Слышащая тишину

Тьма. Не та, что пугает детей у костра, и не та, что скрывает хищников в лесу. Другая. Бесконечная, тихая, тёплая. Сия плыла в ней — ни рук, ни ног, ни тела. Только сознание, парящее в пустоте. — Ты пришла, — голос раздался отовсюду и ниоткуда. Сия узнала его. Эйва. — Где я? — Между мирами. Там, где началось всё. И там, где может закончиться. Перед Сией замерцал свет — мягкий, золотистый, как лучи сквозь листву. Он собрался в фигуру — высокую, женскую, но без чётких черт. Эйва редко показывала свой лик даже тем, кого любила. — Зачем ты позвала меня? — Ты позвала сама, — ответила Эйва. — Твоё тело не выдержало схватки двух сил. Ты умираешь, Сия. Не сейчас, но если ничего не изменится — скоро. — Я знаю, — прошептала Сия. — Но почему? Почему во мне не только твоя сила, но и сила тьмы? Почему Ва’ру внутри меня? Я не понимаю. Эйва молчала долго. Свет вокруг неё пульсировал, то разгораясь, то угасая. — Сядь, — сказала она. — История будет долгой. Сия попыталась сесть — и вдруг обрела тело. Под ней оказалась трава. Над головой — звёзды. Она сидела на поляне, которая не была похожа ни на одно место Пандоры. Трава здесь была серебряной, а звёзды — золотыми. — Это было до того, как стали расти первые деревья, — начала Эйва, садясь напротив. — До того, как первый икран расправил крылья. До того, как первая рыба плеснула хвостом в океане. Здесь не было ничего. Только пустота. — И тьма? — спросила Сия. — И тьма. Её звали Ва’ру. Она была первой. Она родилась из холода, из одиночества, из отсутствия. Долгое время она была всем. А потом... появилась я. — Ты? — Я — свет. Тепло. Связь. Мы родились из одного источника, но стали разными. Как два рукава реки, которые текут в разные стороны. Ва’ру хотел, чтобы мир оставался пустым. Он говорил: «В тишине нет боли». А я хотела, чтобы мир наполнился жизнью. Я сказала: «В жизни есть боль, но есть и радость». — Вы спорили? — Мы сражались, — голос Эйвы стал тише. — Долго. Бесконечно долго. Никто не мог победить, потому что мы были равны. Тогда я предложила сделку. «Давай создадим мир вместе, — сказала я. — Ты дашь ему форму, а я — душу». Ва’ру согласился. Сия затаила дыхание. — Так родилась Пандора, — продолжала Эйва. — Ва’ру создал скалы, горы, глубины океана — всё, что твёрдое и холодное. А я покрыла его лесами, травами, светящимися грибами. Я создала икранов, илу, На’ви — всё, что дышит и любит. — И вы снова стали друзьями? — спросила Сия. — На время, — Эйва покачала головой. — Ва’ру смотрел на жизнь и завидовал. У него не было песен, не было детей, не было тех, кто звал бы его по ночам. Он сказал: «Ты забрала себе всё тепло. А мне оставила только холод. Это нечестно». — И что было дальше? — Он начал разрушать. Он насылал землетрясения, извержения, цунами. Он убивал моих детей. Тогда я созвала На’ви и сказала: «Я дам вам силу слышать меня. Чем сильнее вы будете любить жизнь, тем крепче будет моя власть над Ва’ру». Мы сражались ещё долго. И наконец я заточила его в недра Пандоры — туда, куда не проникает мой свет. — Но он вырвался, — сказала Сия. — Его выпустили те, кто отвернулся от меня. Мангкван. Они звали его, кормили его своей ненавистью. И он проснулся. Сия опустила голову. — А я? Почему во мне его сила? Эйва протянула руку, коснулась её щеки. Прикосновение было тёплым, как дыхание матери, которой у Сии никогда не было. — Потому что ты — моя дочь. И его тоже. Сия подняла глаза, полные ужаса. — Нет... — Да, — сказала Эйва. — Я рассказала тебе историю, но не всю. Когда Ва’ру заточили, часть его силы откололась и смешалась с моим светом. Так родилась первая На’ви, в которой были оба начала. Её звали Айва’ру — «дитя двух путей». Она была сильнее любого воина. Она могла исцелять и убивать одним прикосновением. Она была прекрасна и страшна. — И что с ней случилось? — Она жила долго. Она помогла мне сдерживать Ва’ру, когда его цепи ослабевали. А потом... она умерла. И попросила меня сохранить её суть — чтобы, когда тьма снова поднимется, я могла возродить её в том, кто будет готов. — Во мне, — прошептала Сия. — В тебе, — кивнула Эйва. — Ты — Айва’ру. Ты — дочь меня и Ва’ру. В твоих венах течёт и свет, и тьма. Ты можешь спасти Пандору — или уничтожить её. Выбор за тобой. Сия закрыла лицо руками. — Как я могу выбрать, если я даже не могу контролировать себя? — Ты научишься, — сказала Эйва. — Не одна. Ты уже нашла тех, кто любит тебя. Нетейам, Нейтири, Джейк, Кири, Аонунг — все они твоя семья. Они помогут тебе не упасть в пропасть. — А если я всё равно упаду? — Тогда Ва’ру победит. И мира больше не будет. Сия подняла голову. В её глазах горело нечто новое — не страх, а решимость. — Что я должна сделать? — Вернуться в своё тело. И помнить: ты не одна. Ты — дитя двух начал. Ты — мост между светом и тьмой. Ты — надежда. Эйва встала, и свет вокруг неё разгорелся так ярко, что Сия зажмурилась. — Возвращайся, дочь. Они ждут тебя. Сия открыла глаза. Над ней склонились Нетейам, Нейтири, Джейк, Кири, Ло’ак, Аонунг и Цирей. Все бледные, уставшие, но живые. — Она очнулась! — крикнула Тук, которая пролезла под руку матери. Сия попыталась сесть. Нетейам помог, подложил под спину циновку. — Сколько я была без сознания? — Несколько часов, — ответила Нейтири. — Ты напугала нас до смерти. — Прости, — прошептала Сия. — Я видела Эйву. Она рассказала мне... — Не сейчас, — перебил Джейк. — Тебе нужно отдохнуть. — Нет, — Сия схватила его за руку. — Я должна рассказать сейчас. Это важно. Она посмотрела на своих близких — на тех, кто стал ей семьёй. — Эйва рассказала мне древнюю историю. О том, как она и Ва’ру создали Пандору. О том, как они были друзьями, а потом врагами. И о том, почему во мне две силы. — Почему? — спросила Кири. — Потому что я — Айва’ру. Дитя двух начал. Я была рождена, чтобы остановить Ва’ру, когда он пробудится. Но для этого мне нужно научиться принимать свою тёмную сторону, а не бороться с ней. — Принимать? — переспросил Ло’ак. — Ты хочешь сказать, что тьма — это не зло? — Не всегда, — ответила Сия. — Тьма может быть силой. Силой защищать тех, кто слабее. Силой жертвовать собой. Ва’ру — это одиночество, боль, холод. Но если направить это во благо... — Ты сможешь победить его? — спросил Джейк. — Я смогу не дать ему уничтожить мир, — ответила Сия. — Но для этого мне нужны вы. Все вы. Она обвела взглядом каждого: Нетейама, который держал её за руку, Нейтири — вторую мать, Джейка — сурового, но справедливого отца, Кири — сестру по духу, Ло’ака — брата-сорванца, Аонунга — того, кто стал ей родным. — Я не справлюсь одна, — прошептала Сия. — Моя сила огромна, но она разрывает меня. Если я не научусь контролировать её — я умру. И тогда Ва’ру вырвется на свободу. Никто не выживет. — Ты не умрёшь, — сказал Нетейам, прижимая её к себе. — Я не позволю. — И мы не позволим, — добавила Нейтири. — Что мы должны сделать? — спросил Джейк. Сия посмотрела на небо, где уже гасли звёзды. Скоро рассвет. Скоро новая битва. — Сражайтесь, — сказала она. — А я покажу вам, на что способно дитя двух начал.