Hex education

Воздух в помещении был густым от пара и витающих благовоний. Мраморные полы блестели, а в украшениях отражались солнечные блики. Ванна в центре комнаты сияла белым боком и позолоченными ножками, а лёд в ведёрке с бутылкой вина уже практически растаял. Откинув голову на край и уложив мускулистые руки на бортики, женщина с тёмной кожей и кудрявыми тронутыми сединой волосами расслаблялась под движениями тонких рук, скользящих по её плечам. Молодой мужчина за её спиной сосредоточенно и умело разминал напряжённые мышцы. Периодически он отходит, чтобы поменять влажное полотенце, закрывающее глаза дамы. Она вслепую тянется к бокалу, стоящему рядом на столике, и мужчина с готовностью подвигает его ближе, чтобы тот попал точно в сильную ладонь. В этот момент их пальцы соприкасаются, отчего оба чувствуют разряд тока, только усиливающий сладостное томление. Женщина прокатывает часть вина во рту, ощущая насыщенный букет, а затем делает глоток. Проводит кончиком языка по ярким губам, а затем, возвращая бокал на место, скалится в ухмылке. Даже с закрытыми глазами знает, что мужчина непроизвольно повторил её движение, смочив собственные полные губы. Тонкие руки вернулись к своему занятию, уже не разминая, а просто поглаживая. Теперь они ненавязчиво пытались спуститься ниже, однако доходили лишь до кромки воды, тут же возвращаясь назад. Женщина убрала полотенце с лица и поднялась, выходя из ванны во всей своей нагой красе. Стекающие струйки воды очерчивали мускулы, а на губах дамы играла задумчивая улыбка. Она приблизилась к мужчине, и ему пришлось забрать голову, чтобы не потерять зрительный контакт. Рука женщины прошла по его щеке, и он прикрыл глаза, подаваясь к ласкающей ладони. Женщина удовлетворённо кивнула и направилась к кушетке, расположившись с удобством и подхватив по пути бокал с остатками вина. Мужчина поднёс ей полотенце и халат, но дама только откинулась на спинку и раздвинула ноги, открывая взгляду блестящую от влаги промежность. Мужчина тут же опустился на колени между мощных бёдер и, глазами попросив разрешения, провёл руками по ещё влажной и горячей после ванны коже. После чего наклонился, сразу проводя языком по нежным складкам. Грудь женщины вздымается всё чаще, и она поощрительно проводит рукой по волосам мужчины, пока тот уже проникает внутрь языком, задевая нужные чувствительные точки. Во влагалище проникает сперва один палец, и почти сразу же — второй. Они сгибаются и разводятся в стороны, стимулируя чувствительные стенки. С губ женщины срываются громкие вздохи — она открыто наслаждается — как ласками, так и сама собой. Она проводит пальцами по его волосам и слегка оттягивает тёмные пряди. Он стонет, посылая по телу женщины приятную вибрацию, и проникает в неё глубже. Она тянет ещё, зная, как мужчине это нравится, как он любит доставлять ей удовольствие — настолько, что и сам может кончить в процессе без дополнительной стимуляции. Он проводит свободной рукой по её бедру, и нежные касания ярко контрастируют с быстрыми движениями внутри. Она ощущает, как приближается чувственная волна и запрокидывает голову, прикрывая глаза от наслаждения. Мужчина даёт ей прийти в себя, смакуя остатки удовольствия и вина. Затем вытирает тёплым полотенцем влажную кожу, подносит лёд и фрукты, но женщина отмахивается. Накидывает халат и проходит вглубь помещения. Через полчаса Амбесса Медарда уже направляется на совещание. Секретарь спешит за ней, на ходу сверяясь с записями о назначенных встречах. В этот раз она подходит к двери точно в назначенное время, а не царственно задерживается. Останавливается, чтобы поправить причёску, и слышит негромкий разговор. — Все знают, что она держит его возле себя только из-за этого. На должность секретаря можно нанять кого угодно — не велика работа... и ответственность. — А вы думаете, почему к ней часто нельзя записаться на приём в рабочие часы? Послышался дружный вздох. — Да, ей всегда нравились такие... мальчики... — Угу, с каждым разом всё моложе. — Думаете, настанет время, когда она и со студентами?... Проректор постаралась мысленно отстраниться от этого. При должной степени сосредоточенности любые слова становились просто фоновым шумом. Она напомнила себе, что выше всех этих сотрудников. Кстати, во всех смыслах. Она отлично выполняет свою работу, её боятся и уважают. Остальным никогда не достичь подобного и, уж тем более, не занять её место. Мужчина с непроницаемым лицом стоял рядом и просматривал бумаги, тактично делая вид, что ничего не замечает. Амбесса подала ему знак, что готова, и с решительным "Добрый день, коллеги" открыла дверь.

***

Корин Ревек проводил до двери очередного пациента и вернулся за стол. Следующий сеанс был назначен через полчаса, и врач размышлял, просмотреть ли сначала нужные материалы или сделать кофе. В итоге желание насладиться горячим крепким напитком всё-таки победило, но до кофеварки он так и не дошёл. Зазвонил телефон, и Ревек с тоской взглянул на экран, сразу же идентифицировал нарушителя, вздохнул и, прикинув, перспективы, выругался. — Корин Ревек, — ответил он привычным врачебным тоном. — Будем знакомы, — саркастично усмехнулись на том конце. — У меня сейчас рабочее время, — терпеливо напомнил Корин. — Так я тебе и не как другу звоню, — объяснил Силко, — а как мозгоправу. Раз ответил, клиента сейчас нет? — Нет, — нехотя признал врач, — но будет через... — Да я ненадолго, — перебил его друг. — В общем, ситуация такая…

***

Виктор направлялся к дому после дня, полного занятий, консультаций и мыслей о Джейсе Талисе. И ничего не подозревал. Зайдя в гостиную, он увидел опекуна, который неподвижно сидел за столом, задумчиво барабаня по нему пальцами. Рядом с ним стояла кружка с остывшим нетронутым кофе. Виктор с сомнением на него прищурился. Неужели клиенты довели? — Привет... — осторожно сказал он. — Что-то... что-то случилось? Корин перевёл на него расфокусированный взгляд. И потёр пальцами висок, будто борясь с головной болью. — Да как обычно, — он махнул рукой, — клиенты... со своими проблемами. — Если не получается разобраться, можешь рассказать, — предложил Виктор, тоже устраиваясь за столом. Ревек усмехнулся. — А как же врачебная тайна? — скорее для проформы спросил он. Виктор фыркнул. Когда Корин ещё работал психиатром, он часто рассказывал о необычных случаях с пациентами. Имена сперва не называл, но потом понял, что Виктору они всё равно ничего не скажут. Тот же слушал всё с нескрываемым научным интересом, задавал вопросы, запоминал подробности и потом даже применял некоторые психиатрические приёмы на практике. Когда Ревек переквалифицировался в сексолога и стал проводить консультации в собственном доме, Виктору пришлось не раз столкнуться со смущёнными клиентами. Некоторых он знал или хотя бы слышал о них — пока новый "бизнес" Корина ещё не разросся, его находили исключительно по знакомству, поэтому посетители обычно вращались в одних и тех же кругах. Виктора вся эта ситуация забавляла, однако, когда к Ревеку стали обращаться всё более высокопоставленные личности, он всё-таки посоветовал врачу сделать второй выход — если клиенту захочется остаться незамеченным или на случай непредвиденных ситуаций. Но избавиться от привычки обсуждать пациентов Корин уже не мог. Да и не хотел. Виктор был образцовым слушателем — внимательным и заинтересованным, образованным и готовым получать новые знания. А со временем и сам смог формулировать определённые советы. И, конечно, Ревек был уверен, никому эту информацию не собирался передавать. — Это какой-то парадокс, — начал Ревек. — Довольно часто пациентам хватает двух-трёх сеансов, чтобы разобраться с одной проблемой. Если не нужно непосредственное медицинское вмешательство, конечно. Просто я стараюсь заставить их думать. Когда понимаю, что кто-нибудь приходит просто от скуки, выгоняю после четвёртого. Виктор кивнул. Принципы опекуна он знал хорошо. — Но эти двое... — со вздохом продолжил Корин. — То вместе, то по очереди... Я понимаю, что мы друзья, но они-то приходят в рабочее время и требуют профессионального подхода. Виктор начал догадываться, о ком речь, но, раз уж тайны не было, решил уточнить. — Ты про... — Силко и Вандера, конечно, да, — врач усмехнулся и стал понемногу раскачиваться на стуле, отталкиваясь от стола. Виктор снова кивнул. Он помнил, что Ревек рассказывал, как все они ещё во время учёбы общались в одной компании. — У них с самого начала отношений были некоторые... противоречия. Казалось бы, с разными взглядами на жизнь они то отлично дополняли друг друга, то ссорились так, что стены "Последней капли" дрожали. У меня было несколько предположений о выбросах эмоций каждого в конкретном случае, возможной сублимации, травмах... Но с частью они разобрались сами, потом посоветовались со мной пару раз... — он устало провёл рукой по лицу. — А вот когда я начал усиленно заниматься сексологией, — он махнул рукой так, что стул на секунду завис на задних ножках, — понеслось! Виктор слушал с нескрываемым интересом. Рассказы врача о знакомых всё же чаще походили на лекции, чем на сплетни. — Ты знаешь, сколько они уже в браке? Виктор покачал головой: — Нет, откуда? — Вай и даже Джинкс, на удивление, и правда не распространялись о своих приёмных отцах. — Двадцать лет! — Корин воздел руки к потолку, качнулся на стуле и чуть не опрокинулся назад. Потом вернул равновесие, но на следующей фразе завалился вперёд, почти касаясь головой стола. — И каждый раз два здоровых мужика не могут решить, кто будет доминировать в постели! Даже до серьёзной драки несколько раз доходило, — он задумался. — Именно так, кстати, они узнали, что у Силко есть кинк на удушение. Виктор нахмурился: если всё и так очевидно, при чём тут он и почему врач дошёл до такого состояния? — Они были моими первыми клиентами, — поделился Корин. — И до сих пор остаются постоянными, но… нет, ну это невозможно! Мне надо выпить. — Тебе нельзя, — напомнил Виктор. — Точно. Тогда ты налей себе, я посмотрю, как ты пьёшь. — Я не пью. — Точно! Ужас-то какой… — А в чём, собственно, проблема? — спросил Виктор. — Во-первых, смена ролей — это вполне себе нормальная практика, что в БДСМ-отношениях, что в обычных… — Ты это МНЕ рассказываешь?! — возопил сексолог. — Да я каждый сеанс миллионом разных вариантов это повторяю! А они приходят снова и снова, и каждый раз… Дескать, “мы устроили романтический вечер, а когда он наконец-то прижал меня к кровати, я понял, что он как-то много себе позволяет”. — И это, — парень решил включиться в работу, — каждый раз заканчивается прерванным актом? — А кто сказал, что они прерываются? — Ревек почесал лысый затылок. — Просто в процессе они выбивают друг из друга всё, что можно. Правда, периодически умные мысли, преследующие их, всё-таки догоняют. Тогда они приходят вместе, благодарят и утверждают, что всё поняли. Какое-то время не появляются, а потом — опять… — А... — Выгнать их, как ты понимаешь, я не могу. Во-первых, как врач — проблема же вроде есть, во-вторых, как друг — тут понятно... Но периодически кажется, — он подозрительно прищурился, — что они всё-таки просто издеваются надо мной! Возможно, это их игра... Или вдруг подсознание как-то связало их жизнь с моими консультациями, и обоим кажется, что это неотъемлемая часть их отношений... — Но почему просто не отправить их к другому врачу? — задал кажущийся очевидным вопрос Виктор. — Новые обстоятельства, формулировки. Они получат либо другое мнение, и тогда будут что-то решать, либо такое же, что поможет им убедиться в логике твоих слов. — Да не хотят они к другому идти, — Ревек, наконец, вспомнил про остывший кофе и потянулся к нему, — то профессионализмом отговариваются, то недоверием к кому попало... Корин замолчал и отпил кофе, а его взгляд заскользил прямо к Виктору. Врач наклонил голову и нахмурился, рассматривая парня, будто видел его впервые. — Может, найдёшь кого-то, кто им подойдёт, — предположил тот. — Да, — взгляд Ревека внезапно прояснился, будто он только что нашёл решение сложной задачи, — возможно.

***

Весь колледж взбудораженно гудел. Наконец-то настал день финала студенческого чемпионата. Виктор, проходя по коридору и глядя на обилие баннеров, раскрашенных в цвета сборной лиц и слыша отовсюду кричалки, удивлялся такому количеству фанатов футбола. Возможно, дело было в том, что игра предстояла со сборной вуза из Ноксуса, которая вырвала кубок прямо из-под носа в прошлом сезоне. Нельзя сказать, что о вражде команд ходили легенды, но отыграться всё-таки хотелось. Мимо промчался взволнованный Джейс. Виктор вообще заметил его только потому что, к своему неудовольствию, обычно автоматически искал в коридорах. Однако Талис тоже его увидел. Развернулся и поспешил обратно. — Вик! Тот закатил глаза. Джейс остановился напротив и, немного помявшись, спросил: — Ты ведь... придёшь на игру? Он попытался заглянуть Виктору в глаза. Тот позволил поймать свой взгляд. Вопрос был глупым — он не только пообещал прийти, они даже договорились встретиться после. Видимо, Талису было нужно что-то другое. В золотых глазах напротив он искал спокойствие, уравновешенность и уверенность в собственных силах. А Виктор не мог отказать этой, пусть негласной, просьбе о помощи. Ну, или этим щенячьим глазкам. — Конечно, — как можно мягче ответил Виктор, — не могу пропустить вашу грандиозную победу. Зелёный с золотыми крапинками взгляд напротив блеснул. Лицо Талиса засветилось улыбкой и он придвинулся ближе, будто прямо тут собирался... — Спасибо, — тихо сказал он и с усилием отстранился. Виктор, сердце которого опасно дёрнулось, покачал головой, мягко улыбнувшись. — Да не за что. Вы действительно этого заслуживаете. Талис будто хотел сказать что-то ещё, но только быстро кивнул и скрылся в толпе.

***

Однако до матча оставался ещё целый день, и Виктор, в отличие от некоторых, не собирался тратить его на постоянное волнение. После занятий он направился к "офису", где принялся ждать клиентов. Он планировал и некоторые задания ещё успеть сделать до вынужденного вливания во всеобщее безумие. Первой в этот день была уже знакомая клиентка. Она каждый раз жаловалась, что он ей ничем не помогает, но при этом регулярно возвращалась. Платила почему-то протеиновыми батончиками, которые Виктор с успехом скармливал Джейсу. — Понимаете, мой парень, он опять... хочет наряжаться в какие-то костюмы для секса. Вестник вздохнул. — Вы можете предложить ему альтернативу. Хотя бы чередовать обычную близость с нестандартными вариантами. — Но, послушайте, в этот раз он заставил меня выучить текст сцены из какого-то фильма! Виктор приподнял бровь. Ладно, это хоть что-то новое. — И... как Вам? — Ну... — она запнулась, — в этот раз было даже ничего. — Так Вам понравилось? — уточнил Вестник. — Нет... да... не знаю... возможно. — Так а в чём тогда вопрос? — Так же... не должно быть? — с сомнением спросила клиентка. — Раньше меня это пугало и смущало, а теперь... как-то привычно уже? — Да нет, это нормально. Возможно, Вы нашли в этом что-то для себя. Но всё-таки подобные вопросы решаются обсуждением, — напомнил Виктор. — Всё с Вами понятно, — в очередной раз осталась недовольной девушка. Только Виктор успел раскрыть взятую с собой книгу, как у двери послышались решительные шаги. Конечно, в этом не было ничего необычного, но почему-то парнем овладело странное предчувствие. — Есть тут кто? — раздался голос проректора по воспитательной работе, и Виктор ощутил, как земля уходит из-под ног. "Вот и всё, — с тоской подумал он, — во всяком случае, это было весёлое время, да и опыта практического принесло немало. Возможно, после отчисления смогу как-то помогать Корину". За шумом в ушах он еле услышал следующую фразу Медарды. — Вы вроде называете себя Вестником, так? — она с лёгкостью могла определить, где он находится, но предпочитала не замечать и бродила из стороны в сторону, превращая осколки стекла и плитки, покрывающие пол, практически в пыль. — Хотелось бы... посоветоваться. Если у Вас не очень плотный график. Виктор вздохнул и потёр холодные ладони друг о друга. Выйти незамеченным он всё равно не мог. А то, что его до сих пор не раскрыли, всё-таки давало некоторую надежду. Он поправил модулятор и понадеялся, что голос не будет уж слишком сильно дрожать. — Д-да, конечно. У каждого клиента есть минимум полчаса. Остальные не могут войти, пока он не закончит. — Отлично, — женщина прошла в соседнюю кабинку. — Дело вот в чём. Я... кхм. Кем бы Вы ни были, Вы в любом случае знаете, кто я. На мне лежит большая ответственность по поддержанию должного уровня учебного заведения. Однако некоторые... коллеги стремятся подорвать мой авторитет, основывая свои... домыслы на непроверенных фактах. Вестник начинал понимать, к чему она ведёт, и его глаза расширялись всё больше с каждым словом. — Да, мой секретарь и я действительно... ну, назовём это "встречаемся". Официального запрета на служебные романы нет, Хеймердингер, этот старый сводник, придя к власти, упразднил его до лёгкого предупреждения. Он-то понимает, что если все совершеннолетние, и в рабочее время ведут себя подобающе, проблем не возникает. Но многие считают, что мой...мужчина, то есть, секретарь добился своей должности через постель. Хотя на самом деле всё было наоборот. Глаза Виктора уже грозили выпасть из орбит. "Не хотите же Вы сказать, что сами получили должность через..." — едва не произнёс он. — ...в том смысле, что мы встали встречаться уже после этого, — договорила Амбесса. — Я бы и доказательства предоставила, но это ведь считается неприличным. Да и, — спохватилась она, — ниже моего достоинства. Затем вспомнила ещё об одном аспекте и продолжила: — Да, мой типаж немного специфический. Молодые мужчины со светлой кожей, тёмными волосами и тонкими чертами. Обладающие приятным голосом и, — она усмехнулась, — умелыми пальцами. Виктор покраснел. Затем побледнел. Если не вдаваться в подробности, под это описание подходил даже он. — Он выглядит очень молодым и даже неопытным, но, поверьте, обладает впечатляющим количеством полезных навыков. Вестник в шоке открывал и закрывал рот, не понимая, требуется ли от него вообще как-либо реагировать. — Профессиональных навыков, разумеется, — добавила она, и Виктор недоверчиво выдохнул. — Отлично запоминает или успевает быстро записывать имена и даты, разбирается в тайм-менеджменте и составлении документов. Она замолчала. Вестнику пришла малодушная мысль сделать вид, что его тут нет. И следом — ещё хуже. "Ну почему Джейса тут нет?" Конечно, Талис был со своей командой, готовился к матчу. Но Виктор эгоистично хотел, чтобы тот сейчас был с ним и приносил спокойствие одним своим присутствием. Виктор отбросил мысль написать ему сообщение и попросить о помощи. Вместо этого стал делать то, что, по его мнению, получалось у него лучше всего — думать. — А как это сказывается на ваших отношениях? — осторожно спросил он. — На отношениях с... — Амбесса запнулась. — Я... как-то... как-то даже не задумывалась. То есть, он знает о ситуации, но никак особо не реагирует. Думаю, его это не особо волнует. Пока коллеги только распускают слухи, ничего не предпринимают. Вернее, ничего сделать и не могут, ведь никакого фактического нарушения не происходит. — Но вы разговаривали об этом с ним отдельно? — уточнил Вестник. — Нет, не хотелось заострять внимание, мне ведь нужно быть сильной. Я сама не до конца понимаю, это меня и правда сильно беспокоит или просто хочется найти хоть какой-то нормальный конфликт. У вас тут так... скучно, спокойно, буквально стерильно. Конечно, борьба с Зауном добавляет некоторого огня. Но... всё же не то, что в Ноксусе. Виктор сжал кулаки. Значит, борьба за независимость, воимя которой полегло столько людей, для неё просто игра?! Он вздрогнул. У Медарды было достаточно средств и влияния, чтобы в реальности развязать гражданскую войну просто для собственного развлечения. "Так, спокойно, — сказал он себе, — она же в проректор по воспитательной работе. Если бы вместо дисциплины она сеяла вражду, об этом точно было бы известно. А Заун и Пилтовер, как и их представители, не любят, когда вмешивается кто-то посторонний. Вряд ли позволят так легко повлиять на устоявшийся порядок". — Думаю, Вам следует обсудить ситуацию с партнёром. Всё-таки, это непосредственно касается вас обоих. — Да, тут Вы правы. Но есть ли какой-то способ решить эту проблему? — вопрос звучал вежливо, но за ним стояло явное требование. Если бы это был обычный клиент-студент, Вестник бы уже давно напомнил, что специализируется на сексологии, а не психологии отношений, уж тем более, не отношений в коллективе. Но с Амбессой даже ректор рисковал спорить весьма редко. Одним своим появлением женщина создавала атмосферу конфликта, в котором заранее могла иметь преимущество. Виктор и сам не знал, как в прошлый раз ему удалось заговорить её. Но дважды такой номер явно проходить не будет, к тому же, есть риск себя выдать. — Если ваш партнёр действительно профессионал, как... секретарь, он мог бы перейти в другой отдел? Если слухи основаны конкретно на столкновении ваших рабочих отношений с личными, есть вероятность, что подобный шаг как раз снизит накал. Это не значит, что вы должны игнорировать друг друга на работе, так коллеги ещё больше заинтересуются. Скорее, установить более чёткую границу между работой и личной жизнью, как бы банально ни звучало. Если вы сами почувствуете это разделение, то и окружающие начнут воспринимать ситуацию по-другому. — Вы же понимаете, что быстро перейти на другое рабочее место не так-то просто? — с сомнением спросила Медарда. — Даже в одной организации, где все знакомые. Придётся потянуть за множество нитей, и не факт, что от этого всё не станет более подозрительным. — Это всего лишь один из вариантов, — напомнил Вестник. — Я даю советы, исходя из анализа ситуации по известным мне фактам. А Вы уже решаете, как применять и применять ли вообще то, что я говорю. И Вам ситуация, так или иначе, известна лучше. Многие аспекты я могу не учитывать в выводах. Однако... — он задумался, — ходят слухи, что ректору Хеймердингеру нужен помощник, так что, возможно... — Но ему нужен кто-то из учёных, — отмахнулась Амбесса, — сомневаюсь, что навыки секретаря его удовлетворят. Тем более, старик как обычно хочет дать шанс какому-то студенту проявить себя. Тому же Виктору, который вроде какие-то там очень важные работы пишет... Вестник замер. Он... что? Кто-то, пусть и иронично, считает его деятельность небесполезной? Он почувствовал, как задержал дыхание перед следующей фразой женщины. — Впрочем, — она спохватилась. — попробовать не мешает. Виктор слабо её слышал из-за шума в ушах. Всю жизнь он боролся за то, чтобы с ним считались. С его мнением, знаниями, иногда — хотя бы существованием. И теперь кто-то наконец-то… — Вы ещё там? — напомнила о себе проректор. — Да-да, — Вестник кивнул, будто забыл, что она не может его видеть. — Думаю, какие ещё варианты можно Вам предложить. — Не берите в голову, — отмахнулась от его Медарда. — Основную идею Вы донести смогли, и я признаю её здравой. Вопрос реализации уже полностью лежит на мне. Что ж, — она двинулась к двери, — вынуждена признать, разговор с Вами оказался на редкость полезным. Полезнее, чем общение со многими коллегами. — Ох, я... — Виктор даже растерялся, он даже легенд не слышал о случаях, где проректор кого-либо хвалила, — просто помогаю людям. — Вот только этого не надо, — она внезапно направилась обратно и постучала в стенку. Виктор дрожащей рукой отодвинул заслонку и принял несколько купюр. Посмотрел на номинал, и его глаза округлились. — Что Вы! Это слишком... — В самый раз. Считай, на развитие твоего бизнеса, — хохотнула женщина, — ну, или можешь купить хорошего вина, чтобы пригласить на свидание своего собственного... партнёра, такое я тоже одобряю. Не всё же отношения других обсуждать… Не успел он среагировать, как хлопнула входная дверь. Виктор снял модулятор и попытался глубоко вздохнуть. Мысли скакали, бились внутри черепа, никак не желая приводиться в порядок. Он как будто даже не знал, о чём думать и волноваться в первую очередь. Вся ситуация могла как грозить его деятельности, так и открывать новые горизонты. Это всё были домыслы, но ведь даже сам факт прихода Медарды был практически фантастическим случаем. Талис, конечно, поверит, но просто потому что любит подобные ситуации... Виктор провёл рукой по лицу. "Ладно, — сказал он себе, — пока ничего ещё не изменилось. И это не слишком быстрый процесс, можно успеть что-то придумать" Тем временем у двери снова раздались тяжёлые шаги. Уже другие, но, тем не менее, странные. Виктор снова затаился. Он заметил в щели под дверцей большую тень, которая загородила вход. Посетитель буквально не вмещался в проём и, кряхтя, повернулся боком, чтобы протиснуться. Виктор не понимал, что могло явно не студенту и даже не работнику колледжа тут понадобиться. Первой мыслью, конечно, было что за ним всё-таки пришли, но тогда они бы явно объявили себя. — Добрый... день? — раздался низкий мужской голос, смутно знакомый. Виктор нахмурился, пытаясь вспомнить, откуда мог его знать. Затем спохватился и надел модулятор, чтобы ответить. — З-здравствуйте, — казалось, голос не переставал дрожать ещё с разговора с Медардой. — Вы тут даёте советы насчёт... интимной жизни? — поинтересовался мужчина. — Да, вроде того. Я — Вестник. — У меня тут такое дело... — мужчина помялся и прошёл дальше вглубь небольшого помещения. Если под ногами Амбессы осколки, устилающие пол, стирались в пыль, то под этими шагами просто расплющивались. — Мы с моим мужем... уже давно вместе и, вроде как, хорошо знаем друг друга. — Так, — решил Виктор заполнить паузу. — Но... в постели у нас появляется, как это говорится, проблема распределения ролей... Он всегда обладал властным характером и авторитетом, — он помолчал, но затем торопливо добавил: — Мне он таким и нравится. Да и вообще любым, конечно, но... в постели он просил чего-то другого. Я гораздо больше по размеру, — он издал смешок, — и мне не сложно... У Виктора ещё в самом начале начали закрадываться смутные подозрения, и с каждым словом они подтверждались. Доктору Ревеку предстояло многое объяснить. — ...иногда проявлять силу больше. Ну, знаете... — не похоже было, что он смущается, скорее, не может подобрать слова, — удерживать так, чтобы он действительно не мог вырваться при желании, держать на весу, придушивать... слегка... — Да, вполне распространённые практики, особенно если партнёры отличаются в габаритах, — Виктор очень старался не подумать в этот момент о сильных руках Талиса. — А также явление, когда человек, жёстко всё контролирующий в обычной жизни, в постели хочет отдать власть другому. В таких случаях важно доверять партнёру, а доминирующему — внимательно относиться, считывать сигналы о возможном дискомфорте и вовремя спрашивать или останавливаться. — Вот-вот, — оживился клиент, — в том-то и дело. Когда я вижу, что малость переборщил, сразу же останавливаюсь. А он злится, шипит и требует продолжить. Я... боюсь за него. — Может, он и правда может выдержать больше, — предположил Вестник, — но, — добавил он значительно, — если это некомфортно уже Вам, нужно точно так же говорить, в этом нет ничего плохого или странного. В конце концов, если Вы любите своего партнёра, логично, что Вы не хотите причинять ему реальную боль. И не забывайте, что секс, по своей сути, должен приносить удовольствие всем участникам процесса. — Это всё хорошо, конечно. Но бывают моменты, когда я перебарщиваю по собственному желанию. Или неправильно рассчитываю, чего он хочет на данный момент, — повинился мужчина. Виктор нахмурился. Что-то не складывалось. Но догадка всё же была. — Вы в принципе обсуждаете процесс до его начала или полагаетесь исключительно на ощущения? — Да, тут такое дело... — замялся клиент. — Нам уже советовали проговаривать всё заранее, но когда страсть накатывает, как-то... не до этого. Мы уже столько лет друг друга знаем, что всё должно быть понятно и так?.. — полувопросительно сказал он. — Крепкие долгосрочные отношения — это отлично, — Виктор даже улыбнулся, он почему-то был искренне рад за мужчин, хотя обычно истории клиентов не трогали. — Но ведь и предпочтения в течение жизни могут меняться. А также обстоятельства, здоровье... В целом, если вы не проводите классические БДСМ-сессии, не обязательно перед каждым разом полностью проговаривать все действия. Достаточно обсуждать это периодически. Когда собираетесь попробовать что-то новое, предложить поменять, чувствуете, что ваше состояние изменилось... — Это не значило, что мы вообще не разговариваем, — поспешил заверить его клиент. — Когда он хочет быть в ведущей роли, он довольно явно даёт это понять. В целом, слова даже не нужны — у меня от одного его вида колени подгибаются моментально, — поделился он. — И всё-таки, — не дал сбить себя с мысли Вестник, — я бы порекомендовал вам побольше выражать мысли явно. Особенно насчёт смены ролей. Поначалу вам обоим это может показаться странным или лишним, но зато избавит от ложных ожиданий и повысит уровень комфорта и доверия во время самого процесса. — Сказать проще, чем сделать, — ответил мужчина, впрочем, не огорчённо и без осуждения. — Но, так и быть, придётся пробовать. Теперь точно, — добавил он через секунду, — не зря говорил мне... впрочем, неважно, — спохватился он. Вестник не придумал, как на это реагировать. — Спасибо Вам, — добавил мужчина, — денег таких у меня с собой сейчас нет, но... вот. В дверцу что-то стукнуло, и спустя несколько секунд у Виктора в руках оказались две банки пива. — Э... — опешил он. — Спасибо, конечно, но... — Бывай, Вестник, — мужчина тяжело прошагал к выходу.

***

— Сомневаюсь, что твои клиенты забредают ко мне случайно, — сразу же начал Виктор. Очевидно было, и что опекун знает о личности Вестника и откуда взялся Вандер, соответственно. В телефонной трубке послышался смешок. И даже не один. По ту сторону телефона откровенно так ржали. Виктор закатил глаза. — У меня даже образования соответствующего нет, — напомнил он, — мало ли, что я мог ему сказать. — Так и у него голова на плечах есть, — не смутился Корин. — Я не пытался проверить тебя, просто, когда к врачам стали приходить слишком осведомлённые студенты, а бармен "Последней капли" рассказал, что они там же болтают о каком-то Вестнике, просто сложил два и два. Ты отлично справляешься, горжусь, правда. Виктор был рад, что никто не видит, как он покраснел. — А этим двоим, Силко и Вандеру, в смысле, нужен был ещё один взгляд. Они просто не воспринимают меня как врача и, видимо, считают, что во время сеансов я периодически издеваюсь... То есть, не без этого, конечно, ты же меня знаешь, — Виктор почти увидел, как Ревек ему подмигивает, — но только когда сами выходят и образов клиентов и сильно достают. — Я подумал, что меня уже накрыли, — признался Виктор. — Не волнуйся так, ничего незаконного ведь не происходит. Вы просто разговариваете, — напомнил Корин. — Ты ведь не врёшь, что у тебя есть медицинское образование, не заламываешь цену. Просто советуешь, как друг. Конечно, я волнуюсь, ведь могут быть и недовольные. Но, говорят, у Вестника есть какой-то... защитник? Виктор практически увидел его хитрый взгляд. — Да, приходит тут один иногда, — пришлось признать. — Не буду спрашивать... — И не надо. — В общем, твоя помощь оказалась неоценимой, — закруглился Ревек. — Ещё бы, — фыркнул Виктор.

***

Трибуны были забиты до отказа. Зрители сидели и на ступеньках, и теснились у выхода. Спортивное событие было слишком значимым и привлекло множество фанатов с обеих сторон. Виктору удалось урвать место с довольно выгодным обзором, но он подозревал, что тут не обошлось без предварительной договорённости. Перед матчем игроки разминались прямо на поле, и взгляд Талиса сразу же нашёл Виктора. Тот попытался ободряюще улыбнуться. Джейс выдавил нервную ухмылку и быстро благодарно кивнул. Тренировки не прошли даром, и вскоре команда Пилтоверского колледжа одержала оглушительную победу. В буквальном смысле. Виктор уже физически чувствовал свои барабанные перепонки, но радовался вместе со всеми. После того, как наконец смог пробраться к выходу со стадиона, ждал у раздевалки, ощущая чувство дежавю. Хотя в этот раз на него и правда не обращали внимания — все в радостном возбуждении встречали друзей и неслись отмечать. Наконец, Виктор получил возможность войти внутрь. Возле шкафчиков рядом с душевыми его ждал радостный Талис. Полуголый радостный Талис. — Представляешь, Вик, у нас получилось! — он буквально светился. — Да, — искренне улыбнулся в ответ тот, — ты молодец, отлично сработано с тем моментом у ворот, когда... — Да, это была моя специальная тактическая заготовка, — по мере разговора Талис приближался. — А помнишь, как... Виктор отступал спиной к стене, пока полностью в неё не упёрся, а Джейс всё продолжал подходить. В конце концов Виктор не выдержал — показательно провёл языком по губам и посмотрел так, мол, мы оба знаем, зачем на самом деле здесь собрались. Талис мгновенно всё понял. Радостное возбуждение с него не слетело, но обреклось в другую форму. Он мгновенно сократил оставшееся расстояние, впиваясь в губы Виктора, сразу же проникая языком в его рот и не давая возможности вздохнуть. — Ты хоть дверь закрыл, умник? — ухмыльнулся тот, когда смог оторваться. Талис раздражённо дотянулся до замка и повернул ключ. — Я договорился, сейчас раздевалка в полном моём... нашем распоряжении. Никто не зайдёт в ближайшее время. — Ух ты, — приподнял бровь Виктор, — целая раздевалка. И чем же ты тут таким собираешься занима-а-а-ах, Джейс! Закончить фразу ему не дали — Талис приподнял партнёра над полом с упором в стену и впился в его шею. — М-м, хорошо-о, — простонал он, на секунду отрываясь от молочной покрытой родинками кожи, — давно мы этого не делали. — Да, мх-х, — Виктор хватался руками за мощные плечи, силясь ответить что-то вразумительное, но глаза закатывались, а по венам будто струился огонь. Да, после предыдущего раза он даже сам себя не удовлетворял, чтобы лишний раз не вспоминать Джейса. И теперь организм платил за воздержание бьющим до кончиков пальцев возбуждением. Вдоволь насладившись его шеей, Талис вернул губы к губам, а руками стал спускаться по телу. Виктор принялся изучать ладонями литые мышцы его груди, наслаждаясь гладкостью и мягкостью кожи. — Хотелось бы... — Джейс потянулся к следующим пуговицам его рубашки. — Не надо, — вздрогнул Виктор. — Ты не... — У меня сейчас не хватит терпения её сложить, а если просто бросить, она будет выглядеть как из... — Ладно, я понял, — Талис решительно спустился ниже и сжал его ягодицы. Виктор отстранённо подумал, помещаются ли они в таких больших ладонях полностью. Его ремень и брюки через секунду оказались расстёгнуты. — Развернись, — хрипло попросил Джейс, — и обопрись о стену. — У тебя же есть смазка? — уточнил Виктор, впрочем, подчиняясь. — Да, да, — Джейс облизнулся, стягивая его штаны с бельём до колен. — Но сначала хотелось бы попробовать кое-что. Ты ведь не против? С этими словами он опустился на колени. — Что ты... — начал Виктор, испуганно обернувшись и едва заметно поморщившись от боли в спине. — Я же обещал, помнишь? — Талис, глядя снизу вверх, выглядел пьяным. — Язык и пальцы. Или ты не хочешь? — Я... — Виктор замялся. Конечно, он знал, зачем его позвали, поэтому и кишечник очистил, тщательно помылся и побрился, но... после этого проходил полдня, да и вообще... — ...это мало кому нравится. — Ты против? — уточнил Джейс, сразу же отступая. — Я имел в виду, мало кому нравится это делать, — уточнил Виктор. — Но я хочу, — уверенно сказал Талис. — Если что-то не получится, у нас есть ещё много вариантов. Главное, чтобы ты был согласен. Без этого, разумеется, ничего делать не буду. — Ладно, — Виктор отвернулся и упёрся головой в сложенные на стене руки. — Я не против, если тебе нормально. Больше Джейс не разговаривал. Он сжал пальцами бледные ягодицы, развёл их в стороны и оглядел "фронт работ". Затем осторожно коснулся сжатого кольца мышц кончиком языка, услышав сверху дрожащий выдох. Провёл уже смелее, смачивая сфинктер полностью. Устроился поудобнее и стал водить круговыми движениями, постепенно надавливая. Пальцы в это время сжимали ягодицы, не оставляя явных следов, но добавляя более ярких ощущений. С губ Виктора сорвался первый стон, и Талису пришлось на секунду оторваться, чтобы поправить собственный член в штанах. Затем он облизал указательный палец и стал водит по кругу вместе с языком. Вскоре мышцы легко пропустили его внутрь. Виктор терялся в ощущениях. Было и влажно — не как от смазки — и немного стыдно и нереально горячо. Талис явно знал, что делает (Виктор отгонял от себя мысли о том, где и с кем тот набирался опыта), ведь добился расслабления мышц путём не банального растяжения, а приятных ощущений, благодаря интенсивности которых Виктор не чувствовал дискомфорта — только желание получить ещё больше и глубже. — А можно... ещё? — наконец, сформулировал он. — Да, сейчас, сейчас... — Талис добавил слюны и заскользил уже двумя пальцами вместе с языком. Мышцы раздвигались с бОльшим трудом, но стоило кончиком одного пальца найти простату, легко пропустили и второй. Виктор ахнул и выгнулся, сам испугавшись собственного звука и смутно вспоминая, что спина и нога за такое спасибо не скажут. Но то будет потом. Сейчас же он двигался, чтобы усилить давление на чувствительную точку. Кожу опалило горячим дыханием. — Тише-тише, не дёргайся, я всё сделаю, — Джейс согнул пальцы, разминая мышцы и одновременно потирая простату. От следующего звука со стороны партнёра он тоже застонал, посылая вибрацию по его телу. Третий палец прошёл легче и теперь Талис ритмично давил на простату, выбивая из Виктора стоны, переходящие в крики. — Я... — ноги Виктора тряслись, руки уже из последних сил цеплялись за стену, и он не понимал, хочет, наконец, достичь оргазма или чтобы это не заканчивалось. Но, тем не менее... — Я... я сейчас... — О нет, милый, ещё рано, — Джейс отстранился, лаская менее интенсивно, а одной рукой роясь в своих вещах. Всё-таки стоило выставить всё необходимое заранее. Наконец, он нащупал нужные тюбик и пакетик. Поставил их на лавочку и поднялся, с трудом разгибая затёкшие ноги. — Ты как? — Талис осторожно прикоснулся к дрожащей худой спине. — Хорошо... то есть... очень хорошо... — поправился Виктор. — Но больше я так стоять не смогу. — Ох, прости, я не... — Ничего, — Виктор, наконец, повернулся, и его подхватили сильные руки. — Оно того стоило. — Правда? — О, да! — Что ж, — смущённый смешок Джейса звучал максимально странно в данной ситуации, — я рад. — Продолжим? — Да, если хочешь, — Джейс подхватил смазку. — Но тебе придётся меня держать, — напомнил Виктор. — С радостью, — Виктор положил руки ему на плечи, а Талис поудобнее обхватил его одной рукой за талию, чтобы другой провести между ягодицами. Всё-таки, одной слюны было недостаточно, лубрикант нужен в любом случае. Виктор не возражал. Он не пытался насадиться, просто жмурился от особо приятных движений. — Готов? — Талис надел презерватив и покрыл смазкой и свой член. — Давно, — с шальной улыбкой ответил Виктор. Он не успел спросить, как действовать дальше — Джейс просто подхватил его руками, окончательно отрывая от пола и притискивая к стене. Член пришлось направлять самому Виктору, но тот и не возражал. От осознания своего подвешенного и буквально нанизанного положения его прошило такой волной возбуждения, что стало трудно дышать. — Порядок? — уточнил Талис дрожащим голосом. Он ощущал манящий жар чужого тела и с трудом сдерживался, но не мог не спросить. — Да, более чем, — Виктор видел, каких усилий Джейсу стоит сдержаться, ведь, внезапно осознал он, тот с самого начала совсем не уделял внимания себе. — Давай уже. Дважды просить не требовалось. Найдя удобное положение, Талис уже не останавливался, только наращивая темп, выстанывая бессвязные слова партнёру в шею и слепо ища его губы своими. На особо глубоком толчке Виктор вцепился короткими ногтями в плечи и спину Джейса. Но тот, казалось, не возражал, и даже стал двигаться активнее. — Ты... — Да, я... скоро... А.... — Я тоже... Талис задрожал на особо глубоком толчке, и Виктору хватило этого, чтобы сорваться следом. Тело окончательно отказалось подчиняться, поддавшись ошеломляющему удовольствию, и Виктор очнулся уже сидя на скамейке, куда его осторожно опустили. Джейс глубоко дышал и довольно улыбался рядом. Затем внезапно посмотрел серьёзнее. — Как нога? — обеспокоенно спросил он. Виктор, сейчас слишком восприимчивый к таким намеренно искренним взглядам, отвернулся. — Нормально, не беспокойся. Он хотел как можно быстрее отмахнуться, чтобы не повторить прошлой ситуации. Но у Талиса было своё мнение на этот счёт. Он снова стёк на колени и нагло прошёлся горячими ладонями по правой ноге Виктора, бесцеремонно задирая штанину. Сразу же стал массировать нужные точки, будто с прошлого раза запомнил всё наизусть. Виктор хотел было возмутиться, но желанное облегчение пришло довольно быстро, и осталось лишь благодарно кивнуть. Они привели себя в порядок, Виктор взял свои вещи и трость. Талис почему-то выжидающе на него смотрел. — Думаю, теперь ты можешь присоединиться к своим, чтобы отметить победу, — напомнил Виктор. — Но я хотел… отметить с тобой, — проникновенно взглянул Талис. То, как это прозвучало, резануло по сердцу, ведь Виктор явно слышал там то, чего не было. Усилием воли он натянул на лицо ухмылку, прежде чем обернуться. — Так мы ведь уже, — он поиграл бровями, — отметили. Иди-иди, — Виктор развернулся к выходу, опираясь на трость, — тебя, должно быть, уже заждались. Уходя, он не увидел, как внезапно опустились плечи Джейса и погрустнел его взгляд.

***

Амбесса Медарда восседала на кушетке с бокалом вина. Её партнёр в очередной раз подготовил всё для идеального вечера. — Слушай, милый, остановись на минутку. — Да, — мужчина посмотрел на неё, готовый внимать. — Насчёт ситуации перед совещанием... — она запнулась, — да и вообще, что ты думаешь о слухах о нас? В том плане, что наши отношения, по мнению коллег... мешают работе. — Это просто слухи, — ответил мужчина. — А никаких нареканий по поводу, непосредственно, рабочих обязанностей я не слышал. — То есть... тебя это не раздражает или... вообще никак не волнует? — уточнила женщина. — Я сосредоточен исключительно на своих обязанностях, — пожал тот плечами. — Однако если это волнует ТЕБЯ, готов к содействию. Всецело. Иногда Медарду пугала такая готовность следовать за ней куда угодно. Но это же и восхищало. — Вероятно, если ты не будешь именно моим секретарём, мы не будем и на работе находиться в непосредственной близости, тогда сплетники просто потеряют интерес, — осторожно предложила женщина, внезапно пугаясь возможной реакции. — Я, — на подвижном лице отразилось замешательство, — мог бы. Постараюсь найти вакансии или узнать... — Не обязательно уходить из колледжа, — предупредила Амбесса. — Конечно, я не могу обещать устроить тебя к кому угодно, нет у меня такой власти. Но ректору, например, помощник не помешает. Или другим проректорам. Также часто не хватает методистов, думаю, твои способности там бы пригодились. — Я... хорошо, — он улыбнулся. — Если тебе так будет спокойнее. И всё-таки Медарда не могла устоять перед абсолютным этим подчинением в его глазах. Через неделю, подходя к двери зала для совещаний вместе со своей новой секретаршей, — та была довольно молодой, но исполнительной, и быстро училась — она слышит: — Ой, а вот Хеймер не зря последнюю неделю эдак усы приглаживает. Что-то назревает... — Да Вы слишком много внимания уделяете усам ректора. Скоро погоду по ним предсказывать начнёте. "И правда переключились на другое, — хмыкнула Амбесса. — Неужели сработало?"