One of your girls

Все тебя обожают, детка. Никогда не думал застраховать свою талию? Все окружают Тедроса, будто одна его улыбка способна победить ебучий мировой голод. Тристан думает, что, в каком-то смысле, это действительно так. Каждый раз, когда кому-то удаётся хоть чуть-чуть приподнять уголки этих плюшевых губ, упомянутый кто-то будто становится выше, расцветает, как купающийся в лучах солнца цветок. Принцессы висят на руках Тедроса, словно гирлянды, одна красивее другой. И Тристан честно ненавидит себя в такие моменты. Потому что единственное, о чём он думает: он хочет быть на месте Беатрис. Не рядом с ней, нет, боже упаси. Это было бы слишком нормально. Он хочет быть конкретно там, где сейчас она. А она довольной кошкой свернулась под рукой Тедроса, застенчиво улыбается каждый раз, когда он сверху вниз смотрит на неё. И Тедрос, как самый очаровательный всегдашник из всех (по мнению Тристана), каждый чёртов раз отвечает ей похожими лукавыми улыбками. Высоко в кронах деревьев радостно чирикают птицы, будто одобряя такой союз. Тристан хочет их застрелить. Ему стоило догадаться, что рано или поздно его заметят: их взгляды пересекаются, голубой к голубому, глаза Тедроса сверкают, и он подмигивает Тристану. А его кожа такая бледная, никак не скрыть яркого, вишнёвого румянца, который заполоняет от этого жеста собой всё лицо, перескакивает на шею, потом на грудь. Кико подпихивает его своим плечом, и Тристан поворачивается к ней, всё ещё растерянный от смущения. — …Что? Кико склоняет голову вбок и мило улыбается. — Ты знаешь, ты ничуть не хуже его. Тристан знает, что она лжёт. Разумеется, ведь если это действительно так, то где же все те девчонки, которые должны были бы его окружить, будь он так же хорош, как Тедрос. Хотя «хорош», «добр» — не особо правильные определения. Очарователен, безумно харизматичен, до ненормального талантлив. Это становится блядской чертой. Воспоминания прошлой ночи вспыхивают в префронтальной коре мозга, и он может только наполовину благодарно ответить: — Спасибо, Кико. Он сглатывает, изо всех сил пытаясь не дать эмоциями расписать на его лице все их секреты. Воспоминания начинают проигрываться в голове, он не в силах как-то на это повлиять. ——— Тристан только-только аккуратно закрыл дверь в Комнату Красоты парней-всегдашников и двинулся в сторону бассейна, как вдруг край его глаза уловил какое-то движение. Насквозь мокрый чужой силуэт, вылезающий из бассейна, как тысячелетия назад наверняка выходили из моря бессмертные боги, освещённые холодным светом луны, очерчивающим их тела. Тристан шагает назад, от неожиданности спотыкается и приземляется прямо на спину. Тедрос. А Тристан думал только он придёт в Комнату Красоты так поздно. Тедрос медленно подходит к нему, недоумённо склонив голову. На его плечи накинуто полотенце. — Тристан? — Да, — сглатывает он, бросая полотенце на ноги. Ну так. На всякий случай. — Прости, я тебя напугал? — Низкий смех вызывает мурашки по коже. Тристан проклинает себя. — Слегка. Тедрос подходит ближе, одной рукой вытирая волосы. Другая тянется к нему, ладонью вверх. — Поднимайся. Тристан позволяет поднять себя — усилий не приходится прикладывать никаких. А когда они оба стоят на ногах, глаза цепляются за гладкую кожу и жёсткие мышцы буквально в сантиметре от касания. Тедрос смещается так, что теперь они стоят бок о бок. — Часто сюда ходишь? — интересуется он, смотря в его сторону краем глаза, его рот искривлён в полуулыбке. Тристан усилием воли отрывает взгляд от этих губ. — Да. — Почему так поздно? Тристан колеблется. — Остальные парни… — начинает он, но от стыда бросает предложение на середине. — Иногда те ещё козлы. Я понимаю. — Нет, нифига не понимаешь, — фраза срывается с языка раньше, чем Тристан может её как следует обдумать. — Блин. Извини. Тедрос легко фыркает. — Не надо. Нет ничего плохого в честности. — Иногда честность стоит держать при себе. — Да не, — говорит Тедрос. Он обхватывает его плечо, и сердце Тристана начинает скакать раза в три быстрее, ведь Тедрос высокий, и стройный, и будто покрытый золотом, ему стоит как-то сформировать между ними дистанцию. Но чужие сверкающие глаза только смотрят в глаза Тристану, отчего дыхание застревает в горле. Тедрос лениво улыбается. — Мне это нравится. Сука. Он должен знать, какой эффект оказывает на окружающих. — Спасибо. Тедрос моргает. почему-то так медленно. И Тристан никогда не смог бы себе представить, что эти глаза с длиннейшими ресницами, будто расходящимися веером над веком, будут обращены в его сторону, к его губам. А это так же реально, как и то, что Тедрос сейчас стоит перед ним, приглушённый свет и расползающаяся по комнате темнота вселяют в Тристана небывалую смелость. Сейчас или никогда. О боже. Он подаётся вперёд, его губы прижимаются к губам Тедроса, прежде чем он успевает адекватней оценить эту идею. Нежные губы приоткрываются от ещё более нежного удивления, и блядь блядь блядь Тристан уже паникует, он должен отстраниться, он готов извиняться и молить о прощении… но вдруг тёплая рука на его шее прижимает его ближе. Тристан резко выдыхает через нос, его руки вытянуты по бокам. Это определённо сон, так ему кажется, поэтому к чёрту жалеть, он поддаётся, целует в ответ. Но как только он начинает отвечать, Тедрос резко отстраняется. Ещё полсекунды Тристан двигается за ним, но затем, взволнованный, останавливает себя. Тедрос кажется шокированным: то ли собой, то ли ситуацией, Тристан понять пока не может. Но ему приходится столкнуться с тем фактом, что ни один из них не понимает, что за хрень только что произошла. Он сглатывает, боясь представить, какие последствия могут быть у поцелуя с самым завидным женихом Школы Добра. А Тедрос тем временем переходит из состояния шока в состояние безразличного, пустого взгляда в никуда. В его руке безвольно висит полотенце. — Мы должны целовать принцесс, — сухо говорит он. Сердце Тристана сжимается, он молчит. Тедрос наконец оборачивается к нему, но его взгляд на самом деле направлен не на Тристана, а куда-то сквозь него, мимо. Его щёки горят. — Это останется между нами? Тристан одеревенело кивает. А Тедроса уже нет в этой комнате. ——— «Это» вскоре из одного случая перерастает во второй, потом в третий, потом в четвёртый. Прямо сейчас Тристан с головой ныряет в пятый. Он ёрзает на коленях Тедроса, беззвучные вздохи отражаются от кафельного пола, вокруг плещется вода. Мраморные камешки на дне бассейна царапают ему колени, но его это едва ли волнует. Первая ступенька, наверное, впивается Тедросу в спину, но он на это обращает не больше внимания. Ладони Тристана блуждают по чужой гладкой груди, он стонет и прижимается губами к шее Тедроса. Тот издаёт низкий стон в ответ, его пальцы зарыты в мокрые волосы Тристана, вторая ладонь у него на талии, притягивает ближе к себе. Тристан добирается до его сладких губ, и, когда он целует его в уголок рта, Тедрос издаёт невероятно отчаянный всхлип. Пиздец. Тристан жадно целует его — а кто смог бы устоять после такого? — Ты такой красивый, — стонет Тедрос ему в губы, пока его руки обхватывают талию Тристана. Крепкие предплечья притягивают его к себе, и вот они уже вплотную прижимаются друг к другу. — Боже. — Тристан поднимает бёдра и дрожит. Тедрос чертыхается в ответ, откидывает голову назад, и Тристан ныряет к его обнажённой шее, посасывает и кусает загорелую кожу. — Я хочу, чтобы мы были в моей кровати, — шипит Тедрос, будто злодей, описывающий свой самый грязный план. Тристан издаёт высокий, полный желания стон. — Хочу тебя под собой. — Хорошо, — отвечает Тристан. — Хорошо, хорошо, хорошо. Всё, что захочешь. ——— Шестой случай, видимо, не предполагает участия Тристана. Он видит, как Беатрис целует Тедроса у стеллажей с книгами в библиотеке, и его сердце тут же ухает куда-то глубоко вниз. Он делает шаг назад, но не может оторвать от них взгляда — полка одного из шкафов позволяет продолжать наблюдать. Ладонь Тедроса высоко на её бедре, уже наполовину под юбкой, загорелые пальцы на персиковой коже, и она ему это позволяет. Он ухмыляется, когда наклоняется к её шее, а она высоко и громко всхлипывает, когда второй рукой он крепко хватает её за талию. Первая же ещё глубже заползает под юбку, и спустя пару мгновений Беатрис взвизгивает. Тедрос быстро зажимает ей рот, а в его глазах играют огоньки озорства. Топазовые глаза Беатрис стекленеют, и Тристан видит, как двигается предплечье Тедроса, виднеющееся из-под юбки. Теперь её громкие стоны заглушаются чужой ладонью, но глаза Беатрис наполняются слезами, и она дрожит, прижимаясь ближе к Тедросу. Её руки обвиваются вокруг его шеи, притягивая его к ней, а голова откидывается назад. Стоны становятся всё чаще и чаще, громче и громче, с каждым разом всё отчаянней и отчаянней… Самый громкий всхлип становится кульминацией, она покачивается в последний раз и падает на руки Тедроса. Ноги Беатрис подрагивают, когда он отпускает её. Он усмехается, пока она поправляет юбку. — Тедрос… — начинает Беатрис. Но он уже исчезает. Ей остаётся только смотреть вдаль уходящему Тедросу, а Тристану — смотреть на неё. ——— Седьмой случай? Тристан ненавидит Софи. Он ненавидит, как она разговаривает. Он ненавидит её глупые обеды с никогдашниками, где она учит их пользоваться макияжем. Он ненавидит, что она считает себя лучше всех остальных. Но больше всего он ненавидит, как она сидит на коленях Тедроса, положив руки ему на грудь, склонив к нему голову, постанывая, как котёнок. Ненавидит крепкие руки на её крошечной талии. Тристан хочет, чтобы она нахер заткнулась. Тристан хочет ей рассказать, что Тедрос всё ещё трахает Беатрис в библиотеке. Что Миллисент и Рина всё ещё по ночам крадутся в комнату золотого мальчика. Он хочет ей рассказать, что каждая думает, будто она у него единственная. Тристан хочет сказать Софи, что сам он едва ли лучше. Он всё ещё любит Тедроса, когда вода и луна освещают его глаза цвета моря. Он всё ещё его любит, пока он оставляет фиолетовые отметки на его бледной шее. Он всё ещё его любит, когда он уходит; его сильная спина — картина, которую Тристан наблюдает чаще всего. Потому что именно этим Тедрос и занимается большую часть времени. Приходит, потом уходит так же быстро, как бриз в летний день, нигде не задерживаясь дольше, чем стоит. Из последних новостей — Агата. За последние дни она стала, казалось, совсем другим человеком. Всё началось после Испытания Сказкой. Теперь она улыбается чаще, как будто какой-то тяжёлый груз спал с её плеч. Тедрос тоже начал смотреть на неё по-другому. И его взгляды взаимны. Софи, возможно, такой расклад событий не нравится. Тристан уже смирился с такой судьбой. Я буду одной из твоих девчонок, все хотят тебя, милый (абсолютно все).