Viola
25 мая 2026 г., 13:42
Гермиона прибыла в Аббатство Зачарованного Молчания (Abbazia del Silenzio Incantato) сразу после рассвета. Золотой свет разливался по терракотовым крышам, отбрасывая длинные тени через клуатр и на плющевые стены. Воздух пах лавандой, влажным камнем и чем-то тёплым и пряным, доносящимся с кухни.
Сестра Имельда, помогшая ей устроиться, ушла, пообещав вернуться позже к ритуалу. Вместо неё Гермиону встретила сестра Лючия — невысокая, полноватая женщина с заразительной улыбкой и талантом точно знать, когда кому-то нужна чашка чая.
— Она перестроила юго-восточную садовую стену с таким изящным колдовством, что сестра Агнес прослезилась, — доверительно сообщила Лючия, ведя Гермиону мимо древних солнечных часов, которые всё ещё показывали время с помощью магии и погоды. — А её ритуальные проекты, Madonna mia (Мадонна моя)! И сердце, и точность. Дети ловят каждое её слово.
Гермиона вежливо улыбнулась, издав неопределённый звук, её мысли уже обратились к защитному ритуалу. Похвала — это хорошо, но важна компетентность.
Настоятельница встретила её в скриптории, где готовая ритуальная схема была аккуратно скопирована на огромный пергамент, занимавший всю длину дубового стола для совещаний. Гермиона окинула взглядом сложную решётку защитных чар, связок и магических каналов. Это была хорошая работа. Более чем хорошая.
Основная структура уходила корнями в византийскую геометрию, наслаиваясь на кельтские петли и тонкую вязь средиземноморских защитных глифов. Это было больше чем инновационно. Это было художественно.
— Виола сама это спроектировала? — спросила Гермиона, моргнув.
— С очень небольшим руководством, — с гордостью сказала Настоятельница. — Её понимание ритуальной логики интуитивно и глубоко дисциплинированно. Она училась у сестёр Каррера месяцами, прежде чем даже попросила разрешения попробовать создать свой собственный проект.
Гермиона наклонилась ближе. Ткацкое заклинание, предназначенное для балансировки элементарного потока, было инвертировано и использовано для укрепления внешнего периметра. Она прошептала слово одобрения. Кем бы ни была Виола, она была умна.
Когда пришло время, Гермиона последовала за сёстрами к ритуальной поляне на краю аббатства. Руны были вырезаны в траве и почве. Свечи мерцали в каждой кардинальной точке, светясь тихой силой. Когда она присоединилась к внешнему кругу, её глаза обшарили собравшихся ведьм, а затем остановились на ней.
Пэнси Паркинсон.
Или, скорее… Виола.
Она стояла в центре ритуала, ветер трепал пряди тёмных волос, щёки раскраснелись от сосредоточенности, а выражение лица сияло целеустремлённостью. На ней была тёмно-индиговая мантия, простая, но хорошо сидящая, и она жестикулировала элегантными, уверенными движениями, направляя двух послушниц в финальной диагностической проверке.
Гермиона замерла. Её тело зарегистрировало шок прежде, чем разум успел сообразить.
Пэнси. Здесь. Ведущая. Любимая сёстрами. Известная своей добротой. Это не укладывалось в голове. Этому не позволялось.
Её мысли заикались. Это не имело смысла.
Пэнси не видела её. Или если и видела, то не подала знака. Она продолжала спокойно, поправляя меловые линии и одобрительно кивая молодой сестре, которая чуть не уронила зажжённую свечу. Ритуал начался мгновения спустя.
И он был прекрасен.
Магия поднялась, как музыка, гармоничная и слоистая. Гермиона плавно вошла в свою роль, добавляя свою силу в западный квадрант, заземляя энергию по мере её нарастания. Её часть была маленькой, но точной, и она чувствовала ясность дизайна, когда заклинание встало на место. Оно резонировало в её костях.
Когда последний знак вспыхнул и защитные чары затвердели в мягком золотом пульсе, на мгновение воцарилась тишина. Затем тихие возгласы, смех и аплодисменты.
Настоятельница подошла к ней, сияя.
— Гермиона, позволь представить тебе архитектора сегодняшнего ритуала. Это...
— Виола, — сказала Гермиона ровным голосом.
Пэнси повернулась, и когда она увидела Гермиону, её лицо просветлело.
— Гермиона, — сказала она тепло и робко. Затем, быстрый, неприкрытый взгляд. — На тебе серёжки с Йольского бала. — Её голос смягчился. — Они были идеальны и тогда.
Гермиона замерла… всего на вдох.
Серёжки внезапно стали тяжелее. Её пульс участился.
— Да, — резко сказала Гермиона. — Прошли годы с тех пор, как ты пыталась выдать Гарри Поттера Волдеморту. Годы с тех пор, как ты трусливо прижималась к стене в углу Большого Зала, пока другие сражались. Бьюсь об заклад, ты была разочарована, когда мы победили.
Слова упали, как проклятие.
Несколько младших сестёр ахнули. Пэнси вздрогнула, заметно, но не отступила.
— Я... — начала она.
Гермиона хотела этого. Хотела связи. Чтобы её видели. Но не ею.
— Нет, — сказала Гермиона холодно и отрывисто. — Я не знаю, в какую игру ты здесь играешь. И как тебе удалось очаровать всех так, что они думают, будто ты достойный человек. Но я вижу тебя насквозь.
Тишина была невыносима.
Настоятельница мягко положила руку на плечо Пэнси, но Гермиона не осталась смотреть, что будет дальше. Она повернулась и ушла прочь, сжимая палочку в кулаке.
Она не остановилась, пока не вышла за пределы защитных чар, за стены аббатства, за деревья.
И только тогда позволила своим рукам задрожать.
Она не знала, куда идёт.
Только то, что снова не могла вынести оставаться.
И всё, на что она надеялась… она только что разбила это вдребезги.
Примечания:
Ещё несколько поворотов, прежде чем замок покажется на горизонте.
Всё меняется.
Спасибо за чтение — я так рада, что вы здесь.
