Медь на снегу

Следующие несколько дней стая почти не выходила из дома из-за сильного снегопада. Они покидали дом только для того, чтобы принести свежее мясо или овощи с огорода, а также пополнить запасы дров. Большую часть времени они проводили на кухне, готовя, выпекая и играя в самодельные деревянные настольные игры. Омеги много обнимались в гнезде, особенно из-за течки Чана. Омега не мог ясно мыслить и ворочался в гнезде от боли. В комнату к нему пускали только Джисона и Сынмина, которые старались сделать его жизнь более комфортной. Оба омеги прекрасно знали, каково это — быть в течке, хотя у них была такая роскошь, как вся стая. Их альфы и беты заботились о них. Но в случае с Чаном... Чан был один. У него не было пары. Больше не было. Луана тоже не пустили, потому что Чан не хотел видеть его в таком состоянии. Щенок скулил за дверью, пока остальные не предложили ему поиграть. Чонин и Феликс отдали ему все свои деревянные игрушки, а Чанбин даже вырезал для него новые, как только рука перестала болеть. Сынмин отчитал его, сказав, что ему нужно беречь себя, но альфа настаивал, что с ним всё в порядке, — ему явно надоело, что с ним обращаются как со слабым. Однажды утром, когда жар, исходящий от Чана, начал понемногу спадать, Минхо и Чанбин вышли на улицу, чтобы набрать дров из сарая. — Когда снова стихнет буря?! — прокричал Чанбин сквозь сильный ветер. — Не знаю, но — черт возьми. — выругался Минхо. — Что? — Вот! Чанбин последовал за Минхо к маленькому сараю, куда они начали складывать мясо и шкуры, пока Чан спал в их гнезде. Но сарай был разрушен, разорван в клочья, а мясо исчезло. — Черт... медведь все забрал, — выругался Чанбин сквозь зубы. — Давай заберем дрова и вернемся в дом. Оба Альфы, пошатываясь, вошли в дом и обнаружили на кухне стаю, а также Чана и Луана. Чан все еще выглядел уставшим, его глаза были мутными, но тот факт, что он сидел на кухне, означал, что ему стало лучше и что его течка постепенно подходит к концу. — Чан? Как ты себя чувствуешь? — с любопытством спросил Чанбин, когда они с Минхо положили дрова у камина. — Мне... мне уже лучше. Спасибо. — тихо сказал Чан и провел рукой по меху Луана. — Хорошо. — улыбнулся Минхо. — Мы немного волновались. Хотели помочь, но... — Спасибо. Я ценю это. — Тихо сказал Чан и снова сосредоточился на Луане с легким румянцем и красными ушами. — Что случилось? — Спросил Хенджин, увидев двух Альф, которые выглядели немного взволнованными. — Медведь ночью пробирался через наш сарай. — Вздохнул Минхо. —Что?! —Сарай разрушен, и наше мясо пропало. — Объяснил Чанбин. Черт возьми... — Захныкал Феликс. – Шторм слишком сильный. Мы пока не можем пойти на охоту, — сказал Минхо. — Нужно подождать. — С нашим садом все в порядке? — спросила Чонин. — Кое-что замёрзло. У нас давно не было солнечного света. — сказал Чанбин, и все они выглядели ещё более уставшими. — С каждым годом становится все хуже и хуже. — пробормотал Минхо, садясь за стол рядом с остальными. — Я тут подумал, может, нам стоит переехать. — Переехать? — нахмурившись, спросил Сынмин, и Минхо кивнул. — Ближе к городу. Найти новую территорию будет непросто, но... зимы становятся слишком суровыми, и теперь они длятся по меньшей мере шесть месяцев. — Жёлтый лес — не вариант. — пробормотал Чан. — А на западе — Мирог. Город людей. Они не очень-то любят оборотней. — добавил Феликс. — Значит, на юг. — сказал Чанбин. —Что на юге? — спросил Чонин. — В основном там леса, и весна там длится долго. Но там много разных стай. Не знаю, достаточно ли сильна наша стая, чтобы бороться за территорию, — устало вздохнул Минхо. — Мы во всем разберемся, — сказал Сынмин и прислонился к альфе. — А пока отдохни. Мы все можем есть чуть меньше, чтобы сэкономить продукты до окончания бури. В последующие дни мальчики ели все меньше и меньше, и Минхо чувствовал себя ужасно. Они с Чанбином видели, что Чан и Сынмин совсем отказались от еды. К их удивлению, они отдавали большую часть своей еды Джисону, а Чан, конечно же, отдавал ее Луан. Альфы не спрашивали, но все больше переживали за свою стаю. Но потом, после нескольких дней бушующих штормов, к счастью, ветер стих, и небо прояснилось. — Солнце! — ухмыльнулся Феликс, когда стая выбежала на улицу и начала играть в снегу, греясь в лучах солнца. — Наконец-то! — улыбнулся Хёнджин и поднял голову, глядя прямо на яркие солнечные лучи. — Нам нужно идти прямо сейчас, пока ветер не переменился и не началась новая буря, — сказал Минхо, прервав их веселье. — Хёнджин, Чонин, вы двое идёте со мной на охоту. Остальные отправляйтесь в город, — сказал главный альфа, и остальные кивнули. — Возвращайтесь до наступления темноты. —Понял, — сказал Чанбин, и Минхо кивнул. Он и двое других превратились в волков, их белый мех слился с заснеженными деревьями, и они убежали в лес, а Чанбин и Феликс подобрали рюкзаки. — Что там? — с любопытством спросил Чан. — Рога и какие-то деревянные инструменты, — сказал Чанбин. — Мы обменяем их на деньги в городе, а на эти деньги купим еду и новую одежду, — объяснил Альфа. — Разве вы, ребята, не делаете большую часть работы сами? — спросила Чан, склонив голову набок. — Да. — ответил Сынмин. — Но нам все равно нужны материалы, а в Селиане люди более квалифицированные. Их одежда в большинстве случаев лучше. — Вот, Чанни, — сказал Феликс и протянул Чану серо-белое пончо. — У него есть капюшон, так что ты сможешь спрятать волосы в толпе. — О, спасибо, Феликс. — Чан улыбнулся и надел его, а потом посмотрел на своего щенка. — А как же Луан? — Вот! — Джисон протянул ему шарф. — Можешь завернуть его в него. — Чан так и сделал, но не смог сдержать хмурый взгляд. — Там будет безопасно? — спросил он с некоторой неуверенностью. — Селиана — странное место. Там живут и люди, и волки, но в основном волки. Людям запрещено носить оружие, так что не беспокойтесь об этом, — сказал Чанбин, но Чан все равно колебался. — А как же другие волки? — У нас с ними никогда не было проблем, — пожал плечами Феликс. — Но... мы не знаем, как другие отнесутся к тому, что ты из Жёлтого леса. Регионы всегда были разобщены, и большинство людей не такие открытые, как мы. — Просто надень капюшон, и все будет в порядке, — сказал Сынмин. Чан кивнул и последовал за остальными, пока они шли по глубокому снегу в сторону Селианы. Это был большой город, покрытый снегом и льдом. В центре располагался огромный рынок со всевозможными прилавками. Там было много волков — белых, серых, светло-коричневых или с сочетанием этих бледных оттенков. Некоторые из них, приняв человеческий облик, пахли как волки, но Чан чувствовал, что среди них много людей, и крепче прижал к себе Луана. Щенок был закутан в шарф, который дал ему Джисон, и из-за этого было трудно разглядеть цвет его шерсти. Сам Чан натянул капюшон, чтобы скрыть рыжие волосы, не желая выделяться в толпе. Чанбин и Феликс пошли в магазин, чтобы продать оленьи рога и резные деревянные инструменты, а три омеги тем временем рассматривали одежду, выставленную на продажу. — Ого, ты только посмотри на это... — ухмыльнулся Сынмин. — Тебе пойдет, Чанни. — М-мне? — спросила Чан, широко раскрыв глаза. — Да! — В основном я ищу что-нибудь для Луана, — сказал он, глядя на своего щенка. — Но у меня не так много денег, так что, может, и к лучшему, что он не хочет меняться... —Чушь собачья! — сказал Сынмин. — Можешь забрать наши деньги! — Нет! — тут же нахмурился Чан. — Я не возьму ваши деньги. Они нужны вам на еду. Вы и так слишком много в нас вкладываете. Сынмин лишь закатил глаза. «Иногда ты такой тупой». — Что? — Мы хотим подарить тебе кое-что, Чанни. И тебе, и Луан. У нас достаточно рогов и инструментов, чтобы купить каждому из нас по несколько вещей, так что не волнуйся. А если буря не вернется, мы все равно сможем добыть еще рогов. — Но... — Никаких «но», — сказал Джисон. — А теперь давайте посмотрим вон там. Мне нужно кое-что для будущего малыша, — сказал Джисон, машинально положив руку на живот. Они подошли к другому прилавку, и омеги выбрали несколько вещей, пока Чанбин и Феликс не вернулись с деньгами. — Это все для Луана? — спросил Феликс, глядя на маленькую одежду, пока Чанбин расплачивался с продавцом. – Не слишком ли мало?" — Эм... — Джисон начал паниковать, но Чан его опередил. — Он давно не менялся, так что в последний раз его человеческое тело было совсем маленьким. Я просто хочу убедиться. — О... логично! — Феликс широко улыбнулся, а Джисон с облегчением вздохнул. Они еще немного побродили по магазину и в итоге купили всем по несколько предметов одежды, а также травы, лекарства, продукты и ингредиенты для выпечки и других блюд. — Нам пора возвращаться, — сказал Чанбин, глядя на солнце, которое уже почти скрылось за горизонтом. — Пока не стемнело и Минхо с остальными не забеспокоились. Остальные кивнули и повернули обратно, но внезапно оказались лицом к лицу с несколькими Альфами. — Что у нас здесь? Три Омеги, Бета и Альфа? — Спросил один из мужчин. У него были длинные серебристо-седые волосы, он ухмылялся Чанбину сверху вниз. — Многовато для кого-то вроде тебя, тебе не кажется? — Другие Альфы позади него рассмеялись, в то время как Чанбин только свирепо смотрел на них, стараясь не злиться. — Пойдемте. — сказал Феликс, и они попытались пройти мимо, но другие альфы остановили их, преградив путь. — О нет, нет, не так быстро. Понимаете, мы ищем омег, а поскольку у вас их трое, мы подумали, что вы могли бы поделиться. — Нет, спасибо, — ответил Сынмин, но альфы все равно не дали им пройти. — Ты позволяешь ему так говорить? — спросил альфа Чанбина, и тот кивнул. — Да. И вы его слышали. А теперь пропустите нас. Мы все равно часть большой стаи. — Так-так... — Альфа посмотрел на трех омег, и его взгляд задержался на Джисоне. — Этот милый. — Он подошел ближе, и Джисон пригнул голову. — Он бы лучше вписался в нашу стаю. — Альфа ухмыльнулся, протянул руку, и внезапно между ним и Джисоном встали три волка. Чанбин превратился в своего серебряного волка. Он старался не морщиться, наступая на еще не зажившую переднюю лапу, но не мог показать свою слабость. Не сейчас, когда Минхо нет рядом, а он — единственный Альфа, который может защитить свою стаю. Феликс тоже принял облик ярко-белого волка и встал рядом с Чанбином, чуть впереди Джисона. Чан толкнул Луана в руки Сынмина, а сам превратился в рыжевато-коричневого волка и зарычал на Альфу. — Какого хрена... — Альфы, как и все вокруг, в шоке уставились на Чана. — Просто уходи. — прорычал Чанбин сквозь стиснутые зубы, но альфы не обратили на него внимания. — Черт возьми... он из Желтого леса. — сказал один из них. — Разве они не избавились от всех волков там? — спросил другой альфа, и парни нахмурились. — Да, — ответил тот, кто обратился к Джисону. — Люди взяли верх. Волки там теперь редкость, — сказал Альфа и взглянул на щенка на руках у Сынмина. Часть шарфа сползла, обнажив рыжую шерсть Луана. — Я уверен, что некоторые богачи в Мирохе дорого бы заплатили за его шкуру… — Альфа сделал шаг в сторону Сынмина, но Чан и Чанбин преградили ему путь. — Не трогай его! — прорычал Чанбин и увеличился в размерах, чтобы напугать другого альфу. Он встал между альфами и омегами, а Феликс — рядом с ним. Остальные жители города тоже смотрели на них, наблюдая за происходящим и сверля взглядом разноцветный мех Чана. Омега оскалился и зарычал, не сводя глаз с альф. — Хочешь сразиться? Давай! — сказал Альфа и превратился в огромного темно-серебристого волка. Он зарычал, и Сынмин, Джисон и даже Феликс слегка отпрянули, но Чан... Чан не дрогнул. Вместо того чтобы отступить, он даже сделал шаг вперед, оскалившись на Альфу. — Подчинись, Омега! — рявкнул Альфа, явно разозленный тем, что Омега его не боится. — Ты его не тронешь. — огрызнулся Чан, и Альфа начал терять терпение, пока между ними не встал Чанбин. — Просто оставьте нас в покое. — сказал Чанбин, а затем его взгляд стал жестким. — Или будет плохо. Все Альфы зарычали, но потом Альфа начал смеяться. — Невероятно... Вы, ребята, ненормальные, — сказал он, еще раз взглянул на щенка, а затем обвел взглядом толпу людей, которые наблюдали за происходящим. Они перешептывались, и некоторые начали раздраженно поглядывать на них. — Не хочу устраивать кровавую бойню посреди города, — пробормотал Альфа. — Это плохо скажется на моей репутации.— Он зарычал на Чанбина и отступил. — Просто будь осторожен, куда бы ни шел. — предупредил он, после чего группа альф ушла, а Чанбин наконец принял человеческий облик. — Вы в порядке? — с тревогой спросил он. Сынмин, Феликс и Джисон кивнули, но Чан все еще был в волчьем обличье и слегка рычал. — Чан? — спросил Феликс, но тот никак не отреагировал. — Чан, ты нужен Луан, — сказал Сынмин, и это быстро вывело другого омегу из задумчивости. Чан принял человеческий облик и взял щенка на руки. — Прости меня, малыш... Я здесь... — прошептал Чан, пока щенок извивался у него на руках, напуганный случившимся. — Пойдем отсюда, — сказал Чанбин, и остальные кивнули. Они покинули Селиану, оставив позади любопытные взгляды горожан, которые наблюдали за ними. Небо затянуло тучами, и стая направилась домой.                                                                         ₊˚｡⋆❆⋆｡˚₊ — Вот вы где! — крикнул Минхо, когда они с Хёнджином и Чонином подбежали к остальным, наконец добравшись до дома. — Мы забеспокоились, когда вернулись домой, а вас все нет, — сказал Хёнджин, широко улыбаясь, пока не увидел их угрюмые лица. — Что происходит? — тихо прорычал Чанбин, в основном для себя, и ответил Феликс. —В Селиане были Альфы. Они... они пытались затеять драку... — ЧТО?! — рявкнул Минхо, широко раскрыв глаза, и Сынмин быстро встал перед ним. — Все в порядке. Мы справились. — Расскажи, что случилось. Сейчас же! — приказал Минхо, но Чанбин фыркнул. — Им нужен был омега, — сказал он и посмотрел на Джисона, который не поднимал глаз. — Ханни? — Минхо нахмурился и повернулся к омеге. — Что они сделали? — Ничего, — быстро ответил Чанбин. — Я переменился, Феликс тоже, и… и Чан. Остальные повернулись, чтобы посмотреть на рыжеволосого парня, который стоял в стороне и молчал. — Ты... Зачем? — нахмурившись, спросил Минхо, переведя взгляд на Омегу. — Зачем ты рисковал собой ради одного из нас? Чан не ответил, не отрывая взгляда от своих ног. — Он помог нам! — сказал Джисон и встал перед Чаном. — Он стоял лицом к лицу с Альфой и ни на шаг не отступал. — Но это же ненормально для омеги, верно? — заметил Хёнджин, а Сынмин и Джисон переглянулись, и это не осталось незамеченным остальными. — Хан, что происходит? — устало вздохнул Минхо. Джисон глубоко вздохнул и слегка улыбнулся. «Я беременный», — сказал он, и наступила тишина. — Ты... беременный? — прошептал Чанбин через мгновение. — Да, — ответил Джисон и снова улыбнулся. — Вот почему Чан так меня оберегал. — У меня будет щенок. —Уахахах! — Хенджин первым подбежал к Джисону и крепко обнял его. — Я не могу в это поверить! Это лучшая новость на свете! — Эй, осторожнее! — Пожаловался Джисон, хотя он широко улыбался. Следующим был Чонин, который тоже крепко его обнял. — Я так за тебя рад! — Спасибо, Инни! — Ты… ты в порядке? — нахмурившись, спросил Минхо. Джисон кивнул, и альфа крепко обнял беременную омегу. — Да. Остальные показали альфам, кто здесь главный. Минхо посмотрел на омегу с медными волосами. Чан пока ничего не сказал. Омега избегал взглядов альф, и тогда в разговор вмешался Чанбин. — Ну конечно, Чан бы его защитил, — ухмыльнулся он, но тут же слегка нахмурился. — Теперь они знают, что Чан из Желтого леса. Они... их интересовал цвет его меха, но ничего не произошло. Мы справились, но... — Минхо медленно кивнул, начиная понимать, что происходит. —Пойдем в дом. — сказал Хёнджин. — Снова начинается гроза. — сказал он, и все почувствовали, как холодный ветер проносится сквозь сосны. — Опять? — заныл Чонин. — Буря никогда не утихает. — Они все зашли в дом, разожгли камин и сели на кухне. — Как прошла охота? — спросил Феликс. — Мы подстрелили двух оленей и несколько животных поменьше, — ответил Хёнджин. —Это хорошо. — сказал Сынмин. — Медведей не было? — Нет, но... — Хёнджин замялся, и Минхо вздохнул. — Мы видели людей. — Людей? Они близко? — нахмурившись, спросил Чанбин, но Минхо покачал головой. — Нет... пока все в порядке, — сказал Минхо, и Чан наконец посмотрел на Альфу, но тот молчал. — Надо приготовить что-нибудь поесть. — сказал Феликс, и Сынмин кивнул. — Хорошая идея. Я умираю с голоду. — Стая начала готовить еду, и в какой-то момент Минхо взглянул на Чанбина, и младший альфа последовал за старшим альфой из комнаты. — Что происходит, Мин? — спросил Чанбин. — Люди были из Жёлтого леса. — Что?! Ты уверен? — в шоке спросил Чанбин. — Да, — кивнул Минхо. — Пока Хёнджин и Чонин осматривали местность, я подобрался поближе к некоторым из них и подслушал их разговор. Они... они охотятся на Чана. — Черт! — Чанбин провел рукой по своим серебристым волосам. — Почему? — Я не знаю, — Минхо покачал головой. — Я не хочу заставлять его говорить. Он не должен знать, что за ним охотятся, иначе мы его потеряем, — сказал Минхо, и Чанбин вздохнул. — Альфы упомянули, что люди захватили Жёлтый лес. Они заинтересовались Чаном из-за его редкой медной шкуры. Если эти люди планируют забрать оттуда всех волков, то... чёрт возьми... мы не можем уйти, пока Джисон беременный. — Нет. Уйти — не вариант. Не сейчас. — согласился Минхо. — Думаешь, нам придется сражаться? — спросил Чанбин. —Надеюсь, что нет. Но Селайна тоже не вариант, если у вас, ребята, уже возникли проблемы. —Да, конечно, логично. — Я просто хочу, чтобы все были в безопасности. — Минхо устало вздохнул. — Я знаю, Минхо, — заскулил Чанбин, уткнувшись лицом в шею Минхо. — Не волнуйся. Мы справимся. —Справимся ли? Я чувствую себя таким беспомощным... —Не волнуйся. Мы во всем разберемся. — Минхо улыбнулся и прижался к крепкому телу Чанбина, после чего оба альфы направились обратно на кухню. — Черт возьми... — прошептал он себе под нос, прислонившись головой к деревянной стене. Через два часа стая уснула, свернувшись калачиком в гнезде, но Чан держался в стороне, не желая спать среди них. Поздно ночью, когда все уснули, он взял Луан и выбрался из гнезда. — Мне так жаль... — прошептал он и уронил слезу, покидая свой новый дом. На следующее утро Сынмин проснулся первым. Он потянулся, встал, пошел на кухню, чтобы выпить кофе, и тут заметил на столе листок бумаги. Он прочитал написанное, потом еще раз, и его глаза расширились от удивления. — Его нет! — закричал он, ворвавшись в комнату, где они спали, и показал Минхо записку, написанную от руки, когда все начали просыпаться. — Что...? — Чан пропал! — всхлипнул Сынмин, и по его щеке скатилась слеза. Вся стая окончательно проснулась. "О нет..."