Ирис.Солнце Вольтерры

      До самолёта оставалось двадцать пять минут.       По версии Деметрия.       По версии Ирис – целая вечность, если идти быстро и очень убедительно смотреть глазами.       Феликс всё ещё держал её за руку, пока она шла по бордюрчику. Челси и Афтон шли чуть позади, Деметрий – сбоку, уже с тем лицом, которое означало: мы отклоняемся от маршрута, и я это переживу, но запомню всем участникам.       Берлин светился витринами.       Ночная улица после концерта была почти пустой, но не мёртвой: где-то далеко смеялись люди, на перекрёстке мигал светофор, мокрый асфальт отражал вывески и фары редких машин. Ирис шла, улыбалась сама себе, всё ещё наполовину в музыке, наполовину в разговоре про десятки человеческих жизней, которые когда-то мечтала прожить.       А потом резко замерла.       Феликс сразу остановился.       — Что?       Ирис медленно повернула голову.       Витрина.       Большая.       Яркая.       Электроника, игровые приставки, экраны, аккуратные ряды коробок и бело-синие логотипы.       У Ирис загорелись глаза.       Деметрий сразу сказал:       — Нет.       — Ты даже не знаешь, что я хочу!       — Знаю.       — Неплавда.       — Магазин. Техника. Твоё лицо. Самолёт. Нет.       Ирис уже спрыгнула с бордюра.       — Ну я же обещала показать, что такое видеоиглы!       Феликс посмотрел на витрину.       Потом на неё.       — Сейчас?       — Да!       — Ночью?       — Он отклыт!       Деметрий тихо:       — Ещё шестнадцать минут.       Ирис ткнула в него пальцем.       — Видишь? Судьба дала нам шестнадцать минут.       — Судьба дала нам задержку в расписании.       — Деметли, не будь занавеской без воспитания.       Афтон тихо рассмеялся.       Челси посмотрела на витрину с интересом, но больше – на Ирис.       — Это действительно важно?       Ирис повернулась к ней мгновенно.       — Да. Очень. Вы же вообще не знаете, что такое видеоиглы! Это катастлофа культулного масштаба. Я уже площала вам незнание настолок, но тут нельзя. Это… это как интелактивный мультик, только ты сам делаешь выбол. Ну, иногда выбол такой: “плыгнуть в яму или не плыгнуть в яму”, и Феликс точно плыгнет.       — Почему я? — возмутился Феликс.       — Потому что на двери было написано “не отклывай”.       Деметрий сухо:       — Аргумент устойчивый.       Феликс посмотрел на магазин.       Потом на Ирис.       Её глаза.       Конечно.       Опять эти глаза.       Котёнко-совиные, сияющие, с концертом внутри, с просьбой, которую она старалась подать как культурную необходимость.       — Десять минут, — сказал он.       — Шестнадцать, — поправила Ирис.       — Десять.       — Пятнадцать?       — Одиннадцать.       — Четылнадцать?       Челси спокойно сказала:       — Двенадцать. И если ты хочешь успеть, моё солнце, тебе лучше уже идти.       Ирис пискнула от восторга и потащила их внутрь.       — Мама Челси, ты лучшая!       Феликс пробормотал:       — Мы проиграли магазину.       Деметрий:       — Магазин был не в протоколе.       Афтон:       — Теперь будет.       Продавец их увидел и мгновенно проснулся душой.       До этого он явно доживал последние минуты смены, вежливо скучая у стойки. Но потом в магазин вошли четверо слишком красивых, слишком дорогих, слишком странных людей и одна маленькая рыжая девушка в футболке Rammstein, которая смотрела на полки так, будто вошла в храм.       — Добрый вечер, — сказал продавец по-английски.       Ирис просияла.       — Доблый! Нам нужна пятая плойка.       Продавец моргнул.       Деметрий едва заметно закрыл глаза.       — PlayStation 5, — перевёл он.       — Я так и сказала.       Феликс посмотрел на белую коробку на витрине.       — Это видеоигры?       — Это консоль, — важно сказала Ирис. — То, на чём иглают.       — Она маленькая.       — Феликс, не оскорбляй плойку.       — Я ожидал что-то больше.       — Это не таран.       — Жаль.       Продавец явно не понимал, шутят они или нет.       Афтон мягко улыбнулся ему так, что тот тут же решил: лучше считать это эксцентричностью богатых туристов.       Ирис уже указывала:       — Вот эту. И дополнительные джойстики.       — Сколько? — спросил продавец.       — Двадцать.       Тишина.       Феликс медленно повернул к ней голову.       — Двадцать?       — Да.       — Нас не двадцать.       — Пока.       — Что значит “пока”?       Ирис начала загибать пальцы:       — Я, ты, Деметли, мама Челси, папа Афтон, Кай, сеньол Ало, сеньол Малкус, Джейн, Алек, Феликс запасной…       — Почему мне запасной?       — Потому что я знаю, что из себя пледставляет сочетание вампилской силы и эмоций.       Деметрий кивнул.       — Разумно.       Феликс уставился на него.       — Ты это одобряешь?       — Да. Минимум двадцать.       Ирис просияла.       — Вот!       Челси посмотрела на контроллер на витрине.       — Они хрупкие?       Ирис нежно взяла один в руки.       — Для людей – нет. Для нас… — она посмотрела на Феликса. — Да.       — Почему опять на меня?       — Ты эмоциональный.       — Я древний воин.       — Эмоциональный длевний воин.       Афтон взял контроллер, аккуратно повертел.       — Он действительно не рассчитан на силу Феликса.       — И твою тоже, — добавил Деметрий.       Афтон спокойно вернул контроллер.       — Поэтому двадцать.       Феликс сдался.       — Двадцать так двадцать. Но если я сломаю один, ты не будешь смеяться.       Ирис посмотрела на него.       — Буду.       — Пиккола.       — Но ласково.       Продавец уже не пытался ничего понимать. Он просто начал доставать коробки.       Потом Ирис пошла к играм.       И вот здесь выяснилось, что двенадцать минут были оптимистичной фантазией.       — Нам нужно для всех типов, — бормотала она, пробегая взглядом по полкам. — Чтобы понять, кому что зайдёт. Феликсу – что-нибудь, где можно длаться, но не слишком сломать сюжет в первые пять минут. Хотя он всё лавно сломает. Деметли – стлатегии, головоломки, детективы, может, что-то с отклытым милом, чтобы он мог всё считать и злиться на неэффективные маршруты. Маме Челси – что-то очень класивое, с костюмами, выболом и эстетикой. Папе Афтону – уютное, но с тайнами. Джейн – что-то милое и стлашное. Алеку – атмосферное и тихое. Каю…       Она замерла.       Все посмотрели на неё.       Феликс с интересом:       — Каю?       Ирис задумалась очень серьёзно.       — Что-то, где можно стлоить импелию и злиться на непокорные пловинции.       Деметрий сухо:       — Стратегия.       — Да.       Афтон:       — Или игра, где можно украшать дом.       Ирис представила Кайуса, украшaющего виртуальный дом.       И согнулась от смеха прямо у полки.       Челси, улыбаясь, взяла с полки несколько коробок.       — Это для меня?       Ирис выпрямилась.       — Ой. Да. Только не бери сама, я должна выблать.       — Дорогая, ты уже выбрала три игры за меня глазами.       — Ты меня слишком холошо знаешь.       — Да.       В итоге в корзину пошли игры всех жанров, которые Ирис успела схватить: приключения, кооперативные, гонки, файтинги, стратегии, детективы, красивые сюжетные игры, что-то с милыми животными, что-то с постапокалипсисом, что-то с космосом, что-то с магией.       Феликс взял коробку с мрачным воином на обложке.       — Это мне.       Ирис посмотрела.       — Там нужно очень много умилать.       — Кому?       — Тебе.       — Не нравится.       — Именно поэтому полезно.       Деметрий взял игру-головоломку.       — Это выглядит структурно.       — Деметли, ты не можешь оценивать игру по слову “структурно”.       — Уже оценил.       Афтон выбрал что-то с красивым лесом и маленькими существами.       Ирис растаяла.       — Папа Афтон, это так тебе подходит.       Он улыбнулся.       — Я просто смотрю.       — Уже купим.       Челси взяла коробку с героиней в роскошном костюме.       — Здесь можно менять одежду?       Ирис медленно повернулась.       — Мама Челси.       — Что?       — Мы нашли твою иглу.       Феликс пробормотал:       — Замок погиб второй раз.       У отдельной витрины продавец осторожно предложил:       — У нас также есть VR-гарнитуры…       Ирис сразу замотала головой.       — Нет-нет. Очки вилтуальной леальности не надо.       Феликс поднял бровь.       — Почему?       Ирис повернулась к нему с шаловливым блеском.       — У нас свои есть. Хи-хи.       Деметрий посмотрел на неё.       — Ты имеешь в виду свои иллюзии.       — Да.       — Тогда формулировка опасная.       — Зато точная.       Челси улыбнулась.       — К тому же я не уверена, что хочу видеть Феликса в очках виртуальной реальности.       Феликс сразу:       — Почему?       Афтон мягко:       — Потому что ты начнёшь драться с мебелью.       — Я бы понял, где реальность.       Деметрий сухо:       — После первого сломанного стола.       Ирис зажала рот руками.       — Нет, VR нельзя. Пожалуйста. Я хочу, чтобы антистлесс-комната выжила.       — Трусиха, — сказал Феликс.       — Художница, котолая ценит имущество.       — С каких пор?       — С тех пор, как имущество стало моим.       — То есть сегодня?       — Да.       К кассе они подошли с таким количеством коробок, что продавец уже перестал удивляться.       Пятая плойка.       Двадцать контроллеров.       Зарядные станции.       Дополнительные кабели.       Игры.       Несколько чехлов.       Наушники – Ирис всё-таки взяла, потому что «вдлуг кто-то захочет иглать тихо», хотя сама же через секунду сказала, что у них есть иллюзии тишины.       Деметрий проверил совместимость.       Феликс проверил прочность упаковки.       Челси проверила цветовую бессмысленность некоторых аксессуаров и неодобрительно сняла с корзины один слишком яркий чехол.       — Мама Челси!       — Нет.       — Но он весёлый.       — Он кричит о помощи.       — Это стиль.       — Это преступление.       Афтон тихо положил чехол обратно на полку.       — Спор решён.       Ирис надулась.       — Он был милый.       — Он был оранжево-ядовитый, — сказал Деметрий.       — Тебя никто не сплашивал.       — Ты громко возмущалась.       — Это не приглашение.       — В твоём случае часто приглашение.       Феликс засмеялся.       Продавец назвал сумму.       Ирис довольно полезла за своей картой.       В этот момент Челси, даже не глядя, приложила свою карточку к терминалу.       Пик.       Оплата прошла.       Ирис застыла.       Медленно повернула голову.       — Мама Челси!!!       В магазине стало очень тихо.       Продавец замер с чеком в руке.       Челси спокойно убрала карту в сумочку.       — Да, моё солнце?       — Я сама хотела!       — Знаю.       — У меня есть деньги!       — Знаю.       — Я получила гонолар!       — Знаю.       — Это был мой подалок вам!       Челси посмотрела на неё с таким видом, будто именно это и было главным доказательством необходимости вмешательства.       — А это мой подарок тебе.       Ирис возмущённо запищала:       — Но так нечестно!       Феликс положил руку ей на плечо.       — Пиккола.       — Что?       — Прими поражение достойно.       — Я не хочу достойно! Я хочу возмутиться!       Афтон мягко сказал:       — Это тоже форма принятия.       Деметрий забрал у продавца чек.       — Оплата завершена. Спор не повлияет на транзакцию.       — Деметли, ты сейчас на чьей столоне?       — Финансового факта.       — Пледатель.       Челси приблизилась и мягко поправила ей ворот футболки.       — Дорогая, ты привела нас на концерт, показала часть своей жизни, выбрала игры для каждого, подумала о запасных контроллерах, потому что знаешь нас слишком хорошо. Это уже подарок.       Ирис сразу сдулась.       — Но я хотела купить.       — Купишь что-нибудь в следующий раз.       — Ты снова заплатишь.       — Возможно.       — Мама Челси!       Челси улыбнулась.       — Я ужасная.       Феликс пробормотал:       — Теперь ты понимаешь, каково нам с твоими подарками.       Ирис резко повернулась к нему.       — Это длугое!       — Конечно.       — Я делаю подалки, чтобы ладовать!       — Вот. И она.       Ирис открыла рот.       Закрыла.       Посмотрела на Челси.       — Это манипуляция.       Афтон кивнул.       — Семейная.       — Вы все ужасные.       Деметрий:       — Но игровые контроллеры теперь куплены.       — Не утешает.       Феликс поднял две огромные сумки.       — Утешит, когда ты будешь учить меня ломать виртуальных врагов.       Ирис мгновенно просияла.       — Плавда будешь иглать?       — Я не просто так пережил человеческий магазин.       — Феликс!       — Что?       — Ты сам хочешь.       — Возможно.       Деметрий взял ещё одну сумку.       — Нужно будет установить систему, проверить интерфейсы, настроить профили игроков, ограничить силу нажатия…       Ирис застыла.       — Ограничить что?       — Силу нажатия.       — Это видеоиглы, Деметли, не тленажёлный зал.       — С Феликсом разница условная.       — Эй, — сказал Феликс.       Челси вышла из магазина первой, довольная и абсолютно непоколебимая.       Ирис догнала её почти сразу, всё ещё возмущённо шурша пакетом.       — Мама Челси, я всё лавно тебе что-нибудь куплю.       — Конечно.       — Очень класивое.       — Не сомневаюсь.       — И ты не успеешь оплатить.       — Посмотрим.       — Это вызов?       Челси посмотрела на неё сверху вниз и улыбнулась.       — Разумеется.       Феликс тихо сказал Деметрию:       — Мы только что стали свидетелями начала войны подарков.       Деметрий посмотрел на чек.       — Финансово разрушительной.       Афтон, проходя мимо, мягко добавил:       — Эмоционально полезной.       Ирис уже шла рядом с Челси, возмущённая, счастливая, сияющая, с пакетом игр в руках и новой целью в жизни: однажды всё-таки успеть заплатить раньше мамы Челси.       Берлинские витрины отражали их странную маленькую процессию.       Четыре хищника с пакетами из магазина Sony.       И рыжее солнце между ними, которое обещало показать Вольтури видеоигры.       Деметрий мысленно увеличил количество запасных контроллеров до тридцати.       На всякий случай.