю не один день, видела разное. Но чтобы герой вроде тебя сам подошёл и предложил помощь, это что-то новое. Да ещё и стал расспрашивать про командира. ‎Она, наклонив голову, спросила: ‎— Почему Флинн тебя так заинтересовал? У вас что-то произошло? ‎ ‎Соник переминался с ноги на ногу. ‎ ‎— Да так, накричал на меня. В кабинете у Тауэра. ‎ ‎Тендер вовсе не удивилась этому и не всплеснула руками. Лишь поставила кружку обратно на стол. ‎— Сказал, что я не знаю, каково это — находиться в грязи с простыми солдатами. Что от меня не требуют работать безупречно а от них — требуют, да и то что мне в принципе много что прощается. ‎— И он прав? — тихо спросила овечка. ‎ ‎Соник на мгновение умолк и кивнул. ‎ ‎— Наверное... Ну как наверное, да он прав, но... Ладно! Почему-то именно эта деталь всегда проходила мимо моего внимания. ‎ ‎Соник опустил взгляд на свои кроссовки, все такие же чистые, и на секунду его привычная уверенная ухмылка исчезла. ‎ ‎— Я ведь просто бегу вперёд, Тендер. Разбиваю роботов Эггмана, спасаю мир и бегу дальше. Я никогда не думал о том, что происходит потом, после того, как пыль улеглась. Пока я праздную победу, все те ребята что остаются здесь. Разгребать завалы. Может даже... Оплакивать своих товарищей... — ёж тяжело вздохнул. ‎— И всё же... Флинн прав. Для меня это приключение, а для них — война. Разница ведь колоссальна, тебе ли не знать. ‎ ‎Ёж резко вскинул голову, и в его зелёных глазах снова заблестел знакомый упрямый огонёк. ‎ ‎— Но, я не хочу быть для них просто "почетным гостем", которому всё прощается. В первую очередь я... Я ведь должен оправдывать свой "символизм". Если Флинн думает, что я боюсь испачкать кроссовки в грязи вместе с его солдатами или что я требую к себе особого отношения, то он крупно ошибается. Я докажу ему, что умею работать в команде. Если нужно быть в грязи, я буду там. Вместе со всеми. ‎ ‎Тендер молча смотрела на него несколько мгновений, после чего у неё на лице впервые за весь разговор проступила улыбка. ‎ ‎— Что ж, Соник, — она снова взяла кружку с чаем, — хорошие слова! Я понимаю твой настрой, вот только Флинну они не нужны. Начальство и так закормило его обещаниями на три жизни вперёд. Да и солдатам не нужны красивые речи. Им нужна уверенность в том, что если на них рухнет дом или полетит снаряд, ты окажешься рядом не потому что там весело. — овечка прервалась на глоток, а затем добавила тише: — Но то, что ты задумался об этом... Крайне хороший знак. Дам тебе совет на будущее, у тебя никогда не получится спасти абсолютно всех ‎ ‎— Я все понимаю, — уверенно сказал ёж. — Я пожалуй пойду. И спасибо за то, что выслушала. ‎ ‎Соник хотел по привычке на полной скорости умчаться из медблока, но вовремя остановился и вышел спокойным, размеренным шагом. ‎

‎***

‎Ангар №2, параллельно этому.

‎ ‎Флинн вошёл первым. За ним двое учёных и военные. Самым последним шёл Ликвиз, бесшумно, оставляя за собой лишь мокрые отпечатки от лап. ‎ ‎— Ну и где вы его, простите, собрались испытывать? — не оборачиваясь выдал барсук. ‎— Вон там, капитан. — указал один из учёных, тот что с родимым пятном на щеке, на дальнюю часть ангара. — Мы собрали там полигон из всяческого хлама что был здесь. ‎ ‎Флинн ни то фыркнул, ни то хрюкнул от смеха. Этот "полигон" был собран из остатков дронов, ржавых бочек и прочих железок. ‎ ‎— Ладно, давайте уж сюда свое чудо. ‎ ‎Ликвиз вышел вперёд и повернулся ровно лицом к Флинну, и с естественной для него пустотой в его зелёных глазах, ожидал команды. ‎ ‎— И так железка, – как не трудно догадаться, обратился Флинн к Ликвизу, — видишь те мишени? — кивнул он в сторону бочек. — Уничтожь их ‎ ‎Робот развернулся в сторону целей. Его глаза в моменте сменили цвет на красный и стали светиться. Вдруг, за пару мгновений, лазерами из глаз Ликвиз взорвал бочки. ‎ ‎"Фантастика...", — прошептал учёный с родимым пятном, пока второй, в синем халате, с огнетушителем бежал к ошмёткам бочек. ‎ ‎— Не впечатляет, — рявкнул Флинн, хотя его передёрнуло. — Медленно, я не заказывал театр. ‎ ‎— Капитан, — голос Ликвиза был абсолютно роботическим, без намека на чувства, — вы не задали параметры. Скорость или точность? ‎ ‎— Ах ты... — начал Флинн, но осекся, лишь усмехнувшись. — Точность, и чтобы вторичный урон был минимальным! ‎ ‎Ликвиз повернулся ко второй партии бочек. На этот раз, робот запрокинул руку и махнул в сторону бочек ею. Водяная конечность вытянулась ровно до бочек и быстрым движением разрубила все бочки пополам. После чего тот вытянул вторую руку и ими обеими тот сдавил половинки бочек. ‎ ‎— Двадцать семь целей уничтожено. Нулевой сопутствующий урон. ‎ ‎Флинн открыл рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. Он чувствовал, как учёные смотрели на него с надеждой, как охранник сжимал свой автомат. Даже он сам непроизвольно сжал руки в кулак. ‎ ‎— Вон. Все. — приказал барсук. – Вон отсюда. ‎ ‎Ученые засуетились и попятились в сторону выхода. Самыми первыми вышли охранники. Дверь закрылась с тихим шипением. ‎ ‎В ангаре остались только они двое. ‎ ‎Флинн взялся за голову и присел на ящик рядом с ним ‎ ‎— Почему вы солгали? — спросил Ликвиз ‎— Что? ‎— Вы солгали. Вы сказали что "Не впечатлены". Но ваши биометрические показатели в этот момент... — Робот наклонил голову, словно прислушиваясь к себе. — Ваш пульс участился на двенадцать ударов, ваши зрачки расширились. Вы были впечатлены, но не подали этому виду. ‎ ‎— Ты за кого меня держишь, железяка? — сказал барсук развернувшись. ‎— За командира, который боится. — без тени эмоций ответил Ликвиз. — Боится, что я... Что? — тот замер в ожидании. ‎— То что ты сломаешься в первый же день и поставишь под удар весь мой отряд! — со злостью отрезал Флинн. ‎Барсук поднялся с ящика. ‎— Что ты очередная игрушка Эггмана, которую мы не думая вытащили оттуда, откуда не следует! ‎— Сэр, я не игрушка, — с той же спокойностью ответил Ликвиз, — я оружие, и я был создан Джеральдом Роботником на космической колонии АРК как самая ультимативная модель из серии.. ‎— Одно и тоже! Убирайся к себе в капсулу, разговор окончен. — сказал Флинн и быстрым шагом направился к выходу ‎— Сэр, вы нуждаетесь в отдыхе, ваши когнитивные функции снижены на 17%. ‎ ‎За этим последовал только хлопок дверей, сомкнувшихся на этот раз без того же шипения. ‎ ‎Теперь в ангаре остался один лишь Ликвиз, что продолжал смотреть на выход, после чего перевел взгляд на свои щупальца. ‎

‎***

‎Бар, позднее

‎ ‎Флинн сидел за столиком у стены, сжимая пустой стакан. В его отражении он видел свое лицо. Синяки под глазами, опущенные веки. Барсук снял очки и тяжело вздохнул. ‎ ‎Бар пустовал, было слышно лишь скрип барной стойки, протираемой барменом. ‎ ‎— Эй, капитан. — послышался голос сзади. ‎Это была Салли. ‎— Тяжёлый день выдался? ‎— Не начинай. ‎— А я и не начинаю. — сказала Салли. ‎Та просто села напротив, положив на стол папку с бумагами. ‎ ‎— Тауэр действительно верит в этого робота, а ты? ‎— Я верю в пулю и в своих бойцов. — не глядя ответил барсук. ‎ ‎Бурундучиха нахмурилась: ‎— Я полностью понимаю твой скепсис, понимаю что твой день не задался но вдруг. Вдруг этот Ликвиз и окажется тем самым перелом в войне? ‎ ‎Флинн поднял усталые глаза на неё. ‎ ‎— Перелом? — усмехнулся барсук без злобы. — Мисс Салли, знаете ли, сколько таких "переломов" я видел за три месяца войны от нашего руководства? Думаете хоть один как-то кардинально изменил фронт? ‎Всё так и идёт после того, как мне пришлось спустя неделю боёв сдать Централ Сити... ‎ ‎Капитан поставил стакан на стол вместе с небольшим количеством монет за выпивку. ‎ ‎— Передай Тауэру: если его игрушка подведёт, я собственноручно разберу её прямо на поле боя. А теперь извини, мне надо выйти. ‎ ‎Флинн задержался на выходе ‎ ‎— Спокойной ночи, мэм. ‎ ‎Салли осталась в зале одна с барменом. Та тяжело вздохнула. ‎— Можно пожалуйста кофе? ‎

‎***

‎Где-то в коридорах базы, поздняя ночь.

‎ ‎Флинн вышел из бара и побрёл по пустым коридорам базы. Шаги сейчас отдавались от стен особенно гулко. Он не знал, куда идёт. Просто шёл, пока ноги не привели его к тупику у запасного выхода. ‎ ‎Барсук сполз по стене на пол, расстегнул дышащий воротник и закрыл глаза. ‎В голове всё шумело. Сыплющийся фронт, технология Эггмана, против которой не найти приёма, ещё и эти герои, что никогда не могут сделать все по людски... ‎Он просто сидел, прислонившись спиной к холодной стене и ждал пока это все не перестанет иметь значение. ‎ ‎Неизвестно сколько прошло времени. Минуты? Часы? ‎ ‎Флинна разбудили внезапно послышавшиеся шаги. Неторопливые, самые обычные, просто кто-то куда-то шёл. ‎ ‎Соник засветился из-за поворота. Заметив Флинна он замер. ‎ ‎— Ты... — начал ёж и осекся. ‎ ‎— Да иди ты... — хотел ответить барсук но тоже придержал слова при себе. ‎ ‎Они оба какое-то время просто смотрели друг на друга, после чего Соник подошёл и сел напротив Флинна. ‎ ‎— Чего тебе. — произнес бессильный барсук не отрывая взгляда от стены над Соником. ‎ ‎— Я был мудаком ‎ ‎Флинн опустил взгляд, заинтересовавшись. ‎ ‎— Ну, точнее я не был мудаком просто.. ‎— Ты рискуешь потерять мое внимание. — усмехнувшись, произнёс Флинн. ‎ ‎Соник закатил глаза и усмехнулся: ‎— Я... Я никогда не думал, что всё так серьезно. Думал, бегаю, там, спасаю, и потом за мной идут другие. А на деле.. ‎— А на деле другие — это мы. — без всякой злобы закончил капитан. ‎ ‎Флинн вздохнул и посмотрел на потолок: ‎— Ладно, ёж. Завтра разберемся. А сейчас иди проспись, вон у тебя глаза красные, ни то вампир ни то под чем-то. ‎Соник хмыкнул, поднялся. ‎— Ты тоже. Спокойной ночи, капитан. — козырнул ёж напоследок, оторвав два пальца от виска. ‎Флинн не отве тил, но кивнул. ‎ ‎Он остался сидеть на полу, слушать как удаляются шаги синего. Потом медленно поднялся, поправил воротник и побрёл в казарму. Всё таки завтра очередной день войны, и возможно даже не такой, как предыдущие.