Лебедь и тигр

Глава двадцать пятая Ночь выдалась тревожной. Марта не спала — что-то грызло её изнутри, какое-то древнее чутьё, которое не раз спасало ей жизнь. Она вышла на стену замка, опираясь на трость, и вгляделась в темноту. Луна скрылась за тучами, и только редкие звёзды мерцали над горизонтом. Азираил появился бесшумно, как всегда. Встал рядом, сложив руки на груди. — Вы не спите, — сказал он. — Ты тоже. — Я сплю редко. Демонам снятся кошмары. — Всем снятся кошмары, — Марта усмехнулась. — Вопрос в том, что ты делаешь, когда просыпаешься. Азираил хотел ответить, но замер. Его зелёные глаза расширились, ноздри раздулись, и он повернул голову к югу, туда, где чернота ночи сгущалась во что-то живое и тяжёлое. — Что? — спросила Марта, чувствуя, как напряжение передаётся и ей. — Наёмники, — сказал он. — Много. С оружием. Идут с юга. Чужаки. — Он помолчал, прислушиваясь к чему-то, недоступному человеческому уху. — С ними демон. Сильный. Он подчиняет себе монстров. — Сколько? — Сорок наёмников. Дюжина монстров. Один демон-прислужник. — А нас? — Десять стражников. Я. И вы. — Десять против пятидесяти, — Марта усмехнулась, вытаскивая клинок из трости. — Люблю равные бои. — Вы не боитесь? — Азираил посмотрел на неё с удивлением. — Боюсь, — ответила Марта. — Но страх — плохой советчик. Лучше злиться. Она свистнула — пронзительно, по-разбойничьи. Стражники, спавшие в караулке, вскочили мгновенно. Марта успела за десять лет обучить их реагировать на этот свист быстрее, чем на любой приказ. — Бой, — коротко бросила она. — Наёмники. Монстры. Держать стену. Стражники разбежались по позициям. Азираил стоял рядом, и его лицо в свете факелов казалось высеченным из камня. — Иди в замок, — сказал он. — Там безопаснее. — Я не прячусь, мальчик, — Марта затянула потуже пояс с мечом. — Я сражаюсь. И не вздумай меня защищать — я старше тебя по опыту, даже если не по годам. Азираил хотел возразить, но замолчал. В её глазах горел огонь, который он видел только у воинов, готовых умереть за своё. И он понял: эту женщину не остановить. Первая волна наёмников ударила в ворота. Их было около двадцати — грубые лица, тяжёлые мечи, никаких знамён, никаких переговоров. Они шли убивать. Марта командовала с тыла, отдавая приказы чётко и холодно. Её стражники сражались отчаянно, но силы были неравны. — Где монстры? — крикнула она Азираилу. — Идут, — ответил он, глядя в темноту. Из леса вырвались твари — огромные, чешуйчатые, с горящими жёлтыми глазами. Они перепрыгнули через стены, сшибли с ног двоих стражников и начали крушить всё вокруг. Азираил шагнул вперёд, заслоняя Марту. — Отойдите, — сказал он. — Не учи отца… то есть мать, — огрызнулась Марта, но шаг назад всё же сделала. Азираил поднял руку, и из темноты за его спиной выступили тени — его собственные демоны, те, кто служил ему верой и правдой тысячи лет. Их было немного, но каждый стоил дюжины наёмников. — Защищайте замок, — приказал он. Тени ринулись в бой. Из леса вышел Он. Демон-прислужник был высок — выше любого человека — с кожей цвета старой бронзы и глазами, горящими красным огнём. На его лбу мерцал знак — древняя руна, которая заставила Азираила замереть. — Ты, — сказал Азираил, и в его голосе прозвучало нечто древнее, тяжёлое. — Я знаю тебя. Ты служил в свите Азазеля. — И служу до сих пор, — ответил демон, и его голос был похож на скрежет камней. — А ты — предатель. Ты служишь людям. Слабым, смертным… — Я служу дому, — перебил Азираил. — И защищаю тех, кого люблю. — Любишь? — демон рассмеялся — страшно, раскатисто. — Демоны не любят, Азираил. Демоны служат. Демоны подчиняются. Демоны уничтожают. — Он сделал шаг вперёд, и земля под его ногами почернела. — Я пришёл разбудить тьму в герцоге. Посеять хаос. Уничтожить всё, что ему дорого. Тогда он потеряет контроль. Тогда Азазель проснётся. — Зачем тебе это? — спросил Азираил, сжимая меч. — Чтобы помочь господину править! — глаза демона вспыхнули ярче. — Азазель — истинный властелин тьмы. Он должен вернуться. Он приведёт нас к величию. — К сожалению, — Азираил покачал головой, — это не твой день. Он поднял меч, и его тень выросла до небес. Древняя сила, которую он скрывал тысячи лет, вырвалась наружу. В его глазах загорелся не зелёный огонь, как обычно, а золотой — тот самый, который видел однажды на поле битвы, когда смотрел на Софию. — Это мой дом, — сказал он, и голос его звучал как приговор. — И я не позволю его разрушить. Бой между двумя демонами был страшен и краток. Азираил сражался не как слуга — как хозяин. Он был древнее, сильнее, и за его спиной стояло не просто желание победить, а нечто большее — желание защитить. Ту, кто научила его пить чай с мёдом. Ту, кто называла его мальчиком и кормила коржиками. Ту, кто сказала, что у него есть дом. Прислужник рухнул на колени, и его красные глаза погасли. — Ты сильнее, — прошептал он. — Почему ты скрывал? — Потому что сила не главное, — ответил Азираил, опуская меч. — Главное — то, за что ты сражаешься. Он поднял руку, и монстры, которые ещё минуту назад рвали стражников, замерли. Их жёлтые глаза уставились на Азираила, и в них появилось… подчинение. — Вы служите мне теперь, — сказал он. — Защищаете этот замок. Этот дом. Эту женщину. — Он указал на Марту, которая стояла на стене, вся в крови — своей и чужой, но не сломленная. — Поняли? Монстры опустили головы. Азираил повернулся к прислужнику, который лежал на земле, не в силах подняться. — Передай своим господам, — сказал он. — Блэквуд — не игрушка. И Азазель не вернётся. Пока я жив. Он нанёс последний удар — быстрый, милосердный. Прислужник рассыпался в прах. Марта спустилась со стены, опираясь на меч. Она была ранена — рассечена бровь, кровь текла по лицу, но глаза горели. — Ты сильнее, чем я думал, — сказал Азираил. — А ты не промах — ответила Марта. — Ты не просто демон. Ты воин. — Я древний демон, — поправил Азираил. — Я служил Азазелю с первого дня. Я видел Софию. И я выбрал этот дом. — Почему? — Потому что вы показали мне, что значит семья, — тихо сказал он. — Потому что вы назвали меня мальчиком и дали коржик. Потому что вы… вы дали мне то, чего у меня не было тысячи лет. — И что же? — Надежду. Марта смотрела на него долго, а потом протянула руку и сжала его плечо. — Добро пожаловать домой, мальчик, — сказала она. Азираил улыбнулся — впервые не холодно, не насмешливо, а тепло, почти по-человечески. — Спасибо, — сказал он. Монстры, подчинившиеся его воле, замерли в отдалении, ожидая приказов. Стражники собирали раненых и хоронили погибших. А над замком Блэквудов взошло солнце — золотое, тёплое, обещающее новый день. Марта стояла на стене, глядя на восход, и думала о сыне, о Ровене, о том, что они сейчас далеко и не знают, что здесь произошло. — Мы справились, — сказала она тихо. — Мы, — кивнул Азираил, стоя рядом. За его спиной молчали монстры, и ветер трепал его серебряные волосы. Впервые за тысячи лет он чувствовал, что он не один.