Шут её величества

Жизнь в замке превратилась в опасную игру, где каждый взгляд и жест имели двойное дно. Для всего двора Джуди оставалась строгой, недосягаемой правительницей, а Ник — дерзким комедиантом. Но под этой привычной маской кипел их тайный, понятный только им двоим мир. Они научились общаться без слов: Шифр бубенцов. Если Ник трижды громко звякал колпаком, входя в зал, это значило: «Встречаемся сегодня на голубятне». Если бубенцы молчали подвязанные лентой — «Опасность, за мной следят». Черничные знаки. По утрам на королевском столе среди документов «случайно» оказывалась веточка мяты или горсть лесной черники. Стража думала, что это каприз повара, но Джуди знала — Ник уже заходил на кухню. Взгляды в толпе. На пышных приемах, пока лорды занудно спорили о границах, Джуди на секунду поднимала глаза на Ника. Лис лениво ухмылялся ей в ответ, едва заметно подмигивая, и этого хватало, чтобы согреть её на весь оставшийся день. Они встречались глубокой ночью в заброшенной оранжерее или на пыльной голубятне под самой крышей. Там, вдали от чужих глаз, Джуди могла сбросить тяжесть короны, просто уткнувшись носом в его теплое плечо, а Ник больше не кривлялся, укутывая её в свой плащ от ночной прохлады. Эти короткие часы были их личным раем. Но тучи над влюбленными сгущались. Канцлер Лари не спускал с них своих маленьких, расчетливых глаз. Он был слишком умен, чтобы действовать напролом. Лари фиксировал каждую мелочь: слишком долгий взгляд королевы, когда шут падал на колено; то, как Ник внезапно перестал подшучивать над самой Джуди, переключив всю колкость на министров; то, как посвежела и расцвела правительница за этот месяц. Вечером Лари сидел в своем кабинете, перебирая донесения шпионов. В руке он крутил засушенную ягоду черники, которую его слуги нашли на полу в покоях королевы. На его губах играла торжествующая усмешка. — Ну надо же, — приторно прошептал Лари сам себе в темноту кабинета. — Наша ледяная дева растаяла ради уличного проходимца. Какая глупость. Какое великолепное, сокрушительное бесчестье для трона... Лари аккуратно спрятал ягоду в резную шкатулку. Ловушка была почти готова. Ему оставалось лишь дождаться идеального момента, чтобы поймать их с поличным и предъявить доказательства Верховному Совету. Он собирался не просто избавиться от шута — он хотел полностью подчинить себе королеву, сломав её волю.