Анатомия крови

Ночь окончательно отвоевала пространство у сумерек, окутав старый дом у озера плотным, почти осязаемым коконом из черного тумана. Ветер за окнами утих, уступив место зловещей, звенящей тишине. В гостиной тускло тлели угли в камине, отбрасывая длинные, зловещие тени на бревенчатые стены. Рома сам не заметил, как его сморил тяжелый, тревожный сон. Он так и остался сидеть на полу, уткнувшись лбом в край дивана, по-прежнему крепко сжимая ладонь Арсения. Ему снились кошмары: ржавые конструкции элеватора, свист летящего серебра и холодный, пустой взгляд Дианы, целящейся ему в грудь. Резкий, глубокий вдох над ухом заставил Рому мгновенно открыть глаза. Арсений сидел на диване, широко распахнув серо-голубые глаза. В них больше не было смертной пелены или багрового голода — только кристальная, пугающая ясность. Ромовая кровь, чистая и наполненная искренней человеческой любовью, сотворила невозможное: чистокровный вампир полностью восстановился за несколько часов. Шрам на его лопатке стянулся в тонкую бледную линию, а сила, бурлящая в венах, казалась даже большей, чем прежде. Арсений медленно повернул голову и посмотрел на Рому. В его взгляде смешались такая оглушительная нежность, благоговение и затаенная боль, что у парня перехватило дыхание. Вампир аккуратно высвободил свою руку и коснулся прохладными пальцами растрепанных угольно-черных кудрей Ромы, убирая их с его лица. — Ты отдал мне свою кровь, — тихо, почти благоговейно произнес Арс, и его низкий голос слегка дрогнул. — Ты рисковал жизнью после всего, что я тебе наговорил. Глупый, бесстрашный мой человек... Теперь ты связан со мной. Наша связь... я чувствую твое сердце так, словно оно бьется прямо у меня в груди. Рома слабо улыбнулся, несмотря на ломоту в теле и легкое головокружение после сильной потери крови. Он накрыл ладонь Арсения своей рукой, прижимая её к своей щеке. — Я же сказал тебе там, на крыше: я никуда не уйду. Хватит решать всё за меня, Арс. Мы теперь в этом дерьме вместе до самого конца. Арсений ничего не ответил, но его серебристо-светлые волосы качнулись, когда он наклонился вперед и бережно, почти невесомо прижался своими губами к губам Ромы. В этом коротком поцелуе не было страсти — только клятва верности и глухое обещание защитить парня любой ценой, даже если ради этого придется пойти против всей своей природы. Внезапный, глухой стук со стороны окна заставил их обоих мгновенно повернуться. Миша, стоявший у подоконника, резко выпрямился. Его огромные кулаки сжались с такой силой, что суставы побелели, а из горла вырвалось низкое, утробное рычание, от которого задрожали половицы. Желтый волчий свет снова вспыхнул в его глазах, транслируя чистокровную ярость хищника. — Они здесь, — коротко бросил оборотень, оборачиваясь к Марку. — Пахнет порохом, сталью и... кровью древних. Два разных следа. Они идут с двух сторон, сужая кольцо вокруг дома. Марк молча поднялся со стула, легким движением проверяя обойму тяжелого пистолета, заряженного специальными патронами. Его лицо было бледным и сосредоточенным. — Охотники Дианы идут через старую просеку, — Марк посмотрел на младшего брата. — А с восточной стороны леса приближаются ищейки Кристины. И, судя по всему, Ангелина ведет их прямо сюда. Она разыгрывает свою партию. Арсений плавно, с грацией смертоносного хищника поднялся с дивана. На его лице больше не было и следа слабости — только ледяная, царственная решимость чистокровного вампира, готового защищать свое право на выбор. Он аккуратно отодвинул Рому себе за спину, закрывая его своим телом. В глубине ночного леса, где ветки старых елей царапали небо, отряд охотников двигался цепочкой. Диана шла впереди, крепко сжимая в руках новый, более мощный арбалет. Рядом с ней шагали трое старейшин клана — грузные, молчаливые мужчины с суровыми лицами, обвешанные серебряными клинками и огнестрельным оружием. В их глазах не было сомнений: для них этот рейд был долгожданной возможностью очистить регион от нечисти. Диана упрямо смотрела вперед, выжигая внутри себя любые остатки жалости к Роме. Она убедила себя, что спасает его душу, даже если для этого придется пролить море чужой крови. Но охотники не знали, что с другой стороны холма, абсолютно бесшумно скользя между деревьями, двигались тени в черных плащах — карательная гвардия Кристины. Две ищейки с мертвыми багровыми глазами шли след в след за Ангелиной. Вампирша намеренно замедляла шаг, делая вид, что прислушивается к ночным звукам. Её карие глаза лихорадочно блестели в темноте. Она просчитывала каждый метр. Ангелина знала эту территорию лучше ищеек Кристины, и её план был предельно прост и циничен: столкнуть две смертоносные силы лбами до того, как они доберутся до дома у озера. Она резко остановилась на стыке двух лесных троп, приподняв руку в изящном жесте: — Стойте. Оборотни выставили дозоры. Нам нужно обойти их левее, через просеку. Гвардейцы Кристины молча повиновались, сворачивая на узкую тропу. Ангелина незаметно улыбнулась. На этой самой просеке уже несколько минут назад затаился передовой отряд охотников во главе с Дианой. Через тридцать секунд тишину ночного леса разорвал оглушительный, панический крик одного из старейшин охотников, за которым последовал резкий, металлический звон сработавших ловушек и свист серебряных болтов. Каратели Кристины, обладающие нечеловеческой реакцией, мгновенно взмыли вверх, уходя от выстрелов, и с яростным шипением бросились на нападавших, приняв охотников за защитников Арсения. Лес взорвался грохотом выстрелов, криками боли и металлическим лязгом клинков. Охотники и каратели мертвой хваткой вцепились друг в друга, развязав кровавую бойню прямо на подходах к озеру. Ангелина, ловко отскочив в сторону за массивный ствол старого дуба, с увлечением наблюдала за вспыхнувшим хаосом. Её план сработал безупречно — две фракции уничтожали друг друга, давая Арсению и Роме тот самый драгоценный шанс, ради которого всё это и замышлялось. Она быстро развернулась и на максимальной скорости помчалась к дому у озера, чтобы предупредить героев. Ставки в этой игре взлетели до небес, и первый раунд остался за ней.