Слизеринская принцесса и избранный.

Глава четырнадцатая: Разговор у чёрного озера В четверг вечером Гарри не пошёл в гостиную. Он бродил по замку, сворачивал в пустые коридоры, поднимался по лестницам, которые меняли направление, словно хотели запутать его окончательно. Мысли были тяжёлыми, липкими — как патока. Он думал о словах Тео. О том, что Малфои не делают первых шагов. О том, что он сам, кажется, тоже не умеет. Он вышел на улицу. Осенний воздух обжёг лицо — холодный, прозрачный, с запахом увядающих листьев и далёкого костра. Гарри спустился к чёрному озеру. Оно лежало перед ним, гладкое, как зеркало, отражающее звёзды, которые только начинали проступать на фиолетовом небе. На берегу кто-то был. Гарри узнал её по силуэту — прямой спине, развевающимся волосам, тёмному пальто, которое она носила даже когда не холодно. Дафна сидела на большом камне, поджав колени к груди, и смотрела на воду. Он мог уйти. Должен был уйти. Он не ушёл. — Можно? — спросил он, подходя ближе. Дафна не обернулась. — Я не занимаю это место, Поттер. Садись, если хочешь. Он сел на соседний камень. Не слишком близко. Не слишком далеко. Они молчали — долго, наверное, целую вечность по меркам Хогвартса, где все вечно куда-то спешат. — Ты часто здесь сидишь? — спросил Гарри наконец. — Когда хочу побыть одна, — ответила Дафна. — Но сегодня, видимо, не судьба. — Я могу уйти. — Если бы я хотела, чтобы ты ушёл, я бы сказала. Гарри посмотрел на неё. В темноте её лицо казалось высеченным из мрамора — бледное, с резкими скулами и тёмными провалами глаз. Рваная чёлка падала на лоб, и он поймал себя на мысли, что хочет поправить её. Не потому что мешает. Просто чтобы коснуться. Не сделал, конечно. — Адриан говорил, что ты много на меня смотришь, — сказала Дафна. Гарри внутренне напрягся. — Адриан много говорит. — Он говорит только то, что считает нужным. — Дафна повернула голову. Теперь она смотрела на него — прямо, без страха, без привычной холодности. — Так зачем ты смотришь? Гарри не знал, что ответить. Правду? Полуправду? Шутку? — Я не знаю, — сказал он честно. — Ты просто... не такая, как я думал. — Какая я, по-твоему? — Холодная. Гордая. Равнодушная. — И это неправда? — Не совсем. Ты такая — с теми, кто тебе не важен. Я думал, что я в их числе. Дафна чуть склонила голову — жест, который Гарри видел у неё раньше только с Адрианом. Вопросительный, почти уязвимый. — А теперь? — спросила она. — Теперь я не знаю, в чьём я числе. Она отвернулась. Снова посмотрела на озеро. Вода была тёмной — как её глаза. — Я не верю в любовь, Поттер, — сказала она тихо. — Не потому что я сломана или боюсь. Просто не вижу смысла. Зачем рисковать именем, положением, свободой — ради чего? Ради чувства, которое может пройти? — А если не пройдёт? — Тогда это исключение. А я не строю жизнь на исключениях. Гарри замолчал. Он хотел сказать что-то умное, но все слова казались чужими. Не его. — Я тоже не верю, — сказал он наконец. — В любовь. По крайней мере, в ту, про которую пишут в книгах. Но я видел, как люди смотрят друг на друга. Рон и Гермиона. Тео и Астория. Даже твой брат и... ну, ты понимаешь. И иногда мне кажется, что они знают что-то, чего не знаю я. — И ты хочешь это узнать? — спросила Дафна. — Не знаю. А ты? Она не ответила. Протянула руку к воде — не касаясь, просто держа ладонь над поверхностью. Ледяной ветер шевелил её волосы. — Я хочу, чтобы меня оставили в покое, — сказала она. — Хочу жить так, как я решила. Без сантиментов, без разбитых сердец, без глупых надежд. У меня есть фамилия. Есть брат. Есть друзья. Этого достаточно. — А Адриан? Дафна повернулась к нему резко. В глазах вспыхнуло что-то — не гнев, а скорее предупреждение. — Адриан — мой друг. Он единственный, кто не требует от меня ничего. Не ждёт, что я изменюсь. Не надеется, что я полюблю его. Он просто... рядом. — Я не спрашивал про любовь, — сказал Гарри. — Я спросил про Адриана. — Это одно и то же. — Нет, — Гарри покачал головой. — Иногда человек может быть важен, даже если ты его не любишь. Даже если вы просто друзья. Дафна долго смотрела на него. Потом усмехнулась — не холодно, а почти тепло. — Ты странный, Поттер. — Я знаю. — Ты смотришь на меня, но не лезешь. Ты задаёшь вопросы, но не ждёшь ответов. Я не понимаю, что тебе нужно. — Мне ничего не нужно, — сказал Гарри. — Я просто... хочу понять. — Понять что? — Зачем мы все здесь. Не в Хогвартсе. А вообще. Дафна рассмеялась — коротко, отрывисто. Но Гарри услышал в этом смехе что-то настоящее. — Великие вопросы от Избранного, — сказала она. — А я думала, ты только снитчи ловить умеешь. — Я много чего умею, — ответил Гарри. — Например, молчать. И слушать. — Это редкое умение. — Тео говорил то же самое. Дафна помолчала. Потом встала с камня, отряхнула пальто. — Мне пора, — сказала она. — Завтра рано вставать. Тео заставил меня пообещать, что я приду на зельеварение без опозданий. — А ты сдержишь обещание? — Малфои всегда сдерживают обещания, — ответила она и пошла в сторону замка. Сделала несколько шагов, остановилась. Обернулась. — Поттер. — М? — Ты не такой ужасный, как я думала. В смысле... как человек. Она ушла. Быстро, не оборачиваясь больше. Гарри остался сидеть на камне. Озеро было чёрным. Небо — тёмно-синим, как её глаза. Он сидел так долго, что звёзды переместились, а холод пробрался под мантию. Потом встал и пошёл в замок. Родинка на шее чесалась. Он не трогал её. --- На следующее утро Гарри проснулся поздно. Все уже ушли на завтрак. Он оделся наспех, спустился в Большой зал, но есть не хотелось. Он смотрел на слизеринский стол. Дафна сидела на своём обычном месте — между Асторией и Адрианом. Она ела тост, пила чай, иногда что-то говорила. Адриан отвечал — и она усмехалась, коротко, почти незаметно. Обычное утро. Обычные люди. Гарри подумал: иногда просто смотреть — это тоже способ быть рядом. И ему стало легче. — Ты чего улыбаешься? — спросил Рон, подходя к столу с тарелкой яичницы. — Ничего, — ответил Гарри. — Просто хороший день. Рон посмотрел на него как на сумасшедшего, но спорить не стал. Гарри взял чашку чая. Сделал глоток. Чай был горячим. Утро — холодным. И это было правильно.