Как быть рядом с тобой

Кенма открыл дверь комнаты плечом, пытаясь протиснуться. Ноутбук опасно съехал по стопке тетрадей, папка с распечатками накренилась, и Кенма успел подумать только: «не удержу». И не удержал. Тетради разлетелись по полу. Несколько листов выскользнули и, спикировав по сквозняку, улетели прямо по коридору. Главное — он удержал ноутбук. — Кенма-сенпай, я помогу! — Хината с грохотом бросил сотейник в раковину и, перепрыгивая через диван, прибежал устранять небольшую аварию. — Всё нормально, я сам. — Вы сегодня рано, Кенма-сенпай! — игнорируя старшего суетился рыжий, собирая по полу разноцветные тетради Campus. — Сегодня было не очень много работы. Основную часть я успел сделать в выходные. — А так всегда нужно будет работать? — Мм? — Ну, всем нужно так много работать? Дядя Ито тоже много работает. И Вы много работаете, Кенма-сенпай, а ведь Вы ещё совсем молоды! Я не хочу так много работать, — Хината хныкал в ногах Кенмы, собирая листочки. — Тогда не работай. — А почему Вы работаете? — Эм... Кенма не мог сформулировать чёткий ответ даже у себя в голове. Нужно было содержать себя, помогать семье с деньгами? Да вроде нет. Богатыми они не были, но мама работала, у бабушки была пенсия, а Кенма многого не просил — хватало. Все вокруг строили своё будущее, а он не знал, чего хотел? Ну это же нельзя сказать впечатлительному Хинате, разочаруется уж совсем. Ему предложили — он согласился? Ну, в какой-то степени. — Это хорошая возможность набраться опыта. — О, это да! Наверное, надо будет тоже работать в университете. — Если у тебя нет необходимости, ты можешь не работать. — Да? А как понять, есть ли необходимость или нет? — Ну, — Кенма взял из рук Хинаты стопку тетрадей и положил на котацу рядом с ноутбуком, — Если твои базовые потребности закрывают, например, родители, и не лишают себя комфорта, то, наверное, можешь не работать. — Ага-а... — Хината не очень понял. — Если деньги есть. — А! Ну да. Но у меня ещё маленькая сестрёнка. И я хочу играть в волейбол дальше. Наверное, ну, это, неправильно будет сидеть на шее родителей. — Наверное. — Дядя Ито сказал, что может помочь с работой, но только если я буду хорошо учиться. — Хорошо. — Кенма-сенпай, — Хината уселся рядом, — а чем у Вас родители занимаются? — Моя мама работает в сфере туризма. — О-о. Круто как! А... — он запнулся, посмотрев на Кенму. — Отец? Не в курсе. Хината наблюдал за совершенно спокойным выражением лица Козуме, который авторизировался в приложении, параллельно отвечая на его вопросы. Шоё вырос в полноценной и очень душевной семье. Он догадывался, что Кенма не близок со своими родственниками, но он не мог до конца понять, каково это. Вокруг Хинаты всегда было много людей. Даже если у него не было единомышленников в увлечениях, ему никогда не было грустно или скучно. Он мог быть один, ведь он не был одинок. Но, казалось, что Кенма был не такой. Душа Хинаты была очень наивной и простой, чтобы вместить в себе горести других людей. Не сказать, что он видел мир только чёрным или белым, но если кому-то было плохо, он делал всё, чтобы было хорошо. Это же элементарно, так ведь? — А как Вы выбрали университет? Вы же живёте в Токио. — Я не выбирал. — Как это? — Программа стажировки у Ито-сана включала в себя возможность пройти обучение в университете. В Сендае. — Ого! Значит Вас взяли на работу ещё до учёбы? Вы точно гений! — Хината. — А что, если я пойду учиться, но ошибусь? — Ты можешь перевестись? — А как выбрать, куда переводиться? — Это будет зависеть от того, что ты захочешь. — А как понять, чем я хочу заниматься? Кенма сделал глубоких размеренный вздох. Ему приходилось отвечать на вопросы, которыми он сам никогда не задавался. Подобный выбор перед ним даже не стоял. Как же, наверное, ужасно сложно, каждый раз думать, выбирать, потом жалеть о выборе, понимать ошибку, принимать её или исправлять. Это же довольно утомительно. Это больно? Можно вообще кого-то уберечь от последствий собственного выбора, не навязывая результат? — Нужно научиться слышать себя. Наверное. — Я себя слышу, — немного подумав, ответил Хината. — Хорошо, — Козуме уже хотел приступить к занятиям. — И Вас слышу, — он посмотрел на рыжего мальчика перед собой — тот глуповато моргал, неподвижно сидя рядом. — Эм. Я немного не об этом. — Аа? — Наверное... — он покрутил ручку в руках, — я смотрю, что остаётся в голове дольше остальных мыслей. — О чём? — Обо всём. Если твоё, мысль об этом не уходит. — Нужно думать, да? — Скорее наоборот. — Как это? — Я же говорю, слушать. — Мне кто-то должен говорить в голове? А это не это, того, не заболевание, — Хината покрутил пальцем над головой. — Нет, никто не... Ай, не знаю. — Простите! — Погоди, — Кенма искренне пытался подобрать ответ, раскладывая в голове по полочкам что-то своё, давно запылившееся, — Наверное, нужно замечать то, что заставляет тебя сделать шаг. Что тянет. — Шаг? А если страшно куда-то шагать? — Хината как-то тихо это произнёс, было видно, что он задумался всерьёз. — Порой, даже если страшно. Может быть от такого шага станет легче дышать. Кенма отвёл глаза. В тишине Хината ещё долго разглядывал его. Пока не пролил чай на распечатки. Кенма ещё долго думал над своим ответом. Пока Хината бегал в комбини печатать новые листы с заданием.

***

— Кенма-сенпай! Я дома! Там такой дождь! Холод жуткий! — Угу, — Кенма выглянул из ванной. — Вы хотите принять ванну, да? — глаза Хинаты загорелись. — Эм, нет, — он вышел, кутаясь в огромную толстовку, — но ты можешь. — ПРАВДА!? — Опять орёт... Да, залезай. — Я быстро! Спасибо! Кенма-сенпай, а воду потом просто слить? — Да. — Хм, ладно. СПАСИБО! — Хината убежал в комнату. Пока он набирал ванну, топот по квартире не стихал. Но после чрезмерно громкого «ЮХУ!» из ванной стало тише. Кенма забрался под котацу с телефоном. В последнее время он хорошо спал, глаза болели меньше, хотелось играть. Кенма не замечал, что организму было легче. Да, всё ещё мёрз. Да, либидо никакого. Да, быстро уставал. Но он двигался больше. Мог съесть на один кусок пиццы больше, чем раньше. Два рамена в день — достижение, да? Энергетики оказались не нужны — необходимое количество жидкости и бодрости Кенма начал поглощать в виде чая. А ещё дома часто бывала домашняя еда. Хината готовил вполне сносно. Как он сам рассказывал — научился, когда сидел с сестрёнкой во время командировки родителей. Но Хината всегда готовил очень много. Приходилось есть карри по несколько дней. Однажды, пока никто не видел, Кенма даже слил мисо в унитаз — ну испортился же. Человеку нужен человек. И у Кенмы был человек. Он занял пространство стремительно и полностью, не оставляя шанса удерживать в голове то обещание, данное самому себе — не привыкать. Всё это было временно. Не ясно, сколько времени он играл, но отвлёкся он на грохот в ванной, сопровождавшийся влажным шлепком. — Ты упал?! — НЕТ! НЕТ-НЕТ! — Не уверен, — пробормотал Кенма себе под нос. — Кенма-сенпай, — из ванны, шлёпая голыми ногами, вышел Хината в полотенце. — Мм? — А зачем Вам бритва? Палец Кенмы соскочил. Очко потеряно. В игре которое, конечно же. Он посмотрел на своего любопытного сожителя. Тот аккуратно топал до своей комнаты, оставляя за собой мокрые следы. — Поскользнёшься — опять упадёшь. — Я НЕ ПАДАЛ! — Угу. — Вы сейчас смотрели матч? — Какой? — О! Вы не видели? Вчера выложили нарезку с университетских игр! Я сейчас принесу, — Шоё закопошился в комнате, роняя всё подряд на своем пути. Выбежал через пару секунд со своим ноутбуком, всё еще одной рукой придерживая полотенце на бёдрах. — Хината. — А? — Оденься. — А! Простите! Да, сейчас. Я СЕЙЧАС! Нарезка оказалась очень длинной. Все лучшие, важные и зрелищные моменты с игр всех университетских команд последнего турнира. В фаворитах у Хинаты явно был Сендай. Хотя в текущем сезоне было навскидку команд семь достойных, сильнейших. Они смотрели, комментировали, иногда повторяли и разбирали приёмы. — Это эйс! — Угу. — Так сильно! Я думал, что он просто БАМ и пробьёт площадку, — Хината ёрзал, каждый раз дёргая одеяло. — Вот! Смотрите, Васэда сильная в этом сезоне, да? — Да, у них неплохая координация, и либеро юркий. — Ага, он ниже меня! — Ха. Наверное. Стоило Кенме улыбнуться, как кадр на экране сменился. Улыбка медленно начала сползать с его лица, как часы Дали. — О, это Токийская! — Хината придвинулся ближе к экрану, — они играют как-то иначе в этом году. Я наблюдал за ними в прошлом: они не динамично играют, но до тай-брэйка ни разу не доходили. Либо проигрывали, либо побеждали. У них новый игрок. Такой высокий! За два года первый новый игрок в основном составе. Пока Хината трындел без умолку Кенма не мог оторваться от экрана. Новым игроком, конечно же, был Куроо. Он прыгал — казалось, что ноги стали сильнее. Он блокировал — его руки казались больше. Он подавал — его спина казалась шире. Господи, как же давно Кенма не видел его в движении! Все эти смазанные фотки в студенческих историях, в ленте Ари. Они не могли передать, каким он был... — Крутая команда. Но они никогда не приезжают на сборы в префектуры. У них тренерский состав сотрудничает только с командами из Канто. И капитан противный. У нас вот классный капитан! Кенма присмотрелся к капитану как раз в тот момент, когда тот довольно хлопнул Куроо по спине. Подкаченный, симпатичный, высокий, почти того же роста, что и Тэцуро. Хината назвал его противным? Скорее отталкивающий. — Да, неплох, — тихо сказал Кенма, — хорошо чувствует команду, понимает сильные стороны. Но тренера не заменяет. Ему не хватает... опыта. Хотя, нет, насмотренности. — Насмотренности? — Да, раз они не играют с региональными командами, он видит и привыкает только к известным ему стилям игры. А значит не сможет быстро реагировать на площадке в случае, если столкнётся с чем-то... — Кенма разглядывал волосы капитана, — беспрецедентным. — О... Наверное, — Хината был сражён умными словами и внимательно наблюдал за игрой, не обращая внимания на реакцию Кенмы, который совсем ушёл в свои мысли. Он сравнивал. Люди всегда сравнивают. Мужчины сравнивают достижения друг друга. Женщины, а точнее внутренние мужчины женщин, сравнивают себя с другими женщинами. Успешнее, красивее, счастливее. Он был лучше, да? Рэн был лучше Кенмы? Он был лучшим связующим для Куроо? Он был богат, успешен, хорош собой, волосы вон покрасил... ровно. Он вращался в тех же кругах, что и Куроо. Он жил в том же мире, что и Куроо. Он был рядом с Куроо. Он подходил Куроо. Он был достаточным для него. А Кенма? Его стало недостаточно. Поэтому он оставил его, так? — Я хочу стать профессиональным волейболистом, — внезапно очень серьёзно выдал Хината. — Мм? Не пойдёшь в Сендай? — Пойду, — кивая произнёс Шоё, — и стану волейболистом. — Будет сложно. — Да! — Надо будет стараться. — Буду! — Хорошо. — Кенма-сенпай, а кем Вы хотите стать? — Стать? — Ну, это, вы же ещё учитесь. А потом? Кенма задумался. Когда-то давно он уже отвечал на такой вопрос. Лёжа в полумраке своей спальни, он отвечал самому дорогому человеку. Единственному, кто интересовался этим. Кенма перевёл взгляд на старую консоль, завалявшуюся под котацу. — Когда-то думал делать игры. — ВОТ ЭТО ДА! — Кенма потёр ухо от раздавшегося крика, — Это же круто! — Мгм. — А вы умеете? — Что? — Ну, делать. — Не знаю. — Как это? — Я не пробовал. — Вы всё время играете, я видел. Вы так много работаете, а потом... ба-ац, и садитесь за игру. Я бы устал так много сидеть за компом. — Я не только за ним играю. — ДА! И в телефоне, и вот на этой штуке. Вы все игры знаете, да? — Не все. — А вот эту знаете? — Хината начал листать что-то у себя в телефоне, а потом резко поднёс экран почти к самому носу Кенмы, что тот постарался поглубже спрятать глаза под отросшей чёлкой. — Нет, в такую не играл ещё. — КАААК!? Эту игру Кагеяма любит. Он частенько играет. Я его звал гулять на каникулах, а он дома сидел и играл. Может вы покажете? — Что? — Как в неё играть. — Я же сказал, что не играл. — А давайте? — Что? — Поиграем. — Сейчас? — ДА! Кенма посмотрел на работающие ноутбуки перед ними. Прикинул что-то в голове. Почему и нет, собственно говоря. На часах два часа ночи — а они только получили третий уровень. Игра казалась интересной, много элементарных побочек. Но механика... довольно занятная. Надо было привыкать, чтобы проходить сюжетку. Хината был так воодушевлен мастерством Кенмы, что заставил того выложить в сеть запись экрана с прохождением. Фанаты в игровом комьюнити буквально за пятнадцать минут воздвигли нового игрока на пьедестал и потребовали качать ранг в прямом эфире. Как рождаются стримеры? Их рожают неугомонные рыжие ураганы.

***

— Я дома. — Кенма-сенпааай! С возвращением! — Что готовишь? — Козуме разулся и прошёл на кухню, где вовсю хлопотал Шоё. — Омурайсу! — Мм... — Кенма посмотрел на несколько сковородок в раковине и отдельную кастрюльку с непонятной и уже явно несъедобной массой продуктов, которые Хината перевёл в своих тщетных попытках сделать ровный омлет. — Я специально купил побольше продуктов, чтобы тренироваться. — Зачем? — Сегодня же праздник! — Какой? Хината посмотрел на Кенму как на больного. — День святого Валентина. Мы всегда дома готовим омурайсу. А сестрёнка с мамой делает шоколад для нас с папой, — Хината так тепло рассказывал о такой мелочи. Кенма никогда не отмечал. Ни с семьёй, ни с.... — Кенма-сенпай, осторожно! Омлет слетел на пол. Хината застыл с палочками в одной руке и со сковородкой в другой. Он зажмурился. Нет, серьёзно? Он зажмурился! Кенма покачал головой, и пошёл в сторону ванной. Этот малый казался ему очень забавным. — Простите! Я всё уберу! — Мгм. — Кенма-сенпай, а что Вы купили!? — Коврик. — Коврик? Для мышки? — Для ног. — ПОКАЖИТЕ! — Ну, вот, — Кенма разложил покупку на плитке и обернулся, указывая себе под ноги. — ОГО! Классный. Он такой ворсистый!!!! — Хината светился от счастья, стоя в проходе. Со сковородкой. Всё еще. — Мгм, — Кенма переводил взгляд с широченных карих глаз на сковородку. Хината смекнул намёк и обмяк. — У меня не получилось. — Угу. Я вижу. — А ПОЙДЁМТЕ В KFC! — Что ж ты так орёшь... — Кенма протиснулся мимо Хинаты и побрёл к себе в спальню. — Я хочу курочку. Курочку на День святого Валентина! — Может не сегодня? — Именно сегодня!! — Я уже был сегодня на улице. — Вы ЧТО-О-О! Надо сегодня пойти. Курочка из KFC в Синдзюку на День святого Валентина. — В Синдзюку? У нас есть КФС неподалёку. — НЕТ! Вы не понимаете? Тот самый KFC!!! — «Тот самый»... Какой «тот самый»... Ладно. На несколько секунд повисла тишина. Потом Хината подскочил на месте. — ДА-А-А-А! — Боже... — МЫ ИДЁМ В KFC! — Хината. — МЫ ИДЁМ В KFC! — ХинАта. — КЕНМА-СЕНПАЙ СОГЛАСИЛСЯ! — Я уже жалею. — Поздно! Ладно, молчу-молчу. Хватило его ровно на дорогу. Перед KFC он заплакал. Потом попросил его сфотографировать, чтобы отправить Кагеяме и Ячи. Потом опять заплакал. Кенма пообещал посмотреть ТОСАМОЕ аниме и купил бедному Шоё курочку.