У Грейнджер есть свой тип женщин

Когда Иша замолчала, Тасмин улыбнулась, но не сразу нашлась с ответом. Она взглянула на витраж, мимо которого они проходили, пальцы коснулись края подоконника. — Знаешь, — сказала наконец Иша, — мне кажется, ты знаешь обо мне больше, чем я о тебе. Она медленно улыбнулась Тасмин, затем наклонила голову в приглашающем жесте. — Исправь это. Тасмин тихо рассмеялась. — Хорошо. Ты знала, что я раньше играла в квиддич? — Загонщик, да? — сказала Иша. — Ты бьёшь по вещам. — Верно. — Тасмин усмехнулась. — На третьем и четвёртом курсе. Я была неплоха. Но потом, после одного матча, я сильно поругалась с одной семикурсницей, которой я… восхищалась. Сильно. Глаза Иши сверкнули. — Восхищалась, да? — Я не совсем понимала, откуда берётся мой интерес, — сухо сказала Тасмин. — Я просто знала, что была совершенно дикой рядом с ней и находила всё, что она говорит, невероятно увлекательным. Иша подалась вперёд. — Она высмеивала твою игру в квиддич? — Она сказала кое-что более меняющее жизнь. Она утверждала, что правила квиддича не имеют смысла и что тот, кто их придумал, был явно пьян. Иша фыркнула. — Я имею в виду… она не ошибается. — Я так обиделась. Ушла в гневе. Вернулась, чтобы ещё поспорить. А потом на полпути поняла, что она права, и у меня не было ни малейшего понятия, зачем я вообще продолжаю играть. — И ты бросила? — Ох. Хотелось бы. Иногда я слишком ответственна. Я доиграла остаток сезона — очень язвительно, замечу, — а затем бросила. — Она рассмеялась. — У меня до сих пор есть шрам на голени от последнего матча. Иша улыбнулась. — Расскажи мне больше об этой загадочной семикурснице. Она была скорее красивой или скорее интересной? Тасмин мгновенно покраснела. — Она была красивой, и в то время казалась интересной… но этот стандарт с тех пор был превзойдён. Иша наклонила голову, заинтригованная. — Я знаю этого образца интригующей красоты? Тасмин заколебалась на секунду дольше, чем следовало. Мгновение было нарушено ужасным чавкающим звуком, доносившимся из-за ближайшего гобелена. Иша прошептала: — Это не хороший знак, когда один только звук говорит тебе, что ты вот-вот столкнёшься с каким-то трагически плохим поцелуем. Они завернули за угол и обнаружили двух пятикурсников-когтевранцев, застывших в отчаянном поцелуе, который можно было описать только как чересчур влажный и неуклюжий. Один уронил палочку; другой сжимал копию «Стандарта по трансфигурации», будто это придавало академическую легитимность их влажной деятельности. Тасмин деликатно прочистила горло. — Десять очков за энтузиазм, — мягко сказала она. — Но, может быть, в следующий раз… выберите место с меньшим количеством эха. Ученики подпрыгнули, красные и суетливые. Иша одарила их взглядом, настолько сухим, что он почти испарил воздух. — Будьте осторожны в будущем. Я не хочу, чтобы кто-то из вас задохнулся, и, что более важно, я не хочу бумажной волокиты, которая сопровождала бы вашу неловкую смерть. Пара бросилась в противоположные стороны. Тасмин и Иша стояли в внезапно опустевшем коридоре. Спустя мгновение Тасмин сказала: — Что ж. Это было унизительно. — Для них, — согласилась Иша. — Я думаю, мы справились с удивительной грацией. Честно говоря, я была очень впечатлена качеством нашего патрулирования сегодня вечером. Они обменялись взглядами. Не совсем улыбками. Но и не без улыбок. А затем они пошли дальше, плечом к плечу, в мерцающий свет факелов. — Итак, — спросила Иша, мягче. — Какие у тебя планы после Хогвартса? Тасмин заколебалась. — Я хочу стать Невыразимой. (I want to be an Unspeakable). Иша моргнула, затем наклонила голову, оценивая её — не критически, а будто пыталась увидеть что-то более истинное. — Я никогда не догадалась бы, — наконец сказала она. — Но… это имеет смысл. Ты не хочешь, чтобы тебя видели. Ты хочешь знать. Это подходит. Тасмин выглядела удивлённой. — Именно. Иша усмехнулась. — Честно говоря, это логично. Все думают, что ты целишься в следующую Гермиону Грейнджер... — Но с лучшей осанкой, — вставила Тасмин. — Но, очевидно, ты пытаешься исчезнуть так искусно, чтобы никто даже не догадывался, что на самом деле ты ждала, чтобы тебя заметили. ( you're trying to disappear so cleverly that no one realizes you were ever waiting to be seen — Это ироничная игра слов: она выбрала работу, где можно спрятаться, но при этом на самом деле хочет, чтобы её заметили — и делает это так незаметно, что никто не понимает ). Тасмин рассмеялась. — Никто никогда не описывал мои карьерные амбиции как скрытую кампанию по эмоциональной невидимости, но… да, пусть так. Они прошли несколько шагов в тишине. Затем Иша спросила почти небрежно: — Если ты станешь Невыразимой… как кто-нибудь сможет тебя найти? Она сказала это как шутку, но под словами чувствовалось что-то тоскливое. Тасмин посмотрела на неё. — Ты меня найдёшь. И на мгновение ей захотелось поверить в это сильнее, чем в своё желание исчезнуть. Примечания: (Бонусная глава) - Разблокирована благодаря успешной акции с лайками! Моя обычная глава выйдет сегодня позже. Так что у нас двойная суббота с главами! Иногда романтика — это медленное разворачивание. Разговор в нужный момент. Руку, которую так и не взяли. Одна фраза, которая действует сильнее любого заклинания. Спасибо, как всегда, что присоединились к Тасмин и Ише в этой тихой, мерцающей главе. Им понадобится вся эта нежность для того, что будет дальше. Будьте готовы. Следующая глава будет значительной. 💚🔥