Младший посол примет вас сейчас
24 мая 2026 г., 07:10
Восемь часов спустя Пэнси сдала свою палочку, её допросили в бразильском Министерстве магии, и теперь она сидела в простой комнате, ожидая… чего-то.
Когда она спрашивала о Грейнджер, в ответ получала либо мрачное молчание, либо неопределённые сочувственные пожимания плечами. Ни то, ни другое нисколько не помогало.
Этим «чем-то» оказался её троюродный кузен, Грэм Ноулз, младший посол Британских островов в Бразилии, с ударением на «младший», который, по-видимому, обладал достаточным дипломатическим весом, чтобы вызволить её из-под стражи.
Что привело её к самому идиотскому разговору в её жизни.
— Гермионы Грейнджер нет в Бразилии, — ровно сказал Грэм.
— Грэм. Она в Бразилии. Я видела её сегодня вечером. В ночном клубе. Где меня арестовали. Ты помнишь эту часть, да? Часть, где тебе пришлось приехать и вытаскивать меня из-под стражи Министерства?
— Я просто говорю, если бы Гермиона Грейнджер была в Бразилии, я бы знал. Я младший посол.
— Точно. И «младший» — ключевое слово. Очко в мою пользу. — Она загнула палец, считая. — Во-вторых, ты явно не знаешь, потому что она здесь. Что я хочу знать — зачем она здесь. Или, на худой конец, теорию. Предположение. Буквально любое понимание, которое не заключается в притворстве, что она галлюцинация.
— Я не могу тебе в этом помочь, — фыркнул Грэм, — потому что её нет в Бразилии.
Пэнси уставилась на него.
— Я не могу понять, то ли ты ссылаешься на какую-то секретную правительственную информацию и газлайтишь меня из верности Министерству и стране, то ли ты просто такой тупой от природы.
Он выглядел слегка уязвлённым.
— У меня есть доступ к очень секретным записям.
— Мм. Всё равно не впечатляет.
Она встала, с преувеличенной элегантностью одёрнула юбку и бросила ему через плечо улыбку.
— Теперь ты делишь с Варфоломеем звание самого неразочаровывающего кузена. Постарайся не облажаться.
Грэм моргнул.
— Это… должно быть комплиментом?
— Это должно быть прощанием, — сказала она, уже уходя.
Но затем она замерла. Вернулась. Что-то обострилось в ней.
— Ты уверен, что никогда ничего не слышал? О том, чем она занимается?
Грэм заколебался. Его глаза метнулись к пустому коридору. Его голос понизился.
— Слушай. Может быть… может быть, я кое-что слышал. Но это был один из тех разговоров на посольской стороне, где никто не должен подслушивать.
— Грэм.
— Говорят, что на руинах Ла Форталеза де Кристал в прошлом году видели кого-то под её описание. С отрядом захвата. Это место стало… странным. Компасы перестали работать. Люди забывали свои имена. Она вышла оттуда целой. Всем остальным пришлось востанавливать память.
Пэнси моргнула. У неё перевернулся желудок.
Она снова увидела это — спину Грейнджер, руны, пылающие как шрамы, говорившие на языке древнее боли.
Пэнси моргнула.
— Это не похоже на благотворительную ярмарку.
— Я даже не должен это повторять. Это могла быть кто угодно. Просто… кто-то с кудрями и репутацией. Вероятно, слух.
— Но ты думаешь, это была она.
Он выглядел неловко.
— Её называли Зеркальной Ведьмой.
Что-то сжалось у неё в груди. Конечно, называли.
Грэм провёл рукой по волосам.
— Просто… забудь, что я сказал что-то.
— Слишком поздно, — пробормотала Пэнси.
Когда дверь за ней закрылась с щелчком, она пробормотала себе под нос:
— Не галлюцинация. Такие бицепсы я в жизни не галлюцинировала.
Примечания:
Пэнси приехала в Бразилию за солнцем, коктейлями и, возможно, за чужим ключом от отеля.
А получила богиню войны в ночном клубе — и кодовое имя, произнесённое шёпотом, словно молитву.
В следующей главе: она не может уснуть.
Вместо этого она прокручивает в голове всё это — магию Грейнджер, её молчание, её шрамы — и наконец задаёт вопрос, которого избегала десять лет:
Как кто-то становится… такой?
(Спойлер: она почти уверена, что это не из-за коктейлей.)
