Сосед сверху.

И так — каждую ночь. Три дня подряд. Терпение у Лебедева уже не просто заканчивалось — оно драматично собирало чемоданы и грозилось уехать навсегда. Возвращаясь после смены, он окончательно решил: разговор с соседом сверху неизбежен. Причём серьёзный. Почти философский. Но, на всякий случай, зашёл в аптеку — как человек, который уже не верит в человечество, но всё ещё верит в простые решения проблем. За стеклянным прилавком стояла милая девушка, из тех, что умеют одновременно сочувствовать и продавать. Игорь улыбнулся и включил своё обаяние на максимум — тот самый режим, который обычно использовался редко и только в критических ситуациях: например, при общении с банками или судьбой. — Здравствуйте. — Добрый вечер. Чем могу помочь? — откликнулась она с профессиональной мягкостью. — Помощь мне действительно нужна… — он слегка наклонился ближе, будто собирался признаться в государственной тайне. — У вас беруши есть? Соседи, знаете ли… шумные. Девушка понимающе кивнула с выражением я видела в этой жизни всё. Или почти всё. — Да, конечно. Что-нибудь ещё? Настойка валерианы? Или пустырника? — Нет, спасибо, — поспешно ответил Игорь. — Беруш будет достаточно. Он расплатился, ещё раз улыбнулся — уже чуть менее уверенно, признавая поражение в бытовой войне. И вышел из аптеки, с ощущением, что официально вступил в новый этап жизни: «тишина своими руками». Район, в котором он жил уже пять лет, был тихим и зелёным — из тех мест, где даже машины будто стараются не шуметь без крайней необходимости. На окраине города весна, медленно перетекающая в лето, казалась особенно яркой и густой, словно кто-то добавил в привычные краски лишнюю каплю насыщенности. Пышные грозди сирени источали сладкий, почти тяжёлый аромат, перекликаясь с жасмином, который держался чуть скромнее, но настойчивее. Запахи лениво разливались по улицам, смешиваясь с тёплым воздухом и тополиным пухом — вечным сезонным диверсантом. Он кружил повсюду, цеплялся за одежду, забивался в ресницы и с упорством пытался попасть ровно в нос, будто проверяя человека на выдержку. Подходя к дому, он заметил свет на третьем этаже. — Ага! Ты дома… Ну что ж… настал твой звёздный час, Игорёк. Хана тебе, соседушка. Тишина нужна всем. Он прибавил шаг и с решимостью человека, который уже мысленно отрепетировал все претензии, бодро дёрнул дверь парадной. Перепрыгивая через ступеньку — не из спортивного интереса, а скорее из внутреннего напряжения — он добрался до третьего этажа. Нажал кнопку звонка. Тишина. Он замер, прислушался. За дверью — ни шагов, ни шороха, ни малейшего признака того, что там вообще существует человеческая жизнь. На всякий случай постучал. Снова прислушался. Тишина стояла такая плотная, что, казалось, её можно было потрогать рукой. — Он что… сова? — пробормотал Лебедев. — Днём спит, ночью устраивает ремзону СТО… Или у него тут подпольный бизнес? На работе не справляется — берёт заказы на дом?.. На первом этаже скрипнула входная дверь. В подъезд влетел порыв ветра и тополиный пух , и вместе с ним — чёткий ритм каблучков, звонко отбивающих шаги о бетон. Игорь невольно перегнулся через перила, заглядывая в лестничный пролёт. По ступеням поднималась женщина лет сорока — собранная, строгая. Серая куртка поверх синего брючного костюма, аккуратная сумка на плече. Туфли с тонким каблуком отмеряли ступень за ступенькой уверенно, будто она знала здесь каждую трещину. На втором этаже она остановилась, достала из кармана сложенный лист бумаги, быстро пробежала глазами, сверилась с чем-то и, чуть нахмурившись, продолжила подъём. Игорь тут же почувствовал себя так, будто его поймали на месте преступления. Он неловко переступил с ноги на ногу — спрятаться было негде, да и поздно уже. Через минуту женщина оказалась на третьем этаже и подняла взгляд прямо на него. — Простите… вы… Леонов Олег Сергеевич? — Нет. — А кто? — спокойно уточнила она. — А вы-то кто?! — вспыхнул Игорь, тут же пожалев о тоне. Женщина моргнула, чуть растерявшись. — Ой… простите. Я из соцслужбы… патронажная медсестра. Вы в этой парадной живёте? — Да, этажом ниже. Я просто хотел поговорить… а соседа, похоже, нет дома. — Вы с ним знакомы? Не знаете, когда он вернётся? — Шапочное знакомство… — Игорь пожал плечами. — Но по ночам он точно дома. — По ночам… — повторила женщина и задержала на нём взгляд чуть дольше, чем следовало бы. Она быстро достала из сумочки ручку и листок, что-то написала, протянула Игорю, но вдруг резко замерла. Лицо побледнело, пальцы на мгновение ослабли — и записка тут же исчезла обратно в её сумку. Игорь нахмурился. — Вам плохо? — Нет-нет… всё нормально. Я просто… — она на секунду запнулась. — Забыла кое-что. Она поспешно выпрямилась, словно возвращая себе контроль. — Передайте ему, пожалуйста: я была сегодня, но не застала. В понедельник буду в три часа. Пусть подойдёт сам или ждёт меня. Или пусть зайдёт в Собес в любой рабочий день — по вопросам оформления инвалидности и выплат. — Инвалидности? — Игорь даже обалдел от услышаного. — Вы точно не ошиблись адресом? Тут живёт молодой парень, здоровый, как… ну, вы понимаете. Женщина на секунду задержала взгляд, будто решая, стоит ли продолжать разговор. — Я в курсе… — тихо сказала она. — Просто передайте. Она посмотрела на часы, резко оживилась, словно вспомнила о цепочке других дел. — Мне пора. Ещё три адреса сегодня. До свидания. — До свидания… — машинально ответил Игорь, провожая её взглядом вниз по лестнице.