Телохранитель

Утро пахло мягким ароматом цветов, которые только начинали расцветать возле огромных деревьев. Наступала весна. Время года, которое излучало собой чистую, невинную любовь в сердцах. Даже в самых грязных. На миг даже успело показаться, будто все души вокруг начали цвести. Сердца трепещали в груди, заставляя открывать новые грани внутри себя. Совершенно неизвестные, но такие чистые. А может быть это была — любовь? То, что юноше Винчестеру не хватало с малых лет. Со времени, как его мать покинула их, оставляя его один на один с жестоким, нечеловечески беспощадным отцом. Тот мог дать сыну все: деньги, связи, статус. Но главное дать не получилось, — не было в нем самом этой любви, чтобы он мог поделиться ею со своим сыном. Винчестер младший лежал на помятых простынях, закинув руку за голову. Он был в объятиях того, кто смог поломать все его внутренние запреты, вдребезги разбив эту глухую, навязанную отцом ненависть к тому, кем он был. Тот, кого он раньше боялся подпустить к себе даже на шаг, сейчас лежал вместе с ним в постели, оберегая его от внешнего шума, успокаивая его нутро своим присутствием, тиская его в своих объятиях, даруя то самое запретное, но такое необходимое тепло ему. Его тело практически размякло в крепких объятиях Кастиэля. Он чувствовал, как от него исходили нотки лёгкого табака, смешанного со вчерашним алкоголем. Но даже несмотря на это, ему было приятно с ним. Да, вот просто так лежать с ним. Сердце билось в спокойном ритме рядом с ним, время от времени делая маленькие сальто. Чёрт. Винчестер лениво, по-кошачьи повел плечом, слегка задевая подбородок Новака, и от этого легкого, почти незаметного движения ресницы наемника наконец дрогнули. Синие глаза медленно открылись, ещё покрытые пеленой сна, но стоило Касу сфокусировать свой взгляд на Дине, как в них сразу вспыхнуло чистое, нежное обожание, которое Дин теперь учился принимать. И он даст ему этого. Он даст своему маленькому мальчику все самые чистые чувства, которые он имеет в себе. Он покажет младшему Винчестеру, что такое искренняя любовь. Новак потянулся к Дину, легко, немного небрежно целуя в уголок его губ. В сонных глазах было видно, как он был доволен подобным складом ситуации. Дин тихо хмыкнул от этого ленивого поцелуя, чувствуя, как покалывает щетину Каса. Он не стал отворачиваться или же напускать на себя привычную маску холодного и сдержанного парня. Вместо этого Винчестер свободным движением перекинул свою ногу через бедро Новака, еще сильнее вжимаясь в его тяжелое, такое надежное тело. Ему не хотелось шевелиться, нет. Хотелось чтобы эти утренние минуты, наполненные весенним солнцем и запахов цветов, длились вечность. — О чем ты думаешь? - тихо спросил Дин. Голос после сна стал немного хриплым. Кас не сразу решился ответить. Его большая ладонь медленно скользнули по спине Дина, очерчивая позвонки, успокаивая и подтверждая: я здесь, это не сон. Синие глаза уже полностью протрезвели от сна, но это глубинное, теплое обожание никуда не исчезло. И не собиралось. — Думаю о том, что готов охранять твою комнату до конца своих дней, если каждое мое утро будет начинаться так, - негромко, с непривычной для него улыбкой произнес Кастиэль. Дин слегка приподнял голову, заглядывая ему в лицо. Все еще было непривычно видеть Каса таким — домашним, взъерошенным, без его неизменного строгого пиджака и без этого холодного, хмурого выражения лица. Но именно этот, настоящий Кас, без оружия и масок, вызывал в груди Винчестера то самое небольшое сальто сердца. — Твоя субординация снова трещит по швам, Новак, - пригрозил Дин, но в его глазах плясали смешинки. Он потянулся вперед и сам, уже осознанно и мягко поцеловал Каса в губы, закрепляя их новое, утреннее соглашение. Идиллия казалась почти идеальной, пока на прикроватной тумбочке не зажужжал телефон Каса. Короткий, вибрирующий звук заставил наемника на секунду напрячься, но он тут же расслабился, чувствуя, как его бок сжимали. Не выпуская Дина из объятий, Кас потянулся к мобильнику. На дисплее пришло официальное, шифрованное сообщение от секретариата Джона Винчестера. Текст был сухим и коротким. «Объект 1. Деловая поездка в штаты продлена на неопределнный срок. Возвращение руководства задерживается минимум на трое суток.» Кас повернул экран к Дину, позволяя ему самому прочесть строчки. — Твой отец задерживается в командировке, - тихо пояснил Новак, и его голос прозвучал с явным облегчением. - У нас есть как минимум три дня. Три дня, когда в этом доме не будет его контроля. Дин посмотрел на экран, и в его груди снова сладко потянуло. Три дня абсолютной свободы в пустом особняке. Целых трое суток, чтобы любить этого мужчину без оглядки на чужие приказы и страх быть пойманным. Отца дома не было уже несколько недель — он улетел на эти бесконечные разборки с филиалами и передел сфер влияния на другом конце страны, оставив Дина в четырех стенах под надзором охраны. Особняк без него напоминал огромный, холодный склеп, где каждый его шаг отдавался эхом, а паранойя Джона, казалось, въелась в сами стены. Дин уже выл от этого гнетущего одиночества и ощущения, что папаша контролирует его даже на расстоянии. И вот теперь — еще три дня. Но если раньше эти три дня казались бы Дину очередным сроком в одиночной камере, то сейчас, в объятиях Каса, все изменилось. Джон даже не подозревал, что продлевая свою поездку, он сам подарил им ключ от свободы. Дом внизу все еще хранил тишину. Впереди была весна, пустой особняк и целых три дня, в которых они собирались прожить каждую секунду рядом друг с другом. День только начался, солнце едва успело подняться над верхушками цветущих деревьев, лениво заливая комнату золотистым светом, и эта непривычная, звенящая свобода кружила голову круче ночного алкоголя. Дин потянулся в постели, сладко, до хруста в суставах, и неохотно высвободился из-под тяжелой руки наемника. Свежий весенний воздух из окна уже выветривал из комнаты остатки тяжелого угара, оставляя лишь чистую прохладу. — Ну что, грозный телохранитель, - Дин сел на край кровати, оборачиваясь к Касу и бросая на него быстрый, лукавый взгляд через плечо. - Раз уж хозяина не будет еще трое суток, у меня к тебе первое официальное поручение на этот день. Кас приподнялся на локтях, даже не думая прикрыть простыней свою широкую, исчерченную старыми шрамами грудь. Взъерошенный, с сонным прищуром синих глаз, он сейчас выглядел кем угодно, только не опасным ликвидатором на службе у его отца. — Я слушаю, - глухо отозвался Новак, и его уголок губ поднялся в легкой улыбке. — Кофе, - Дин кивнул в сторону двери. - Свари мне нормальный кофе. А то если я сам сейчас спущусь на кухню, я найду там только коньяк отца, а для алкоголизма рановато. Даже для такого хорошего дня. Кас хмыкнул, легко поднимаясь с помятых простыней. Его движения были хищными, и абсолютно уверенными. Он подошёл к Дину со спины, на секунду наклоняясь и зарываясь носом в его растрепанные светлые волосы, шумно вдыхая запах парня, прежде чем окончательно разорвать контакт. — Будет тебе кофе, Винчестер, - негромко пообещал он, накидывая прямо на голове тело спортивные штаны. - Спускайся через пять минут.

***