Jeongdon

      Двери ламбы взмывают вверх, и парень с мужчиной выходят из красного кара, Юнги излюбленно пикает в сторону, блокируя авто. Он с довольной ухмылкой летает вокруг мужчины, наслаждаясь феерией чувств и эмоций, не замечая, что каждое из них Чон ловит, оценивает, анализирует.       – Добро пожаловать, Господин Чон Хоуп, – кланяется девушка с голубой повязкой-галстуком на шее.       – Скоро прийдет Господин Ким в сопровождении юноши, проводите их ко мне в кабинет – приказывает и кивает Юнги идти за ним.       Мин осматривается с интересом, наблюдая за гранж стилем помещения. Такое непривычное и совершенно не подходящее Чону. Услышав в разговоре мужчины «офис» он ожидал скучное помещение. Но не бетонные колонны с фактурой опалубки, металлическую стойку ресепшн. Как будто помещение еще не достроили.       – Ну нихуя себе. – коротко комментирует увиденное и, оглядываясь, плетется за мужчиной, — это так на вас не похоже – усмехается, переводя взгляд на мужчину уже в лифте.       – Тем не менее – сухо отвечает, щурясь, рассматривая лисье личико напротив. Теперь это его любимое увлечение.       – Я в ахуе – шепчет, но его отвлекает звонок лифта, выпускающий на нужный этаж.       Чон выходит первым, руки за спиной складывает и идет к своему кабинету, выполненному в похожем стиле.       – А… – хотел было что-то спросить, но быстро передумал Юнги. Он теперь послушный мальчик и правил нарушать уж точно не будет. Не хватало, чтобы тачку отобрали. Чон кидает на него взгляд и вскидывает бровь вопросительно.       – Нет, ничего – мотает головой и ныряет в помещение, осматриваясь. Удивлению не было границ. Кабинет Чона дома – совершенная противоположность этому. Он в смятении садится на диванчик.       – Спрашивай – разрешает Чон, усаживаясь в свое кресло, доставая из ящиков стола папки с бумагами.       – Эм ну… – мнется, закусывая щеку. Теперь ему есть, что терять и нужно быть аккуратным, – почему девушка внизу назвала тебя по имени? – Мин не знал про реальное имя Чона, поэтому поверил услышанному. Чон усмехается, переводя на парня взгляд.       — Это не настоящее имя, – информирует привычно спокойно. Юнги удивляется.       – А почему тогда она так называет? – не унимается Юн.       – Конспирация, Чондон не выдает своей деятельности и мы все ходим под разными личностями – поясняет, откидывая голову в сторону.       — Вот как – кивает, задумываясь. Он читал кодекс правил Чондона, но про его глав там не было много информации.       – Тебе так интересно мое имя? – неожиданно спрашивает Чон. Мин поджимает губы, с одной стороны да, любопытно, с другой стороны…       – Нет, в контракте четко прописана формулировка обращения, меня устраивает полностью – выкручивается аккуратно.       – Хороший мальчик – говорит низко, почти томно.       У парня дыхание спирает от такого тона. Но его безбожно отвлекают стуком дверь. После разрешение Чона в кабинет заходят мужчина в черном костюме, документами и в очках, а следом парень в белоснежной блузе и бежевых костюмных брюках. Они оба приветственно кивают хозяину кабинета, а после замечают и самого Юнги.       – Неожиданная встреча – коротко комментирует Намджун, узнавая по мятной макушке свою жертву.       – Да уж – хмыкает в ответ Мин, стреляя недоброжелательным взглядом. Он терпеть не может фармов.       Чимин непонимающе смотрит на них по очереди, немного ревниво дуя губы.       – Присаживайтесь – указывает Чон, наблюдая за своим мятным чудом и его смене реакции, – Мин, Пак, вы тоже садитесь за стол. – его тон строгий и холодный. Парни садятся друг напротив друга, а Ким напротив Чона. Намджун достает свои документы, распаковывая их.       Повисает неловкая тишина: Юнги неприятен Ким, Чимину неприятен Мин из за нотки ревности, а Чон сам по себе вселял немой страх своим равнодушием.       – Как и заказывали, условия открытия больниц на территории ваших жилых комплексов и офисных зданий. Мы учли все официальные нормы и разработали план, взгляните, уверен, вы оцените – спокойно информирует Ким, протягивая мужчине напротив листы.       Чон берет их в руки, проходясь цепким взглядом по тексту, откидывая голову чуть в сторону.       Юнги и Чимин переглядываются в непонимании происходящего, оценивают внешность друг друга, будучи совершенными противоположностями. Юнги слишком грубый и вызывающий для Пака. А Чимин слишком скучный, слащавый и нежный для Мина. Но они оба лишь молча сидели возле своих мужчин, насколько, конечно, они могли назвать их своими.       – Недурно – коротко комментирует Хосок, внимательно рассматривая каждый подпункт, – Здесь указана лишь копия лицензии на право оказания медицинских услуг – строго замечает Чон, поднимая взгляд на мужчину напротив.       – Вам необходим оригинал лицензии для составления акта согласия? Мы все прекрасно понимаем цель подбородного светлого сотрудничества – таинственно говорит Ким, но Чон его понимает.       – Мне нет, но министерству станет интересно взглянуть на вашу лицензию на оказание платных медицинских услуг – ровно поясняет Хосок.       – Полагаю, вопросы министерства будут решаться через уважаемого Господина Чона – ведет глазами по фигуре мужчины, имея в виду Дона. Чон молчал в ответ, складывая руки перед собой, сцепляя пальцы.       Чимин и Юнги чувствовали и видели напряжение между серьезными мужчинами, затаили дыхание. Быть призраком – самое безопасное в подобных условиях. Пака искренне пугал мужчина полностью в черном, чей холодный взгляд леденил душу. Мина очень напрягал глава фармацевтов, ведь парень знает, как никто другой, что за монстр кроется за спокойным взглядом. Ким тот еще потрошитель, Юнги блевать от него хотел. Чимин почему-то нервничал, находясь в настолько некомфортной обстановке. Он не понимал, о чем говорили мужчины и не хотел понимать, если быть совершенно честным. Он плохо спал ночью в особняке, пытаясь переварить новые для себя мысли, но в эту секунду Пак убеждался, что за деньгами стоит очень много опасности.       – Я полагаю, у вас, Господин Ким, есть связи в парламенте, раз вас раньше осведомляют о вооруженном покушении. Неужто вам необходимо третье лицо в данном вопросе, – Чон играет, цепляет взглядом мужчину, вести переговоры, чтобы выудить всю необходимую ему информацию – его пожизненное кредо.       Ким понимающе кивает, расплываясь в легкой ухмылке. Консильери хитрец, точный манипулятор и очень хорошо владеет собой. Намджун понимает, что Чон хочет получить информацию о каналах его связей с верхушкой. – Вы сами понимаете, что канал – понятие динамическое. В мире платят услугами за услугу, однако в вопросах контрактных соглашений предпочитаю обговаривать нюансы с доверенными лицами моими и моих коллег. К нашему с вами счастью, такой канал связи в министерстве у нас есть. Если вы только сами не хотите подключать третьи лица к нашей сделке. – сверкает взглядом, спокойно отвечая Чону.       – Рассудительно – кивает Чон одобрительно и расплывается в привычной ухмылке, – Предлагаю собраться втроем за круглым столом, чтобы пройтись по всем предполагаемым пунктам сотрудничества, а пока работаем с тем, что есть – Чон протягивает мужчине документы.       – Абсолютно с вами согласен, Господин Чон – кивает Ким, принимая листы, бегает по ним взглядом, а после берет шариковую ручку и начинает заполнять необходимые поля.       Чон переводит взгляд на Юнги, наблюдая за его эмоциями и реакциями. Мин кинул на него ответный взгляд полный непонимания и презрения к фармацевту. Чимин же рассматривал свои ладони, погружаясь в мысли, стараясь абстрагироваться от неприятной обстановки. Но ему было искренне любопытно это здание, поэтому периодически он заглядывал за спину Чона, рассматривая за стеклом интересный дизайн необычного офиса. Он цеплял. Из под внимания Хосока это не скрывается и он переводит взгляд на блондина. Чон помнит Белоснежку по рассказам брата и его личных источников информации.       – Мистер Пак, эгоистично с моей стороны не предложить гостю напиток. Чай, кофе, воды? – вскидывает бровь равнодушный мужчина.       Чимин дергается от неожиданности, поднимая круглые глаза на хозяина офиса. Ким из-под лобья наблюдает за этим. – Чай, спасибо большое – тихо, почти шепчет, неуверенно опускает глаза. Может надо было отказаться?       – Юнги, прелесть, сделай нашему гостю чай – переводит взгляд на мятноволосого, кивая к небольшому столику и кулеру в углу кабинета.       Мин хмурится, поджимая губы. Эти двоя ему совершенно не импонировали, но ослушаться приказа не смеет. Парень поднимается с кресла, аккуратно его поправляет – знает каждое правило мужчины наизусть – и подходит к столу, доставая одноразовый стаканчик, готовит чай. Подсыпать бы что-то этой кукле Барби и ее ублюдку Кену. Чимин провожает мятного до кулера, периодически на него поглядывая и замечая явное неудовольствие на его лице.       – Чем вы занимаетесь, Мистер Пак? – интересуется Чон у блондина. Ким заполняет бумаги, усмехаясь уровню гениальности Консильери. Он разговаривает непринужденно с Чимином, чтобы Ким наблюдал за ними и следил за безопасностью своей Белоснежки, напрочь отвлекаясь от серьезных бумаг. Хосок хочет занять его внимание их разговором, чтобы Намджун согласился по глупости на невыгодные условия. Чон старший знает толк в манипуляциях. Но Ким не поведется: концентрируется на строках документов.       – Ну, я ландшафтный дизайнер по образованию – мнет свои руки под столом, делясь о себе информации с незнакомым, опасным человеком, – увлекаюсь дизайном одежды и интерьеров – продолжает неуверенно.       — Вот как, любопытно – участливо кивает мужчина с ледяным взглядом, – такой род деятельности весьма востребован на нашем рынке. Над какими проектами вы работали? Чимин теряется от его вопросов, но на процент увереннее включается в близкий по его сфере деятельности диалог.       – Герйд Корпорейшен, их загородному гольф-клубу нужен был дизайн, сложный случай, так как ландшафт не позволял добиться нужного результата, мы выравнивали площадь с их бригадой, а так, по мелочи у частников. Из последнего – задний двор у Четы Кан, но по некоторым причинам, этот проект останется незавершенным – хмыкает Пак, коротко кидая взгляд на Намджуна.       Мин грубо ставит перед парнем чай, но капли, на удивление, не падают на стол. Чимин незаметно вскидывает бровь и смотрит недовольно на мятноволосого, тот одаривает дерзким взглядом в ответ, обходит стол и садится на место.       – Спасибо – коротко благодарит Пак, делая пару глотков. Мин лишь закатывает глаза и вальяжно рассаживается на кресле. Чимин хмыкает с его поведения, но голос мужчины возвращает к диалогу.       – Да, я наслышан о ситуации в особняке Канов – ухмыляется, сверкая черным взглядом, – Грейд Корпорейшн неплохая компания, их креативные проекты часто требуют смелых дизайнерских решений. Не планируете получить дополнительное образование по дизайну интерьера? – интересуется Чон.       – Если честно, нет. Были мысли получить архитектурное образование, но в жизни сейчас много изменений, поэтому этот план отложен – деловито отвечает, попивая чай. Он забыл, что перед ним сейчас второй босс мафии, ему удалось абстрагироваться от страха и волнения и общаться на почти равных, как с коллегой.       – Понимаю, Мистер Пак – комментирует Чон, ловя взгляд Юнги на себе. Сквозь возмущение и злость мужчина видит в них ревность. Теперь это чувство он умеет считывать: знаком с ним с недавних пор. Хосока это только распаляло, – Если вам понадобиться работа, то у меня есть несколько проектов, где необходим профессиональный взгляд мастера на природные ландшафты, – информирует Чон, протягивая визитку белоснежному парню.       Чимин, Юнги и даже Намджун удивленно поднимают глаза на Чона. Хосок игнорирует это коллективное непонимание. Пак принимает визитку и закидывает ее сумку, пряча свое смятение в стаканчике чая. Ревность Юнги начинает зашкаливать, он сам не понимал, почему он ее чувствует и сваливал все на неприятие к двум персонам. А Намджун, знающий Консильери слишком хорошо, с опаской посмотрел на свою Белоснежку: он не даст ему работать на Чондон. Это слишком опасно для столь юного создания.       – Благодарю за прием, Господин Чон. Вы проинформируете Чона или мне сделать это? – вскидывает бровь, уводя внимание мужчины от его куколки.       – Не утруждайтесь, я проинформирую и дам вам знать о месте и времени следующей встречи – спокойно отвечает Чон, принимая из рук мужчины заполненные документы.       Ким коротко кивает, поднимаясь с кресла, поправляя его, за ним встает Чимин и повторяет те же манипуляции с мебелью. Они кивают и выходят из кабинета под холодный взгляд Чона и яростный взгляд Мина. Дверь закрывается.

×××

      Намджун поправляет очки, откидывая голову в сторону, переваривая встречу с Консильери. Чимин растерянно бежит за ним, молча наблюдает за нагруженным выражением лица мужчины. Они спускаются под провожающие возгласы работников, выходят на парковку. Ким открывает дверь Роус Ройса для своей куколки, а после садиться сам. Немного пораскинув в голове, поворачивается к Чимину и строго, но не без улыбки говорит.       – Ты не пойдешь работать к нему, услышал? – вскидывает брови. Чимин хмурится, сжимая свою сумочку, кидает ответный взгляд.       — Это еще почему? Да, мне пока не хочется заниматься дизайном, но не буду же я вечно сидеть у тебя дома. – аргументирует свою позицию, - а у него вон какая компания строительная, нам о ней даже в университете рассказывали пару раз.       – Во первых, ты не любишь стройки из за громких звуков, во-вторых, это компания Консильери и на него работать ты не будешь. – отрезает мужчина, срываясь с места, машина с рыком улетает с парковки.       – Но ты же работаешь с ним! – дует губы парень, скрещивая руки на груди, – и вообще ты не имеешь права мне что-то запрещать.       – Работать с ним и на него это две разные вещи, малыш. Даже в качестве партнера по бизнесу с Чонами нужна филигранная аккуратность, а в качестве работодателя. Поверь, их список санкций тебе лучше никогда не знать – строго заключает Ким, поправляя кончиком пальца очки на глазах.       Чимин хмыкает, но замолкает, обдумывая эту ситуацию. Он, почему-то, вспомнил мятноволосого наглеца, который так ему не понравился.       – А этот зеленый кто? Ты его знаешь? Вы так на друг друга смотрели, как будто бывшие – ревниво дует губы, сжимаясь в кресло авто, отворачиваясь от мужчины.       Намджун расплывается в умилительной улыбке, сверкая ямочками, расслабленно кладет руку на приоткрытое окно авто, кидает на Чимина цепкий взгляд.       – О нет, малыш, я не связываю себя отношениями с такими, как он – щурит хитрые глаза, наслаждаясь милой ревностью.       Чимин вскидывает бровь, поворачиваясь на мужчину.       – Такими это какими? – любопытно, но настороженно.       – Отчаянными. Ты говорил про потерю смысла в жизни, так вот потерянный смысл выглядит так. – стальные нотки в голосе мужчины напрягают, заставляя младшего нахмуриться.       – Он не выглядит отчаянным или потерянным. Довольно дерзкий и грубоватый – хмыкает, вспоминая парня.       – Он теперь на побегушках у Чона, не может перечить. Его новый смысл – быть рабом. Уж лучше так, чем у меня – кидает сухо мужчина, выезжая за черту города.       – Поему у него лучше, чем у тебя? – с опаской спрашивает Чимин.       – Полагаю, милый болтливый Субин тебе поведал о том, что такое транспорт? – вскидывает брови, наблюдает боковым зрением за младшим.       – Не помню такого, транспорт? Это как?       – Перевозить наркотики в пакетах или канистрах проблематично. Особенно за границу. Поэтому их вшивают в животных – делает паузу, откидывая голову в сторону, добавляя тише – или в людей.       Мир замирает всего на секунду, потому что сознание парня пытается переварить услышанное. Он пялится на мужчину, складывая пазлы в голове.       –Ты… Он… – пытается собрать в словах свои мысли, прокашливаясь.       – Да, я провожу такого рода операции над живыми существами, а Юнги, кажется так, попал ко мне в руки будучи сам под уверенной дозой. Побитый, помятый и с глубоким отчаянием в глазах. Таких сразу пускаю на транспорт, – буднично рассказывает о себе Ким, честно открываясь объекту своего внимания, который потерял дар речи.       Чимина потряхивало и он жадно глотал воздух. Перед глазами все плыло – воспринимать подобное было очень тяжело. Хитрая память подкидывала картинки, которые Пак не должен был помнить: тогда, когда он увидел мужчину в очках в самый первый раз, его палачи упоминали транспорт почти синхронно, но это воспоминание никогда бы не возникло перед глазами.       – Ты и меня собирался на транспорт пустить! Я помню! – резко вскрикивает Пак, отшатываясь, насколько это возможно, от мужчины.       Ким хмурится, паркуясь наспех и закрывает двери машины, поворачиваясь к парню, наблюдая за его истерикой.       – Ну и что ты молчишь!? Я прав, так и скажи, а сам говорил, что не собираешься ничего со мной делать! – кричит, закрывая руками лицо, задыхаясь от страха.       – Чимин – спокойно начинает, аккуратно притягивая к себе парня в объятия, – ты вспомнил не все, раз на то пошло. Потому что после того, как я сказал о своих намерениях, присмотрелся и там же, на месте, сказал, чтобы тебя не трогали. Если бы я действительно хотел сделать из тебя транспорт, мы бы сейчас не сидели здесь, и я бы не приезжал за тобой по первому твоему кличу, не настолько я дорожу своими жертвами, – усмехается, бархатный баритон раздается по салону.       Этот голос на Пака действует, как успокоительное. Слезы постепенно утихали, а дыхание восстанавливалось. Было странно осознавать, что кто-то подвергается такому издевательству.       –Транспортом становятся лишь те, кому уже нечего терять в этой жизни. Я не трогаю первых встречных – усмехается Намджун, поглаживая по спине своего малыша.       Чимин вздыхает и успокаивает себя озвученной старшем мыслью, он обнимает мужчину в ответ, а после они вместе выходят из Роус Ройса.

×××

      – Что это было? – сухо кидает взгляд на мятноволосого, что от возмущения был хмурее тучи.       – Не понимаю о чем речь, Господин Чон – рычит едко, кидая злой взгляд на старшего.       – Понимаешь, – парирует спокойно, не сводя глаз с парня. Ему было очень любопытно оценивать эмоции Юнги.       – Меня взбесил фармацевт этот, вот и все – хмыкает Юнги, встает и наливает себе воды, залпом осушивает стакан. Пытается так успокоиться.       – Завидуешь, что Пака не использовали, как тебя? – предполагает и смотрит за реакцией.       – Что? Нет! Просто он неприятный, слишком слащавый – морщится, выкидывая стаканчик в мусорное ведро.       Чон усмехается, следит за каждым нервным движением Юнги, упиваясь его эмоциями.       – В любом случае, профессиональные дизайнеры — это всегда полезно – комментирует спокойно мужчина, закуривая сигарету, рассматривая подписанные Кимом документы.       – Действительно – бубнит под нос, морщась от запаха табака: старается не вдыхать, чтобы тоже не захотеть курить. Ему бы сейчас не помешал никотин.       Хосок игнорирует эту реплику, погружаясь в работу, а Юнги скучающим взглядом проходится по виду за стеклом: люди мельтешили на разных этажах, кто то сидел за столами, а кто то бегал с бумагами, что-то печатал. Рабочий процесс разгорался во всю. Он медленно гуляет по пространству кабинета, рассматривая детали, уводя руки за спину. Чон изредка кидает на него взгляд, спокойно работая с документами.       – Юн, сядь, не мельтеши – требует мужчина спокойно.       Мин хмыкает и дуется, но послушно садится на кресло. Он вздыхает, достает из кармана ключи и рассматривает их с упованием, окончательно успокоившись.       Чон ухмыляется с этого, черным взглядом скользит по мятной фигуре, черти внутри начинают просыпаться от вида мятной послушной сладости. Он отстраняется от стола и откидывается на спинку кресла, выпуская дым из легких, тушит сигарету. Резко встает с места, поправляя мебель, подходит к Юнги, цепляет его на руки, и идет на выход из кабинета.       – Эй, что ты делаешь? – от неожиданности Мин вздрагивает, брыкается, цепляясь за плечи, удивленно смотрит прямо в глаза, что были так близко.       Чон ловит карий взгляд, рассматривая лицо парня, вспоминая ту редкую, сложную эмоцию, которую почувствовал рядом с ним. Хрупкое тело органично смотрелось в руках, как будто было создано для лап монстра. Хосок обводит взглядом парня, несет его на первый этаж под удивленные и испуганные взгляды работников. Но когда Чону было дело на мнение и реакции людей. Он опускает Юнги только на парковке.       – Скоро твой личный час. Поэтому поехали на пустырь в Южный район. Там много дорог, свободных в этот час. Насладишься скоростью по полной, – спокойно информирует Чон, кивая на часы.       Юнги расцветает, забывая и о фарамцевте, и о его кукле Барби, и о ревности к Чону. Есть только Ламба, скорость и свобода. От предвкушения сердце забилось чаще. Мин полетел к двери, разблокировав ее с кнопки.       – Так, чего же мы ждём, поехали ! – радостно бормочет парень, скрываясь за рулём.       Чон с ухмылкой садиться рядом и машина срывается с места в сторону горизонта .