Слизеринская принцесса и избранный.

Глава одиннадцатая: Нечаянные свидетели Гарри не искал их. Честно. Он просто возвращался с тренировки по квиддичу — уже поздно, за полночь, когда коридоры Хогвартса принадлежат только привидениям и Филчу с его кошкой. Капитанская повязка всё ещё была на рукаве, снитч он так и не поймал, но команда упрямо назвала тренировку «продуктивной». Гарри знал, что это означало — все устали и хотели спать. Он свернул на третьем этаже, чтобы сократить путь. Тёмные коридоры, тишина, только где-то далеко скребётся миссис Норрис. И дверь в туалет Плаксы Миртл была приоткрыта. Гарри хотел пройти мимо. Он правда хотел. Но ноги остановились сами — странное, тянущее чувство заставило его заглянуть внутрь. Тусклый свет от уличных фонарей пробивался сквозь зарешечённое окно. И в этом серебристом полумраке Гарри увидел их. Адриан и Дафна спали на старом диване. Диван был когда-то зелёным, а теперь — серо-зелёным, с вылезшими пружинами и потрёпанными подлокотниками. Кто-то затащил его сюда неизвестно когда, и теперь он служил неожиданным убежищем для двоих. Дафна лежала на боку, свернувшись калачиком, голова у неё была на плече Адриана. Её волосы — чёрные с белыми прядями — рассыпались по его груди и свисали до пола. Рука небрежно лежала на его животе. Она дышала ровно, глубоко, и Гарри никогда не видел её такой спокойной — без маски, без напряжения, без той холодной настороженности, которая была её вторым именем. Адриан лежал на спине, его рука обнимала Дафну за плечи, но не сжимала — просто держала, будто боялся разбудить или сделать ей больно. Он тоже спал, и его лицо во сне было совсем мальчишеским — без обычного северного спокойствия, без терпеливого ожидания. Ничего большего. Ни поцелуев, ни объятий, за которые можно было бы зацепиться взглядом. Просто — рядом. Они спали по-дружески. Как спят дети после долгого дня. Как спят близнецы в одной кроватке. Как спят люди, которые настолько доверяют друг другу, что могут позволить себе быть уязвимыми без страха. Гарри замер в дверях. Он знал, что должен уйти. Сейчас. Немедленно. Пока никто не проснулся. Но он смотрел. И не мог отвести взгляд. Дафна вздохнула во сне — тихо, почти неслышно — и её пальцы на животе Адриана чуть шевельнулись. Адриан зашевелился в ответ, не просыпаясь, инстинктивно притянул её ближе. Они выглядели так, будто всегда спали так. Будто это было привычкой. Будто ничего странного в этом не было. И Гарри подумал: а ведь для них это нормально. Он попятился назад, бесшумно, как мог. Дверь скрипнула, но слишком тихо, чтобы разбудить. Он вышел в коридор, прикрыл дверь — не до конца, оставил щель, как было. В коридоре было темно. Холодно. И очень, очень тихо. Гарри прислонился спиной к стене и выдохнул. — Ничего себе, — сказал он сам себе шёпотом. Что именно «ничего себе» — он не знал. Может, то, что Дафна Малфой вообще могла спать рядом с кем-то. Может, то, как естественно это выглядело. Может, то, что он, Гарри Поттер, стоял посреди ночи в коридоре и думал о слизеринцах вместо того, чтобы идти спать. Он пошёл. Медленно, стараясь ступать бесшумно. Лестницы менялись. Портреты спали. Только где-то наверху часы пробили час ночи. В гостиной Гриффиндора было пусто. Гарри прошёл в спальню, скинул мантию, рухнул на кровать. Рон храпел. Невилл что-то бормотал во сне. Гарри смотрел в потолок. Он вспомнил свой первый год в Хогвартсе. Как боялся. Как не знал, кому верить. Как думал, что взрослая жизнь — это битвы и подвиги. А оказалось, что взрослая жизнь — это иногда просто лежать рядом с человеком, которому доверяешь, и спать. Ничего больше. Он закрыл глаза. Перед сном ему показалось, что он всё ещё слышит её ровное дыхание. Или это просто ветер за окном. --- Утром Дафна была в Большом зале как ни в чём не бывало. Сидела с Тео и Асторией, ела кашу, пила чай. Адриан пришёл позже — ввалился, сонный, с растрёпанными волосами, и плюхнулся рядом. — Ты проспал, — сказала Дафна, не глядя на него. — Ты меня разбудила? — Нет. — Тогда не проспал, а досыпал. Она усмехнулась. Адриан взял её кружку и сделал глоток. Дафна даже не попыталась её отобрать. Гарри смотрел на них. Рядом Рон жевал бекон и рассказывал про вчерашний сон о троллях. — Гарри? — Рон помахал рукой перед его лицом. — Ты здесь? — Что? Да. Да, конечно. — Я говорю, может, сходим в Хогсмид на следующих выходных? Гермиона хочет купить какую-то книгу. — Сходим, — рассеянно ответил Гарри. Он снова посмотрел на слизеринский стол. Адриан что-то шепнул Дафне на ухо. Она кивнула — коротко, резко, по-своему. Но Гарри заметил: её плечи чуть расслабились. Она была спокойна. По-настоящему. Гарри доел завтрак и пошёл на урок. Он решил, что не будет думать о том, что видел. Это не его дело. Не его жизнь. Не его — кто с кем спит и почему. Но на зельеварении, когда Дафна проходила мимо его стола, Гарри случайно встретился с ней взглядом. И в её глазах — холодных, глубоких, синих — ему на секунду показалось, что она знает. Знает, что он видел. Но она ничего не сказала. Прошла мимо. Гарри выдохнул. Только потом понял — он снова не дышал.